Паладин из Листа

      Я бежал по коридорам, крича имя Наруто по сторонам, надеясь, что мой голос будет услышан и тот отзовется.       На самом деле я не планировал, что Наруто должен будет блуждать в этих катакомбах, я надеялся, что тот окажется сразу возле нашей с Курмой клеткой, но ситуация оказалась иной.       Наруто, маленький мальчик, с которым в данный момент я не могу связаться телепатически, оказался в совершенно непонятном для него месте. И далеко не факт, что пацан будет в порядке, ибо уровень воды изрядно поднялся со дня моего прихода сюда, даже в самых сухих местах вода доставал мне по колено, а Наруто — ребенок, и я уверен, что он не будет выглядеть точно так же, как в реальном мире, все же ментально тот едва старше своего возраста.       Так что, да, я бежал впопыхах также, потому что боялся за мальчишку, вдруг тот окунулся с головой в местную водичку? И не только, были вопросы и к тому как он ощущает себя, оказавшись тут, попытается ли он вернуться в реальный мир, или попытается остаться тут? Станет ли он приближаться к клетке с лисом и тратить силы на плавание, или он как владелец этого места сможет ходить по местной воде? Я не был уверен ни в одном из вопросов.       Так что, я бежал, чтобы наконец-то встретиться с ним, с героем который полюбился мне всем сердцем, что в этой, что в прошлой жизни. Хотелось, наконец-то, лицом к лицу встретиться с самим Наруто Узумаки, пусть пока еще в совсем малом возрасте. Хотелось столько всего обсудить с ним вдвоем, предупредить и уберечь от опасностей будущего, предупредив о них, подружиться с ним в конце концов и, конечно же, защипать его пухлые детские щечки.        Откровенно говоря, общение с девятихвостым лисом, несколько отличалось от общения с обычным человеком и проявлять так привычный и любимый мной тактильный тип общения я не мог, он банально не позволяет, да и наше общение с ним в основном сводилось к приятельским, что конечно огромный прогресс в наших отношениях, но это все равно не тот уровень общения к которому я привык с самого рождения. В мире существует пять языков любви: похвала, время, уделяемое человеку, подарки, услуги и физические прикосновения. Последний тип — мой, и просто так от подобного не избавится. Я очень тяжело переношу длительное отсутствие прикосновений к другим людям, пусть и могу отвлечь себя работой тела, мозга или духа, и я даже думал, что я перестал нуждаться в подобном.       Это я все к чему…       Когда я нашел Наруто, я натурально задушил того в своих объятьях, не сдержал эмоций называется. Мальчик в тот момент плавал в воде, видимо, потому что пока даже не представляет о том, что можно не тонуть, а ходить по воде, все же это его мир и тут у него больше прав как-никак. Так что, тот пытался плыть все дальше и дальше, но он был не в своем привычном теле малыша переростка, а выглядел как самый обыкновенный ребенок пяти — шести лет, я бы даже сказал младше, таким миниатюрным он мне казался. Я честно говоря не понимал данного феномена, но о подобном я пока что не раздумывал, я просто схватил малыша в охапку, после чего прижал того к своей груди и стал того гладить по голове, говоря, что все будет хорошо.       Про себя я был искренне рад и даже не обращал внимание на попытки Наруто выбраться из моих объятий, но после его сопротивление ослабло, я подумал, что тот принял мои объятья и тоже стал меня обнимать в ответ. Только поняв, что тот просто висит мертвым грузом я резко выставил его перед собой, после чего увидел закатанные глаза малыша.       — Да ты блин серьезно? — сказал я смотря на данную картину. Тряхнув головой я принялся будить малыша.       — А, а что? — сказал сонный Наруто, когда я привел того в сознание. — Кто ты? — начал тот смотреть на меня округленными глазами. Я же лишь усмехнулся.       — Плохо, что не признал Наруто, это же я — Антон, — указал я на себя, после чего посадил Наруто на свою руку и стал двигаться в сторону клетки, надеюсь лис ничего эдакого не учудит.       — Эм… Антон-аники… — пытался что-то высказать это блондинистое создание, но тот был очень сильно чем-то смущен, а, да, я же очень внешне похож на него, наверно, тот примет меня за какой-то свой глюк, или еще что, но не это главное. Наруто и именные суффиксы? Ну, такая штуковина, которую используют восточные народы, дабы выразить свое почтение или уровень отношений с другими людьми. Это что-то новое, потому я и не сразу понял замявшегося малыша, но после решил поддержать его.       — Ты можешь говорить, тут нет кого-нибудь, кто стал бы осуждать тебя или обижать, — почти полную правду сказал я, все же я не знаю как Курама будет относиться к своему тюремщику, коим и является этот прелестный малыш, ну вы только посмотрите на это чудо!       Мальчик максимум лет шести на вид, с ярко голубыми глазами и пшеничного цвета шевелюрой непослушных и растрепанных волос, в светлой футболкой на вырост на несколько размеров больше чем надо, которые полностью прятали шортики, а отсутствие обуви и мокрый от воды вид так и создает картину сироты брошенного под дождем, как от такого сердце не может щемить? Прибавьте ко всему этому растерянный, но счастливый вид маленького котенка, который жмется к вам в попытках согреться. Вот и так же было со мной, так и хотелось согреть мальца, закутать его в толстый и теплый плед и приготовить тому теплый супчик с чаем и булкой. Мое душевное состояние всеобщей нежности, любви и заботы и так делало меня довольно слабым по отношению к детям, но после его последующего вопроса я был просто нокаутирован и едва не получил головокружение от волнения.       — Ты мой папа? — от такого вопроса, сказанного таким малышом в таком виде я едва не прокричал «Да», но я понимал, что не могу так поступить как бы я не хотел взвалить на себя заботу об этом малыше. Это было бы неправильно ни к самому Наруто, ни к его почившим родителям, которые ценой своих жизней спасли тысячи, если не десятки тысяч жизней.       — Прости, но я не твой отец, но ты можешь звать меня братишкой! — с улыбкой во все зубы заявил я, на что получил улыбку которая была не менее широкой и так и лучилась счастьем и ощущением вселенной справедливости.       — Брат! Братишка! Братик! — кричал Наруто, который в это же время активно и очень крепко обнимал меня и со слезами на глазах повторял одно и тоже, пока мы шли в центральную комнату. — Антон мой братик! Ты любишь меня, братик?!       — Конечно люблю, Наруто, как такого младшего брата не любить? — подыгрывал я мальчику в его счастливом припадке от осознания того, что у него есть семья, правда это никому не доказать, но какая разница?       В столь приятной атмосфере мы прибыли к нашему соседу — Кураме, Который ожидал нас во всей своей красе, став таким большим, что при нашей первой встрече он казался недоношенным, сейчас он мог шевелить только своей головой в клетке, настолько тот стал огромным и устрашающим. Кажется случился худший сценарий.       — Ты привел его? — утробным, словно из самой морской пучины, где обитают чудища Лавкрафта, прорычал Курама.       — Да привел его приятель, можешь поздороваешься? — сказал я после чего посмотрел на Наруто и шепотом добавил. — Ты главное не бойся его, он знатный шутник, но шутки у него довольно злые, ты главное помни — я тут и не дам тебя в обиду. — На что я получил короткий кивок и Наруто только сильнее прижался ко мне.       — Как ты мог привести сюда это отродье! — зарычал тот так, что поверхность воды всего помещения пошла рябью и это при том, что его голова была на уровне потолка, прям боюсь представить какие волны были бы если бы он кричал на нашем уровне. — Отдай его мне, я позабочусь о том, чтобы мы выбрались из этого плена!       — Какого плена? — не понял мальчик, но я аккуратно прикрыл его ротик ладонью, после чего стал отвечать Лису.       — И ты думаешь, что такое милое, невинное создание как Наруто достойно столь жестокой судьбы как принуждение выслушивать твои анекдоты средней паршивости? — Едва сдерживая смех сказал я.       — Первое — анекдоты у меня нормальные, просто ты своим крохотным мозгом не можешь их понять, а во-вторых, разве ты не желаешь выбраться отсюда? По моему ты должен желать этого никак не меньше чем я, все же ты пленник в квадрате, ибо из иного мира, или я по твоему не вижу твоих грустных и ностальгирующих гримас всякий раз когда ты выбираешься наружу? — посмотрел тот на меня, серьезен. И я серьезно делаю подобные лица когда нахожусь в реальном мире? И да, я действительно не сильно представляю, как мне добраться обратно в свой мир, но я давно выбросил эту мысль, если Бог отправил меня в этот мир, то значит у него для этого была причина.       — Я действительно хотел бы этого, вновь увидеть мир, пройтись босыми ногами по земле и траве, слышать щебет птиц, вкушать настоящую еду, слушать музыку, да блин, я даже вновь хочу опробовать бюрократические дебри почты России, — сказал я, понимая, что сейчас наверное один из самых решающих моментов в наших отношениях. — еще я очень скучаю по родным, мне так хочется вновь увидеть их улыбки, услышать их голоса, которые я уже стал забывать, узнать как они там, без меня, но…       — Но ты боишься? — спросил меня Курама, в его голосе я отчетливо слышал недоумение, ведь все же, за эти годы я показывал, что страх не мне ведом. — Или ты не готов марать руки ради собственной свободы! — Кричал тот на меня, для него подобное походит на предательство.       — Послушай… — я опустил малыша на гору сладостей, наверное исполнив одну из детских мечтаний, после чего стал приближаться к лису. — Для меня свобода духа намного важнее свободы телесной. — Начал я, пытаясь подобрать слова, чтобы описать все те эмоции, что я сейчас испытываю. — Будь я на твоем месте, будь я заперт тут в одиночку, без возможности даже поговорить с кем-то, брошенный и беспомощный, я бы наверное, сдался. — Сказал я догнавшую меня истину. — Как бы я не верил в свою веру, в то что Бог со мной и оберегает меня, оказавшись в безвыходной ситуации, я не знаю смог бы я сохранить свою веру, ведь тут ситуация даже не как на необитаемом острове, там есть животные, растения, можно заняться делом, пытаться сбежать, например построив плот, надеяться на Отца и просить помощи, есть много подтвержденных историй о том, как люди выбирались из подобных ситуаций. А у тебя, у тебя нет и этого. — Прошел я во внутрь клетки, ни капельки не боясь ауры охватывающей Лиса. — Совершенно один, я бы потерял свободу не только тела, но и духа, забывшись в своих страданиях и забыв Отца, впал бы в самую настоящую депрессию. — Сказал я подходя еще ближе. — Но этого не произошло, я сохранил свою веру, рассудок и мораль внутри себя, не отдав свою душу а растерзание несчастьям. — Положил я свою руку на шерсть Лиса. — И все это благодаря тебе, друг мой. — Я обнял того обоими руками, не боясь его, совершенно нет. — Благодаря тебе я настолько сильно уверовал в своего Бога, что по итогу смог использовать его благословения и облачится в его броню. Благодаря тебе я не сошел с ума от одиночества, я могу веселиться и по детски беситься, благодаря тебе я преодолел такие испытания, которые могут только сниться в кошмарах и стал сильнее. Благодаря тебе я все еще жив после своих экспериментов и только благодаря тебе я сейчас стою на воде, используя чакру, обращению которой ты меня обучил, а не плаваю дельфинином где-то у поверхности. — Начал я перечислять все заслуги Лиса передо мной, но прервался. — Это я к чему, не важно, проведу я с тобой десять лет, сто лет, или даже тысячу, ты — тот кто помог мне остаться самим собой, сохранить свою духовную свободу и веру во Всевышнего и за это я буду вечно благодарен тебе — мой лучший друг. — Я поднял свои глаза на него. — Я люблю тебя, — широко улыбнулся я и постарался выразить все свои эмоции что были у меня на душе.       