Мой (не)любимый ангел

Люцифер неустанно плакал, лëжа на боку и сложив свои крылья. Как ему могло понравиться? Он никак не мог понять. Ему должно было быть противно всё это, мерзко, но нет. Ангел с ужасом для себя осознал, что ему действительно это понравилось. В какой-то момент он даже хотел начать умолять Аластора ни за что не останавливаться. И ещё Радио-демон, к его сожалению, никак не желал уходить. Он сидел рядом с Люцифером и пристально смотрел на плачущего ангела, словно наслаждаясь его страданиями. Вот только Люцифер, погрузившись в свою боль, не заметил небольшую искру сочувствия, промелькнувшей на лице демона. Сочувствия, которой, казалось, у него никогда не было за всю жизнь в Аду. Но Люцифер этого не увидел. И эта мимолëтная искра, казалось бы, сочувствия, продлилась очень недолго, поскольку Аластор быстро превратился обратно в садиста, кем он и являлся на самом деле. – Да ладно, Люси, не плачь ты так!–с небольшим смешком произнëс он,–ты ведь знаешь, что на самом деле тебе это понравилось. Люцифер поднял заплаканные глаза, с ненавистью и злобой глядя на Радио-демона. – Завали ебало!–сквозь слезы крикнул он,–как ты смеешь говорить так? – Да что ты, не кипишуй, я просто констатировал факт!–засмеялся Аластор, шутливо подняв руки, будто защищаясь. Он без устали хихикал, прикрыв красные глаза, по-видимому, веселясь от души. – Ты такой милый, когда плачешь,–продолжал он, не глядя на Люцифера, уже полностью закрыв глаза от смеха. Это и стало его ошибкой. Не успел он вдоволь повеселиться и посмеяться, как вдруг что-то резко ударило его, отбросив назад в стену. Это был никто иной как Люцифер, полностью потерявший контроль от ярости. Аластор в шоке уставился на него, держась за щеку и изо всех сил пытаясь подняться. А вот что произошло. Люцифер, вконец не выдержав издевательского смеха, ударил его по лицу со всей силы. А так, как сила у него могущественная, от удара Аластора отбросило назад. Из-за своей же собственной невнимательности и высокомерия, Радио-демон потерял бдительность, конечно, он не успел бы вызвать цепь. Но теперь может. Люцифер сейчас сам был немного в шоке. Он-то думал, что Аластор из-за этой сделки теперь вообще неприкасаемый. Но это было отнюдь не так. Наконец, ангел оправился от шока и тихонько неуверенно ухмыльнулся: – Что, получил?–с каждой секундой он чувствовал себя всё уверенее, насмехаясь над Радио-демоном,–это за всю боль, что ты причинил мне! И за ту проклятую сделку! Но небольшая победа Люцифера была всего лишь временной. Собравшись с силами, Аластор наконец встал, грозно приближаясь к королю Ада. В его глазах было столько ненависти и ярости, что Люцифер начал немного сомневаться в своих действиях. Но он не успел что-либо сказать. В следующую же секунду знакомый ошейник обвился вокруг его горла. Прикреплëнную к нему зелёную цепь крепко схватил Аластор, резко дëргая на себя. Люцифер испуганно вскрикнул, когда демон подтащил его ближе. Вся храбрость ангела мигом испарилась, не оставляя больше ничего, кроме как страха и отчаяния перед лицом разъярённого Радио-демона. Подтащив Люцифера вплотную к себе, Аластор громко зарычал: – Думаешь, ты сейчас такой умный, Люси?! Сможешь меня ударить и от этого что-то изменится? Ну так слушай сюда: ты теперь только усложнил себе жизнь ещё больше! Ты будешь моим питомцем, пока я не скажу иначе!–он ударил ангела по щеке, заставив того взвизгнуть от боли,–и я буду делать с тобой всë, что захочу! А пока наша сделка остаëтся незавершённой! Глупый, никчëмный ангел! Люцифер держался за раненую щëку, испуганно дрожа от страха и унижения. Он изо всех сил старался не зарыдать снова, уже вдоволь наслушавшись всех этих оскорблений. Никто никогда его не называл глупым никчëмным ангелом. И уж тем более питомцем. Аластор тем временем убрал ошейник и цепь, отпуская Люцифера, который тут же отполз назад по кровати. Дрожь сотрясала всë его тело, когда он пытался успокоить своë прерывистое дыхание. Аластор удовлетворëнно улыбнулся, очевидно наслаждаясь ужасом и унижением Люцифера. – А теперь отдохни, Люси,–усмехнулся демон, направляясь к выходу из спальни,–завтра у нас будет много дел. Едва дверь за Аластором закрылась, как Люцифер снова дал волю слезам. Он понимал, что только усугубил своë положение и пути назад нет.