Осень внутри смерти

После сотен тренировок с Алексом я научился довольно многому. У меня начало хорошо получаться создание чего-либо и кого-либо, а также телепортация и плюсом множество базовых вещей. Но факт оставался фактом: Андрею нужна помощь. Ал сказал, что, скорее всего, Андрею кто-то мешает выйти из комы, ведь физически он совершенно здоров. Сложность нашей «миссии» заключается в том, что на восстановление Андрея нужно будет время, длительное. Если всё, что мы запланировали, будет проходить в больнице — нас застанут врасплох, нам могут помешать. Потому лучшим решением проблемы будет кража Андрея из больницы. План был составлен идеально, однако оставался незакрытый вопрос транспортировки. Дело в том, что телепортация — это довольно тяжелый и сложный процесс, как духовно, так и физически. Андрей может не пережить это, потому нужно было придумать что-то еще. Более безопасный способ транспортировки. Раздумья — очень сложная вещь, потому мы решили засесть в «засаду» мыслей в моём кабинете. В качестве метода для переноса Андрея мы выбрали машину. Достаточно безопасный метод, но очень сложный. Нам предстояло продумать буквально всё: погоду на улице, местность, чёрные выходы, а также методы отступления. План напоминал банальное ограбление какого-то банка, но в нашем случае цель была дороже всяких денег — брат. У нас была всего одна попытка, потому облажаться не было возможности. Пока мы думали, голод всё же решил напомнить о своём существовании, а потому Ал высказал идею отложить раздумья и отправиться на кухню, чтобы что-то приготовить. Он был прав, нужно было передохнуть немного и поесть. На удивление, Алекс вызвался приготовить еду сам. Он достаточно профессионально работал руками, пока готовил блинчики. На кухне стало достаточно жарко, а потому парень предпочел снять футболку, что ранее закрывала от моего взора массивные виды. Пока я откровенно разглядывал его тело, еда уже приготовилась. Ал стоял спиной ко мне, но господи, какая же у него широкая, накаченная спина! Феерия не имела границ, отчего я не мог оторвать свои глазёнки от его спины. Ярко-белые растрёпанные волосы, высокий рост, где-то 190 сантиметров, голубые глаза, накаченные руки и спина идеально дополняли друг-друга. Штаны, что он носил, сидели на нём достаточно облегающе, чем и подчеркивали ягодицы, а также выделяли большой бугорок спереди, когда он всё же повернулся. Моему взору предстали еще большие виды. У него была накачена грудь, а ниже виднелся огромный пресс, который не мог не удивлять одним лишь видом и наличием. — Ты чего залип? — задал откровенный вопрос Ал. — Да… так… ничего, — еле отойдя от некого экстаза, сказал я, всё еще находясь в шоковом состоянии от увиденного. Парень решил всё-таки не пытать меня, а потому мы занялись пищей вместо разговоров. Однако мне кусок в горло не лез, ведь взгляд полностью был направлен на Алекса. Он ел с довольно уставшим и отстранённым видом. Его рука была достаточно большой, как и он сам, но пальцы были тонкими, а по руке растекались ручейки вен. Чтобы не вызывать еще больших подозрений, я быстренько съел парочку блинчиков, после чего мы вновь отправились в кабинет.

