I wanna be yours

      На следующий день Хван не приходит. Рюджин закатывает глаза, отмечая ее как отсутствующую в классном журнале. Шин проводит урок, недовольно оглядывая расписание. Казалось бы, можно выдохнуть, вот только, что-то предчувствие старшей подсказывало, что стоит ожидать появления Хван с фанфарами.       — Ерин, — зовет брюнетка, подзывая старосту. Та отрывается от собирания вещей, чуть вздрагивая. Подходит к столу, приподнимая брови. — Прости, вчера не успела тебя отловить, после неудачной шутки Хван. Все в порядке? — Осведомляется Шин.       — Да-да, учитель Шин, не переживайте. — Девушка чуть смущается, заправляя выпавшую прядь за ухо и отводя взгляд. Рюджин облегченно выдыхает, мягко расплываясь в улыбке и кивая.       — Я рада это слышать. Так, что насчет дополнительных? Если хочешь, можем сегодня все разобрать, да и у вас расписание, вроде, не настолько загруженное. — Сверяясь с дополнительно висящим листочком, что был прикреплен к столу, тянет Шин. Девушка благодарно кивает, соглашаясь. — Отлично, тогда после уроков можешь зайти, посидим часок-другой.       Следующий класс, буйный. Вот почему Рюджин не любит начало пубертата. В кабинет буквально врывается толпа ребят, после физкультуры, с еще влажными от пота волосами, потрепанными рубашками. Громко гогочут, что-то обсуждают, тычат друг в друга пальцами. Шин морщит нос, ощущая стойкий запах пота, который ко всему прочему мешается с яркими духами девушек. В такой духоте голова грозится расколоться на две части от сильных пульсаций где-то в черепной коробке, а потому, старшая открывает окно, подходя к нему и стараясь вдохнуть больше свежего воздуха.       Рутина на практике утомляла больше, чем обычное присутствие Йеджи. Хотя если выбирать между ведением 10 уроков подряд и 10-тью часами с Хван, Шин бы честно взяла пистолет, приставив к своему виску. Слушать как эти подростки перешептываются, пока их одноклассник прикрывает их у доски, стараясь напридумывать информацию, которой никогда не было в тексте учебника, это конечно, увлекательно. Рюджин вздыхает, понимая, что никто не готов. Вот и как с ними работать? Нет ни сил, ни желания. А голым энтузиазмом, после очередной не самой удачной ночи, Шин откровенно не пышет. Старшая включает им какой-то нудный фильм на фон, конечно же на ту тему, к которой никто не подготовился, сама же пялясь в экран телефона. Небольшой значок горит у аватарки младшей. Хван явно в сети. Рюджин недолго борется с дьяволами внутри, прикусывая губу и не зная, стоит ли написать первой. С одной стороны, как классный руководитель, конечно же, она может поинтересоваться где пропадает рыжеволосая бестия. С другой стороны, что-то внутри, явно против.       Шин ломается, ерзая на стуле, и все не решаясь написать первой. Быстро набирает глупое: «Почему ты не написала мне, что не придешь?». Втягивает носом воздух, поджимая губы и выпрямляясь. Откладывает телефон, кладя экраном вниз, отвлекаясь на фильм. Обычно Йеджи отвечает быстро, но сейчас, даже когда иконка ее профиля горит «онлайн», она нарочно игнорирует. Рюджин недовольно косится на непрочитанное сообщение, стараясь совладать с эмоциями внутри. Эта девушка играет с ее нервной системой как кот с клубком. Когда телефон вибрирует, Шин так быстро хватает телефон, что ей почти стыдно за подобную реакцию. Чертыхаясь про себя, она вновь откладывает его заметив смс-оповещение.       Хван все же соизволила ответить ей, через час, отписав ей идиотское: «Соскучилась?». Рюджин со вздохом закатила глаза, недовольно набирая ответ. Эта бестия все еще в своем репертуаре, каждый ее ответ это флирт или неудачные попытки подловить старшую, на что брюнетка лишь старательно сдерживается, чтобы не ответить колкостью.       В целом день проходит спокойно. Настолько, насколько это возможно в школе. Сил конечно мало, но Рюджин же уже ляпнула про дополнительные занятия, а потому, достает методички, заняв место за партой и дожидаясь старосту, благо, та очень пунктуальна.       — Я подумала, вы устали, поэтому взяла вам сладкий батончик, чтобы немного приободрились, — Шин благодарно кивает, принимая лакомство. Большую часть занятия они и правда уделяют биологии, разбирая задания из сборников и прорешивая задачи. Рюджин отвлекается, заслышав звук таймера, откидываясь на спинку неудобного стула и потягиваясь.       — Не знаешь, что там с Хван? — Как бы невзначай спрашивает Рюджин. Староста, что принялась собирать свои тетради, тушуется.       — Заболела, но скорее всего, просто прогуливает. — Признается девушка. — Вы не обижайтесь на нее, Йеджи просто до сих пор мстит отцу, а попадает всем, кто хоть немного затрагивает сферу обучения. — Пожимает плечами младшая. Заметив изучающий взгляд, староста смущается. — Я, наверное, не имею права о таком рассказывать, но вы наш классный руководитель… Йеджи раньше училась в другой школе, как я поняла, у нее там были ее близкие друзья, но Господин Хван решил иначе, а потому не говоря ей ничего, просто забрал документы и подал сюда. Первые недели она вообще не появлялась, а потом, начался кромешный ад, для всех. От учителей до школьников. Йеджи сразу заняла «трон», доказав, что деньги и власть решают все проблемы. Я пыталась быть с ней милой, но… — девушка поджимает губы. — Не получилось, ей это было не нужно. В итоге, пытаясь сделать добро, получила в ответ лишь ядовитые насмешки и дразнения. Вы сейчас еще не видели ее самых ужасных выходок, это так, даже не цветочки. — Рюджин тактично умалчивает про то, что она видела от Хван, кивая головой. — Ей сложно найти контакт, все следуют за ней лишь потому что, знают, что будет, если пойдут против. Таких активистов в нашей школе не осталось, хотя, те крупицы, что не вылетели сразу, поджали хвосты и закрыли рты.       — М-м, проблематичные «детишки», как я такое люблю, — саркастично подмечает брюнетка, устало вздыхая.       — Я не обижаюсь на нее, привыкла. — Тихо произносит девушка. — Возможно на ее месте я бы вела себя также, все же, отец у нее и правда, страшнее Хван раза в два. Он буквально давит своей аурой, это так страшно, видеть их вместе. Особенно если ссорятся, то кажется, что еще немного и полетят искры. Они как два бойцовских пса, кричат друг на друга и не дай бог встрять, там все, мокрого места не останется. — Рюджин на эту заметку лишь пренебрежительно фыркает.       — Я бы посмотрела на этот дуэт, пусть попробуют мне слово сказать, посмотрим еще, кто первый замолкнет, — вызывающе твердит брюнетка, хотя признаться честно, мурашки по коже от рассказов все же идут. Если Йеджи и правда уменьшенная копия своего отца, для которого закон не писан, то возможно, проблем Шин не оберется.       — Лучше не стоит проверять, поверьте, я видела много людей, которые были настроены точно так же, вот только, когда вступаешь в конфликт с семейкой Хван, не стоит даже ставить проценты победы. Тут заранее ясен исход, — заключает девушка. Рюджин пожимает плечами, мол, посмотрим кто кого. — В любом случае, с Йеджи лучше не связываться.       — Поздно, — удрученно бубнит под нос брюнетка.       — Что? — Не расслышала староста, на что Шин отмахивается, натягивая на лицо улыбку.       — Говорю, разберемся, все, не смею задерживать тебя, пора бы по домам. — Заканчивает диалог старшая, собирая немногочисленные вещи и подбирая ключи от машины. Запирает кабинет, провожая взглядом старосту, после неспешно направляясь к парковке, перебирая в голове появившиеся сведения.       Так значит, Йеджи проблемное звено, с недостатком внимания и отсутствием моральных устоев? Рюджин поджимает губы, понимая, что вляпалась по уши. Даже хуже, она сейчас утопает в этом дерьме, без шанса выбраться. Практика обещает быть веселой.

