Тени вечности: Зов потустороннего мира

Через неделю Кирилл вновь стал посещать учебное заведение и ходить на работу. Встретившись с парнями, он вёл себя так, будто на тусовке его не насиловали всю ночь до отключки. Парень держался как мог, чтобы не потерять лицо, не сломаться на виду у всех. — Оп, наш нефор вернулся, — Гриша радостно потрепал товарища по отросшим волосам. — Мы уж думали ты коньки отбросил после того бухича на хате у Серого, — посмеивался Захар, обмениваясь с Кириллом рукопожатием. — Да бля, захворал пиздец, даже на работе пришлось больничный брать, — врал сероглазый. — Ну, ты это, лечись там, а то позаражаешь нас всех. Курить не сможем. Сам в курсе, как горло ебашит, когда больным куришь. После пар ребята встретились на тренировке. Кирилл старался вести себя как обычно, но один человек всё же заметил его разбитое состояние. Сидя на скамейке в раздевалке парень скрывал лицо руками. Рукавом толстовки он быстро убирал редкие слезинки, норовившие выйти из глаз и скатиться по бледным щекам. — Ты чё? Парень испуганно поднял заплаканные глаза и увидел Витю. — Ни чё. Забей, — шмыгнув носом, он встал со скамьи и быстро начал закидывать вещи в спортивную сумку. — Если опять Мельников достаёт, то я поговорю с ним. — Не, всё путём, не беспокойся обо мне. — Ты выглядишь молчаливее обычного. — Ты тоже не особо общительный, знаешь ли. — Ну, раз ничего не произошло, то я пошёл. Увидимся. Парень развернулся и хотел выйти из раздевалки, но тихий голос одногруппника заставил остановиться. — Если Гриша или кто-то из вас узнают, то… Я не могу хоть с кем-то поделиться об этом… Витя почувствовал, что они с Кириллом оказались в одной лодке, ведь у обоих был секрет, о котором никто ни при каких обстоятельствах не должен узнать. Сероглазый снова зашмыгал носом от слёз. Витя подошёл к нему и, приобняв, похлопал по спине. — Можешь выговориться, если тебе станет легче. Я не расскажу Грише или кому-то из бы… — запнувшись, он чуть не назвал одногруппников быдлятами при Кирилле. — Из нашей компании. — Меня опетушил Влад, — Кирилл начал рыдать Вите в плечо. — Я-я говорил ему остановиться, но он не слушал. Миллион раз повторял, что не пидор, как он, но на вписке насильно запер меня и… Витя молча гладил друга по спине, старался успокоить. Наверное, его брат чувствовал то же самое, через что сейчас проходит Кирилл. Всё-таки он ничем не лучше Влада, даже хуже. Совесть начала грызть ещё сильнее. Какая же он скотина. Как он мог так подло поступить с родным человеком, который всецело доверял ему? Матвей ни за что в жизни не простит его после того, что он сделал. Этим же вечером у Матвея завязался похожий разговор с Владом. Когда девчонки ушли домой, Влад сам решил завести разговор на тему, которая не давала покоя. — Блин, Кирилл теперь ненавидит меня ещё больше, — с грустной улыбкой начал темноволосый. — Почему? — Матвей вопросительно глянул на него. — Я… совершил одну ужасную вещь, и теперь везде у него в чс. — Всё настолько плохо? — Хуже некуда. Он мне со школы нравился, но постоянно отвергал. Типа, ему нравятся только девушки. Но мне настолько хотелось, чтобы мы были вместе, что на тусовке я…насильно принудил его к близости со мной. Матвей остолбенел от услышанного. Он не знал, как реагировать на такое чистосердечное признание друга. *** Каждую ночь младший оставался в комнате родителей. Встав перед выбором спать с братом в одной комнате или мучится от бессонницы из-за нечто на потолке, он предпочёл второе. Когда уснуть всё же удавалась, ночные кошмары с монстрами достигали его даже тут. Звон дребезжащего будильника заставил парня открыть тяжёлые веки. Увидев перед собой спящего рядом близнеца, его будто прошибло током. — Что ты здесь делаешь? Я специально ухожу спать в другую комнату, а ты без разрешения входишь и ложишься рядом, — раздражённо начал он. — Ты кричал во сне. Хотел тебя успокоить и уснул. Прости… — Тебя это волновать не должно. То, что могу видеть только я и то, что не даёт мне полноценно жить тебя не касается. Это только мои проблемы, и твоя «помощь» мне не нужна. — Но