Сборник Прекрасного

      Му Цина откровенно бесили радостные лица, а желание радоваться утреннему солнышку вместе с прекрасными видами и вовсе прошло, когда половину ночи провел в обнимку с унитазом, точно пытаясь выплюнуть все органы, а не только паленный алкоголь.       — Сань Лан?       Снять совместный домик на отдельном острове было идей Хуа Чэна, которую одобрил Се Лянь и искренне пытался наслаждаться отдыхом, даже, если личный демон вовсе не желал выходить в жару на улицу и вечно укутывался.       — Я прослежу за язвочкой.       За «язвой» следить не нужно было, ведь уже через несколько часов стало лучше, а попытка вытащить демона на воздух с прикрытием за едой, заставила Хуа Чэна заказать доставку со всем необходимым.       — Бесишь.       — Взаимно.       Домик выбрали в тенистой местности, потому ближе к двум солнце стало палить меньше, а попытка выйти на улицу и занять шезлонг у бассейна была отличной, хоть и весьма подпорченной, ведь кому-то пришла в голову идея прямо перед ним прыгнуть в воду и набрызгать.       — Сволочь! Я только крем нанес, — глаз уже точно начинает дергаться, а стоило темной макушке вылезти по пояс из воды, как тут же загорелся. — Ну все, я долго терпел.       Встав с насиженного места и резко подойдя ближе, уперся стопой в плечо и с силой толкнул, но что-то пошло не по плану и теперь его крепко держали за щиколотку и тянули с собой на дно бассейна.       Не прошло и пары минут, как они всплыли на поверхность, все также барахтаясь, громко ругаясь и пытаясь друг друга утопить различными способами.       Правда, Му Цин признает, что бить коленом между ног демону было слишком, но и тот хорош, — кто в своем уме будет прижимать к своей груди и топить с холодной яростью?       — Я все Се Ляню расскажу.       Хуа Чэн все же отпускает его, немного мрачнеет и вдруг выдает «Я тоже», но после они вместе выходят на сушу, бегут домой прятаться от горячего песка вместе с солнцем и вытираться.       — Вот жешь...       Благородная муциновская бледность, точно аристократичная, стала алой, прямо, как полотенце Хуа Чэна, который выглядел не лучше и вечно шикал, хотя они были на солнце всего лишь полчаса... Ну, может час, не больше точно.       — Это все из-за твоих игр.       Му Цин выглядит намного спокойнее, чем когда-либо, даже, когда замечает, когда злейший враг пытается намазать обгоревшую спину охлаждающим кремом, но не достает даже до лопаток, хотя хотелось засмеяться.       — Лучше бы помог, а не только критиковал.       И он вправду помогает: лечь на кушетку, около кухни, под непонимающий взгляд, забирает тюбик с кремом и крайне мягко касается обожженных мест, намазывая плотным слоем. Хуа Чэн в шоке, но, чтобы не смущать парнишку еще больше, как и давно заученными массажными движениями, которые пришлось выучить, ибо один глупый супруг до головокружения любил подобное, все же хорошенько треснул по горящей спине.       — Спасибо можешь сказать, если намажешь спину мне.       Хуа Чэн послушно садится, будто и вправду это возможно, убирает темные пряди и крайне неумело размазывает, сначала и вовсе, будто в омерзении, пытался вытрать руки от крема об его спину, но Му Цина это не особо волновало, лишь телефон, пришедшее сообщение от абонента «Псина сутулая🙄» и видео, где четко видно, как эти два паршивца прыгают с обрыва.       — Погляди, это наши сделали.       Показывая телефон через плечо, начиная подергивать лопаткой, когда тот слишком начинает долго трать, слышит тихое «Ну я ему...» и уходит из под гребущих лап, которые могли ему врезать.

***

      Преступники вернулись домой к вечеру, с пакетом непонятного песка и ракушками, что заставило несколько озадачится супругов, а Му Цина еще и прописать хороший подзатыльник.       — Что я говорил насчет прыжков с обрыва? — резко взявшись за мочку уха Фэн Синя и потянув на себя, чуть ли не выворачивая, тихо прошипел. — Ты же понимаешь, что я не намерен проводить свой отпуск за собиранием твоих косточек?       Се Ляня не отчитывали, точнее делали это взглядом, как и с омерзением открывая непонятный песок и пытались выкинуть, но пришлось остановиться, когда оба сразу же запротестовали и...       — Это песок с «Звёздного берега».       Му Цин тяжело вздыхает и переглядываются с Хуа Чэном, который явно знал об этом много, — личный опыт, пока у него были экскурсии и общение с местными на чистом английском.       — Песок делают «звездным» водоросли и букашки, которые днем высыхают или их смывает, — выставляя на улицу пакеты не только с песком, но и ракушками, тяжко вздыхает. — И да, Вы наказаны, больше за порог без нас не сунетесь.       Му Цин блефует и Хуа Чэн это понимает, пока глупые супруги виновато поглядывают и пытаются переубедить, но вместо разговора были отправлены мыться и после ужинать.

Им скоро ещё на Звездное море идти, а они пререкаются. Дети малые.