Сентябрьское пекло

Прошла неделя с тех пор, как Орлов начал активничать. За неделю было столько ситуаций с ним, что если описывать все подробно, выйдет глав шесть так точно… поэтому не будем. Вкратце лишь скажу, что я даже привыкла к этому «стоянию» у наших кабинетов и к хвосту за мной по школе. Я привыкла и к тому, что Орлов, Исаев, Глинский и Макарьев странно косятся на меня, если идут вместе. Но всё же… есть один нюанс. У девятых классов обычно уроки заканчиваются позже, чем у нас. Но в один день последний урок им отменили, поэтому у наших параллелей у обеих было по шесть. Так что… из школы мы выходили вместе. Хоть город у нас и небольшой, но всё-таки, после школы ребята расходятся в две стороны. Кто-то живёт на одном конце города, а кто-то на другом. Орлов и другие жили ближе к интернату, а я жила в другой стороне. Однако и после школы они преследовали нас. Вот этого я очень боялась, правда. Их четверо, нас с Вероникой двое, они идут за нами. Что делать? Ничего страшного не случилось. Мы забежали в переулок, зашли в какой-то случайный магазин и простояли там, смотря в окна. Орловская компашка потеряла нас из виду, потопталась на месте и ушла. Я выдохнула и решила, что домой теперь буду уходить не вместе со всеми, а лишь спустя какое-то время, когда основная масса учеников уйдёт… Возможно, вы спросите, почему я никому не пожалуюсь и не расскажу. Что ж, давайте по порядку. Компаний интернатовских много, и бóльшая часть подростков нашего города с ними как-то связана. Если какой-то бедный маленький ребёнок пожалуется на кого-то из интернатовских, то его друзья ОБЯЗАТЕЛЬНО вычислят, кто донёс, и ему будет очень-очень плохо. В прошлом году одного пятиклассника избили на улице как раз за это. А я ещё и девочка. Думаю, вы понимаете, о чём я… В общем, жаловаться — не вариант. Тогда что делать? Я задавались этим вопросом неоднократно. Конечно, лучше не ждать, пока они сделают что-то серьёзное, а пресечь все дальнейшие возможные действия сразу. Только как? Первый вариант — конечно же, через Кирилла. И кстати, о нём. Кирилл должен был поговорить с Юрой. И вот, как он мне рассказал об этом пару дней назад. … Вторник, вторая учебная неделя. — Ющик?.. Я подхожу к Кириллу с напряжённым видом. — М?.. На самом деле… с понедельника Кирилл стал какой-то другой. Он перестал так открыто со мной разговаривать, стал как будто даже избегать. Садится подальше от меня в столовой, не встречает утром в классе, старается вообще не контактировать. Я списала это на то, что Кирилл — странный человек, и это правда. Он может месяц с кем-то не общаться просто потому что не хочет. Или вдруг у него к человеку просто так вспыхнет ненависть, и он будет покрывать его ещё долгое время, говоря потом «не знаю, что на меня нашло». Я спрашиваю у Кирилла: — Ты это… помнишь, говорил, что попробуешь поговорить с Орловым? Или мне показалось, или Кирилл округлил глаза и как-то… замялся, что-ли. Будто он вообще не хочет этого разговора. — А… да. — Кирилл улыбнулся, но как-то натянуто. Вовсе не так, как обычно. — Юра просто не захотел со мной болтать. Лицо Кирилла снова сделалось мрачным. Он уткнулся в телефон, но мне этой информации было недостаточно. — Как отказался? Просто взял и сказал «я не буду с тобой разговаривать»? — Да… — С чего бы это? Вы же нормально общались… — Да кто его знает… давай не будем об этом. Меня напрягает поведение Кирилла. — Киря, ты какой-то не такой стал… что-то случилось может? — Да всё нормально — Кирилл снова натянуто улыбнулся. — Просто проблемы с режимом, я не