Глава V. Suitcase.
21 декабря 2024 г., 18:00
Рюджин проводит всю ночь за отчетом. Буквально всю. Она сидит до изнеможения и ощущения затекших ног и ягодиц, после чего закрывает ноутбук грохаясь в кровать, слыша противный будильник меньше чем через два часа. Чертовы сроки. Они хоть думают, сколько времени дают на практику и уж тем более, такой объемный отчет? Столько конспектов она даже на парах не составляла. Конечно, про некоторые моменты с Йеджи она тактично умалчивала, описывая ее просто как проблемную ученицу. Хван между прочим, она домой все же отвезла. Обошлось без приставаний и прочего, что было крайне удивительным фактором. Вместо этого, они сделали лишний крюк по городу, послушав музыку и Йеджи вовсю оторвалась, вопя во всю глотку песни с флешки младшей. Вкусы у них, как оказалось, схожи. А после, они еще долго говорили обо всем. Рюджин искреннее смеялась, пока младшая что-то возмущенно доказывала, приводя, не точно, что существующие, факты. Словно подменили, ей богу.
Рюджин никогда бы не подумала, особенно после первых встреч с этой рыжеволосой бестией, что с ней можно о чем-то дельном поговорить и уж тем более повеселиться без алкоголя и пошлости. Она была чертовски не права. В Йеджи было что-то, что она скрывала от чужих глаз, а тут, раскрылась с новой стороны.
И вот, какого же удивление Рюджин, когда она заходит в класс на 2 урок, с сонно слипающимися глазами, запахом терпкого кофе изо рта, стаканчик из-под которого выкинула у ворот учебного заведения, чуть взъерошенной шевелюрой и полным нежеланием учить чему-то «детей». Она видит недовольную Йеджи сидящую отдельно от своей подружки, с которой обычно они были не разлей вода. Без грамма макияжа, с самым злобным прищуром, явно наспех одетой, помятой рубашке и пиджаке старшей. Только вот, не это привлекло внимание, а рядом стоящий с ней, огромный, черный ребристый чемодан на колесиках. Рюджин аж замялась на пороге, пару раз тупо похлопав глазами и оглядывая собравшихся. Те, казалось бы, не были особо удивлены подобным, а староста и вовсе, сидела зажавшись, не решаясь оборачиваться на рыжую дьяволицу. Шин прокашливается, хлопая в ладоши и напоминая, что урок начался. Все видимо, ждали ее реакции на эту выходку, смысл которой, старшая не понимала.
Она дает задание, стараясь не начать клевать носом учительский стол. Следующий урок у нее окно, так что, сможет выспаться. А после три урока подряд. Не комильфо, но и вариантов других нет. Йеджи не встает с места, продолжая сверлить взглядом стенку, явно витая в своих мыслях. Руки сложила на груди, сейчас напоминая, скорее злого котенка. Рыжего такого, которому не дали то что он хочет.
— И что это? — Шин подходит к ней, когда дверь за последним учеником закрывается. Она хлопает ладонью по чемодану.
— А то не видишь, — огрызается Йеджи. Да уж, а вчера казалось, что у них стало чуть теплее в отношениях. Шин вздыхает, зачесывая волосы назад. Переводит взгляд с младшей на чемодан и обратно.
— И как тебя с ним впустили?
— Мой отец спонсор, им плевать что я принесу. Хоть домашнюю пальму.
— У тебя есть домашняя пальма? — Хмыкает Шин.
— У меня много чего есть, — закатывает глаза рыжеволосая. — Я могу отсидеться и не идти на эту бесячую химию? Клянусь, я швырну реактивы в кого-то, — она поднимает уставший взор, и только сейчас старшая замечает большие мешки под глазами.
— Давай без этого, мне хватило ваших разборок со старостой, которые ты мне так и не объяснила. Но оставить я тебя тоже не могу, ты…
— Да вы никто ничего оставить не можете, — рычит Йеджи. — Тоже мне.
— Ты объяснишь, что стряслось? — Старшая теряется от такого агрессивного потока. — Йеджи, что ты сразу убегаешь! — Шин хватает ручку чемодана, в который вцепилась Хван, так, словно он единственное что держит ее на земле. Рыжеволосая дергает ее, а после, просто срывается, вылетая из класса быстрее, чем обычно. Шин так и остается стоять в полном непонимание, после приходя в себя. Вот и что опять стряслось? Только ночью все хорошо было и … Сглазила. Точно сглазила.
Она отвозит чемодан в свою комнатку, понимая, что уснуть ей теперь мало кто даст. Тем не менее, бежать за Йеджи, тоже не лучшая идея. Черт знает, куда она рванула. Шин садится в кресло, закидывая ногу на ногу и барабаня пальцами по подлокотнику. После такой встряски, усни тут. Что могло произойти такого, что Хван пришла в школу с чемоданом? Ну не попер же ее родной отец из дома. Да и судя по виду, девушка сегодня не так уж запаривалась над тем, как выглядит, а это и вовсе, тревожный звоночек. Даже нет, звон колокола. Прямо такой же, как ее рингтон, что давит на голову, заставляя повернуться к телефону. Джису? У нее же урок идет.
