Глухой джинн

      Антону не давали покоя в новогоднюю ночь. Сначала дозвонился Дима, а за ним — Борис. Антон пригласил всех. Он не желал оставаться в одиночестве, особенно сейчас.       Спустя некоторое время подвыпившие знакомые и друзья, в количестве 15 человек, наплевав на карантинные меры, уже оценивали его новый дом. Он перезвонил маме и поздравил её и отчима, обещая заехать на днях. Ведь, как бы ему ни было плохо, самым близким человеком была именно его мама.       Антон решил, что сегодня ему не стоит думать ни о чем. Он просто сидел и напивался со всеми. Борис притащил гитару и распевал песни, Дима кружил двоюродную сестру Антона под музыку, остальные беседовали, травили анекдоты, шутили.       Антон улыбался, но на душе скребли кошки. Он не мог не мыслить о Савве. Когда компания вдоволь насладилась алкоголем, они вышли на улицу, чтобы запустить фейерверки. Наблюдая за огнями, разрывающими небо, Антон радовался, словно ребенок. К нему подошел Борис. – Ну как у тебя с Саввой? – спросил он нетрезвым голосом. – Непонятно, – расплывчато ответил Антон. – Аааа… - протянул мужчина. –Сейчас держи его за яйца… Костик вернулся, – сказал Борис.       Сердце Антона замерло. Он все еще лелеял мысль найти Савву после выписки и поговорить с ним. – Ты же говорил, он с бюргером, — ошарашенно сказал Антон. – Тоха, ты что, не знаешь Костика? Когда ему мешал партнер? Он и третьего может взять в постель, — ответил Борис. — Это одна из причин, по которой они с Саввой расстались. Не только деньги, а измены. Хотя Костик всё ещё заинтересован в Савве.       "Вот почему он бросил меня... У него остались чувства к Костику... Мы никогда не говорили о нем, я считал - если они разошлись, значит, всё между ними кончено... Совершенно беспечно с моей стороны", — думал Антон.       Он уже представлял, будто Савва целует Костика, шепчет ему ласковые слова так же, как нашептывал ему. Антону снова захотелось рыдать. — Борис, ну их всех к черту. Пойдем выпьем, — предложил он. — Тох, ты вроде уже еле на ногах стоишь, — ответил Борис. — Нет, я в порядке. Пошли, у меня есть дорогой коньячок, — настаивал Антон. — Ну давай, — согласился Борис.       На следующий день Антон проснулся около полудня с дикой головной болью и обнаружил себя в гостевой комнате на кровати рядом с Борисом. Сначала он испугался, зная, что Борис универсал, хоть и предпочитает быть снизу, и подумал, что, возможно, переспал с ним, но ничего не помнит. Однако, и он, и Борис были одеты, и несколько таких же нетрезвых тел валялись недалеко на софе и полу. Дима заночевал с сестрой во второй гостевой комнате.       Те, кто не ушли домой, очнувшись, решили похмелиться пивом. Потом Дима предложил пожарить шашлык, и все пошло по накатанной. Борис не стал оставаться, оправдываясь приемом клиентов.       На третий день непрерывной пьянки не выдержал даже Дима. Вечером он с сестрой ретировался, и Антон остался один.       Утром он занял себя уборкой после гостей и наконец-то проверил смартфон, который поставил на беззвучный, дабы ему никто не мешал. И увидел множество пропущенных звонков от Саввы и сообщение: "Тотошка, нам надо поговорить. Прошу тебя. Я приезжал к тебе домой, но тебя не было".       "Ох, его, наверное, уже выписали... Голова ничего не соображает... Может, он решил не бросать меня?" — с надеждой подумал Антон и дрожащими пальцами набрал номер Саввы, правда услышал голос автоответчика, сообщавший, что абонент недоступен.       Антон вздохнул и продолжил уборку, складывая гору бутылок от алкоголя в пакет для мусора. Он набирал Савву несколько раз в течение дня, но каждый раз слышал тот же ответ.       Под вечер Антон принял душ, привел себя в порядок и собирался посмотреть какой-нибудь фильм, отвлекаясь от грустных мыслей, когда ему позвонил Борис. — Тох, что делаешь? — спросил Борис.       Антон слышал: он нетрезв.       "Ушел от меня, чтобы надраться в другом месте", — язвительно подумал мужчина. — Фильм смотрю, а что? — спросил Антон. — Не хочешь забрать своего пьяного в дрызг актива? — спросил Борис. — А то Костик сказал, если ты его не заберешь, он его изнасилует.       В этот момент сердце Антона ухнуло куда-то вниз. — Да-да, так и сделаю, — послышался такой же нетрезвый насмехающийся голос. — Он слишком сладкий.       Антон совершенно не понимал происходящее, но ревность захлестнула его мгновенно. — Скажи Костику, если он пальцем его тронет, я приеду и задушу его собственными руками, — процедил Антон. — Вы где сейчас? — В "Мартини", — ответил Борис. — Буду через двадцать минут, — сказал Антон.       Он быстро переоделся в тёплые джинсы и свитер, накинул кожаную куртку с капюшоном и подкладкой из плюша и ринулся к машине.       Хотя снега было немного, он ехал предельно осторожно, чувствуя биение своего сердца. Он отбросил все мысли и сосредоточился на дороге.       