***

      — Пап, я в школу! — Оглядывая себя в большое зеркало, кричит девушка. Сегодня она выбрала еще более вызывающий наряд. Черная короткая кожаная юбка с ремешками на бедре, высокие шпильки. Темный кружевной лиф бесстыдно просвечивается через легкую рубашку, что едва застегнута, так еще и увенчана тонкими ремнями от портупеи, что закрепляется на шее. Она довольно откидывает завитые рыжие волосы, закусывая алую губу. Рюджин точно оценит.       — Ага, — безэмоционально доносится из кухни.       — А потом я пойду тусить в компании девушки, — провоцирует Хван. На что слышит точно такой же ответ. — Она старше меня!       — Хорошо, — отвечает отец, даже не соизволив выйти в коридор.       — А еще я колюсь героином, — закатывает глаза девушка, уже зная, что услышит в ответ незаинтересованное «ага». — Ты бы хоть слушал, для приличия, — морщится Хван, забирая ключи от дома. Нагло стаскивает пачку сигарет с верхней полки, запихивая в сумку, выходя из особняка к ждущему водителю. Этот бугай с непроницаемым лицом по обычаю молчит, открывая дверцу машины и позволяя сесть девушке, затем садится сам, неспешно трогаясь с места.       Йеджи идет по коридору с высоко поднятой головой, довольно ловя на себе чужие похотливые взгляды. Только вот для полной картины не хватает лишь одного. Рюджин. Все это ради ошалелого лица старшей, что наверняка смутится или, как минимум, начнет откровенно пялиться.       Хван замечает свою цель, хитро улыбаясь. Рюджин копается в каких-то бумагах, застыв посреди коридора, что-то привычно ворча под нос. Она сегодня вся в черном, который, между прочим, очень ей идет. Младшая нарочито близко подходит к Шин, задевая ту плечом и спотыкаясь, как бы, случайно. Йеджи во все оружии, лучшие духи, яркий макияж, броский образ. Улыбка становится лишь шире, когда чужие руки вовремя подхватывают ее за талию, не позволяя упасть. Так даже лучше, чем планировала младшая. Она нагло забрасывает руки на чужие плечи, склоняя голову и тихо шепча приветствие.       — Чокнутая? — Выдает Рюджин, оглядывая краем глаза упавшие листы. — А если бы я не поймала? — Она хмурит темные брови, и Йеджи уже тает от этого темного грозного взгляда на себе. Шин такая горячая, когда злится.       — Но ты поймала, — довольная своей выходкой, отвечает Йеджи.       — Я могу отпустить, — напоминает старшая. Хван смеется, сильнее стискивая чужую шею в объятиях, чуть давя локтями на плечи.       — Не отпустишь, — уверено шепчет рыжеволосая. В темных глазах напротив к ее сожалению, нет и капли игривости, старшая полностью серьезна и сконцентрирована на ней, ну, лучше чем ничего.       — Головой хоть думай, ты могла ногу свернуть на своих ходулях, — огрызается Шин, пропуская мимо ушей чужую фразу. Брюнетка поднимается, притягивая к себе ученицу для того, чтобы поставить на ноги. — Прекрати на мне виснуть, у меня шея не стальная, а ты не перышко.       — Грубо, Рюджин-и. — Тянет Йеджи, все еще не выпуская Шин из объятий. — Между прочим, я хожу на пилатес и делаю утром зарядку.       — Госпожа Шин! — Голос старосты кажется спасением для брюнетки, что с облегчением замечает как чужие руки нехотя сползают с ее плеч. — Вы обронили, — она присаживается, начиная собирать бумаги. Рюджин зеркалит ее действия, кивая головой и бегло благодаря девушку. Хван лишь громко цокает языком, демонстративно закатывая глаза. — Вас еще вызывали к директрисе, — как бы невзначай произносит староста, на что Шин морщится кивая. Йеджи нехотя отступает, пока в груди все неприятно колит от картины, где эта серая мышь так и лезет к ее Рюджин. Стоит рыжеволосой удалиться, как староста в унисон выдыхает со старшей. — Директрису я придумала, если вы не поняли. — Уточняет девушка, и Шин удивленно таращится на нее.       — Ты моя спасительница, — бормочет брюнетка.       — Я видела как Йеджи только зайдя нацелилась на вас, а потому, поспешила помочь, — очаровательно улыбается младшая. Шин вновь благодарит ее, поднимаясь с кучей документов. — Кажется, она выбрала мишень.       — Ага, меня, — невесело заключает брюнетка, качая головой. — Ладно, прорвемся, еще раз благодарю.       — Вы меня уже раз сто поблагодарили, — смущенно смеется темноволосая, а после кивает. — Постараюсь быть полезной. А сейчас я пойду на урок. — Она машет рукой, удаляясь и оставляя Шин одну. Ей чертовски повезло, что на ее стороне староста, но кажется, в чем-то Хван была права.