— Да? — Бесцветно спрашивает Шин, подавляя зевок. Морщит нос, слыша вместо приветствия, чуть ли не отборную брань. — А, боюсь спросить, что на этот раз?
— А ты за своей… — Судя по шороху подруга отходит куда-то дальше. — Недо-пассией малолетней следить можешь? Она прокурила весь туалет. У меня сейчас мои ученики жаловались. Шуганула тут, двоицу болтушек, а те мне начали читать лекцию о том, что ты как учитель лучше. Потому что, я на них прошлый раз за электронку сорвалась, мне же влетит по самое не горюй, если их засечет директриса, а твоя задымила все. Ты вообще в курсе?
— Теперь да, — хрипло тянет Шин, находя в себе последние силы, чтобы подняться. Суставы в колене неприятно отдаются хрустом и девушка хмыкает. Вот вам и старость, подкралась незаметно. — На каком этаже?
— На втором. — Закатывает глаза, по любому. Шин в этом уверена. — Что стряслось?
— Самой бы понять. Она мне с утра ничего не сказала, приперлась с чемоданом в школу. Выдала что-то вроде, «никто ничего оставить не может» и благополучно убежала. Я понимала, что с таким рвением она точно не на химию летит, учитывая, что ее сумка вот, передо мной стоит. Но на ней юбка, откуда там сигаретам взяться? Уверена, что это Йеджи?
— Более чем. Сходи проверь, уж на милость. Пока до директрисы слушок не дошел. Она сигареты на дух не переносит.
— У этой идиотки отец спонсор. — Напоминает Рюджин выходя из кабинета и замыкая на ключ. Лениво плетется по коридору, краем уха ловя чужие крики из кабинетов. Кто-то не подготовился к физике. Ай-ай-ай. Какие плохие детишки.
— В любом случае, разберись. Я не могу больше говорить, то что я с тобой трещу как соловей, грымза не оценит.
— Все же грымза? — Усмехается довольно Рюджин.
— До связи. — Сбрасывает трубку Чхве, оставляя Шин в некоем ликовании. Все-таки грымза.
***
Зайдя в помещение, Шин едва ли не слепнет. Хуже слезоточивого газа, честное слово. Дым стоит такой, что бани позавидовали бы. Тут словно отстроили новый завод под шумок, который перерабатывал сигареты быстрее, чем нужно. Все кабинки свободны, кроме одной, самой дальней. Ну конечно, классика. Рюджин стучит. Ничего, клубы пара продолжают подниматься над отведенной не самым дорогим пластиком или что это за материал, кабинкой. Очередной стук. — Пошли прочь! — Рычит. Точно Йеджи. Голос сиплый, но зловещий. Вот она, гроза всей школы и детсада. Шин вздыхает. Открывает окно на проветривание, стуча вновь. — Глухая?! — Да уж, после твоих криков, боюсь с глушью. Откроешь? — В ответ гробовое молчание и тихий шмыг. Прекрасно. Только в истерике она Хван и не видела. Шин вздыхает, достав из кармана шпильку. Джису ее убьет, за то, что уже которую неделю младшая ее не возвращает, так еще и вернувшись во времена школы, проказничает. Наклоняется к замку, разглядывая. Довольно простой. Спасибо не шпингалет, тогда пришлось бы сложнее. Пара ловких движений, отточенных со времен собственной учебы и вот, он щелкает. Дверца открывается и Шин удивленно распахивает глаза. Хван гордо восседает на крышке унитаза, вернее, на бачке от него, а вот ноги стоят именно там, где обычно сидят. Никакой культуры. Смысл скрывать ноги, если все равно накурено так, что слепой заметит откуда весь этот пар. Рыжеволосая отворачивается, пряча слезы и утираясь рукавом пиджака, который, видимо присвоила себе. Шмыгает носом громче. А Рюджин стоит как истукан, не зная, что делать. Ладно, когда-то, методом проб и ошибок, было выведено лучшее решение в такой критичной ситуации. Разговаривать с плачущей девушкой, бывает чревато. А если это Хван, то и вовсе — взрывоопасно. Поэтому, впервые благодаря Джису за ее любовь к лиричным фильмам, на которых были пролиты литры слез, Шин заходит в кабинку, закрывая дверь за собой. Подбирается ближе, осторожно, стараясь не спугнуть. Тянет к себе, обнимая. Обычно помогает. Джису по крайней мере, крайне спокойно принимала объятия. А вот Йеджи, сначала ударяет ее в плечо, а после все же заходясь рыданиями, сама прячется в чужой шее, склоняясь. Меж пальцев в опасно близости от Рюджин тлеет сигарета и Шин вынимает ее, не находя ничего лучше, как уронить ее на пол, прижав обувью. На плитке хотя бы следа не останется, в отличие от стенки кабинки. Гладит по спине, пока Хван содрогается, цепляясь за старшую сильнее. Рюджин поджимает губы, не понимая, что еще может сделать. Ну не достать же несуществующий чупачупс из кармана, чтобы успокоить. Поэтому ведет по волосам, стараясь гладить не сильно навязчиво. А то еще и за это сверху получит. — Ничего не хочу. — Хнычет Йеджи. — Понимаемо, — Рюджин слабо усмехается. — Знаешь, у всех