это не так! Это и мои проблемы тоже!.. — Вить, хватит! Прекрати липнуть ко мне! Я не просил тебя о помощи, она мне не нужна! Оба понимали, что это ложь. Матвей нуждался в брате, его помощи, советах, поддержке, но после того, что он натворил, младший не мог его простить. Несмотря на все попытки убедить себя, что близнец ему не нужен и он справится сам, даже в кругу друзей одиночество настигало его. Прогулки без старшего больше не приносили такой радости, скорее скуку. *** Матвей бродил со своей компанией по ночному городу. На протяжении всего месяца после их с братом ссоры он почти каждый вечер уходил гулять с Владом и девчонками, чтобы как можно меньше оставаться с Витей наедине. У него было достаточно времени, чтобы обдумать случившееся, слова брата, его ненормальные чувства и прийти к выводу, что близнец просто психически нездоров. Испытывать иную любовь к кому-то из своей семьи определённо ненормально, противоестественно, абсурдно! Это исключено. Так быть не должно. — Кстати, а почему ты приходишь без Вити? — неожиданно спросила Юля. Матвей вынырнул из потока хаотичных мыслей и вернулся в реальность. — Мы поругались… Сильно. Да и мы не сиамские близнецы, чтобы всегда и всюду ходить вместе. — Блин, это так грустно, — расстроенно добавила Ксюша, потирая друг о друга ладоши от холода. — Что случилось, если не секрет? То, что между ними произошло, было ещё каким секретом вообще для всех: родителей, родственников, друзей, одногруппников, да для кого угодно. Ни одна живая душа, и неживая тоже, никогда не должна узнать об их общем секрете. — Витя накосячил… Прям пиздец как. — Ого. Не знал, что Витёк умеет косячить, — с улыбкой прокомментировал Влад, достав из кармана перчатки и передав их подруге. — Умеет, уж поверьте… Я его как никто другой лучше знаю, с самого нашего рождения. — И что он натворил? — Аиша старалась скрыть дикое любопытство. — Да так. Семейное. Не хочу про это говорить. Друзья лишь с пониманием обняли Матвея и пошли гулять дальше по заснеженным улицам. Через час девушки разошлись по домам, и парни остались наедине. Разгуливая по заброшке, ребята молча рисовали маркером на стенах. Темноволосый парень надумал что-то у себя в голове и улыбнулся своим мыслям. — Знаешь, Моть, давно хотел сказать, что ты довольно милый парень. Матвей залился краской на такое высказывание в его сторону. — Эм… Спасибо что ли? Влад опёрся одной рукой о стену, где стоял друг, а другой аккуратно взял его за подбородок. Матвей непонимающе смотрел своими зелёными глазами на одногруппника. — Ещё ты очень красивый, а твои губы…так и манят попробовать их на вкус… — шептал темноволосый, желая поцеловать Матвея. Голубоглазый медленно приближался к его лицу, и когда между ними остались ничтожные миллиметры, Матвей прозрел. Он понял, кто ему действительно дорог, кто всегда был рядом в счастливые и трудные времена, кто на протяжении многих лет защищал его, кому он мог довериться, поделиться переживаниями, мечтами и радостями, кто видел его любым: радостным, заплаканным, капризным, игривым, сонным, спящим, разгневанным. Кто принимает его таким, какой он есть, с чудищами или без — настоящим. К кому испытывает истинные чувства и с кем хочет провести всю оставшуюся жизнь. Нормально ли такое? Точно нет. Ну и плевать. Плевать, что он любит своего родного брата-близнеца далеко не по-братски, плевать на этих проклятых чудишь. Ничего поистине уже не имеет значения, если его серьёзного, хмурого и недовольного, немного душного старшего брата нет рядом. Теперь всё потеряло здравый смысл. Матвей оттолкнул от себя одногруппника. — Прости, но у меня уже есть человек, которого я люблю. Парень побежал в сторону выхода, крикнув Владу напоследок: — Желаю помириться с Кириллом! Знаю, что он тот, кто действительно тебе дорог. Влад проводил взглядом убегающего друга и с печальной улыбкой сказал самому себе мысли вслух. — Знал бы я только, как всё исправить… Матвей бежал по заснеженной дороге, глотая ртом ледяной воздух. В голове засело лишь одно имя: «Витя». Добежав до дома, он не стал дожидаться лифта, побежал