***

      — Ты игнорируешь ее целый день? — Уточняет Джису, доедая салат. Сейчас они сидят в столовой, за отдаленным столиком и Рюджин спиной ощущает косые взгляды от младшей. Она кивает, неспешно потягивая кофе из кружки. — Я конечно не психолог, но по-моему это все равно что дразнить собаку мясом. Йеджи в тебе дыру просверлила.       — О, спасибо, кэп, я знаю, — Шин потирает переносицу. — А что мне делать? Ты видела ее? Оделась как в клуб. А мы в школе, на минуточку, — бормочет девушка.       — А вот нечего было с ней спать, — едко отзывается Чхве, приступая к мягкой булочке с джемом. Шин возмущенно смотрит на нее.       — Я же не знала, что ей с утра в школу, знаешь, как-то не уточнила, — язвит брюнетка. — Надо было перед тем как мы свалились на кровать спросить: «Слушай, а ты случаем не школьница?». А уже после стягивать белье, — закатывает глаза девушка, сжимая кружку сильнее.       — Избавь меня от этих подробностей, — молит Джису. — Я ем!       — Не подавись, — морщится Шин, прикрывая ладонью лицо. — У меня последний урок с ними. Я туда не хочу. Забери меня. — Просит подругу младшая, на что Чхве изгибает бровь.       — Ты предлагаешь нам поменяться? А ничего, что я в биологии разбираюсь ужасно?       — Да им плевать, мы все равно почти ничего не делаем, пусть решают тесты, а ты посидишь… — Тянет Рюджин, но Джису отрезает все ее попытки, отрицательно мотая головой.       — Нет, разбирайся со своими малолетками сама, заварила все это, вот вперед, расхлебывай. — Рюджин на это лишь скулит, подобно собаке, падая головой в стол. — Не съест же она тебя в прямом смысле. — Старается успокоить Джису.       — Я бы не была в этом так уверена, — недовольно произносит Рюджин, нервно постукивая ногой под столом.       — Ну, на этом мои полномочия — все.       — Мои тоже, — невесело смеется Шин, слыша звонок. — Пожелай мне удачи.       — Ни пуха ни пера, — бормочет Джису, доедая булочку и запивая ее чаем. Рюджин поднимается с места, глядя в глаза подруги.       — Ага, к черту, к дьяволице в лапы вернее.       Весь урок Шин сидит словно на иголках, ожидая выпада со стороны младшей, но та подозрительно молчит. Конечно, материал она не записывает, но по крайней мере, не выступает. Рюджин обменивается многозначительным взглядом со старостой, кажется даже она в шоке от подобной тишины. Даже когда читая материал Шин оговаривается, Хван не реагирует, рассматривая свои ногти и не удосуживая ее своим испепеляющим взглядом.       Начеркав мелом домашнее задание, девушка облегченно выдыхает, отпуская класс. Дверь хлопает, и она оборачивается, ухмыляясь. Йеджи все же что-то задумала. Она сидит за партой, закинув ногу на ногу и склонив голову.       — А я уж думала ты заболела, — Рюджин садится на свое место, разбирая методички по ящикам. Йеджи смеется.       — Волнуешься?       — Обойдешься, — язвит Шин. Бестия поднимается со своего места, спрятав руки за спиной и неторопливо подходя к учительскому столу. Наклоняется так, чтобы белая рубашка перестала скрывать ее темное белье, ловя на себе жадный взгляд старшей. — Я тебя слушаю.       — Мы одни, можем, повторить. — Йеджи старается коснуться кожи Шин, но та отшатывается.       — Ничего мы повторять не будем. — Рюджин поднимается, наклоняясь к лицу младшей. — Сколько мне еще раз повторить, что это была ошибка.       — Что именно? Поцелуй под столом или наш секс? — Уточняет Йеджи с хитрой улыбкой. Рюджин долго смотрит на нее, пытаясь понять, что задумала эта хитрая лисица, но голова к последнему уроку уже не соображает.       — Все. От секса до поцелуя, довольна? — Ворчливо отзывается старшая, закатывая глаза.       — Да, — искренне говорит Йеджи, заставляя Шин впасть в ступор. Когда она вытягивает из-за спины телефон, на котором отчетливо видно бегущую дорожку диктофона. Наманикюренный пальчик касается красной кнопки, останавливая запись, пока алые губы растягиваются в хищной усмешке. — Один поцелуй, и мы живем мирно.       — Одна пощечина и ты идешь отсюда. — Рычит Шин, стараясь выхватить телефон. Она обходит стол, совершая вторую попытку. Эта наглая девица вновь пользуется высоким ростом еще и шпильками, задирая руку. — Хван!       — Один поцелуй, — стоит на своем младшая, смеясь с того, как Рюджин прыгает, пытаясь выхватить гаджет. Понимая, что это бессмысленно, Шин задирает голову, сталкиваясь с хитрыми кошачьими глазами, блестящими от удовольствия.       — Да пошла ты, — цедит Рюджин, совсем рядом с чужими губами.       — Хорошо, тогда может эту запись поставить по школьному радио? Нам же нечего скрывать, да, Рюджин-и? — Заговорщески тянет рыжая, выводя старшую из равновесия. Зная эту упертую бараниху, она ведь вполне может так сделать. Шин сжимает руки в кулаки, хмуря брови больше. Йеджи пользуется моментом, наклоняясь и быстро касаясь своими губами чужих, только вот ее тут же отталкивают. Шин чертыхается, старательно стирая тыльной стороной ладони следы помады. — Оплата за этот день засчитана, завтра буду ждать повторной. — Подмигивает младшая.       — Послушай меня, — не выдерживает Рюджин. — Если ты думаешь, что из-за твоего папочки, ты можешь позволять себе нарушать чужое личное пространство, то передумай. — Рычит старшая. — У меня от твоих выходок уже нервы шалят, ты меня задолбала, весь этот тупой флирт, шуточки, шантаж. Ты вот здесь сидишь, — показывает на свое горло Шин. — Думаешь мне нравится когда со мной обращаются как с вещью?! Хван, ты ведешь себя отвратительно, хуже чем типичные суки из дорам, еще и оделась как на улочку красных фонарей. Что мне тебе деньги в трусы засунуть, чтобы ты успокоилась и почувствовала себя нужной? Прекрати вести себя как ребенок, прекрати строить из себя пуп Земли, просто пре-кра-ти! — На одном дыхании выдает девушка. — Ты ничего из себя не представляешь, таких как ты по всей Корее, избалованных, наглых девиц, как листьев на деревьях. — Заканчивает вспыльчивую тираду Рюджин, опуская голову и стараясь совладать с эмоциями. Еще немного и она самолично придушит эту рыжую бесящую посланницу Ада.       — Знаешь, — голос Хван дрожит, от чего Шин резко поднимает голову. — Вот, — она поднимает телефон, быстро вводя пароль и показывая запись диктофона. Нажимает на корзину, удаляя. — Если я тебе настолько не нравлюсь, могла сказать все это спокойно, а не кричать. Старшая замирает, когда в груди сердце пропускает предательский удар. Болезненный, больше напоминающий какой-то укол.       — Ты плачешь? — Глупо спрашивает Рюджин, наблюдая за тем, как рыжеволосая быстро проходит мимо, так и не поднимая головы. — Эй? — Йеджи хлюпает носом, подбирая сумку и молча уходя. — Сама виновата, что довела! — Кричит вслед Рюджин, после хлопая себя по лицу. Неприятный осадок скапливается в душе. Обычно в таких случаях говорят, кошки скребутся, вот только, по ощущениям, там огромные тигры. Казалось бы, записи нет, Йеджи все высказала, а легче не стало. Наоборот, стало раза в два хуже. Рюджин зачесывает волосы, подходя к столу и нервно опрокидывая рядом стоящий стул, стараясь выместить злость. Теперь уже точно — влипла.