бывают такие моменты… — Заткнись. — Шин закатывает глаза, но молчит. Ну не нужны ее философские нравоучения, так не нужны. А вот в фильмах и книгах, это обычно сближает героев. Никто никого не затыкает. Хотя, они и не в литературном жанре, чтобы ожидать подобного. Хлопает дверь, и Шин замирает, навострив уши. Цокот каблуков. Плохой знак. Ой какой плохой. Даже можно сказать, херовый. Йеджи сразу переходит на беззвучный режим. Шин даже удивляется такому умению вовремя затихать. Только вот, ноги-то ее видны, это Хван как птичка на жердочке уместилась, а Рюджин прятаться некуда. Разве, пародировать хренового человека-паука, но не факт, что стенки кабинок выдержат подобные попытки в паркур. — Кто здесь? — Шин подавляет зарождающийся в глотке скулеж. Йеджи замирает, испуганно глядя на старшую, все еще обнимая за шею. — Ну-ка, быстро на выход. В мой кабинет. Последний раз повторяю, — стучит вновь. Директриса. Джису как чувствовала. Вот вам и мымра эта собственной персоной. — Я со стеной общаюсь?! — Повышает она голос. Хван сжимается, поджимая дрожащие губы и метаясь. Ну что же. Это точно не даст Рюджин «отлично» по практике. Но, может в дальнейшем она сможет сгладить ситуацию? — Госпожа Чо, это я. Простите, я сейчас же приведу все в порядок… — Госпожа Шин?! — Удивленный тон становится выше еще на пару тонов. — Вы там одна? — Да, — сглатывает нервно девушка, пока Йеджи норовит сдавить ее плечи в труху. Хватка у нее, очень уж, ощутимая. — Это ваших рук дело? — Я… — А что я спрашиваю, уборщица сказала, что последняя заходили вы, минут 15 назад. И не стыдно вам?! Будущий педагог! — Корит женщина. — Так и будем через стенку общаться или выйдете? — Простите, живот крутит, возможно… Как раз от сигарет и кофе. Простите еще раз, — она сглатывает. — А где ваша ученица? Хван Йеджи. — Она… Мы поссорились на уроке. Это было непрофессионально с моей стороны, признаю. Всю ночь за отчетом провела, а Хван, сами знаете. Вызывающая личность. Ну и сорвалась. Она ушла куда-то, а я вот… Перенервничала. — И решили поэтому курить здесь?! Вы хоть знаете кто ее отец?! — Знаю, да, — слабо отвечает Шин, видя, как Йеджи все еще удивленно смотрит на нее, а от слез ее кошачьи глаза почти блестят. — Простите еще раз, как только закончу свои дела, приду в кабинет. — Я буду ждать! — Громко горланит мымра. — Я уже думала, это снова Хван курит. Хотела ее отцу звонить. А тут, вопиющая наглость! Учитель! Боже мой, я обязательно отправлю докладную в ваш ВУЗ! Поговорим в кабинете! Заканчивайте… Побыстрее. — Добавляет она, уходя. Стоит двери закрыться, как Шин ударяется затылком о стенку, закрывая глаза. — Ты… Прикрыла меня? — Удивленно тянет Йеджи. Шин хочет огрызнуться, но осекается, поняв, что парой минут ранее, эта рыжеволосая бестолочь рыдала как не в себя. Выпускает тяжелый выдох, открывая глаза и согласно мыча. — Зачем? Это же стоит тебе твоей практики… — Ну, я так полагаю, просто так ты бы с чемоданом не пришла. — Пожимает плечами старшая. — Значит, что-то с отцом. Не думаю, что будет лестно слушать его нравоучения из-за сигарет. К слову, откуда ты их взяла вообще? — Хмурится Шин. — У меня есть тайники, на подобные случаи, — отводит глаза Йеджи, все еще держась за плечи Рюджин. — Но, зачем? Ты же… — Ты моя ученица как никак, — усмехается Шин. — Но поторопиться стоит, чтобы уйти и наш обман не раскрылся. Я дам тебе ключи от кабинета, посиди в коморке. Там есть пакетик с едой, в портфеле лежит, я заезжала брала себе на день. Можешь поесть. Голодная? — Так заметно? — Хмыкает Йеджи, утирая слезы. Шин помогает ей слезать с этого своеобразного «трона», подавая руки. — Спасибо еще раз, за все… — Потом разберемся. Но ты должна мне все объяснить, — строго произносит старшая, после чего открывает кабинку. — Удачи у директрисы, — Йеджи слабо улыбается, явно чувствуя вину. Надо же, ничего человеческое ей не чуждо. Шин пожимает плечами, мол «как будет». Идти им в разные стороны, так что, у выхода в коридор, Хван оборачивается лишь на миг. — Что? — Не понимает Шин, но ответ приходит сам, когда чужие губы невесомо касаются ее собственных, после чего рыжеволосая также быстро разворачивается обратно и ретируется с горизонта. — И вам пожалуйста, — качает головой Рюджин, с глупой улыбкой. Только вот в кабинете директрисы ничего хорошего не происходит. Шин сидит с виноватым видом выслушивая тысячу обвинений в свою сторону и кривя губы. Старается не высказать все то, что думает об этом проплаченном и сгнившем с головы, учебном пространстве, вот только, тактичность не позволяет. — Отстранена! — Кричит мымра брызжа слюной. Шин кивает, поднимаясь и уходя. Ну вот вам и лишние проблемы на геройскую задницу. Отчет в целом можно стирать. Он не пригодится.***