по лестнице, чтобы быстрее увидеть близнеца. Парень распахнул входную дверь и увидел в прихожей дорогого старшего брата со шваброй в руках. — Привет… Как погулял с ребятами?.. Младший не ответил на вопрос, быстро снимая зимнюю одежду и второпях стягивая обувь. — Я, вот, прибраться дома решил… Полы помыть… Матвей подбежал к близнецу и жадно вцепился в его сухие губы. От потрясения старший распахнул глаза, но не оттолкнул. Швабра выскользнула из его рук и с шумом упала на пол. Ещё минуту он пребывал в состоянии шока от происходящего, не отвечая на настойчивые поцелуи. Что случилось с Матвеем? Он в нетрезвом состоянии? Да вроде нет, алкоголем не пахнет. Наркотики?! Если так, то ему, как старшему, нужно провести серьёзную беседу, даже если Матвей его ненавидит и вообще больше не воспринимает как брата. Откинув на время негативные мысли, Витя пришёл в себя и крепко прижал младшего. Матвей запрыгнул на близнеца, прижимаясь ногами к его телу. Обвивая руки вокруг его шеи, младший напористо целовал брата. Придерживая близнеца, Витя понёс его в комнату. Дрожащей рукой парень открыл дверь их спальни и, скинув со стола лежащие тетради и учебники, посадил брата. Вещи одна за другой летели по всей комнате и уже валялись на полу. Горячие поцелуи, страстные укусы оставались на шеи Матвея, такие же горячие, как и его старший брат. Витя обхватил губами нежно-розовый сосок, разрабатывая младшего одним пальцем. Каждое прикосновение старшего будто электрический заряд проходил через его пылающее вожделением тело. Матвей постанывал тому в шею, на ухо, тёрся коленом о его горячую плоть, которая оттягивала шорты. Избавившись от последней вещи, парень достал из ящика пачку презервативов и, взяв близнеца на руки, медленно стал насаживать на член. Вновь чувствовать старшего брата так близко, ощущать весь его пылкий характер до онемения во всём теле приводила парня в восторг. Какой же у него ахуенный брат-близнец. — В-Вить, я так сильно скучал по тебе, — сквозь стоны проговорил он. — Я тоже… Очень сильно скучал, — не замедляя темпа, ответил тот. Достигнув очередного взрыва искрящихся эмоций, Матвей был словно под экстази. — Почему у моего брата он такой большой… — стонал, почти хныкал Матвей. — Мне кажется я сейчас сойду с ума. — Моему братику сейчас хорошо? — шептал тот ему на ухо, от чего у младшего по коже побежали мурашки от этого шёпота. — Д-да… Вить, я себя так странно чувствую… — хныкал Матвей от приближения наивысшей степени удовольствия. — Опять хочешь кончить? Но ты же только недавно… А, понял. Парень вышел из близнеца, поставил его в коленно-локтевую позу и резко вошёл. Сотни разноцветных искр замелькали у младшего перед глазами, и струя с прозрачной жидкостью выстрельнула из него. Матвей обессиленно рухнул лицом в подушку, тяжело дыша после горячего и столь желанного воссоединения с братом. Только сейчас до него дошло, что он занимался сексом с родным, мать его, близнецом. Младший перевернулся на спину и ошарашенно начал: — Б-блять… Господи Боже… Вить, прости меня, ради Бога! Я-я не знаю, что на меня нашло, правда… — Ты под чем-то? — старший серьёзно посмотрел на брата. — Нет! Клянусь! — оправдывался тот. — Как ты мог о таком подумать?.. — Эм… Тогда я не совсем тебя понимаю… Ты же, вроде как, меня возненавидел и не хотел общаться… А сейчас сам набросился на меня и… — Да, знаю. Мои действия порой кажутся нелогичными… Ну, не порой, а большую часть времени, просто… Влад помог мне разобраться в себе и понять, кого я реально люблю и с кем хочу быть… Вить, я люблю тебя. Не как брата. — Я тоже тебя люблю, — парень улыбнулся и просиял от счастья. Кажется, Матвей впервые видел близнеца таким счастливым, таким другим, таким не таким, таким… невитей. — Секунду… Ты сказал Влад? Он что-то сделал с тобой? Он тебя трогал? Если этот озабоченный фонарный столб хоть как-то лез к тебе, я ему все зубы пересчитаю. — Не-е-ет, конечно нет. Парень серьёзно смотрел в глаза напротив, явно не поверив не самой убедительной актёрской игре. — …Он пытался меня поцеловать, — опустив глаза, быстро оттараторил