высыпаюсь. — Ладно… но если моя помощь нужна будет, зови. — Мгм. И он снова стал что-то усердно читать в телефоне. Всё же, на Кирилла это не похоже. Но ладно, проехали. … А сегодня уже пятница, и знаете… сейчас я вам кое-что расскажу, и это очень серьёзно. Вчера вечером мне звонит моя подруга Лиза. Она гуляла ещё с двумя моими одноклассницами, а звонила она очень редко. Я беру телефон. Сначала я подумала, что они зовут меня гулять. Заплаканным голосом, Лиза говорит мне: — Эля, у тебя щас квартира свободна?.. — Да, а что случилось? — Можно мы к тебе зайдём? Мы щас в очень нехорошую ситуацию попали… — Давайте, бегите. Такого никогда не было. Или мне записывали голосовые на полчаса, где рассказывали, как какой-то алкоголик чуть не упал на них с дерева, или пока мы гуляли по школе рассказывали всю историю с начала до конца со всеми спецэффектами. Ко мне домой зашли две девочки: Лиза и Лера, а где потеряли третью, не знаю. — Короче, Эля, у нас капец. Мы щас встретили интернатовских с нашими, они к нам приставали и кидались в нас бутылками. Походу, они были подбуханные. Вот ведь ублюдки. Как всегда, ничего нового. Жаль, что это коснулось и моих друзей. — А Орлов про тебя спрашивал. — добавила Лера. Так. А вот теперь всё ещё хуже. Мы уже зашли на кухню и сели за стол. — Погодите… Орлов, про меня? Как вы поняли, что именно про меня? — Так он тебя по имени и фамилии назвал… Откуда он знает, как меня зовут? Ладно, допустим. — Эля, ты чё, с ним знакома? — спросила Лера. — Давайте лучше вы все сначала расскажете, как что было, а я потом объясню. И Лиза все рассказала. — Так… мы пошли гулять, как обычно. Зашли в магазин, купили чипсов…короче, кому я рассказываю, ты же знаешь, как мы гуляем. Мы шли по улице, и недалеко от твоего дома, на перекрётске, увидели интернатовских вперемешку с нашими. Нас конечно сразу затриггерило, но не суть. Помню, что у Макарьева была бутылка Балтики, которую он потом кстати кинул в нас. Мы шли мимо них, а они вдруг начали нам кричать: «Девочки, вы колетесь?» Или что-то такое, я уже не помню. Они нас обступили, начали над чем-то смеяться. Даша, (третья, которая была с ними) их не забоялась и крикнула: «Вы дауны, застряли в развитии где-то на уровне обезьяны, вам бы за решётку» Даша вообще всегда была самой смелой из нас. Макарьев тоже что-то сказал ей в ответ, Глинский заматерился, и Макарьев кинул в нас бутылку. Она никого не задела, разбилась прямо у наших ног. Но знаешь, Эля… ну, они явно были нетрезвые. Просто даже их речь, эти бесконечные крики… ты понимаешь. — Сколько их там было? — спросила я. Я напряглась и внимательно слушала. Была бы у меня возможность, я бы своими руками этих уродов задушила… — Их было много… человек тридцать, наверное. Я не считала. — А дальше что? — Дальше… мы решили убежать, а то они уже перешли в какую-то более опасную стадию. Мы хотел уйти, но где-то в стороне стоял Орлов. Он был… очень весёлым, так скажем, и остановил нас. Спросил: — Вы друзья Эльвиры Назаровой? — Да, а че тебе надо? — ответила ему Даша. — Ну вы дерзкие конечно… — отвечает нам Орлов. — Да не, мне ничё. Трахнуть хочу. -… Ну всё. Тут у меня вообще отключилась здравомыслящая функция. — А почему он об этом так открыто заявляет?.. — Так тоже подбуханный, Эль. С чего это у него отношение такое к тебе? Пришлось рассказать девочкам в двух словах. — Так он че, сталкер что-ли? — спросила Лера. — Ну тип того… — А дальше что было? — Дальше мы ушли, но Даша вслед кричала Орлову «Да Эльвира на таких как ты в жизни не посмотрит, ушлёпок…» Не знаю, слышал