— Вкусно, мышка? — Интересуется Шин, видя, как Йеджи устроилась на кресле, не очень культурно задрав ноги, так, что юбка не особо что-то и прикрывала. С вороватым видом, она лопала круассан с индейкой, сыром и чем-то там еще, Шин уже не помнила, что взяла спросонья. Единственное, мандариновый соус был размазан по губам, пока рыжеволосая потягивала еще и воду из бутылки. Все нашла, какая находчивая. — Очень, — прожевав, отвечает Йеджи. Рюджин хмыкает, разводя руками. Ну и ладно, без еды обойдется. Стащит в столовой вторую порцию, вон, за Йеджи. Та все равно кривила носом на подобные «изыски». Шин опирается поясницей на стол, кивая головой. — Ну, я слушаю. Давай доедай, а то еще подавишься, мне лишние проблемы не нужны. — Не спасешь меня в случае чего? — Улыбается Йеджи. — Спасу, но факта того, что проблем обеим хватило за утро, уже достаточно, чтобы не допустить подобного. — Хван как оголодавший ребенок, честное слово. Впивается зубами в эту несчастную булочку так, будто не ела несколько недель. Когда она наконец, прикончила «добычу», Шин подходит ближе, цепляя салфетки со стола, и поднося к губам рыжеволосой, заботливо вытирая. — Ну, Мисс-Проблемная-Задница, что стряслось? — Хмыкает так, словно у самой теперь проблем по уши не было. — Я поссорилась с отцом. Сильно. — Йеджи тухнет на глазах, опуская голову. — Из-за чего? — Интересуется Рюджин. — Он никогда меня не слушал, а там какой-то друг, в общем, пытался меня потащить туда, куда я не хочу. Я вспылила. Он начал лекцию, что вот, деньги его я тратить горазда. В итоге… Ох, боже. Я пока сокращу, но суть ушла в русло прошлого. — Йеджи поджимает губы. — Я сказала, что он кретин слепой, а он не выдержал. Начал рявкать, что у меня никого нет и не будет с таким характером. — Хван нервно сжимает края рубашки. — Ну и тоже, начала кричать. В итоге, все закончилось тем, что я собрала чемодан, то, что он не мог клеймить фразой «я купил». Там все, что покупала мне мама, тетя и другие. Так что, косметичку мою тоже забрал. Черствый старикан. — Выругивается младшая. Сказал, я никто и звать меня никак без его власти и денег. Ну и, я ушла, хлопнув дверью. Водителю он запретил меня подвозить, даже если очень жалко будет. В чем-то он оказался прав. — В чем? — Я пришла уставшая, не так уж легко катить чемодан и эти транспорты… Там есть карты, ты знала? — Шин едва сдерживает смешок. Ну да. Что такое транспортная карта для богачей. — Ну, меня еще и выкинули, потому что банковская карта не прошла, а мелочи не было. Поэтому первый урок я гордо шла с чемоданом сюда. Попросила переночевать девочек. У одной, мама против. У второй, негде. Ну, одним словом, все занятые такие. — Йеджи кривит губы. — Пиздец, как выпивать у меня в доме литры дорого алкоголя, так сразу все руки вверх. А как переночевать пару дней, так никого! — Она стискивает бутылку в руке, так, что та сминается. — Ты могла набрать мне. — Напоминает Рюджин. — У меня машина и багажник. — Хван удивленно поднимает голову, глупо хлопая глазами. — Что? Характер у тебя и правда не самый приятный, колкий такой. Но, все мы люди со своими плохими сторонами. — Она разводит руками. — А зная, где ты живешь, удивительно, что тебе хватило урока. — Просто в автобусе долго не замечали, что оплата не прошла. — Бормочет стыдливо девушка. — Да и, ладно, переночую в школе. Душ есть в раздевалках, правда… У меня даже геля нет. Но… Мыло найдется где-то в подсобке. — Шин хмурит брови. — Что? Я тебе не понравлюсь если будут пахнуть не дорогими духами, а школьным мылом? — Ерничает рыжеволосая. — Да хоть чем ты пахни, боже мой, если тебе так хочется ночевать здесь, милости прошу. Только вот, охранник наберет отцу и все, закончилась твоя свободная жизнь. — Вслух рассуждает Шин. Видя этот щенячий взгляд, она закатывает глаза. — Нет… — Я сразу хотела попробовать, но, думала ты меня пошлешь, а сейчас… — И сейчас я тебя пошлю. Йеджи, ну это не в какие ворота. Мало того, что мы переспали, так еще и вот это все. Твой отец меня убьет если узнает, что… — Да ему плевать где я. — Гордо отзывается Хван, с такой уверенностью, что Шин почти верит. — Любому родителю не плевать где его ребенок, особенно, когда ты единственная дочь. Он голову открутит любому, кто ее ненаглядную тронет. — Йеджи презрительно фыркает. — Нет, надо… — Ну пожалуйста, Рюджин… — Да пожалуйста, не пожалуйста, — Шин чешет затылок отходя и чертыхаясь. — Знаешь, мне в школу тебя возить, уж совсем не педагогично