* * *

Спустя несколько часов мы идеально продумали план и были готовы выступать. При помощи силы нам удалось создать ужасную погоду: шторм, ливень, грозу и туман. Выбрав неприметную одежду, мы взяли в аренду фургон и поехали воплощать наш план в реальность. Добравшись до больницы, Ал остался сидеть в машине у чёрного хода, пока я отправился за Андреем. Зайдя в здание, мне удалось незамеченным пробраться в нужную палату, но вдруг я заметил, что там уже кто-то сидел. Знакомая фигура оплакивала койку моего брата. Зайдя внутрь, я не поверил своим глазам. — Никита? Ты какого чёрта тут забыл? — задал вопрос я. Никита — это один из подонков-старшеклассников, которые издевались над Сашей и, более того, пытались задевать моего брата, но боялись. После ситуации с Сашей, я сказал им, чтобы они больше не подходили ни ко мне, ни к моей семье и близким, если таковые вообще были. — Кир… ты всё не так понял. — произнёс ужасно напуганным голосом Никита. С его лица стекали капли слёз, он дрожал. Он был напуган. — Я спрашиваю ещё раз, какого хуя ты тут забыл, урод? — Я… — не успел договорить Никита, как включилась рация, которую мы используем с Алом. [Рация] — К...р, мы спал…лис… тут к…пы! …иво к вых…ду! — помехи глушили всякие мои попытки понять полностью, что говорил Алекс. Потому ударом в нос мне удалось оставить Никиту в бессознательном состоянии. [Рация] — Алекс, тебя понял. Выхожу. Со мной гость. [Рация] — Кто? Не расс…ышал т…я! Б…ги ко мне, их тут *шипение рации*. Видимо, непогода глушит радио сигнал. Что же, это сыграет и мне на руку. Отключив Андрея от всех необходимых аппаратов и обеспечив поддержание его жизни при помощи силы, я загрузил тело Никиты в нижнюю часть каталки, поскольку он мог сдать нас со всеми потрохами легавым. Тащить этих двоих было той еще задачкой, но её идеально облегчил находившийся неподалеку грузовой лифт, предназначенный специально для перевозки пациентов. [Рация] — Ал, чёрный ход чист? [Рация] — Да, тут ти…о. Выбравшись из лифта, мы были почти на выходе. В арсенале у меня был лишь пистолет-шокер, который стрелял пластинами с зарядом. — Стоять! Подними руки вверх и отойди от каталки. — послышался голос сзади меня. Кричавший находился в пяти метрах от меня, что позволяло при большой реакции произвести выстрел электрическим разрядом. Ориентируясь на голос, я медленно начал разворачиваться, после резко достав шокер и произведя выстрел. План был бы идеальным, если бы я учёл то, что у этого копа может быть пистолет. Коп слёг на пол от разряда, но перед этим, механически, он попал мне прямо в плечо. — Сука! — крикнул я, чувствуя огромный приступ боли. Сейчас было некогда лечиться, а потому, пользуясь шоковым состоянием и дозой адреналина, что ворвалась ко мне в кровь, я вместе с каталкой выбежал через чёрный ход под ливень, где терпеливо ждал Алекс. Открыв задние дверцы фургона, я загрузил в него каталку с парнями, после чего быстро сел спереди. — Кир, какого хуя вы там стрельбище устроили? Ты не ранен? — Немного, просто царапина. — сказал я, держась за простреленное сквозным ранением плечо. — Чёрт, ты же истекаешь кровью. Ладно, ехать недалеко, поэтому просто держись. — заключил Алекс, вжав педаль газа в пол. POV Никита. Странный гул доносился снаружи. Голова ужасно раскалывалась от удара, что нанёс Кирилл. Внезапно, транспорт наехал на кочку, от чего тряхануло всю машину, а я сместился с места, ударившись головой еще раз. Теперь я точно понимал, что нахожусь в машине. Открыв глаза, я заметил, что мы едем в фургоне. Спереди за рулём сидел какой-то чувак перекаченный, а рядом с ним Кирилл. Рядом со мной находился Андрей. Мой Андрей. — Андрей… — тихо, выдавливая из себя произнёс я, после чего вновь впал в бессознательное состояние. Силы покидали меня, ведь приложило меня слишком хорошо. Перед полной потерей сознания, я вновь произнёс его имя, после чего, пустив слезу, отключился. POV Кирилл. — Андрей… — донёсся тихий звук с задней стороны фургона. Это был Никита. — Какого хрена?! — сразу заметил Алекс. — Это Никита, наш гость. Мне пришлось взять их обоих, иначе он бы нас сдал. — Прекрасно, то есть это уже похищение двух человек. Ты вообще по плану действовать умеешь, Кир? — верно подметил Ал. — Извини. — тихо произнёс я. Остаток дороги мы провели молча. Приехав домой, я успел залечить рану в плече, а Алекс потащил Андрея в комнату, что мы подготовили заранее, и начал собирать всё необходимое для второй части плана. В это время я уже нёс Никиту в другую комнату, где на окнах была установлена решётка, а дверь закрывалась на замок. Раньше эта комната была кабинетом отца — он её обезопасил от воришек, но потом я перестроил кабинет в обычную комнату, кабинетом сделав другую. В общем, сложные моменты перестановки. Сейчас нам предстоит помочь Андрею…. Если сможем. Мысли, что что-то может пойти не так, разрушали изнутри; у нас была только одна попытка, в результате которой брат либо придёт в себя, либо окончательно погибнет. Отойдя в зал, предварительно заперев дверь кабинета, я сел на диван и просто заплакал. В последнее время я делаю это слишком часто. Слёзы стекали с моего лица, однако ко мне подошёл Алекс. Умеет же, скотина, подбираться тихо и незаметно. — Ты чего плачешь? — Ал… я боюсь, боюсь потерять Андрея. Что, если мы провалимся? Что, если… Алекс приблизился ко мне вплотную и поцеловал в губы. Сначала он сделал это нежно, но постепенно увеличивал напор и темп, переходя в жадный, требовательный поцелуй. Нам обязательно предстоит со всем разобраться, в особенности — с нашими отношениями, а пока нужно ставить фокус на Андрея…