***

      Все звонки и смс Йеджи игнорирует, пока Рюджин бродит по квартире туда-сюда, нервно кусая губы. Проверка теста и тетрадей затягивается до раннего утра, потому что Рюджин то и дело проверяет телефон, подыскивая слова, но так и не найдя подходящих, в итоге уходит с головой в работу.       От потери большей части нервных клеток, говоря простыми словами, стресса и чувства вины, она встает еле-еле, проспав часа 2, не больше, а впереди еще целый рабочий день. Шин поднимается с кровати, плетясь в ванную и желая устроиться на полу клубочком, чтобы вернуться в Царство Морфея. Не спасает даже кофе, который брюнетка быстро выпивает, стараясь хоть немного прийти в себя. Рюджин уже подумывает о том, как бы откосить. Слишком уж велик соблазн лечь в кровать и устроиться среди одеял.       Шин не понимает как умудряется добраться до школы, где плетется до класса, проклиная всю практику на чем свет стоит. Рюджин честно почти не слушает, что отвечают ей дети на первом уроке, в целом как и на втором. Брюнетка выпивает еще чашку кофе, надеясь, что давление не сильно поднимется. Хотя учитывая, что сейчас придет ее класс, оно начнет скакать не от напитка, а выходок рыжеволосой.       Девушка все еще ощущает вину перед младшей, на которую вчера сорвалась. Стоило быть как-то мягче, может, просто попробовать побеседовать, узнать, что скрывается за всеми выходками, а не кидаться с обвинениями. Только вот думать было поздно, слова сейчас назад не заберешь, а извиняться не позволяет гордость смешанная с упрямством.       Когда Рюджин выходит из каморки, чтобы поприветствовать класс, то глупо замирает на пороге, пока ее челюсть очень стремится познакомиться с полом. Шутки шутками, а рот Шин от удивления приоткрыла, тупо пялясь на самую дальнюю парту. Йеджи в топе и короткой юбке? Ладно, привычно. В чулках, рваных шортах и майке на тонких лямках? Тоже видели. Соблазнительно расстегнутые пуговицы на рубашке, блядский чокер и темные смоки? Видели, проходили. Но вот в форме…       Рюджин пару раз моргает, поджимая губы, но образ Хван не меняется. Младшая все также сидит на последней парте, рядом с подружкой, что кажется ошарашена не меньше Шин и других учеников. В классе стоит непривычная давящая аура тишины. У Йеджи нет и капли макияжа, она кажется, даже убрала наращенные ногти, спилив их. На ней простая, мать его, школьная форма. Без каких-то вызывающих атрибутов. Юбка по колено, полностью застегнутая белая рубашка и аккуратно заправленный галстук. Большая часть которого прячется под светло серым жилетом. На ногах туфли без каблука.       Или Шин уже валяется в обмороке в кабинете, из-за количества кофе и убитых нервов, или мир сошел с ума. Возможно ли вообще такое, чтобы люди так резко менялись? Рыжеволосая даже не смотрит на нее, но что еще больше пугает, она также не сидит в телефоне. Тот лежит на краю парты, брошенный, пока кошачий взгляд устремлен в учебник. Картина маслом — примерная ученица. Только вот… Это не Хван! Вот совсем не она. Нет, конечно, все эти чрезмерно яркие образы, тоже не похожи на девушку, скорее следствие демонстративного поведения. Шин хмурит брови, понимая, что молчит слишком долго, открыто пялясь на младшую. Быстро пробегает взглядом по макушкам учеников, но те, кажется, вполне понимают такую реакцию, на их лицах нет даже усмешек. Бойтесь своих желаний, да? Ну вот, Рюджин прочувствовала эту фразу на своей шкуре.       Сколько раз она ворчала на Хван? Там явно не хватит пальцев, чтобы пересчитать. Ну вот, просила примерную ученицу — получила. Только легче не стало. Шин прокашливается, выдыхая. Разберется с этим позже.       — Так, начнем урок. Сегодня у нас очередное повторение, откройте ваши учебнике на странице 167, — командует Шин. Проходит за стол, садясь и все еще украдкой поглядывая на рыжеволосую. Та исполняет указания, открыв нужную страницу и сейчас, судя по всему, вчитываясь в текст. А вот это уже звоночек. В голове не укладывается все то, что сейчас разворачивалось на глазах. Это же какой-то параллельный мир! Другая вселенная, не та матрица, все что угодно. Шин уже как идиотка, проверяет собственный пульс, вроде жива. Еще несколько раз моргает, скептично косясь на остатки кофе. Больше и глотка не сделает, хватит с нее. Да и после такого, попробуй тут уснуть.       Весь урок проходит спокойно. Когда Шин вызывает трех человек к доске, чтобы те решили задачи, Йеджи поднимает руку, выступая добровольцем. Рюджин напрягается, ожидая любого подвоха. Что угодно, колкая фраза, гневный взгляд, касание. Но нет, рыжеволосая быстро решает задачу, при чем без ошибок, после чего кладет мелок на место, уходя за парту. Рюджин утерли нос, смешав с грязью. Просто полностью.       В конце урока, Шин уже не выдерживает. Отпускает класс, быстрыми шагами подходя к Йеджи. Та поднимает опустошенный взгляд, собирая вещи. Она что-то шепчет на ухо подруге, та кивает, уходя.       — Мы можем поговорить? — Неловко спрашивает Шин. Хван долго смотрит на нее, а после отрицательно мотает головой.       — Нам не о чем разговаривать. Поговорили уже, — сухо произносит младшая. Она закидывает рюкзак на плечо, выходя.       — Йеджи! — Шин видит как хлопает дверь, чертыхаясь сквозь зубы. Да что за день. Рюджин потирает переносицу, поджимая губы. Отлично, кажется проблема не решилась, а усугубилась. Раза эдак в 2. — Потрясающе, — рычит брюнетка, ударяя кулаком по парте.       Головная боль начинает мучать Шин к 4 уроку, когда она стоит у электронной доски, показывая классу презентацию. Она старается рассказывать материал, но неприятное давление в висках сильно отвлекает ее. Да и мысли забиты странным поведением младшей. Брюнетка перещелкивает картинку, продолжая объяснять материал, когда в кабинет врывается один из старшеклассников, парнишка, что учился в классе, который курировала старшая.       — Госпожа Шин, — он старается отдышаться, держась за дверной косяк. — Там, драка, на третьем этаже.       — Что? — Ошарашенно спрашивает брюнетка, но уже срывается с места, откидывая методичку на стол и прося класс посидеть тихо, пока те заинтересованно переглядываются. — Пошли, быстрей, — гонит брюнетка. Вот только разборок на ее больную голову не хватало.       — Там Хван со старостой сцепились, мы сами не поняли, что произошло. У нас окно, мы сидели в кабинете, — попутно рассказывает парень, пока они бегом несутся по ступенькам. Искать долго не пришлось. Все действо происходило посреди коридора, посмотреть вышли даже другие классы, пока учителя молча наблюдали за тем, как две девушки почти валялись на полу, пиная друг друга и таща за волосы.       — Блять, — рычит Рюджин под нос, протискиваясь через толпу зевак и резко хватая младшую за талию, оттягивая от старосты, что никак не могла дать отпор. — Хван! — Старшая тащит ее на себя, сильнее обхватывая талию. Рыжеволосая не реагирует, она вся в слезах, но вырывается так, что пару раз больно ударяет Рюджин, которая тащит ее дальше. Парень что позвал ее, помогает подняться старосте. — Расходимся, шоу окончено, — цедит старшая зевакам. — Хван, успокойся, — просит девушка, на что получает очередной яростный пинок по ноге. Неприятно, но не так критично.       Затащить младшую в коморку кабинета все же удается. Хоть ученики, все еще заинтересованно тянут свои шеи, стараясь разглядеть Йеджи, Шин не обращает на них внимания. Бегло дает задание, закрывая дверь. Все еще хлюпая носом, рыжеволосая отходит к окну, пока ее плечи предательски дрожат. Она складывает руки на груди, явно не готова идти на контакт.       — И что это такое? — Выдает Рюджин, не находя подходящих слов. Рыжие волосы все взлохмачены, костяшки побелели от того, как сильно младшая сжала кулаки. — Йеджи, я не со стенкой говорю.       — Со мной ты тоже не говоришь, лишь орешь, — обидчиво произносит девушка. Если бы в мире было соревнование по тому, чтобы повторить смайлик из чатов, Шин бы заняла первое место с точностью до сотой скопировав Моаи.       — Я кричала лишь один раз, вчера, — сухо произносит Рюджин, а после, понимая, что сейчас спорить смысла нет, наотмашь машет рукой. Тяжело вздыхает, подходя к шкафчику и вытягивая оттуда свою мини-аптечку. Взяла еще в начале практики, на все случаи жизни. От головы, температуры, ушибов или порезов. Берет перекись водорода и ватку, не забыв про бутылек с йодом. Подходит к младшей, мягко касаясь одной рукой и разворачивая за плечо к себе. Она все еще стоит скрестив руки на груди, в порванной рубашке и с множеством ссадин. Наверное Ерин била наотмашь, а потому боевые ранения рыжеволосая все же заслужила. — Прости, я была не права, — переступая гордость произносит Рюджин, ставя флакончик йода на край стола. Осматривает Йеджи, замечая содранные коленки, видимо падали они в процессе своей битвы. — Иди сюда, садись, — хлопает по верхушке стола девушка. Рыжеволосая чуть смягчается, но оборону держит, хоть и занимает указанное место. На лице все еще недовольство, только вот заплаканные глаза и покрасневший нос, портят этой Мегере ее злостный вид. Скорее разбитый брошенный котенок у дороги, который шипит и показывает коготки.       Рюджин молча касается подранной щеки смоченной ваткой, мягко ведя. Хван морщится, жмуря глаза и заметно сцепляя зубы. Шин сокращает дистанцию, дуя и стараясь охладить кожу. Все же не смотря на свой характер, эту девушку трудно было назвать не привлекательной. Что-то такое в ней было, что тянуло к себе и заставляло вечно возвращаться. Рюджин прикусывает губу, осторожно обрабатывая ссадины возле брови. Вновь дует, перед этим прося Хван нагнуться. Вставать на носочки не позволяло полное отсутствие сил и желания куда-то лезть.       — В чем суть, сначала кричать, а потом обрабатывать раны? — Шмыгает носом девушка. Рюджин отвлекается от раны, всматриваясь в кошачьи глаза.       — Суть в том, что даже накричав на тебя, мне было не плевать на то, как ты себя чувствуешь. Я сорвалась, признаю, но ты тоже хороша, Йеджи. — Шин выдыхает, качая головой. — Зачем тогда твои резкие изменения?       — Ты же игнорировала меня, когда я одевалась броско, решила сменить тактику. Хотела продержаться в таком образе как можно дольше, но… Она меня выбесила… — Морщится Хван.       — Староста? — Уточняет Шин, на что получает положительный кивок. — И чем же она так тебя вывела?       — Не скажу, — упрямо произносит рыжеволосая. Рюджин пожимает плечами. Не хочет и не надо.       — Это затрагивало тебя? — Все же пытается копнуть старшая. Йеджи долго смотрит на нее, прожигая своим взглядом, пока Шин набирает немного йода на край ватной палочки.       — Это затрагивало тебя.       Повисает неловкая тишина, сопровождаемая лишь тихим шипением младшей, что морщится, стоит коснуться раны. Рюджин легкими движениями наносит йодную сеточку на проявившиеся синяки, второй рукой держа ватный диск у другой коленки.       — Так значит, ты защищала меня? — Тихо спрашивает Шин, на что Йеджи хмыкает.       — Ты же не поверишь мне, зачем тогда расспрашиваешь? В твоих глазах, я зло, а Ерин милая девочка, которая плохих слов не знает.       — Йеджи, если я спрашиваю, значит верю, — Шин поднимает голову, серьезно глядя в чужие глаза. Рыжеволосая поджимает губы, о чем-то задумываясь.       — Не веришь же, — уверенно произносит Йеджи.       — Я стараюсь верить, — как можно спокойнее произносит Рюджин и морщится от головной боли. Кажется все же не стоило пить так много кофе. Ее чуть пошатывает от головокружения и Йеджи замечает эти изменения, касаясь плеча и придерживая.       — С тобой все хорошо? — Взволнованно спрашивает младшая.       — Нет, кажется так много кофе пить, было большой ошибкой, — Шин жмурится, стараясь проморгаться. — Так, все твои ранения мы обработали, это главное. Я видела там рубашка порвана на спине и рукав, — она указывает на светлую болтающуюся часть. — Есть физкультурная форма?       — Я забирала домой на стирку, — не понимающе тянет младшая. Рюджин кивает, начиная расстегивать верхние пуговицы.       — Возьми мою, если я отдам свой пиджак, это привлечет лишнее внимание. Поэтому поменяемся рубашками, на мне ее оторванные части не будет видно, я заколю их булавкой. Лучше, чем ты с открытой рукой и спиной щеголять будешь, как в ободранном. — Объясняет свои действия Шин, заканчивая расстегивать пуговицы.       — Почему ты делаешь это все? Разве ты меня не ненавидишь? — Хмурится Йеджи, но стягивает с себя сначала жилет, а следом и рубашку, оставаясь с открытым верхом. Рюджин оборачивается к ней, приподнимая бровь.       — Йеджи, ты можешь сильно раздражать меня и трепать нервы, но это не делает тебя ненавистной. Хотя, неприятно конечно пару раз было. Просто, знай меру своим играм, ладно? У меня помимо тебя, куча классов и везде есть проблемные ученики. Плюс у меня отчет висит, а также школьные журналы. А еще, прекрати так пялиться на меня, — усмехается Шин, протягивая рубашку.       — У тебя красивое тело, — пожимает плечами повеселевшая Хван. Она быстро надевает предложенную одежду, прикрывая глаза и вдыхая полной грудью. — Вкусно пахнет, что это?       — Виски и мандарин, — фыркает Рюджин, все еще ощущая головную боль, но тем не менее улыбаясь. Хван кривит лицо. — Я серьезно, в этом парфюме есть смесь виски, мандарина и древесных оттенков.       — Мне нравится, — застегивая пуговицы, произносит Хван. Шин хмыкает, ловко расправляясь с порванными частями. Конечно, булавки не сделали картину более презентабельной, но под темным пиджаком этого все равно видно не будет. — Спасибо.       — Не за что, — старшая оглядывает полочки, замечая упаковку круассана. Цепляет его показывая рыжеволосой. — Будешь? — Ответом служит довольная улыбка и кивок. Никаких едких шуточек и флирта. Кажется, к этой девушке все же можно найти подход.