будет. — Так тебе все равно сюда на практику, — не понимающе тянет рыжеволосую. Рюджин истерично хмыкает. — Она тебя отстранила? — Рюджин молчит. — Эй, ну ты скажешь нет? Она серьезно выгнала тебя? — Да, примерно так. Выпнула, я бы даже сказала. Мол, катись ты куда хочешь. Но, этого я и ожидала. Ничего, в следующем семестре, придумаю как отработать практику, а пока посижу дома, за сериалами. — Йеджи вскакивает. — И куда ты собралась? — Не одной тебе геройствовать, — закатывает глаза рыжеволосая. Шин непонимающе смотрит на нее. — Сиди и жди здесь. — У меня сейчас урок будет, уже перемена прошла, между прочим. — Указывает на часы старшая. Йеджи пожимает плечами, подбирая свою сумку. — Вот и все, веди свой урок. — Уже не мой, фиктивно я отстранена, а ты сейчас без секунды бездомная. — Вот видишь, из ролевой педагог-ученица, до новой стадии дошли, — шутит Йеджи. — Значит можем… — Нет! — Рьяно выдает Рюджин, смущаясь. Кошачий взгляд слишком легко выдавал потаенные мыслишки своей обладательницы. Хван смеется. — Ну и все, тогда веди урок и не выпендривайся, героиня.***
— Ты серьезно?! Тебя чуть не отстранили?! — Вопит Джису рядом с ухом так, что Шин морщится, направляясь к машине. У них с Чхве какие-то вечные перемены мест слагаемыми. То Рюджин без машины, теперь эта мадам. Но у нее все просто, там отец на время взял. А младшая предложила помощь. — Ты каким богам молишься, Шин Рюджин? — Вернее, каким дьяволам, — фыркает младшая. Чхве непонимающе смотрит на нее. — Хочешь сказать, Йеджи отвоевала твое место здесь? — Уточняет старшая. Рюджин загадочно улыбается. — Серьезно? — Более чем. Ах да, я же уже сказала, что мы поедем не одни? — Что прости? — Джису видит, как из машины подруги выглядывает рыжая макушка. — Да ты издеваешься… — Вот так вот, да. Время вам очно познакомиться. — Шин обходит машину, открывая дверцу. — Не показывайся, богом молю. Мне не хватало в личном деле статьи о похищении школьницы. — Закатывает глаза шатенка. — Ты не похищаешь, это согласованное сбегание из дома, — фыркает Йеджи, которой очень уж нравилось занимать пассажирское кресло рядом. — Здравствуйте, Госпожа Чхве. — И тебе добрый день, — отзывается блондинка с заднего сиденья, хлопая дверью. — Мне объяснит кто-то что происходит? — Я теперь живу с Рюджин-и, — довольно пропевает Йеджи, от чего Джису давится воздухом, цепляясь за водительское кресло спокойной Шин, которая заводит машину. — Рюджин?! — Да, милая? — Отзывается как ни в чем небывало девушка за рулем. Йеджи тут же реагирует, начиная сверлить взглядом. Точно-точно. Ревность. Как она могла забыть. — А пояснения будут? Или мне за вас придумать? — Джису играет бровями. Шин лениво заглядывает в зеркало заднего вида, встречаясь с ошарашенным взглядом подруги. — Все просто. Она поссорилась с отцом и сбежала из дома. Денег у нее даже на проезд нет. Не оставлять же мне ее на улице. Предвещая твои возмущения и вопросы, подруги оказались у нее от словосочетания «хуйня под забором». Все очень заняты и разместить эту эгоцентричную неуемную задницу некуда. В школе ее оставить предлагаешь? — Нет, но… И не к себе же домой тащить. — Добавляет блондинка. — Ничего личного, Йеджи. — Ни в коем разе, — слащаво отвечает младшая. Рюджин усмехается. — Успокойся, Су, никто с ней ничего не сделает. Просто поживет дня два, ну может три, если продержится. И вернется в свою богатую обитель. У меня изысков нет. — Уверенно произносит Шин, сворачивая на дороге. — А может и больше, не недооценивай меня, — складывает руки на груди младшая. — Я тебя переоцениваю. — Добавляет с сарказмом Рюджин. — Ты отчет начала? — Решает сменить тему Джису. Шин страдальчески скулит. — Я так понимаю это нет? — Это — да. Просто я уже заебалась описывать половину того, что взято из головы. Клянусь, проще пойти на кафедру искусства, в роли сценариста. Так хоть толк будет. Не могу же я описать все то, что действительно происходит. — Ну да, отчет с подробностями, это не твой конек. Никто не оценит, как ты очаровала старшеклассников и старшеклассниц, которые за тобой как щенки бегают. Ты документацию заполнила? — Сразу же, первые листы тоже. Дальше пока туговато. Конспекты занятий стараюсь заполнять время от времени, ну и конечно, прикладываю учебный материал. Только вот уже хочется сжечь все. И кафедру в том числе. — Понимаемо, — отзывается Джису. — У меня текст в целом съехал, я половину ночи с ним мучилась. Еще и другие написывают по тупым вопросам. Я так похожа на гугл? — Возмущается Чхве. — Таков удел старост. Я сразу говорила — гиблое дело. — Да в рот я это… — Джису осекается, глядя на Йеджи, что усмехается. — Ничего, при ней можно. — отмахивается Рюджин. — Ну конечно можно. — Закатывает глаза старшая. — Ты с ней и переспать успела, педагог-постельный. — Главное не клоп, — со смехом отзывается Рюджин, давя на педаль.***
