Никто не узнает

Сиыну не оставляют выбора, кроме как валяться без дела в постели, поэтому пару дней спустя он чувствует себя намного лучше. Ему ужасно не нравится терять сознание или болеть. Он уже давно вырос, но тело все равно остается слабым, и он ненавидит эту слабость. Врачи так и не смогли предложить ему ничего, кроме витаминов и биологически активных добавок, поэтому Сиын перестал к ним ходить. Валяясь в постели, он вспоминает свое несчастное детство. Однажды он настолько сильно заболел, что даже не мог сидеть, но родители все равно к нему не заглядывали. Их беспокойство незаметно переросло в раздражение. Сиын был лишь слабым ребенком, но оказался обузой и самым большим разочарованием своих родителей. Но в этом доме все иначе. Сиын никогда не остается один. Ему неловко позволять им всем о себе заботиться, но они лишь отмахиваются от его тревог и заверяют, что им не в тягость. Он воспринимает бабушку куда большим родителем, чем своих настоящих. Всякий раз, когда Сиын болеет, Сухо становится таким навязчивым, будто Сиын – его ответственность. Этот раз не исключение. Более того, становится даже хуже. Сухо заботится обо всех его нуждах, проверяет его чаще, чем следовало бы, и часами торчит в комнате Ёнъи. Сиын жалуется на него вслух, но глубоко внутри надеется, что так будет всегда. Подобная забота является для него чем-то новым. Он не уверен, что сможет вернуться к прежней жизни. – Почему ты все еще такой горячий? – спрашивает Сухо накануне, положив руки ему на щеки. Он тут же меряет Сиыну температуру, но она оказывается совершенно нормальной. Иногда Сиын ненавидит свое тело за то, что оно так бурно реагирует на все, что делает Сухо. Остается лишь надеяться, что Сухо не понял – Сиын горит из-за того, что Сухо к нему прикоснулся, а не потому что болеет. К тому времени как Ёнъи наконец открывает глаза, он не спит уже несколько часов. Когда ему плохо, он занимает ее кровать, а она спит на полу, но ее это, кажется, совершенно не беспокоит, потому что она всегда спит сном младенца. – Ты учишься? В такое время? – сонный голос Ёнъи отвлекает его внимание от задачи, которую он мысленно пытается решить. – Я пропустил два дня занятий. Это меньшее, что я должен сделать. Ёнъи, потягиваясь, бормочет себе под нос: «Ты чокнутый». Сиын делает вид, что не услышал. Поскольку он чувствует себя намного лучше, ему разрешают вылезти из постели и присоединиться к семье за завтраком. Сиын занимает у стола место, которое теперь практически считается его собственным. Поскольку наконец-то наступили выходные, бабушка просит Сиына остаться хотя бы до воскресенья. Он соглашается, мысленно составляя список дел по дому, чтобы отплатить за ее доброту. – У него должно быть здесь свое спальное место, – восклицает Ёнъи, не до конца прожевав рис. Сиын пытается представить себе этот сценарий. Идея здесь жить нравится ему куда больше, чем он готов признать. Он спокойно слушает рассказы подруги о событиях, произошедших в школе, пока его не было, когда входная дверь открывается и входит вернувшийся с тренировки Сухо. Он тяжело дышит, и когда Сиын поднимает голову, чтобы на него посмотреть, то случайно роняет палочки для еды. Сухо одет в серые спортивные штаны и черную компрессионную футболку. Он не просто красивый, он чертовски горяч. Сиыну кажется, что в комнате резко стало жарче, и быстро отводит взгляд, неуклюже поднимая палочки. Сухо смотрит на него с ухмылкой, а Сиын делает вид, что ее не заметил. Он быстро возвращается к еде. У него горят щеки. – О чем вы говорили? Мне как-то даже неловко становится от такой тишины, – шутит Сухо. Ёнъи объясняет, что Сиын остается на выходные, и настаивает, что однажды у него здесь появится собственное спальное место. – Если ты не хочешь видеть его в своей комнате, он может в любое время прийти ко мне, – Сухо улыбается, глядя