Никто не узнает

Сухо привык рано вставать и мало спать, но от этого не легче. Каждое утро мучительно, он может думать только о том, когда снова удастся поспать. Тем не менее, он никогда не позволяет будильнику звонить слишком долго и всегда подскакивает до того, как начинает задумываться, насколько устал. Опоздание не вариант. Когда Сухо оглядывается, Сиына уже нигде нет. Кровать аккуратно заправлена, а шарф, который он ему одолжил, бережно сложен поверх простыней. У него нет времени гадать, как давно встал Сиын, он просто начинает быстро собираться. Это особая техника Сухо: если быстро собираться, то с утра получается поспать подольше. Когда Сухо наконец открывает дверь, он сталкивается с Сиыном, который, видимо, собирался войти. К счастью, он успевает остановиться до того, как они опять столкнутся. – Это теперь наша фишка – натыкаться друг на друга? – поддразнивает Сухо. Ему нравится с ним заигрывать. Сухо поставил перед собой задачу: вызвать как можно больше разных выражений на этом всегда бесстрастном лице. К сожалению, в этот раз не получается. – Ты проснулся. Хорошо. Поторопись, иначе опоздаешь, – говорит Сиын. – Ты говоришь как бабушка, – бормочет Сухо, расстроенный отсутствием реакции. Он прослеживает взглядом за Сиыном, который стучит в дверь комнаты Ёнъи, прежде чем войти. Тяжело признаваться, но иногда он забывает, что Сиын – друг сестры, а не его. Ну, они тоже не чужие, но ему интересно, каким Сиын его видит? Он для него просто брат лучшей подруги? Сухо все чаще задумывается об этом, когда ловит себя на мысли, как много он крутится вокруг Сиына. Например, когда отвозит его в школу или просит переночевать в его комнате. Ход мыслей Сухо прерывает голос сестры, зовущей на завтрак. Как долго он здесь стоит? В школе все по-прежнему. Сухо безумно скучно, пока учитель разглагольствует о важности следующего года. Как только звенит звонок, Бомсок поворачивается и смотрит на него, застенчиво улыбаясь. – Позанимаемся вместе после школы? – спрашивает Бомсок, уже зная ответ. Он всегда спрашивает, даже если знает, что Сухо откажется. – Я сегодня работаю, – отвечает Сухо, зевая от мысли, что придется провести всю ночь на доставке. – Я уже знаю, что провалю тест. Этот учитель всегда меня усыпляет. – Точно. Вчера ты тоже работал? Мы не долго тусовались, – а еще Бомсок всегда знает, когда сменить тему. Сухо качает головой. – Нет, Ёнъи попросила забрать Сиына и отвезти его к нам. Он у нас ночевал. Вот оно – снова. Нельзя не заметить, как напрягается тело Бомсока и как улыбка резко сползает с лица. Сухо решает перестать это игнорировать. – Кстати, что случилось с Сиыном в караоке в прошлый раз? Вы двое были вместе прямо перед тем, как он ушел, – он пытается говорить непринужденно, но все его внимание сосредоточено на Бомсоке. Он с любопытством анализирует поведение друга. – Ох, хм… – Бомсок поправляет очки, глядя в сторону. Кажется, он колеблется. Или, может, обдумывает, что сказать. Сухо терпеливо ждет. – Я не собирался ничего говорить, так как он друг Ёнъи, но в прошлый раз… – Бомсок делает паузу. Он несколько раз чешет бедро. – Сиын пытался затеять со мной драку. Он спросил, в чем моя проблема и попытался распустить руки. Но ты меня знаешь, я ничего не сказал и ушел. Может быть, поэтому он и разозлился… Что-то определенно происходит. Сухо медленно кивает, тыкая языком в щеку. – Что ж, ясно, – это все, что он говорит. Чтобы не допустить ухудшения ситуации, Сухо решает, что надо выслушать обе стороны. Поэтому он отправляет сестре сообщение с просьбой встретиться на следующей перемене. Когда они подходят к месту встречи – к пустому коридору возле лестницы, – Ёнъи и Сиын уже здесь. Они кажутся расслабленными и о чем-то оживленно болтают. Сухо подходит к Ёнъи сзади и кладет руку ей на плечо. Та подпрыгивает от испуга, готовая сразиться