***

      Йеджи лежит дома на большой роскошной кровати, усеянной множеством плюшевых игрушек. Она рассматривает аккаунт старшей, невольно прикусив нижнюю губу и засматриваясь на фотографии. Хван не хотела влюбляться, лишь поиграть. Еще в ту ночь когда они встретились, в мыслях не было ничего, что сулило бы продолжение их интрижки. Только вот, то, что сейчас затаилось в груди и медленно разрасталось, пуская корни, пугало рыжеволосую. Рюджин проявила заботу, позволила взять ее рубашку, дала перекусить и даже в конце их небольшого, на удивление вполне душевного разговора, еще и добавила небольшую фразу. Всего одна строчка слетевшая с ее губ, но так метко попавшая в сердце.       — Дура, — бормочет Йеджи, стараясь прогнать из своей головы голос старшей. «Ты не должна пытаться стать тем, кем не являешься. Лучше будь собой, возможно так, ты больше привлечешь мое внимание». — Вот и что ты имела в виду? — Спрашивает Хван у фотографии Шин, где та с яркой улыбкой и прикрытыми глазами держала какого-то белого пушистого щенка. Вроде бы у нее нет собаки, но и квартира судя по всему была не ее. Несмотря на то, что младшая была там всего раз, она многое успела запомнить. Нелепая улыбка сама растягивается на губах, когда девушка утыкается в воротник рубашки, в которой сейчас и лежала. Запах Шин был очень приятным, чуть терпким, но не менее успокаивающим.       Кажется, план поиграться с грохотом провалился. Йеджи и раньше замечала за собой звоночки, которые давали ей понять, что не просто так она вцепилась в эту брюнетку. Стоило бы как-то отблагодарить Рюджин, за ее помощь. Как раз, через три дня в школе будет проводиться фестиваль. Он приурочен ко дню рождения их учебного заведения, а это означает сокращенный день, конкурсы, фестиваль и, конечно, подобие дискотеки в актовом зале. В этот день, у них принято дарить шоколад тем, кто им нравится, будто бы на день святого Валентина. Правда, у Хван есть проблемы с готовкой, но Рюджин наверняка не оценит покупной. К ней с помощью денег не подойти, видимо придется всерьез взяться за кулинарную книгу оставленную ее матерью, а после чудом оставить дом не сожженным.       Отца все равно не будет еще пару дней, так что, какая разница. Она дома одна и может творить все, что душе угодно. Конечно, слишком самоуверенно будет надеяться мол Рюджин согласится ехать к ней, но почему и нет? Шин сама намекнула на то, что шанс есть. А значит, стоит попытаться. Да и, что Йеджи теряет? Она же сама затеяла эту проигрышную игру, а дважды проиграть попросту нереально.