Матвей. — Ему хана. — Только не убей его! — Ты в курсе, что он сделал с Кириллом? — …Да, он мне рассказал… — Хотя, я и сам ничем не лучше его… Прости, что принудил тебя в тот день… — Знаешь, если бы этого не произошло, ты бы, возможно, никогда не смог рассказать о своих чувствах. И тебе всю жизнь пришлось притворяться и скрывать их от меня. — Ну да… Надеюсь ты больше не злишься. — Не злюсь, — младший улыбнулся ему и, убрав ладонью чёлку Вити, поцеловал в лоб. Старший одарил близнеца ответной улыбкой и накрыл их одеялом. — Тебе понравилось? — …Да, — признался тот, сгорая от смущения. — Ну… Я догадался, по тому, как ты сквиртанул, — довольный Витя улыбнулся проделанной работе. — Блять, не напоминай, — младший стыдливо закрыл лицо руками. — Это естественный процесс. — Всё равно неловко… Я же парень. — И что? Ответа не последовало. — Ты бы… хотел со мной встречаться? — неуверенно спросил старший. — Да, конечно. Витя явно не ожидал получить положительного ответа. — П-правда? — от сильного волнения он, как это обычно и бывало, начал заикаться. — Т-ты это, — проглотив слюну, пытался успокоиться, — с-с-с… Да бля… — парень раздражённо выдохнул и посмотрел на потолок. — Т-ты это с-серьёзно? — Да. Вить, не нервничай, всё хорошо, — Матвей лёг на бок лицом к брату и устало закрыл глаза. — Давай лучше спать. От одной мысли он резко распахнул веки обратно. — У меня вопрос, эм… Какую перспективу ты видишь в наших отношениях? Некровных. — Рад, что ты задал этот вопрос, — парень взял со стола свой телефон и открыл заметки. — Смотри, сначала мы оканчиваем учёбу в колледже, поступаем в один университет, съезжаем от родителей на съёмную квартиру, оканчиваем учёбу в универе, находим работу, покупаем квартиру и живём вместе. — Ого, так ты всё заранее продумал, — младший удивлённо хлопал глазами, в очередной раз убедившись, что близнец живёт строго по плану, составленному на десять лет вперёд. — Ты даже заметку сделал с нашими дальнейшими планами на будущее, если мы начнём встречаться? — Угу, но я до сих пор не могу поверить, что мы теперь больше, чем просто семья. — А если бы я отказал? Что бы ты делал в таком случае? — То же самое, только один… — Размечтался, от меня ты так просто не избавишься, — захихикал младший. — Кстати, как ты вообще умудрился влюбиться в родного брата, тем более близнеца? — Не знаю, — Витя пожал плечами. — В тринадцать лет понял, что ты меня привлекаешь в романтическом плане. — Ты четыре года скрывал это?! Обалдеть, я даже не подозревал. — Теперь не придётся, — он приблизился к устам брата и нежно поцеловал. — Тебя не смущает, что мы выглядим абсолютно одинаково? Разве любить близнеца не признак завышенной самооценки? — Когда я смотрю на тебя, то вижу не себя, а совершенно другого человека. Со своими увлечениями, интересами, взглядами на жизнь. Ребята ещё долго болтами обо всём том, о чём молчали целый месяц. Их холодное поверхностное общение во время ссоры вылилось в нескончаемый бурный диалог длиною до поздней ночи. Парни не заметили, как уснули в обнимку, оставив прошлое позади. Тихо посапывая в шею друг друга, они ощущали, как их сердца забились в унисон. *** Витя сидел на своей кровати, задумчиво перелистывая страницы дневника. Внимательно изучая каждую строчку, он пытался разобрать текст на несуществующем языке. Расшифровывать непонятные символы и закорючки оказалось настоящей пыткой. Парень, не отрываясь от книги, брал из тарелки виноград, срывая с грозди ягоды и отправляя брату в рот. Матвей читал японские комиксы, расположив голову на коленях старшего. Когда это занятие наскучило, он отложил мангу и обнял близнеца, прижимаясь через футболку лицом к его торсу. Витя улыбнулся и, положив дневник на стол, запустил пальцы парню в волосы. — Надоело читать? — старший нежно гладил брата по голове. — Угу, — тот скользнул рукой под футболку Вити и заелозил щекой о его шорты. От подобных действий Витя почувствовал, как сердце забилось чаще, а кровь медленно начала приливать к паху. — М-Матвей, если ты продолжишь так вертеться, то… — запинаясь, проговорил тот, поглаживая