он, или нет, но это было громко. Сейчас смешно вспоминать, но ситуация то страшная. Потом Даша пошла домой, а мы к тебе. В общем, я как-то даже распереживалась и расплакалась… — на одном дыхании выговорила мне Лиза. Понимаю, как ей страшно. Когда девочки ушли, я всерьёз задумалась. Раз Орлов отказывается говорить с Кириллом, значит придётся говорить с ним самой. Это плохо, ведь я боюсь одного силуэта этого человека, не то, что разговора с ним. Но его поведение неадекватное. Абсолютно. … Если вы думаете, что это всё, то далеко нет. После того, как девочки ушли, я собиралась ложиться спать. Посмотрела с сестрой мультики, разобрала кровать, почистила зубы. Если честно, то последние дни я постоянно на нервах. Мне страшно, что за мной хвост, что я в поле зрения и всё такое… я боюсь не просто так. В постоянном страхе жить трудно, поэтому каждый вечер я расслабляюсь, чтобы лучше уснуть, без тревожных мыслей. Я легла спать всё-таки раздумывая о том, что же делать дальше. Как подготовиться к разговору с ним, чего стоит ожидать и вообще… я думала обо всём на свете. Мне было также жаль друзей, которые теперь тоже попали под повышенный фокус внимания. Как бы лучше и быстрее решить эту проблему?.. Я умная, красивая, живу нормальной жизнью, а Орлов просто глупый неадекватный придурок… мы настолько разные, что просто не можем быть вместе. Но, скажите честно, вы же хоть раз слышали фразу «хорошим девочкам нравятся плохие мальчики»? Мне кажется, что всё же… Орлов мне немного нравится. Да, давно ещё. Я его боюсь, но в отличии от других интернатовских, он какой-то… другой, что-ли? У меня создаётся ощущение, что я знаю его уже всю жизнь. Хотя «сталкерит» он всего какую-то неделю. Мне кажется, что у него какая-то травма. Что его все терпеть не могут, а нужно его пожалеть… он он же просто ущербный идиот, как его можно жалеть? Здесь даже у меня мнение раздваивается. Под все эти мысли я сладко и крепко уснула… всё тихо и спокойно. … Проснулась я в час ночи под какой-то грохот. За окном кто-то кричал, звучала какая-то музыка, что-то звенело… Я посмотрела на часы: 01.17. Какие придурки в час ночи так громко себя ведут? Неужели они не понимают, что мы можем вызвать полицию? Я живу на первом этаже, и у меня было открыто окно, поэтому я слышала всё. Кучу мата, каких-то нечеловекоподобных звуков и всего такого. Чтобы мне нормально уснуть, как минимум надо закрыть окно и задвинуть шторы. — Я ЩАС ПОЛИЦИЮ ВЫЗОВУ, ИДИОТЫ! ЧАС НОЧИ, ВСЕ СПЯТ, ПРОВАЛИВАЙТЕ ДОМОЙ! Опа. А вот мой сосед, дед Анатолий, уже отрегаировал. Обожаю его, самый добрый дедушка в этом дворе. Я подошла, заспанными глазами выглянула в окно. И кого же я там увидела? Да, куча интернатовских вперемешку с нашими. Сколько часов они уже гуляют?.. Но самое стрёмное… они стоят прямо под моими окнами, на газоне. А ближе всех к окну моей комнаты стоит Орлов. Какой ужас. Дрожащей рукой я схватилась за оконную ручку, надеясь, что из-за всего шума Орлов меня не услышит. Но нет же. Когда окно уже закрылось, Орлов резко повернул голову, и мы опять встретились взглядами. Вместо того, чтобы быстро задвинуть шторы, я стояла несколько секунд в ступоре, и мы просто смотрели друг на друга. Тут Орлов помахал мне рукой. Я опомнилась и наконец-то задёрнула розовые занавески. Я села на кровать, чуть не плача. Надеюсь, дед Толя всё-таки вызвал полицию. Утром я проснулась и чувствовала себя просто ужасно… как будто меня вот-вот вырвет, или я упаду в обморок. В окно светило солнце, и я раздвинула шторы. На подоконнике лежала ромашка. Я разрыдалась.