с каждым, кто посмеет ее тронуть, но почти сразу узнает брата. Бомсок прячется у него за спиной. Он не знает, зачем Сухо собрал их вместе, но явно нервничает. Сухо больше не может сдерживать свое любопытство, поэтому напрямую спрашивает Сиына: – Слушай, Бомсок упомянул, что ты пытался затеять с ним драку. Это правда? – он снова ждет, наблюдая за реакцией собеседника. Вот та реакция, на которую он надеялся сегодня утром – глаза Сиына расширяются. Бомсок молчит, но Сухо аж спиной чувствует его нервозность. Он многого не понимает в своем лучшем друге. – Эй, что еще за фигня? – вмешивается Ёнъи. Она смотрит на Сиына и пытается взять его за руку, но тот вырывается из ее хватки. Сиын отворачивается. Сухо впервые видит его встревоженным. Все это очень странно. – Просто спрашиваю. Так что, Сиын, так все и было? Сиын наконец качает головой и опускает взгляд. Неожиданно видеть, что и без того грустные глаза Сиына могут выглядеть еще печальнее. На секунду Сухо жалеет, что вообще спросил. И хотя ситуация далека от разрешения, он продолжает: – Хорошо, значит, произошло недоразумение. Извинитесь друг перед другом и забудем об этом. Сухо опирается о стену позади себя, засунув руки в карманы, и наблюдает за своим лучшим другом. Теперь Бомсок стоит рядом, его тело снова напряжено, и он сверлит взглядом молчаливого Сиына. – За что именно извиниться? – Бомсок первым нарушает тишину. – Не я здесь неправ. – То есть ты хочешь сказать, что не прав Сиын? – теперь уже злится Ёнъи. Бомсок выше нее, но она все равно делает шаг вперед и распрямляет плечи. Сейчас она подражает стойке Сухо, когда тот готовится к бою. Может, дело в том, что у Бомсока нет той же уверенности или он не хочет случайно перегнуть палку, но он ничего не отвечает. А просто стоит и безуспешно пытается запугать ее взглядом. Это битва проиграна. Бомсок уходит в ярости. Сухо задерживается еще на некоторое время, наблюдая за растерянным Сиыном, которого в итоге утаскивает Ёнъи. Был ли он не прав, пойдя против Сиына? Он не понимает, когда все так запуталось. Бомсок не разговаривает с Сухо до конца дня. Перед подработкой Сухо отвозит сестру домой. Он всегда старается так делать, если есть возможность, чтобы ей не приходилось добираться самой. Особенно когда так холодно, как сегодня. Стоит подойти к мотоциклу, и он замечает, что Ёнъи его уже ждет, глядя в телефон. Она хмурится. – Все в порядке? – спрашивает Сухо, одалживая ей свой шлем. – Нет. Что это было сегодня утром? А? В чем проблема Бомсока? Сухо пожимает плечами. Он знает, что когда она так злится, лучше не спорить, и, честно говоря, сегодня у него нет сил на ссоры. Сухо надеется, что этот день рано или поздно закончится. – Сиын сегодня ночует у нас? – Сухо пытается сменить тему. Фатальная ошибка. – Нет. Думаю, то, что произошло утром, очень его расстроило, – теперь она выглядит грустной. Ее главной задачей всегда было сделать Сиына счастливым, и она чувствует, что потерпела неудачу. – Это все твоя вина и вина этого придурка! – сестра повышает голос и бьет Сухо по плечу. Он не притворяется, что ему больно, как делает обычно. – У этого придурка есть имя. Он мой друг. Я просто хотел прояснить ситуацию, а не устраивать ссору, – вздыхает он. Если бы Сухо знал, что это вызовет такой бардак, он бы лучше промолчал. – Ты подозреваешь Сиына в том, чего он определенно не делал! Я бы тоже расстроилась на его месте. Теперь он скорее проведет ночь под одной крышей со своим отцом, чем увидится с тобой. – Я никогда ни в чем его не подозревал, – хмурится Сухо. Он не хочет, чтобы Сиын неправильно его понял. – Я работаю всю ночь, ему надо было пойти с тобой. Сухо редко сожалеет о своих действиях, но сегодня, похоже, именно такой день. Если в итоге его интерес к произошедшему в караоке ранил Сиына, стоило воздержаться от любых действий. Сухо не может