***

      Рюджин впервые высыпается. За два выходных она делает ровным счетом ни-че-го. Такие приятные «ничего» дают полезные плюшки в виде отсутствия мешков под глазами и почти хорошего настроения. Она выходит со стоянки насвистывая мелодию и задирая голову к светлому небу. Сегодня наконец-то легкий день, уроки сокращены, делать ничего не нужно. Весь день, сплошные развлечения, ведь организацией занимался лишь работающий пед-состав. Все же, есть прелести в том, чтобы быть практикантом.       — Госпожа Шин! — Староста нагоняет ее в холле, стоит Рюджин пройти чуть дальше гардероба. — Успела, — девушка выдыхает, опираясь руками на колени и стараясь отдышаться. Она поднимает голову, щеголяя радостной улыбкой и после протягивая небольшую коробочку. Небольшая, мятно-зеленого цвета с синей ленточкой. — Я приготовила вам шоколад, он с кокосовой стружкой и добавлением мяты.       — Ого, — Шин открывает подаренное лакомство ошарашенно глядя на содержимое. Выглядело как из какой-то пресловутой рекламы, честное слово. Все идеально, уложенное на специальную подложку, с двумя ягодками клубники по бокам и чуть-чуть черничек.       — Это Вам, за вашу работу, — девушка кланяется, улыбаясь. — Попробуете?       — Выглядит аппетитно, — довольно усмехается Шин, после чего берет одну дольку кладя на язык. Шоколад буквально тает на языке. И если Рюджин не знала раньше, что такое вкусовой оргазм, то теперь кажется поняла какого это. Она не была особой сладкоежкой, но это… — Восхитительно… — Тянет старшая. Идеальное сочетание сладкого, кокоса и мяты, еще и черника, которая дает кислинку. Точный баланс. — Тебе бы в кондитеры.       — Мои родители владеют пекарней и небольшой кондитерской, от них научилась, — с блестящими глазами произносит Ерин. — Приятного аппетита, надеюсь этот день у вас пройдет хорошо. Вы же пойдете на эстафеты?       — Пойти-пойду, но участвовать не буду, — смеется Рюджин. — Спасибо большое, это безумно вкусно. — Брюнетка прощается со старостой, довольствуясь тем, что сегодня уроков с их классом у нее не будет. Шин готова танцевать от хорошего настроения. Голова не болит, кредитка закрыта, она выспалась, так еще и успела позавтракать, что само по себе чудесно. Так еще и встретили ее самым вкусным шоколадом, который Рюджин только пробовала.       Первый урок она просто общается с детьми о жизни, решая, что портить настроение и себе, и им, скучной темой — того не стоит. Завтра разберут. Второй проходит тоже быстро, за какими-то историями из вуза, байками про высшее образование и, конечно, страшилками о страшных мучениях при написании курсовой работы, а также отчетности. И вот на перемене, пока Рюджин сидит в коморке, медленно потягивая чай и подъедая шоколад, она слышит стук в дверь.       — Привет, — Йеджи осторожно входит, пряча руку за спиной. Сегодня она на удивление умудрилась удержать баланс. Не совсем открытый наряд, но и не школьная форма. А также, вернулись ноготки вкупе с макияжем. Хотя бы без ярко-красных губ, уже ого-го. На ней просторная футболка, заправленная в джинсовые шорты и кроссовки. Такой, минимализм, но со вкусом. — Занята?       — Чаи гоняю, — Рюджин уже не пытается исправлять младшую, понимая, что это бесполезно. Лишь воздух сотрясать дольше будет. Улыбка рыжеволосой меркнет стоит взгляду дойти до коробочки.       — Это же Ерин принесла? — Судя по выражению лица, это скорее риторический вопрос, но Шин все же кивает, отрываясь от лакомства. — Ладно, тогда неважно.       — Эй, стой, ты же что-то хотела? — Рюджин быстро поднимается, видя нерешительность в кошачьих глазах. Хван мнется, видимо сомневаясь в чем-то. — Йеджи?       — Я тоже приготовила тебе шоколад, — она опускает голову, вынимая из-за спины руку. В ней небольшая коробочка, чуть помятая и видимо наспех украшенная красной ленточкой. — Хотела отдать с утра, но не нашла тебя, а потом был урок. Да и упаковка в сумке помялась, — она поджимает губы, но старшая видит как мелко трясутся ее ладони. — На случай, если он окажется так же плох, как остальные, то вот, — она суетливо вытягивает из заднего кармана упаковку шоколадки. — Это с фундуком. Я не знала какую выбрать, взяла ее.       — Чего ты так волнуешься? — Шин беззлобно усмехается. — А где былая самоуверенность? Кто ты и что сделала с Йеджи? — Брюнетка играет бровями видя как чужое лицо вспыхивает от недовольства.       — Знаешь что! Я вообще-то пытаюсь загладить вину! — Морщится Хван. Рюджин не выдержав, смеется, подходя ближе и беря коробочку и упаковку шоколадки в руки. Магазинную откладывает на стол, а вот на первый подарок смотрит с любопытством. Только вот, стоит открыть коробочку, как все становится предельно ясно. Йеджи и готовка — несовместимы. Кусочки все выглядят сухими, явно поломанные тоже на скорую руку, да и по форме они отличались. Хотя может, это авторская задумка. Хван стоит внимательно глядя на реакцию старшей, а потому Шин старается не подать виду, сдерживая свои эмоции. Если сравнивать две подаренные коробочки, то конечно, староста бы выиграла этот конкурс с завидным превосходством. Вот только, Рюджин еще перед открытием подарка, заметила на ладонях младшей следы ожогов. Несмотря на не самый привлекательный вид, не попробовать угощение как минимум невежливо. Шин подцепляет небольшой кусочек, кладя в рот. Первое желание — скривиться и выплюнуть. Приходится перебороть это в себе, медленно жуя. Консистенция довольно сухая и твердая, что уж говорить про горьковатый вкус от пригорелости. Йеджи нервно сглатывает, переминаясь с ноги на ногу. — Вкусно? — Робко спрашивает рыжеволосая.       — Да, ты молодец, — Рюджин натягивает на лицо ободряющую улыбку. — Мне понравилось, спасибо, — брюнетка кое-как проглатывает то, что должно было быть шоколадом, мягко глядя на младшую.       — Правда? — В кошачьих глазах такое волнение и почти щенячий восторг, что Рюджин не может сказать правду. Даже язвить не хочется. Йеджи может быть безмерной стервой, но иногда… Боже, иногда она чрезмерно милая.       — Правда, — ситуацию спасает звонок оповещающий начавшийся урок, а потому, Хван довольно быстро ретируется, чем удивляет Шин. — И что на нее нашло, — хмурится Рюджин оглядывая коробочку с подгоревшим лакомством. — С чаем можно и поесть. Все же, старалась, — хмыкает старшая себе под нос.

***

      Большая часть дня пролетает как мгновение, а там и до начала «фестиваля» всего ничего. Классы уже собрались на открытии, где директриса что-то радостно вещала, пока Джису и Шин пристроились в сторонке, наблюдая за всем этим действием. Шин жмурится от яркого солнца, надеясь, что вся эта церемониальная речь закончится быстро.       — На тебя «твоя» смотрит, — замечает блондинка, аплодируя после очередного замечания женщины. Шин оглядывает огромную толпу, наконец натыкаясь на рыжеволосую в ней. Рюджин улыбается, подмигивая, и Хван кажется, смягчается, по крайней мере кончики губ чуть поднимаются вверх. — Между вами что-то есть?       — Да, пара уроков биологии, — загадочно улыбается Шин.       — Рюджин, ты снова с ней…       — Су, я про обычные школьные уроки, а ты о чем подумала? — Дразнит младшая, на что Чхве морщится, качая головой. — А если она мне понравится?       — Делай что хочешь, но за пределами школы. И главное, чтобы тебе это не вернулось бумерангом. — Отмахивается Джису, видимо смирившись. — А еще та девочка тоже на тебя постоянно поглядывает. — Указывает головой в толпу светловолосая.       — Они со старостой видимо решили соревнование устроить, то с утра с шоколадом заваливаются, то в гляделки играют, — Шин вздыхает, нехотя хлопая в ладоши после того как директриса заканчивает очередную часть.       — Ты же знаешь, что шоколад в этот день как признание?       — Чего? — Шин резко поворачивает голову, щуря глаза. — А разве сегодня день святого Валентина?       — У них традиция такая, школьная, все же престижное заведение. — Объясняет Чхве. Рюджин на миг выпадает из реальности, теперь стыкуя два и два. Кивает сама себе, прогоняя непрошенные мысли.       — Ну, ладно, бывает, — отмахивается Шин. — О, сейчас начнутся эти соревнования.       — Будет на что посмотреть, — поддерживает Джису.