младшего по волосам. — То, что? — игриво дразнил Матвей, не прекращая тереться о нарастающий через одежду член брата. — Сам знаешь… — рвано выдохнув, он прикусил нижнюю губу. Тот лишь издевательски улыбнулся и, вытащив из шорт горячую плоть близнеца, стал медленно водить рукой, касаясь кончиком языка головки члена. От наслаждения старший прикрыл глаза и откинул голову назад, упираясь ею в стену. Другой рукой младший поглаживал пресс брата, что заводило Витю сильнее с каждым новым прикосновением к его телу. Приподняв голову, Матвей встал на четвереньки, упираясь руками о постель. Обхватив головку губами, он произвёл филигранное движение языком, на что послышался сдавленный стон близнеца. Беря глубже, заглатывая пылающий вожделением орган, младший, учащённо дыша, не прекращал мучительные ласки. По комнате раздался томный вздох. Витя ещё раз прошёлся пальцами по мягким волосам близнеца и, убрав его чёлку, схватил за волосы, крепко сжимая пряди в руке. — Мой близняшка…такой непредсказуемый… — бормотал парень в сладостном бреду, облизнув сухие губы. Братскую идиллию прервал входящий звонок от матери. — М-Матвей, отвлекись пока, нам мама звонит, — сдерживая себя от приближающегося нарастающего момента кульминации, попросил старший, но близнец намеренно продолжал похотливые движения ртом. Трясущейся рукой он принял вызов. — Алло, привет, мам, — поздоровался Витя, стараясь держать ровный тон голоса. — Да, нормально. В колледже тоже хорошо. Да, утром бужу Матвея. Следим за порядком. И посуду моем. Пока он разговаривал по телефону, младший с коварной улыбкой сомкнул пальцы на стволе и принялся делать рукой интенсивные движения. Что в детстве, что сейчас Матвей любил пакостить старшему брату, а наблюдать сейчас за его смущённым лицом казалось для него наивысшим удовольствием. У парня перехватило дыхание от нового прилива блаженных ощущений. Витя отстранил телефон, чтобы мать не услышала его тихие вздохи и неровное дыхание. Переведя дух, он продолжил разговор. — Чем сейчас занимаемся? — адреналин от страха прилетел в голову и растёкся по всему тему. — Домашку делаем. Женщина болтала с сыном ещё минут двадцать, рассказывала про работу, город, где они с мужем сейчас находились, но Витя не слушал её, молясь не застонать и не кончить. Единственно, о чём он сейчас мечтал, — это кончить. На лицо бессовестного близнеца, ему в рот, неважно куда, просто выплеснуть горячую вязкую сперму, которая уже до боли норовилась вырваться наружу. «Пиздец, как хочется кончить», — всё, о чём он мог думать. И вот опять Матвей прильнул своими влажными нежными губами к его члену, обсасывая и полируя языком со всех сторон. Да он издевается! Когда мама договорила, парень попрощался с ней и дрожащей рукой завершил вызов. Витя схватил брата за волосы и, протолкнув изнывающий ствол тому в глотку на всю длину, с протяжным стоном заполнил его рот густой перламутрово-жемчужной жидкостью. Сперма быстро растекалась по его рту, и так же стремительно проглатывалась. Тысячи искр сияли у старшего перед глазами во время долгожданного завершения. Шумно выдохнув, он открыл глаза и серьёзно посмотрел на близнеца. — Ты в своём уме? Зачем ты это делал, пока я разговаривал? Что, если бы мама что-то услышала? — отчитывал Витя. — Прости-и-и, — неловко улыбнулся младший и почесал затылок, — просто захотелось немного похулиганить. Ну, знаешь, как в детстве, когда ты из-за меня получал от родителей. Убрав обратно в шорты ту часть тела, которую близнец старательно ласкал последние полчаса, не упустив ни миллиметра, Витя повалил на постель сидящего брата и лёг на него сверху. — Если я стал твоим парнем, это не значит, что перестал быть твоим старшим братом. А как твой брат, я обязан наказать тебя за подобную выходку. Так оттрахаю, что неделю с кровати не встанешь, ты этого хочешь? — Может я этого и добиваюсь, — на его лице образовалась хитрая ухмылка. Витя тоже усмехнулся и, чуть покраснев, отвёл взгляд. — Тогда жди наказания, ты провинился. Месть будет такой же сладкой, как и мой братишка, — в его глазах загорелись искры азарта.