— Мы в магазин? — Удивляется рыжеволосая, когда они уже высадили Джису. — Ну да, у меня дома нет изысков. Сомнительно, что там в целом есть что-то съедобное. А я голодная как волк, потому что в столовой, толком, ничего нормального не дали. Да и, ты же гостья, не кормить же тебя огрызками. — Рюджин выходит из машины и младшая хвостиком следует за ней. Берут тележку, чтобы сразу закупиться на какое-то время. — Фрукты или овощи ешь? — Ем, иногда. Предпочитаю снеки. — Шин выразительно смотрит на рыжеволосую. — Что? — Ничего, нормальная еда должна быть. Ладно, — Рюджин берет немного апельсинов, потому что мандарины выглядят совсем плохо. Следом яблоки, здесь уже выбирает младшая, разглядывая каждое и презрительно кривя губы. Кое-как отбирает себе несколько штук, завязывая пакет и кладя в тележку. Идут дальше, сворачивая в молочный отдел. Шин рассматривает цены, стараясь вспомнить сколько у нее есть на карте. Собирается взять сыр в упаковке, когда слышит недовольный скулеж рядом. — Что? — Он же… Никакой. — Морщится Йеджи. — Вот, возьми этот. У него вкус есть. — Рюджин переводит взгляд туда, куда указывает Хван и чуть было не давится воздухом. Сколько-сколько? Да за этот кусочек чуть больше ладони?! Обдираловка! — Ты, по-моему, забыла, что я не богачка из сериала. Я, напоминаю, студентка. А фриланс не дает так много, потому что я занимаюсь им, лишь когда время позволяет. Этот сыр стоит как моя зарплата за задание. Знаешь сколько всего на эти деньги можно взять? — Да это пластилин, а не сыр, — спорит Йеджи. — Да лучше тертый пластилиновый сыр, чем съесть этот кусок за баснословные деньги и голодать еще три дня. — Шин кладет две упаковки «никакого» сыра в тележку. — Уж извини, но на большее денег нет. У нас на двоих и так денег не много. А мне за квартиру и машину платить. Бензин не за листочки покупается и из воздуха чудом не заливается в бак. — Рыжеволосая закатывает глаза, но смиряется. С мясом они тоже долго спорят. Конечно, Йеджи привыкла к лучшим сортам и блюдам на своем столе. Наверняка, у нее полный дом прислуги. Вот только Шин, довольствуется малым. Мясо есть — вот это праздник. Не полуфабрикат уже замечательно. Хотя, это они тоже закидывают. Котлеты в панировке, чтобы не готовить и сделать все быстро, за пару минут на сковородке, рыбные палочки и по просьбе младшей, наггетсы. В отделе со сладостями и вовсе, рыжеволосая теряется. А после, пока Шин выбирает кофе, замечает, как это высокое «счастье» с улыбкой тащит в руках упаковок шесть кукурузных палочек. — Йеджи… — Я посмотрела на цену! Они по скидке! Тут акция 2+1. Поэтому взяла столько. Не надо вот, я за последнюю с мальчиком маленьким чуть ли не дралась! — Возмущается младшая, закидывая свой улов. — Повезло, что он низкий, и не смог дотянуться. — Господи… Ты довела ребенка тем что отобрала у него сладкие палочки? — Поднимает бровь Шин. — Не довела… Ну, может чуть. Я достала ему дорогие вкусные конфеты! Он пошел к родителям показывать. — Довольно отвечает Йеджи, с такой радостью, словно защитила диплом. Шин вздыхает, качая головой. — Тебе нельзя иметь детей, ты у них же будешь забирать сладкое, потому что хочется, — фыркает Рюджин, катя тележку дальше. — А ты хочешь детей со мной? — Удивленно раздается из-за спины, от чего Рюджин чуть было не врезается в стеллаж. Резко оборачивается, ошарашенно глядя на покрасневшую Хван. — Ты! — Рюджин указывает на нее пальцем, а после резко выдыхает. Отворачиваясь. — Это биологически невозможно. Это, во-первых. — Напоминает она, хотя голос предательски дрожит. Вот такого заявления ей точно в жизни не хватало. — Ох, спасибо, а то я не знала, — добавляет в привычной манере Йеджи, подходя ближе. — А вы, биологи, про новые технологии не слышали? — Слышали, — бурчит под нос Рюджин. — И вообще, с чего это «я»? — А кто? — Удивленно отвечает Хван. — Йеджи-а, если я заступилась за тебя, это не ведет нас сразу под венец, ты знала? Поступок был конечно, героический и ты после, чудом каким-то, спасла мою шкуру, но… — Да расслабься, — Хван мягко кладет ладонь на плечо. — Поговорим об этом через пару лет. А то ты поседеешь раньше положенного. — Смеется, пока Шин все еще смущенно ворчит, разглядывая продукты.***