перестать об этом думать, даже когда доставляет заказы. Все ли с Сиыном в порядке? Достает ли его отец? Через два часа после начала смены у Сухо оказывается доставка рядом с домом Сиына. Когда он оказывается перед знакомой дверью, то не дает себе времени на раздумья. «Короткий перерыв не повредит, – думает он. – Я просто проверю его и уйду». Сухо стучит и ждет. К сожалению, дверь открывает отец Сиына. Он оглядывает его с ног до головы, но, похоже, не узнает. Этот человек никогда не запоминает ничего, что связано с его сыном. Может, за исключением его оценок и того, кем он хочет видеть его в будущем. – Я к Сиыну, – неловко объясняет Сухо. Отец кивает и, больше на него не глядя, уходит обратно в гостиную, молча приглашая Сухо войти. Он не планировал, что все так пойдет. Он надеялся просто увидеть Сиына, попросить у него воды и уйти, но теперь он идет в его комнату. Сухо никогда там раньше не был, лишь однажды видел, как Ёнъи туда стучалась. По крайней мере, благодаря этому он знает, где находится комната Сиына. Сухо приходится постучать дважды, прежде чем дверь наконец открывается. Сиын выглядит усталым, при виде Сухо он широко распахивает глаза. Сухо не может сдержать улыбку. – Что ты здесь делаешь? – Я пришел за тобой, – отвечает Сухо, не задумываясь. Идея приходит в голову именно в этот момент. – Я не хочу всю ночь в одиночестве доставлять заказы. Сиын смотрит с недоверием. Он смотрит и смотрит, пока Сухо не отводит взгляд, чувствуя, что все тело горит. Сиын знает, как его взволновать. «Он не должен так смотреть на людей, – думает Сухо. – Каждый, кто увидит эти глаза, может влюбиться». – Мне нужно заниматься, – наконец отвечает Сиын. – Почему бы тебе не взять с собой Бомсока? Последняя фраза явно сказана специально, чтобы уколоть, чтобы показать, что он все еще злится. Плечи Сухо опускаются, но его не так легко сломить. – Ай, ну давай, у меня мало времени. Сиын-а, пожалуйста? Сиын возвращается в свою комнату, и когда Сухо уже успевает подумать, что все кончено, он возвращается в толстовке с капюшоном. – Хорошо. Только один раз, – голос Сиына звучит низко и почти застенчиво. Сухо чувствует, как на сердце разливается тепло. Он хватает Сиына за запястье и тянет к входной двери, а потом, когда тот уже обут, и к мотоциклу. Сухо усаживается на сиденье и Сиын следует его примеру. Он молчит, но Сухо чувствует, как руками его крепко обнимают за талию. И улыбается, ощущая, как падает с плеч неприятная тяжесть. Появляется надежда, что завтра он наладит отношения с Бомсоком, и все вернется на круги своя. Хотя Сиын временами и притворяется ворчливым, но когда дело доходит до помощи с доставкой, не жалуется. Пока они идут по улице, Сухо замечает, что Сиын дрожит на прохладном вечернем воздухе, поэтому снимает ветровку и без колебаний ее отдает. Он знает, что Сиын старается скрывать проявления слабости, но о нем все равно надо заботиться. И Сухо готов сделать все возможное, чтобы тот всегда был в тепле и безопасности, даже если для этого нужно пожертвовать собственным комфортом. У Сиына хрупкое здоровье, и Сухо совершенно не готов им рисковать. Возможно, именно в тот момент, когда они делают перерыв и он приобнимает Сиына, а тот прислоняется к нему плечом, Сухо что-то понимает. Он замечал, что Сиын не любит, когда к нему прикасаются и едва выносит прикосновения Ёнъи – Сухо видел, что через некоторое время он в результате всегда её отталкивает. Сиын никому не позволяет прикасаться к себе, кроме Сухо. Словно желая убедиться, Сухо свободной рукой нежно гладит Сиына по волосам. Отсутствие реакции или, скорее, отсутствие возражений, дает Сухо ответ, который он ищет. Что ему теперь делать с этой информацией? Сухо чувствует, как тянет в подреберье. Счастье более чем обосновано, он ничего не может поделать с тем, что чувствует себя особенным, и его