***

      По началу смотреть за тем, как эти высокие и не очень лбы носятся по стадиону перед главным корпусом, было довольно занимательно. Классы боролись за главенство и призы, в виде различных сертификатов и прочих мелочей. Только вот забава закончилась на моменте, когда им с Джису настоятельно сказали принять участие хотя бы в предпоследнем забеге. От каждого класса бралось по 4 человека, пятым выступал направляющий. Суть была в том, чтобы добежать первыми до финиша, передав палочку, но не все так просто. Им связывали ноги. И каждый отрезок менялся партнер.       — Сколько-сколько бежать?! — Шин ошарашенно хлопает глазами, стягивая с себя пиджак и разминая плечи.       — Лучше бы ноги подготовила, — советует не менее недовольная Джису рядом. — Ты же хотела бегать.       — Но не так! — Рюджин закатывает глаза, оглядывая своих будущих напарников. Двое рослых парней, староста и Йеджи. — Можно сразу сдаться? — Страдальчески стонет Шин. Чхве заглядывает за ее спину, видя выстроившихся ребят и присвистывает.       — Ты была прекрасной подругой, — хлопая по плечу, «ободряет» Чхве. Рюджин лишь измученно выдыхает, качая головой.       Рюджин оглядывает себя, чуть морщась. Не хотелось бы, чтобы ее одежда промокла от пота, а под таким палящим солнцем после долгого бега, это неизбежно. Перед самым забегом они с Джису все же находят на складе футболки для персонала, решая, что лучше пробежать в них.       — Так, давай договоримся, бежим на счет три с одной ноги. Со связанных, — просит Шин, одной рукой держась за талию высокого ученика. Парень кивает, придерживая ее за плечи.       — Учитель Шин, вы хорошо бегаете? — Он смеется, видимо прочитав все по скривившейся физиономии. — Понял, тогда постараюсь не слишком быстрый темп брать.       — Уж постарайся, не хочу упасть лицом в дорожку, — Шин недовольно косится на все это действие, устало вздыхая. Джису повезло больше, ее первый напарник ученица ее роста, а потому, им было легче найти баланс. Молодых учителей тоже припрягли занять места рядом с другими учениками, так, что вскоре все были готовы к старту. Только вот не морально. Шин словно щенок смотрела на огромную дорожку перед собой, понимая, что ей придется постоянно менять на протяжении забега союзника, так еще и так долго быть на ходу. Она последний раз неслась куда-то сломя голову, при чем довольно долго, когда была на 1 курсе и опаздывала на экзамен. Раздается гудок и многие пары срываются с места не в самом быстром, но хотя бы, слаженном темпе. Рюджин со своим партнером стараются не отставать, только вот, один его шаг равняется двум ее. — Давай со счетом, чтобы не сбивались, — стараясь не спутаться, произносит старшая. Парень кивает, принимаясь командовать каждый их совместный шаг обозначая как "раз". С горем пополам, они добегают до первой остановки где ученик тут же наклоняется, чтобы развязать веревку, что стискивает их ноги. Шин упирает руки в бока, пока ее вновь привязывают, на этот раз к старосте.       - Устали? - Спрашивает девушка с легкой улыбкой.       - Нет, просто жарко, - жалуется Шин. Ерин берет эстафетную палочку, после чего приобнимает старшую за талию. - Побежали, чем быстрее мы закончим, тем быстрее я уйду в тенек, - произносит брюнетка, получая кивок. Стоит ли говорить о том, какой испепеляющий взгляд ловит на себе Рюджин. Стоит завидеть не так далеко рыжую макушку. Хван стоит последней, нервно переминаясь с ноги на ногу и скрестив руки на груди. Староста бежит рядом, но видимо из-за невнимательности, чуть было не падает. - Осторожно, - Шин легко ловит ее, помогая подняться. - В порядке?       - Да, спасибо, - она чуть смущается, крепче сжимая палочку в руке. Мотает головой вперед, намекая продолжить бег.       - Можешь опираться на меня, давай со связанных ног и раз, - командует брюнетка, вновь набирая скорость. Несмотря на заминку, они идут не так плохо. Класс математиков и вовсе застрял еще на первом этапе. Тем временем Шин уже вновь меняет союзника, оказываясь с очередным рослым спортсменом. И почему ей так везет?       Когда она видит Йеджи, то безумно радуется. Либо это потому что ей напекло голову, либо причина в том, что сейчас последний отрезок эстафеты и все. Можно будет упасть и расплавиться под этим солнцем прямо на спортивной площадке. Хван встречает ее с самым злобным взглядом, на который лишь способна, видимо решила поиграть в соревнования с солнцем, кто же быстрее испепелит брюнетку.       - Обнимешь меня? - Требовательно спрашивает рыжеволосая. - Или я не Ерин?       - Ну что начинается, - вздыхает Шин, обвивая талию младшей. - Я не по своей воле со всеми вами обнимаюсь.       - А ее еще и ловишь, угу, - морщит нос Йеджи после чего болезненно щипает за бок, заставляя брюнетку айкнуть. - Давай, побежали. Я хочу первое место, - не давая даже опомниться Рюджин, Хван уже выносит ногу вперед, от чего старшей приходится повторить за ней. Эта резвая девушка видимо настроилась на все лавры, а потому начала набирать какой-то нечеловеческий темп, учитывая, что одна конечность и вовсе была привязана к чужой.       - Медленнее можно? - Рвано дыша, просит Рюджин. Она усиливает хватку на чужой талии, стараясь придерживаться взятого темпа. До финиша оставалось совсем ничего.       - С Ерин медленнее будь, - язвит младшая. - И вообще, где твоя хваленая выносливость?       - Не на жаре же! - Протестует брюнетка, но скорость не сбавляет. Если она начнет отставать, они свалятся. Рядом стремительно несется пара из класса физики, учительница явно привыкла к ежегодным фестивалям, а потому, ей такое не в новинку.       - Давай шустрее, - рычит Хван, прилагая все усилия, чтобы Рюджин не упала. - Я не проиграю этому классу физики! Рюджин! - Очередной командный тон. Брюнетка нехотя собирается с силами, ускоряясь. Кажется если она хоть на миг собьется со счета, то падение обойдется им дорого. Когда они наконец срывают натянутую ленточку, то старшая готова падать. Легкие неприятно жжет от недостатка кислорода, а голова готова расплавиться. Пот кажется градом течет по лицу, так еще и в горле сухость. Ей нужна ледяная ванная, прямо сейчас. Она залезет в нее и наконец остудится. - Умница, - хвалит Йеджи, обнимая второй рукой за талию и прижимая к себе, позволяя старшей передохнуть. У Шин нет даже сил препираться, она просто тычется лбом в плечо, ощущая жар исходящий от чужой кожи, стараясь отдышаться.       - Это я должна тебя хвалить, - рвано произносит Рюджин.       - Я хотя бы на ногах держусь, - смеется Хван, успокаивающе поглаживая по спине. - Зато первое место у нашего класса.       - Я очень рада, - язвит Шин, прикрывая глаза. Поскорее бы этот день подошел к концу.