Оставляет Шин в магазине добрую часть средств. Они еще и на кассе, опомнились, что Йеджи не взяла себе гели и прочее для душа. В итоге, соизмерив цены и качество, Шин разрешила взять только мочалку. Ничего, попользуется пару дней ее душевым набором. И вот, они, наконец, заходят в квартирку. Небольшую и скромную. Зато с радушно встречающим их бардаком. — Я за чемоданом, а ты пока… Осмотрись что ли. — Ну да, а то в прошлый раз, с утра, не хватило времени, — фыркает рыжеволосая, пока Рюджин хлопает себя по лбу. Она уже и забыла о том, что младшая тут была. — Иди-иди, я пока продукты разложу. — Не убейся только, — просит Шин. Не то, чтобы она ожидала от Йеджи чрезмерной хозяйственности, но найти через, минут двадцать, рамен в холодильнике, точно не планировала. Она устало вздыхает. Выкладывает все упаковки, открывая дверцу навесного шкафа. Кофе там нет. В холодильнике, спасибо богу, тоже. А где оно тогда? — Йеджи, где кофе? — На столе! А где ему еще быть? — Отзывается из комнаты рыжеволосая, что распаковывала вещи. — Действительно, где же ему еще быть. — Шин оборачивается, цепляя упаковку и переставляя. На кухне они точно не уживутся. Рюджин продолжает перекладывать продукты, стараясь привести все в порядок. — Ты на бал собралась? — Оглядывая разложенные на кровати дорогие платья и прочие прелести, интересуется Рюджин. Они очень нелепо выглядели на простом сером постельном белье, особенно эти блестящие колье. — Нет, просто это то, что мне дарили. — Йеджи поджимает губы, оглядывая остатки в чемодане. — Думаешь мне дарили футболки и джинсы? — Нет, но и смысл всех этих платьев пока тоже понять не могу. В школу в них ходить? — А почему нет. — Пожимает плечами младшая. — Да ради бога, делай что хочешь. Но тебе с этим шлейфом уж очень будет неудобно. — Указывая на сиреневое платье с пышным низом, произносит старшая. — Я не виновата, что все мои повседневные вещи, кроме двух свитеров и джинсов, были куплены на деньги этого жлоба. — Одним словом, с одеждой тоже беда? Нижнее хоть есть? — Ну комплекты мне дарили, обижаешь. — Закатывает глаза. — Тем не менее, да, с остальным есть беда. Я импульсивно собиралась, — добавляет уже тише она. — Боже, свалилась же на мою голову. — Шин смотрит на свой открытый шкаф. — Ну вон, возьми, что нравится. Как дома все равно чувствовать не получится, но все в твоем распоряжении. Пиджак же присвоила. — Он мне идет. — Кто же спорит. — Фыркает Шин. — В любом случае, я пока посплю. Ты голодна? — Йеджи отрицательно мотает головой, а старшая, хоть и хочет перекусить, но сейчас предпочтет пару часов спячки. — Тогда я спать. Ноутбук если нужно, без пароля, вон на столе. — Шин отодвигает дорогие платья в сторону. В отличие от Хван, она уже успела переодеться. Забирается под одеяло, накрываясь им с головой и, наконец, позволяя себе расслабиться. — Убрала бы ты все свои королевские наряды обратно. — Ладно-ладно, сейчас, — бурчит Йеджи, разбираясь с вещами. Шин согласно мычит, сворачиваясь комочком и удобнее устраиваясь рядом с большой плюшевой игрушкой. Забрасывает на нее ногу, стараясь расслабиться, пока на фоне шуршит младшая. Уже в полудреме Шин ощущает, как чужие руки нагло обвиваются вокруг талии, пока рыжеволосая прижимается сильнее. Шин лишь усмехается, решая не будить себя из-за подобного поведения. Она же знала, кого к себе подселяет. Личного дьяволенка.***
Подрывается Шин с кровати после крика и звука падающей посуды. Потом слышатся маты и какие-то истеричные метания, на которые шатенка выбегает на кухню. Она все еще не проснулась до конца, но как будто бы, гореть огнем сковородка не должна. Хватает ее, второй рукой включая кран и заводя горящую поверхность под воду. Огонь быстро тушится. Рюджин оглядывает прижаренное черное варево, пока ледяная вода остужает сковородку. Еще сонно оборачивается, видя Йеджи, что кажется, не ожидала подобного. Та переминается, стоя в длинной футболке, что едва ли прикрывает ее бедра. Судя по всему, шорты ей были очень малы. — Боюсь узнать, что это было… — Сипло произносит старшая. Неприятный запах гари еще стоит на задымленной кухне, где Йеджи нервно переминается с ноги на ногу. — Я хотела сделать мясо. — Тянет младшая смущенно-стыдливым тоном. — Там в видео, они добавляют немного алкоголя и поджигают. Но кажется… Что-то пошло не так. — Боже, Йеджи… — Я просто хотела сделать что-то вкусное, чтобы ты встала и поела. Отблагодарить… — Оправдывается рыжеволосая. Шин кладет сковородку в раковину, выключая воду. Подходит ближе, ероша чужую понурую макушку. — Ты не злишься? — Ну, для начала я все еще не проснулась. Во-вторых, ну, сгорело и сгорело. Ты сама не обожглась? — Йеджи отрицательно мотает головой. — Ну и отлично. Ты взяла шампанское, серьезно? — Смеется