Когда он зашел в "Мартини", нацепив маску, то увидел Бориса и Костика, сидящих за столиком, уставленным бутылками с алкоголем. Антон подошел к ним, сразу оценив привлекательность Костика, смерил его взглядом и бросил: — Где он? — А поздороваться? — сказал Костик. — Здравствуй, — буркнул Антон. — Да ладно тебе, не злись, — протянул Борис. — Где Саввушка? — переспросил Антон.       Борис переглянулся с Костиком. — Ты слышал, как он его назвал? — спросил заплетающимся языком Борис. — Я тебе говорил, он по нему сохнет, а Савва заладил "он не простит" и все тут.       Борис продемонстрировал Костику неприличный жест. — Вот тебе, нечего со мной спорить, — добавил он. — Мне кто-нибудь объяснит, что тут происходит и где Савва? — не выдержал Антон. — Да садись, поговорим, выпьем, — ответил Костик, предварительно показав ответный жест Борису. — Спит он в вип-зале, там сейчас никого нет.       Антон вздохнул, снял куртку и сел на стул. — А теперь говорите, что случилось, — сказал он строго. — А ты готов услышать? — спросил с ехидцей Костя. — Константи...ииин, — протянул Борис. — Может, пусть Савва сам расскажет? — Да какая разница. Он все равно узнает, от него или от других, — парировал Костя. — Я приехал немного развлечься, а вместо этого увидел ноющего пьяного актива в слезах, бормочущего, что он не достоин Тошечки, что Тошечка его не простит и не полюбит такого. Тьфу, аж тошнит от розовых соплей, — добавил он с сарказмом.       Антон внимал и не знал, злиться ему или радоваться. — Я готов услышать, — ответил Антон. — Савву уволили, — сказал Борис. — Уволили? — ошеломленно переспросил Антон, моргая. — А теперь расскажу я, — сказал Костя, внимательно глядя на Антона. — Ты ведь слишком правильный, тяжело тебе будет… Когда Савва еще не встретил меня, у него, как и у каждого из нас, были временные партнеры. Он красив, да и параметры для актива у него отличные. Ведь правда? Тебе нравится с ним? — Нравится, — спокойно ответил Антон.       Он не хотел поддаваться на провокации Кости, который явно пытался задеть его. — Ну вот, многим нравилось... Он знакомился не в “Мартини”, а в закрытом чате. Стал часто встречаться с одним пассивом, а тот практиковал весёлые групповушки, — промолвил Костя, многозначительно глядя на Антона.       Губы Антона сжались, было видно: он нервничает. — Такие групповушки, как любишь ты? — подколол Антон. — О нет, я нервно курю в сторонке, — ответил Костик, ни капли не смутившись. —Кроме того, Савва нервничал, если я намекал на такое. Пока мы были вместе, я не звал никого третьего, но имел других партнёров на стороне. — И при чём тут Савва и групповушки? — спросил Антон, всё ещё не понимая. — А при том, что Савва участвовал в них несколько раз. Видать, хотел острых ощущений, а может, просто было интересно... Я не уточнял. В один из разов он напился и не воспротивился, когда кто-то снимал хоум-видео. А позже его слили на порносайт, Савва не был в курсе, — рассказывал Костя.       Ресницы Антона дрогнули, сердце колотилось словно сумасшедшее. Образ чистого, будто родниковая вода, Саввы разлетелся вмиг. — Дальше, — ледяным тоном сказал Антон. — Ну, лежал ролик там, пылился, а потом его, скорее всего, выкупил крупный порносайт. Он набрал кучу просмотров за последний месяц. Кто-то "добрый" увидел и отправил анонимку дирекции Саввы. А ситуация сейчас непростая, ЛГБТ начали сильно прессовать, сам знаешь. Вот Савву перед выпиской и обрадовали: "пиши по собственному желанию", — закончил Костик.       Антон задумчиво закусил губу, затем налил в рюмку Бориса коньяка и выпил залпом. — Почему он не поделился со мной, а решил обсудить с вами, вот этого я не пойму, — сказал он строго. — Да Костик ему позвонил и предложил посидеть здесь, — вмешался Борис. — Савва пришел, выпил с нами и заявил, что не хочет ничего иметь общего с Костиком и чтобы он его больше не доставал. Я спросил про тебя, и тут его прорвало после нескольких рюмок. Он упомянул, что тебе его разнузданное поведение в прошлом будет отвратительно и он не хочет марать твоё имя, поэтому должен дистанцироваться. Правда, напился и начал ныть, что жить без тебя не может... Вот так… Ситуация, я тебе скажу, не очень… Его теперь из общаги выселят, а дом, где его новая квартира, ещё не сдали. Придётся искать съемное жилье. — Ролик скинуть? — вдруг язвительно спросил Костик. — Скинь, — ответил спокойно Антон. — Хочу посмотреть на способности моего мужчины.       Борис аж икнул от удивления. — Тоха, ты чего? Может, не надо? — поинтересовался Борис, явно сомневаясь. — Скинь, Борь, — сказал Антон. — Дома посмотрю.       Борис достал из кармана смартфон и отправил сообщение в мессенджер Антону. — И как поступишь? — спросил Костик. — Если он тебе не нужен такой, оставь мне… Я его утешу. — Ты его уже бросил, — парировал Антон. — Не думаю, что ты вдруг проникся к Саввушке глубокими чувствами… Я забираю его, он — мой, — категорично заявил мужчина.