Фантазер

- В этой зиме есть что-то, что идет не так! - заявление отца семейства Люсьена Жамеля безапелляционно. - Дорогой, я, конечно, все понимаю: ты собираешься в Италию, да… Зачем-то учишь этот итальянский… - А? – светлые брови взлетают вверх. - Я, видимо, становлюсь назойлив. Или я недостаточно литературно перевел известную фразу? - высокий клоунский вскрик. - Ладно, сдаюсь, капитулирую, иду на попятный!!! Можно и так: «Кое-что в этой зиме никуда не годится», только это уже нужно произносить с угрожающей такой интонацией! Шевеление нетолстыми недлинными пальцами, причмокивание губами на слове «такой», растянутое «а-а» в «угрожающей». Ева вмешивается: - Папа, а как по-итальянски: «Машина не заводится»? - Ага! - восторженный отца семейства вопль. - Это - не-заведение машины - и есть то, что не годится, прямо-таки никуда не годится в нашей зиме. Ева не сдается, не сдается возмущенно: - Папа! Ты только представь: я опаздываю в аэропорт… И тогда наш Патрик вообще не возвращается домой! Мама, Мэри Эллен, с тревогой: - Ну-у вот! То есть как - не возвращается? - А так, что на Симона надежды маловато, мамочка. - Ох! Ох! - Люсьен кудахчет. - Симон! Не могу! Симон! Я его когда впервые увидел, то подумал: «Ай, какая ДЕВУШКА бледненькая»!! Мэри Эллен не то что бы потеряла нить разговора, она никогда и не держала ее в маленьких руках, в пальцах с короткими ногтями. - Так Симон водит машину? Или?.. - Кто водит? Девушка бледненькая водит? Держи, держи, жена, пеструю, в никуда ведущую ниточку разговора! - Эх, эх… (да ну ее, эту ниточку) Вот что, - деловитый тенорок Люсьена, тенорок смеющийся всегда. - Евочка, доченька, поезжай на моей машине, уж очень не хочется мне выходить, тащиться в гараж… Э-эх! - третий вздох еще протяжнее, вот настоящий вздох. - То ли дело сейчас в Италии! Только не говори мне опять, Эллен, что там февраль еще мокрее нашего!