старшая. — Фламбе делается только с крепким алкоголем, а он у меня перевелся, надо бы закупить. В любом случае, раз нам завтра никуда, в силу выходных, то можно проспать еще до утра. — Спать не устанешь? — Хмыкает Йеджи. — Студенты никогда не устанут спать. Сейчас сделаю поесть, поедим, душ все приблуды и крепкий, здоровый сон. Ну и раз открыла шампанское, то можем выпить. Тогда надо сделать что-то вроде мяса с гарниром. Этим и займемся, — с зевком сообщает Рюджин. — Давай, помощница, попытка номер два. Через полтора часа уже все готово, стол накрыт, а девушки ужинают, пока Шин то и дело пополняет бокалы для шампанского. Они беседуют считай ни о чем. Йеджи больше рассказывает о своей жизни. Хотя все равно, предпочитает больше послушать истории старшей. А у Рюджин их вагон. Поэтому от развязавшегося языка в последствии распития алкоголя, Шин вещает о том, как в школе проказничала, пару раз даже срывала уроки. Благо, с возрастом это все прошло и учителя на нее обиду не держали. Узнает, каким образом рамен попал в холодильник. Главным фактором стал соус в упаковке. Мол, их же надо хранить в прохладном месте. Рюджин лишь пьяно смеется, отмахиваясь рукой. Да уж, с такой хозяйкой, в холодильник можно запихивать все, даже кофе. Бутылка быстро заканчивается, посуду мыть не хочется, впрочем, как и идти в горячий душ. Шин отмахивается, решая, что раз выходной, завтра посидит в ванной, а пока ей все еще хочется поспать. Поэтому она сразу плетется к кровати, куда падает пластом. Йеджи все же уходит в душ, но на удивление старшей, не проводит там несколько часов. Шин успевает лишь поскроллить ленту в социальных сетях, когда рыжеволосая выходит обратно. — Голову завтра помою, — бурчит девушка, кидая шорты куда-то подальше. Шатенка удивленно вскидывает брови. — Что? Я привыкла спать либо в тонких пижамах, либо вот так. — Как тебе угодно. — Я даже удивлена, ты мало того, что не споришь, так еще и разрешаешь лечь рядом. — Замечает рыжеволосая. — А смысл мне устраивать драму? — Сонно тянет Шин. — Ты мало того, что тут уже спала, так и места больше нет. На пол тебя класть? Ну бред же. И самой на пол уходить, не хочется. Они холодные. — Жалуется шатенка. Йеджи согласно мычит, выключая светильник и погружая комнату во мрак. — А одежда, подумаешь. И без нее видела. Ничего нового. — Бормочет Рюджин. — Ну значит и на это ворчать не должна, — Йеджи обосновывается рядом, обвивая талию рукой и наклоняясь, щекоча рыжими прядями нос. Целует в щеку, чуть ли не довольно мурлыча. Шин лишь хмыкает. — Видишь, как хорошо, когда ты не включаешь режим строгого педагога. — Просто потрясающе. — Шин поворачивается к ней лицом, видя довольную ухмылку. — Радуешься маленькой победе, дьяволенок? — И в нашей «войне» я намерена одержать победу. К тому же, воитель из тебя такой, на двоечку. — Замечает Йеджи, но по ней видно, как расслабляется, стоит ладони Рюджин лечь на талию, прижав ближе. Приятный легкий алкоголь все же ударяет в голову, и шатенка позволяет себе подобную наглость. Она касается губами чужой шеи, потираясь носом после и устраиваясь удобнее в теплых объятиях. — Ладно, может быть на троечку. — На пятерку сегодня нет сил. И вообще, это очень неэтично с моей стороны, как педагога. — А мы и здесь продолжим нашу ролевую? — Мурлычет рыжеволосая, поглаживая чужую талию. Шин устало выдыхает. — Я благодаря твоим стараниям, осталась в школе. — Знала бы, не заступалась за тебя. — Бурчит Йеджи, пока Шин тихо усмехается. — Хотя, с другой стороны, у меня личный симпатичный водитель. Которая, очень любит обниматься во сне. — У тебя шампанское запускает механизм «шила» в одном месте? — Сонно спрашивает старшая. — Возможно. — Тогда, мучайся с шилом сама, я хочу спать. Я за последние дни спала часов 6 в сумме. Завтра, если высплюсь, приставай, сколько влезет. — Зевает Шин, уже не думая о том, что слетает с собственного языка. Йеджи замолкает, прижимаясь сильнее, так, словно кто-то может отобрать у нее Рюджин. Старшая помечает, расспросить рыжеволосую о том, что там со старостой. А то с этими всеми проблемами, из действительно полезной информации, она толком ничего и не узнала. Разве что, характер у старшего Хван, и правда, очень проблематичный. Рюджин закрывает глаза, когда ощущает, как младшая очередной раз целует ее, на этот раз в макушку. Закидывает свою ногу на ее бедра, напоминая какую-то змею, что захватывает все больше участков тела. Рюджин не противится. Ей и так удобно, так что, сейчас только сон. Здоровый, хочется верить, без резких пробуждений от горящей кухни, сон. Продолжение следует…