только на Сиына. – Клянусь, тебе всегда рады в постели хёна. Сухо ухмыляется. Он флиртует? Сиын пытается не обращать на него внимания, все еще не оправившись от вида Сухо в одежде для тренировок. И не уверен, что переживет выходные. Он прослеживает взглядом, как Сухо уходит в ванную, чтобы принять душ. Доедая свою порцию, он старается ни о чем не думать. Чуть позже Сиын снова обретает душевное равновесие. Сухо недавно ушел на работу, а он сидит на кровати Ёнъи, пока она болтает о какой-то ерунде. Он слушает вполуха, но она внезапно замолкает. Когда Сиын поднимает взгляд, Ёнъи выглядит глубоко задумчивой. Он ждет, гадая, что у нее на уме. – Кстати… Что там на самом деле произошло у вас с Бомсоком? Вот почему она так колебалась. Сиын ценит, что она выждала несколько дней, прежде чем поднять эту тему. Сложившаяся ситуация его ужасно расстраивает. А еще больше мысль, что Сухо его подозревает и думает, что он плохой человек. Думает, что Сиын похож на этих жестоких парней в школе, которые на пустом месте придираются к другим. Одна только мысль, что он хоть немного на них похож, раздражает. – Не знаю, – вздыхает он. И это правда. Сиын не знает, что происходит с Бомсоком и действительно ли он сделал что-то, что его расстроило. – Я разговаривал с ним в караоке, но все было не так плохо, как сказал Сухо. Может, я себя накручиваю, но мне показалось, что Бомсок ведет себя со мной холодно. Поэтому решил спросить, что сделал не так. Если бы Сухо его не забрал, чтобы вместе поехать доставлять заказы, он наверняка до сих пор расстроенно сидел бы дома. Он хотел отказаться, но увидев умоляющие глаза Сухо, тут же сдался. Сиын не умеет ему отказывать. – Значит, ты тоже это заметил! – восклицает Ёнъи, вновь обретая свою обычную громкость. – Я не была уверена, схожу с ума или нет, поэтому ничего не говорила, но я тоже заметила, что Бомсок ведет себя с тобой странно! – Ты слишком радостно об этом говоришь. – Да, черт возьми! Я не хотела ничего говорить, но этот чувак реально странный. Он всегда цепляется за Сухо и пристально смотрит на тебя. Я даже хотела выцарапать ему глаза, но сдержалась. Ты гордишься мной? Сиын улыбается. – Горжусь ли я, что ты не прибегнула к насилию? – Ёнъи радостно кивает. Она действительно напоминает щенка. И очень похожа на своего брата. – Конечно. Сиын гладит ее по голове. – Мы должны все объяснить Сухо, когда он вернется. – Что вы должны мне объяснить? Они слышат голос Сухо одновременно с тем, как он ногой открывает дверь. Ёнъи мгновенно вскакивает и пытается его треснуть, но Сухо проворно уворачивается. Это не мешает ей пытаться снова и снова. – Я просила перестать везде махать своими дурацкими ногами, – кричит Ёнъи. – Я старше, ты не можешь указывать мне, что делать, – парирует Сухо, удерживая сестру на безопасном расстоянии, вытянув руку и положив ладонь ей на лоб. – И вообще, вы двое тут что, порочите мое светлое имя? Вспомнив, о чем они говорили, Ёнъи резко успокаивается. Она смотрит на притихшего Сиына. Тот опускает взгляд и теребит подол футболки. И боится сказать правду. Что если Сухо ему не поверит? Что если его возненавидит? Но самое главное: что это изменит? Сухо в любом случае предпочтет выбрать сторону лучшего друга. Нет никаких сомнений, что он захочет его защитить… – Бомсок солгал о том, что Сиын пытался затеять драку, – Ёнъи первая нарушает молчание. Сиын не осмеливается поднять глаза, он боится посмотреть Сухо в лицо. – В любом случае, ты должен знать. Сиын слишком милый. – Ты сейчас что, пытаешься защитить Сиына? – спрашивает Сухо. Сердце Сиына гулко падает вниз. Вот она – реакция, которую он надеялся избежать. – А что, если так? Думаешь, я тоже вру? – Ёнъи говорит громко и зло. Сиын не хочет, чтобы они из-за него ссорились. Он не хочет быть причиной, по которой эти двое – эта семья – друг друга