буквально переполняет радость. – Ничего, что я к тебе прикасаюсь? – внезапно спрашивает Сухо, чтобы уж точно убедиться. Он хочет это услышать. Сиын что-то мычит в ответ, закрыв глаза. Внимание Сухо резко переключается, когда он замечает явную сонливость. – Ты устал? Сиын снова мычит. Да, уже очень поздно, а бедный Сиын, наверное, не привык ложиться позже полуночи. Сухо работать еще два часа, но он определенно не собирается заставлять Сиына бодрствовать так долго. Молча они снова садятся на мотоцикл. Сухо чувствует, как Сиын прижимается головой к его спине и, кажется, начинает дремать, пока они едут до его дома. Он звонит Ёнъи – которая, к счастью, еще не спит, – чтобы она спустилась и забрала своего лучшего друга. – Что я здесь делаю? – спрашивает Сиын, просыпаясь от того, как Ёнъи берет его за руку. Он еле держит глаза открытыми и выглядит готовым уснуть в любую секунду. – Доехать сюда было намного быстрее, чем везти тебя обратно домой, – лжет Сухо. – Переночуй у нас сегодня. Мне пора ехать, пока! Сухо машет рукой на прощание и уезжает. Скорее бы ночная смена закончилась. Он уже не смотрит, как Ёнъи придерживает Сиына, чтобы завести его в дом. Ночи, которые Сухо проводит на школьных партах, наверное, самые худшие, но когда он так поздно заканчивает работу, он не позволяет себе спать дома. Не после того, как Ёнъи и бабушка не смогли разбудить его вовремя, и он чуть не опоздал. Его будит шум входящих в класс студентов. Сухо вздыхает и ставит одолженные парты на место. Он пытается вспомнить прошлую ночь: Сиын, стоящий напротив во время перерыва; Сиын, крепко держащийся за него во время поездки; Сиын, ни разу не пожаловавшийся на усталость; Сиын, Сиын, Сиын. Внезапно Сухо уже не чувствует себя таким уставшим. Бомсок приходит всего на несколько секунд раньше учителя и садится за парту. Он пользуется своим опозданием, чтобы проигнорировать лучшего друга. До первой перемены остается два часа, и как бы Сухо ни хотел еще поспать, он слишком боится упустить возможность поговорить с Бомсоком. Так что Сухо ждет, опустив глаза и поддерживая голову руками. – Ладно, можете расходиться на перерыв. Да, и не забудь прочитать… Как и большая часть учеников, Сухо тут же перестает слушать учителя, уже вставая, чтобы покинуть класс. Он чувствует на себе взгляд Бомсока. Сухо возвращается буквально через несколько минут с любимыми закусками друга в руках. Он встает перед его столом и с гордостью бросает все, что купил, потом подтаскивает стул и садится рядом. Лицо Бомсока светится от радости. Он тут же хватает одну из вкусняшек и начинает радостно ее жевать. Сухо улыбается и смотрит на друга, чувствуя, как сердце наполняется теплом. – Прости за вчерашнее, – начинает Сухо. – Я просто хотел, чтобы вы с Сиыном поладили. Бомсок не спешит дожевывать последний кусок шоколада. Он смотрит Сухо в глаза. Становится холодно. Сухо не очень понимает, чем он заслужил, чтобы на него так смотрели. – А что если я не хочу ладить с Сиыном? Не то чтобы он наш друг. Сухо опускает голову. Слова эхом отдаются в его голове: не то чтобы он наш друг. Да, Сиын скорее всего не видит в нем друга. Мысль возвращается и сбивает с ног, пробивая дыру в груди. Он хочет, чтобы Сиын был его другом, близким ему человеком. Когда он успел так к нему привязаться? Как это произошло? – Возможно, мы с ним не так близки, как они с Ёнъи, но он все еще друг, Бом. Бомсок избегает его взгляда, занятый вскрытием очередной вкусняшки. Кажется, он глубоко задумался, и Сухо не осмеливается сказать ни слова. Остаток дня Бомсок не избегает его, хотя временами все еще ведет себя холодно. Сухо надеется, что все как можно скорее вернется на круги своя. Когда Ёнъи в конце дня встречается с Сухо у мотоцикла, он только тогда узнает, что Сиына в школе не было. Ему любопытно, потому что тот обычно ходит вместе с Ёнъи