***

      Рюджин бродит среди толпы школьников, что уже поздним вечером довольно отмечают праздник, готовясь к фейерверкам. Из столовой принесли перекус, каждому еще и по кусочку тортика, вот что значит, престижная школа. В том месте, где училась Шин таких изысков не было. Хотя, что взять с учебного заведения для богатеев. Несмотря на то, что она состояла в пед-составе, алкоголь никто не разливал, лишь сок. Хотя кажется, сама директриса потягивала дорогое вино. Конечно, может быть это морс, но Рюджин в этом глубоко сомневалась. Джису стояла возле своего класса, что-то обсуждая с ребятами, те явно души в ней не чаяли, стараясь рассмешить и в целом не желая отпускать. Шин закатывает глаза, качая головой. Идти к своим не очень-то и хотелось, да и зачем их в кучку собирать, шарахаются они по всей территории и ради бога. Сил на них не осталось к концу вечера, хотелось лишь вернуться домой и завернуться в одеяло, желательно с головой, а по хорошему еще и завтра с утра никуда не вставать.       Единственная кого она не может найти во всей этой толпе — Йеджи. Видимо, все еще дуется из-за того, что Рюджин в момент ее выступления не была в толпе зевак-наблюдателей и возилась со старостой. Все же, сложности с Хван возникали, их было в разы больше, чем приятных моментов. Лишь бы это шило в одном месте не выкинула чего-то, а то проблем не оберешься. При этом достанется именно старшей, а не этой занозе.       Шин повинуясь какому-то чутью бредет подальше от шумной толпы, заходя за корпус. Здесь было довольно темно, странно, вроде денег на роскошные представления есть, а на фонари уличные — нет. Хмыкает, забавляясь с подобной мысли и заворачивает за угол. Здесь был небольшой склад, для различного инвентаря в виде матов, обручей и велосипедов. Только вот стоило поднять голову выше как брюнетка замирает, чуть было не роняя свой стакан с соком.       — Ты дурная?! — Ошарашенно вскрикивает Шин, совершенно не понимая, как Йеджи забралась туда. Хван вздрагивает, испуганно поворачиваясь к старшей. Судя по всему, она не ожидала гостей. — Слезай оттуда, дура, — хмурится Рюджин подходя ближе.       — Лучше ты залезай, — фыркает Йеджи возвращая свое ЭГО в привычное доминирующее русло. Шин поджимает губы. Вот и за что она ей? Если людям дают определенных личностей как испытание, то ей достался финальный босс. — Давай или не достаешь? — Дразнит рыжеволосая, качая ногами.       — Я сейчас залезу и сброшу тебя, — грозит Шин. — Ну что за шалости, давай слезай. — Смягчается Рюджин, маня ее рукой. Йеджи отрицательно мычит. — Боже, если ты похожа на кошку, не значит что надо лезть на все, что выше стула, — бормочет недовольная брюнетка, находя бочку с которой видимо и забралась девушка. Пока Шин карабкается, успевает проклясть забег и боль в ногах, как и всю чертову практику на чем свет стоит. А ведь еще с утра, она души не чаяла в этом «прекрасном» дне. — Впервые так хочется тебя придушить, — признается старшая, садясь рядом и наконец выдыхая. Не разлила стакан с соком, уже хорошо.       — У тебя фетиш на асфиксию? — Хитро улыбается рыжеволосая, склоняя голову. Шин закатывает глаза испуская тяжелый вздох. Повисает неловкая тишина, до тех пор пока младшая не начинает ерзать, прокашливаясь. — Почему ты соврала мне?       — Что? — Не понимает Рюджин.       — Шоколад, — Йеджи опускает голову, поджимая губы и все еще нервно крутя в руках стакан с каким-то янтарным содержимым. — Он же получился ужасным. Намного хуже, чем у Ерин. А ты зачем-то давилась, но продолжала его жевать. — Хван невесело усмехается. — Лучше бы съела покупную.       — Ты же старалась, — пожимает плечами Шин. Она поворачивает голову к младшей, внимательно разглядывая ее профиль. Йеджи и правда была безмерно красивой. Идеальная кожа, словно из фарфора, кошачьи глаза, которые подчеркивали ее индивидуальность, длинные ресницы. Словно с небес сошла, чтобы поразить всех смертных своей изящностью. Вот только, характер ей достался прямиком из пламенного ада. — Да и, не так все плохо, поработать немного и будет очень даже хорошо. — Рюджин ободряюще улыбается. Хван поворачивает голову, как-то мягко, даже скорее, робко улыбаясь. А вот такое поведение для Йеджи нетипично, в последнее время она будто сама не своя. И даже слушается, ну, почти слушается. — Важен не сам шоколад, а то что в него вложили и кто приготовил, — Рюджин склоняет голову видя как в тусклом свете загораются глаза младшей.       — Значит, шоколад Ерин был хуже? — С прищуром спрашивает рыжеволосая. Рюджин замирает, не зная что в этой ситуации сказать. Нервно делает глоток сока, отводя взгляд. — Ладно, не парься, я знаю, что он был идеален.       — У тебя мурашки, — меняет тему старшая, ставя стакан на поверхность крыши и стягивая с себя пиджак. — Сидишь в одной футболке, а сейчас поздний вечер. — Корит Рюджин, пока Хван тихо хихикает. — Что?       — Ничего, просто сначала кричишь, ругаешь, ворчишь, потом заботишься, хвалишь, — с усмешкой произносит Хван. Она принимает предложенный пиджак, кутаясь в него сильнее. Собирается сделать глоток, но запястье мягко перехватывает Шин, что наклоняется к стакану, а после недовольно поднимает голову впиваясь в младшую взглядом. — Ой?       — Ой, Хван, это не та фраза. Дай сюда, — Шин отнимает напиток, отдавая ей в руки свой. — Вот, сок пей, а не бурбон в одиночестве. Я еще думаю, что-то ты как-то подозрительно смягчилась.       — Мой отец спонсор, я могу выбирать любой алкоголь из предложенного, — самодовольно фыркает рыжеволосая. — И еще, я совершеннолетняя.       — Я помню, спасибо, тем не менее, ты и так половину выпила, хватит с тебя.       — Значит тебе можно? — Морщит носик младшая, недовольно косясь на Шин.       — Вообще, если ты забыла, то я за рулем.       — Ах, да, точно. Та развалюха, — небрежно фыркает девушка. Старшая вскипает, резко поворачивая голову и сводя брови на переносице.       — Эй, эта «развалюха» между прочим, ни разу меня не подводила, ну… — Рюджин медлит. — Почти. И к тому же, не все родители крупные бизнесмены. — Первые салюты взлетают в воздух, хлопая и рассыпаясь множеством мелких разноцветных искорок. Следом со свитом летят еще, знаменуя окончание праздника. Йеджи мягко приближается, кутаясь в пиджак и после видимо решив рискнуть, кладет свою голову на плечо старшей.       Рюджин решает не ворчать, все же, день наконец подошел к концу, сил почти не было. Да и Йеджи сегодня старалась быть «милой». Хотя бы за то, что сегодня нервная система не потерпела грандиозного крушения, стоит позволить младшей посидеть рядом.       — Учительница и ученица? — С тихой усмешкой спрашивает Хван, когда Рюджин опирается одной рукой на крышу, так, что касается спины рыжеволосой.       — Именно так, — кивает старшая, хотя сердце предательски билось быстрее, ощущая чужое тепло тела.       — Можешь обнять меня? — Просит Хван, на что Рюджин все же соглашается, осторожно обвивая ее талию. Один день даст себе поблажку, в честь того, что выжила в эстафете, где между прочим держалась за Йеджи таким же образом.       — Ты пьяна, — глядя на летящие фейерверки произносит Рюджин. Тонкий шлейф алкоголя все же тянулся от младшей, что стала еще более вялой.       — Я знаю. — Хван нагло обнимает ее двумя руками за талию, прижимаясь ближе. — У меня дома никого нет…       — Значит сможешь поспать в тишине, главное дверь хоть открой. — Подтрунивает Шин. Она удобно облокачивается своей головой на рыжую макушку, наблюдая за завершением представления. — Я тебя подвезу, — произносит старшая, когда гаснут последние искорки в небе. Продолжение следует…