возненавидят. – Я говорю правду, – голос Сиына тихий и нерешительный. – Но может, просто произошло недоразумение. Мне жаль. Он не знает, почему извиняется и почему на глаза наворачиваются слезы. Сиын не хочет быть обузой. Только не снова. Он чувствует, как прогибается матрас, когда кто-то садится рядом. Он не может поднять взгляд. – Я знаю, – рядом раздается невероятно мягкий голос Сухо. Двумя пальцами он аккуратно поддевает его подбородок и приподнимает голову. Их взгляды встречаются. Глаза Сухо полны понимания, неуверенности и невысказанных эмоций. Это момент молчаливой связи, молчаливого признания чувств друг друга. – Что происходит? – прерывает Ёнъи. – Так ты знал, что Бомсок лжет? Сухо не отводит взгляд, пока говорит. Его внимание сосредоточено исключительно на Сиыне. – У меня были сомнения. Я знаю Бомсока и знаю Сиына. Думаю, именно поэтому я хотел спросить, что случилось. Я хотел знать правду. Он вздыхает и наконец отворачивается. Сиын чувствует, что весь горит. В итоге они решают сменить тему и устраиваются на кровати Ёнъи, чтобы посмотреть на ноутбуке фильм. Когда кино начинается, оно переключает их внимание с предыдущего конфликта и напряжение уходит. Сиын пытается сосредоточиться на фильме, но Сухо прижимается к нему всем телом. Сердце бешено колотится, а вдоль позвоночника пробегает дрожь. Он изо всех сил пытается сохранять самообладание, но разум одурманен близостью и невысказанными желаниями, которые угрожают его поглотить. Эти чувства бесконечно далеки от той печали, в которой он тонул раньше. Он закрывает глаза и пытается сосредоточиться на фильме, но на губах расплывается непроизвольная улыбка, когда он чувствует, как рука Сухо касается его собственной. От этого прикосновения трепещет сердце. Влюбленность Сиына начинает выходить из-под контроля. Он знает, что с каждым днем его чувства только крепнут и не думает, что когда-нибудь сможет от Сухо отказаться. Его самый большой страх: Сухо узнает, потому что Сиын станет слишком очевидным, и все будет испорчено. Но он ничего не может поделать со своими желаниями. Потому что когда Сиын рядом с Сухо – он хочет. Он так многого хочет. Той ночью Сиыну снятся губы Сухо на его собственных. Сиын роется в кухонном шкафчике в поисках чего-нибудь на ужин, когда сильные руки обхватывают его за талию, разворачивают и прижимают к стойке. А потом Сухо без колебаний его целует. Руки бродят по телу, Сиын это чувствует. Он отвечает на поцелуй, пытаясь выразить все свои невысказанные чувства. – Я люблю тебя, Сиын. Разве можно тебя не любить? Эти нежные слова заставляют сердце бешено колотиться в груди. Мог ли он и правда заслужить такую доброту? Быть любимым? Сиын просыпается с мокрыми от непролитых слез глазами. Он обхватывает себя руками и глубоко вздыхает, пытаясь стряхнуть воспоминания о сне. Он не может забыть тепло губ Сухо и мягкий взгляд его глаз, когда он признавался ему в любви. Реальность сильно отличается от сна, и это разрывает ему сердце. Сухо всегда будет старшим братом его лучшей подруги, а Сиын навсегда останется недостойным любви. Он знает это, усвоил еще с юных лет. Бесполезно себя обманывать. Сиын закрывает глаза и крепче обнимает себя, пытаясь сдержать слезы. Он знает, что должен смириться с тем, что Сухо никогда не будет ему принадлежать. – Ты в порядке? Тебе приснился кошмар? – мягкий, заботливый голос Ёнъи возвращает его к реальности. Она шепчет: – Я здесь. Все хорошо, ты в порядке. Ох. Все-таки меня любят. – Думаю, я снова слишком себя накрутил, – признается Сиын. – Иди еще поспи, слишком рано. – Я не собираюсь спать, когда тебе так плохо. Может, прогуляемся? – спрашивает Ёнъи, потягиваясь. Сиын чувствует, что его заледеневшее сердце снова оттаивает. Он робко кивает. Ёнъи улыбается, встает и начинает вытаскивать его из кровати. Он знает, что теперь не один.