и здоровается перед тем, как пойти в хагвон или домой. Отсутствие Сиына рядом с сестрой – первое, что замечает Сухо, но старается не думать об этом слишком много. Это нормально. Его отсутствие любой бы заметил. Ничего страшного. – Да, Сиын сегодня утром потерял сознание, а температура до сих не спадает. Он сейчас дома, – объясняет Ёнъи, когда Сухо засыпает ее вопросами. – Он долго не приходил в себя. К счастью, бабушка рядом, она позаботится о нем, поэтому я не слишком переживаю. А вот Сухо переживает. Он не может справиться с чувством вины, которое заполняет его до краев и снова, и снова шепчет ему, что болезнь Сиына на его совести. Не надо было тащить его ночью на улицу, на холод. Он эгоист. Это его вина. Он во всем виноват. Какой же идиот. Он заставляет себя сделать глубокий вдох и успокоиться. Он полон решимости убедиться, что с Сиыном все в порядке. Они добираются до дома в рекордно короткие сроки. Не дожидаясь сестры, Сухо врывается домой. Он находит Сиына сидящим на кровати Ёнъи и читающим учебник. Сухо вздыхает с притворным раздражением, подходит и забирает книгу. Сиын смотрит на него с открытым ртом и это так мило, что Сухо еле сдерживается, чтобы не поцеловать его. Это странное чувство – Сухо впервые думает о том, чтобы сделать что-то подобное с Сиыном. Он пытается прогнать эту мысль, сердце все еще колотится в груди, когда он садится рядом на кровать. Он проверяет рукой температуру. Сиын все еще горит. – У тебя все еще температура, а ты учишься? – хмурится Сухо. Сиын смущенно кивает. – Мне было скучно. – В том, что ты заболел, виноват хён. Сухо хочет заплакать от того, насколько виноватым себя чувствует. Он ненавидит видеть Сиына таким уставшим и слабым. Он всегда очень осторожен и следит за тем, чтобы Сиын заботился о своем здоровье, но из-за своего эгоизма он пошел и все испортил. – Ты не виноват. Я уже несколько дней чувствовал, что болезнь приближается. Мне жаль, что я тебя побеспокоил. Губы Сухо дрожат. Он чувствует такое обожание к этому парню, что не знает, что с собой делать. Он просто кивает и уходит в ванную. Сухо долго смотрит на свое отражение в зеркале. Эти чувства совсем не новые, но в последнее время они стали особенно интенсивными и поедают его живьем. Он не хочет думать, что они значат, он не может. Когда Сухо возвращается, Ёнъи уже сидит на его месте рядом с Сиыном. Он пытается не обращать внимание на боль в сердце, когда делает шаг вперед с полными руками разных лекарств. Ёнъи выхватывает их и тут же просматривает все коробочки, чтобы решить, что из этого Сиыну нужно больше всего. Она протягивает ему стакан воды и даже придерживает его, как будто он сам не в состоянии. А он, между прочим, нормально сидит. Сухо чувствует укол ревности, наблюдая, как Ёнъи ухаживает за Сиыном. Он знает, что она просто хороший друг, но не может избавиться от чувства, что именно он должен заботиться о Сиыне, что именно он должен его защищать. – Из тебя отстойная сиделка, дай я сам, – говорит Сухо и отпихивает ее, чтобы вынуть охлаждающий компресс из упаковки. Ёнъи снова пытается его оттолкнуть, и они долго спорят о том, кто лучше позаботится о Сиыне. – Это должна делать я! – Нет, ты отстой, – говорит Сухо и показывает ей язык. – Ты такой… – Ёнъи не заканчивает фразу. И она, и Сухо резко поворачиваются к Сиыну. Сиын смеется. Его смех очень тихий, но и этого достаточно, чтобы Сухо потерял рассудок. Он недоверчиво смотрит на Сиына. Что это за чувство? Почему ему вдруг стало так тепло? Сухо почти уверен, что у него тоже температура. – Я не умираю, – улыбается Сиын. – Я могу позаботиться о себе. Он чувствует, как колотится сердце, а лицо горит. Он ощущает головокружение, а дыхание странно учащается. Ему кажется, что он спит, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Сухо надеется, что никогда не забудет эту улыбку.