Это был нокаут, Курама после всей моей тирады сдулся до размеров ездового коня. Позволив мне обнять того чуть ли не полностью, после чего Лис быстро вернулся в норму и повернувшись ко мне спиной сказал.       -Плевать, делай, что хочешь. — После чего тот принялся спать, но я то вижу, уши и хвосты выдают того с головой. Ему было приятно, он теперь не одинок, есть человек который любит и ценит его и я понимая, что раунд за мной вернулся к малышу.       — Тебе было страшно? — спрашиваю того, усаживаясь рядом.       — Д-да, очень, — честно признался мальчик который едва не рыдал от страха.       — Ну-ну, — обнял я того и усадил на коленки. — Все хорошо, шутник лис тебя не обидит, верь мне дружочек.       — А, а почему ты его не боялся? — спросил тот меня, все еще немного трясясь. — Он такой большой и страшный.       — Тут несколько причин, мой дорогой, — начал я демонстративно загибать пальцы. — Первое, я с ним прожил много лет и уже привык к его виду и воздействию, второе, он мой друг и я не могу позволить себе бояться кого-то кто мне дорог, третья, мы с ним уже много раз выясняли отношения кулаками, так что я не боюсь того в плане сражения, нет я понимаю, решившись тот биться о мной на полную, с желанием убить, то шансов у меня не то чтобы много, но он сам подобного не хочет.       — Почему? — Спросил меня мальчик, укутанный в мои обноски, которые почему-то за пяток лет не то что не испортились, даже не испачкались.       — По тем же причинам которые я назвал тебе ранее.       — (0_0)?       — У нас с ним немного странные отношения, но думаю никто из нас не хочет их прекращать.       — Завались! — кричит Лис, после чего в нашу сторону летят брызги воды. Я лишь смеюсь от подобного поведения смущенного по самые уши лиса, уверен, не будь он и так рыжим — стал бы таким.       — В общем, Наруто, — сказал я, немного посерьёзнев, — есть некоторые вещи которые мы должны обсудить.       — О чем? — Не понял меня он.       — Пожалуй, начну из далека, — начал я думать как лучше вывалить на него целый пласт информации. — Понимаешь, я не из вашего мира, совсем, я прибыл из иного, отличного от вашего мира, где нет чакры, но зато есть история об одном усатом мальчишке. — Тыкнул я того в носик. — Это я про тебя Наруто. — Сказал я, от чего тот засиял словно маленькое солнышко. — В этой истории тебе предстоит пройти долгий путь, который я хотел бы облегчить тебе, понимаешь?       — Кажется, но не уверен.       — Поймешь когда-нибудь потом.       — Хорошо.       — Этот путь сложный и опасный и для его прохождения тебе нужна помощь, я с радостью буду помогать тебе, но я не смогу дать тебе всего того, что тебе необходимо, для того кто носит фамилию Узумаки.       — В смысле?       — Наруто, — Почесал я голову, понимая сколько мне придется разжевывать. — существует клан Узумаки, но вас осталось мало, очень мало и ты единственный Узумаки во всей деревне, по сути принц и будущий глава клана. — От подобных слов глаза мальчика едва не пускали искры.       — Это невероятно круто! — Выпрыгнул тот из моих объятий и стал прыгать с радостными нотками. Я же улыбался, как же мне не хватало подобного, человеческого присутствия.       — Это конечно так, но чтобы ты был сильным для защиты своей семьи тебе нужны знания, которые я дать тебе при всем желании не способен, но есть другой способ.       — И какой-же? — Спросил меня Наруто, Курама так же повел ушами вслушиваясь в наш разговор.       — А вот тут уже се зависит от нашего общего знакомого. — Я подошел к Лису. — Скажу честно, я хочу верить в тебя, в то, что ради нашей общей пользы не будешь нам мешать, но я не могу ничего решать без тебя друг мой.       — Чего ты от меня хочешь? — Спросил меня он, поворачиваясь ко мне.       — Я хочу выпустить Минато и Кушину, но я не могу сделать этого, не отперев печать. — Сказал я серьезно смотря на моего друга. — Ты желаешь свободы и я это уважаю, но…       — О чем ты говоришь? — Прервал меня тот. — В печати нет и не было ни четвертого, ни его красноволосой женушки.       — Что…?       — А то, что ты тут, вместо них.       — В смысле! Я, я не понимаю!       — Когда четвертый запечатывал меня, у него не хватало сил на то чтобы полностью запечатать меня.       — Но ведь в той истории Минато запечатал в себе половину тебя, не помню уже какую из частей, но все же, после чего успешно погиб и отправил твою энергию путешествовать по этому миру, оставив половину тебя в Наруто!       — Это не совсем так, — сказал Лис, садясь поудобнее и похлопыванием по воде приглашая и меня присесть. — Он действительно сделал это, только он не забирал одну конкретную часть меня, ян или инь составляющую, он забрал половину из каждой этих частей. По сути лишив меня половины своих сил, в обоих составляющих, но я их восстанавливаю и думаю еще пара лет и я вернусь в старым кондициям.       — Хорошо, это очень даже хорошо, — начал я активно думать. — Враги думают, что в Наруто лишь половина твоих сил, что неслабо их удивит при сражении с нами, а поскольку та самая половина отправилась куда-то гулять, то и на нас они не будут обращать слишком много внимания. Только это не объясняет, почему в печати нет Минато.       — Из-за того, что он взял и духовную часть меня, я умудрился ослабить его, из-за этого тот отдал свою душу Шинигами, чтобы тот запечатал меня в Наруто, после чего использовал уже чужую душу, для укрепления печати, то есть, тебя.       — Но, ты же имел половину сил, как ты умудрился ослабить того?       — Просто я сохранил в остаточной части меня, что была в четвертом, свою ненависть и это повлияло на запечатывание, негативно сказалось это и на ребенке.       — Что?! — Резко выкрикнул я и обернулся на Наруто, пытаясь выявить хоть какие-то отклонения, но ничего найти так и не сумел. — О чем ты?       — Не бери в голову, все уже давно прошло. — После некоторого молчания сказал тот, он что-то скрывает. Но зачем? — Вернемся лучше к твоему вопросу, из-за того, что я сказал ранее, ты можешь понять — Минато тут нет.       — Ладно, — сделал я долгую паузу, буквально руша в своей голове построенный план. — что насчет Кушины? Она то должна была остаться.       — Должна была, — сказал тот, смотря на печать. — Она там действительно была, вернее, она и сейчас есть, но назвать то что там есть — той самой женщиной, в которой я томился долгие года, я не могу.       — Что? — вновь ничего не понял я. — Она должна была остаться, стоп, почему мне кажется, что ты чего-то недоговариваешь?       — Эх-х, — вздохнул лис. — Видишь ли, пока у тебя не было чакры, все было нормально, вы находились на разных уровнях печати и никак не влияли друг на друга. Но вот после, когда у тебя пробудилась чакра, вы начали неосознанное противостояние.       — Но я ведь ничего не чувствую, сопротивления, хоть какого-то барьера, который шел бы из печати, как?       — Ее чакра как ты говоришь, запрограммирована, в момент слома печати активироваться и создать клона, который бы исправил все ошибки, сейчас, это даже не личность, которая могла бы сопротивляться, потому ты ее постепенно прогибаешь, или по твоему, прогресс от новорожденного до генина всего за пару лет, возможен для кого-то кроме Узумаки? При том, что ты ее по сути не восполняешь обыкновенным путем, а насильно заливаешь в организм, что вот совсем неестественно и не позволяет в полной мере стимулировать ее рост? Ты ее натурально поглощаешь, пока что это распространяется лишь на чакре и твоих физических кондициях, что как раз-таки и заставляет тебя от того парня, что я видел шесть лет назад, превратиться в того, кто ты сейчас есть.       — А разве это не результат тренировок?       — И это тоже, но скорее самовнушение, ты и твоя душа соответственно, просто не можете поверить, что можно весь день к ряду бегать, прыгать, драться, махаться, едва питаться и при этом оставаться полным, а когда пробудилась чакра, то тут уже пошли заморочки от женщины, которая сама по себе тренированная куноичи и подобное влияние на твой организм вот ни разу не удивительно, а твой рост, ты сам желал того, стремился к тому и твоя чакра с душой отреагировали как положено, а все те трудности которые происходили, тут уже вполне реальные ошибки, так что если вы повторите это в реальности, то сможешь вполне реально сделать то, что тебе нужно, вся проблема будет в конечном результате, тут ты вырос на десять сантиметров, в реальности же результат будет куда меньшим, ведь тут ты подгонял все под твои хотелки.       — Понятно, обидно немного конечно, но это пройдет, но мы же можем вызвать Кушину, вот прямо сейчас, чтобы она все что знает записала, обучила и прочее.       — Не получиться, тут уже идет ваш с ней дисбаланс, поскольку ты ее активно «поедал» последние годы, то образовался вполне крепкий канал от нее к тебе, который помешает запрограммированной чакре выполнить свою задачу.       — Словно вирус в коде, — я уронил с свою голову на ладони. — И ничего нельзя сделать?       — Можно, если ты к примеру умрешь, то тот самый канал разорвется и по итогу она сможет воплотиться, поскольку печать будет разорвана, твоим отсутствием.       — То есть, я должен умереть, чтобы Кушина тут появилась, — понял я ситуацию, но ведь можно…       — Даже не думай, — прервал мои размышления тот. — Я сам прокручивал в своей голове разные списки того, что можно сделать, все сводится к твоему если не к уничтожению, то к расщеплению твоей души на множество частей, так что никаких иных вариантов нет.       — Это печально, — грустно ответил я, понимая, что по сути я, я можно сказать убиваю эту женщину, ну, скорее добиваю, ибо убил ту Курама, а я лишь добиваю ее остатки, но лучше от этого никак не становилось. — Не убей. — Проговорил я одну из заповедей и я ее провалил с треском.       — Да считай ты и не убил никого, чакра это не сам человек, а лишь его часть, как сердце, или так печень, — пытался меня подбодрить тот, вот тебе и воплощение ненависти.       — Но только у этих двух вещей нет духовной составляющей, а что есть жизнь как не дух? — я молчал, мне было действительно плохо, прости меня Отец. Мой разум натурально опустел, такое бывает, когда становиться совсем плохо на душе, просто «отключаюсь» на время, не думаю ни о чем.       — Эй, — увидел мое состояние лис, после чего тот помял свою шею лапой. — что я творю? — Сказал тот, после чего я почувствовал как огромная лапа ложиться мне на плечо. — Послушай, я понимаю, ты мне немало рассказывал о своей вере и я понимаю, что тебе тяжело, но, не раскисай, тут есть еще дела которые требуют от тебя сосредоточенности, горевать можешь в другое время.       — Да, ты прав. — Выдохнул я и собравшись с мыслями продолжил. — Получается, что если открыть эти врата — я умру?       — … — Лис молчал.       — Или нет?       — … — Лис молчал.       — Ты мне не хочешь говорить. — Подытожил я. — Не знаю, может из-за того, что ты переживаешь за меня, или тебе выгодно меня путать, но я буду верить в первый вариант, потому, спасибо. — Положил я свою руку тому на лапу.       — В любом случае, — сказал Лис, после своего молчания. — Это что-то меняет?       — По сути — нет, в той истории Минато и Кушина ничего и не смогли сделать, только печать починили, да и все.       — Значит все нормально?       — Я бы это не утверждал, но вполне возможно, что это даже к лучшему. Другой вопрос, если я «поглощаю» Кушину, значит ли это, что когда она «закончиться» печать откроется?       — Нет, я говорил про канал от нее к тебе, но есть и обратная сторона, ты по сути заменяешь ее чарку — своей, что по итогу позволит печати не разрушиться, а то что не происходит какого-то разрушительного эффекта, от сразу двух чакр, так ты по сути — Узумаки, по чакре так точно, и по родству с ней если не родной брат, то сын, или около того точно, от того и нет отвержения.       — Понятно. По итогу, все выходи неплохо, — почесал я подбородок, раздумывая о возможных перспективах.       — И в как например? — Спросил меня мой сокамерник, принимая наиболее удобную позу для дальнейшего сна.       — Ты, восполняешь свои силы, я, получаю знания от Узумаки и не умру в процессе, он, по итогу получит учителя, который не позволит его клану зачахнуть. — Быстро и просто перечислил я все доступные плюсы и если так реально посмотреть, все выходит действительно хорошо, я бы даже сказал слишком хорошо, но я был сейчас слишком рад возможностям, чтобы допускать паранойю.       — Так что, все в выигрыше? — Спросил меня Курама.       — Пожалуй, так.       — И что мы будем делать? — Спросил уже немного забытый малыш.       — Пожалуй стоит начать с простого общения.       — Это как?       — Ну, например, ты понял, что по сути стоишь на голе из леденцов?       — Что? — не понял меня Наруто, после чего я отколол кусок скалы и дал ему его попробовать.       — Вкусно? — Спросил я его, с удивлением смотря на эту мордочку, все-таки, я этими леденцами питаюсь уже четверть жизни и мне они откровенно говоря надоели, да и хотелось что-то именно пожевать, а не лизать, или там например, сосать как эти же леденцы. Потому я с таким удовольствием проецировал свои эмоции во время еды.       — А-то, это одно из самых вкусный вещей, что я ей даттебайо!!!       — Только спать на этой штуковине не слишком удобно.       — Как будто ты вообще спишь! — Тявкнул в нашу сторону лис.       — Завались! Ты сам в этом виноват! Все же именно ты всякий раз «пробуждаешь» меня когда мы деремся.       — Да-да, оправдывайся, бьюсь об заклад пацан будет того же мнения, что и я, ведь это ты уже четверные сутки не спишь.       — Что? — вот тут уже возмутился сам Наруто. — Брат, ты почему не спишь? — А щеки то как недовольно раздул, прям сама милота. — А ну быстро ложись, я лично прослежу, чтобы ты заснул!       — А-ха-ха-ха — Смеялся лис, но как-то, наигранно? Ай неважно, я вправду слишком устал от всего этого. Смачно зевнув от подобных мыслей я позволил Наруто себя уложить на том, что было, а сам малыш разместился на моей груди, сначала так же следя за мной, а после присоединившись ко дрему за компанию, перед этим спросив.       — Брат, ты будешь со мной? — Через сон спросил меня малыш, для которого последние пару часов были действительно тяжелыми.       — Да, ах-х, — Зевнул я, почти провалившись в сон. — буду рядом, буду рядом, будем вместе всегда бить морды супостатам. — Сказал я, после чего таки позволил унести себя в царство морфея, все же, если Наруто проснется, то он просто вернется в свое тело, а я просто высплюсь тут.       .       .       .       .       .       .       .       .             .       — Наруто, вставай, пропустишь завтрак! — кричал мне под ухо какой-то пацан, лет восьми на вид, он был взбудоражен. Я даже сначала не осознал, что вижу перед собой человека, а не какое-то наваждение.       — Что? — с недоумением сказал я, мой голос! Что с ним?       — Да говорю, мясо у нас, пропустишь все самое вкусное и твою порцию съедят без тебя! — крикнул мальчик, после чего тот побежал в столовую, где уже наверняка образовали очередь такие же голодные сироты.       В это же время я осматривал обстановку, наткнувшись взглядом на стоящее зачем-то тут зеркало и увидел себя в отражении.       — Да какого!!!