Никто не узнает

Три часа. Целых три часа Сиын пытается сосредоточиться на домашнем задании. Когда он смотрит в тетрадь, все, что там написано, исключительно постыдно. 4х - 5(3 - 2х) = 4 - (2х - 7) Сухо Сухо Сухо Сухо Сухо Сухо

сухо + сиын = суси?

ан сухо ♡ сухо ♡ Сухо + Сиын = ♡ Очень стыдно. Но в свою защиту Сиын может сказать, что до встречи с Сухо никогда не думал, что способен испытывать к кому-то романтическое или сексуальное влечение. Он никогда раньше не влюблялся, поэтому все кажется слишком новым и захватывающим – и он понятия не имеет, что с собой таким делать. К тому же, с тех пор, как неделю назад Сухо раздразнил его гипотетическим поцелуем, Сиын не может перестать об этом думать. Тот неловкий момент, когда, кажется, ему надо избегать Сухо, чтобы не совершить ошибку. К величайшему огорчению Сиына, отец всю неделю дома. Он подумывает как обычно заскочить к Ёнъи, но в голове слишком сильный кавардак. Что если Сухо снова попросит переночевать в его комнате? Что если предложит опять спать с ним в одной кровати? Сиын не самый сильный человек. В такой ситуации он не сможет оставаться в здравом уме. Но школа – совсем другое дело, потому что там избежать встречи с Сухо попросту невозможно. Благодаря той драке прошлая неделя прошла довольно спокойно, издевательства прекратились хотя бы на время. Точнее, Ёнбин даже не смотрит в его сторону. Ёнъи от Сиына вообще не отлипает и, видимо, винит себя во всем плохом, что с ним случилось. Он в тысячный раз повторяет, что она ни в чем не виновата и в защите нет никакой необходимости, но получает в ответ только: – Я же спасла тебя от издевательств, когда мы впервые встретились! – объясняет Ёнъи. – Теперь ты – моя ответственность! – Ты меня не спасала. Помощь была мне не нужна, ты просто вдруг встала между нами и их спугнула. Есть разница. В чем Сиын не может признаться, так это в том, что он безмерно благодарен ей за все, что она с того дня продолжает для него делать. Бомсока нигде не видно. Перевелся ли он в другую школу или просто решил не приходить на занятия – для всех остается загадкой. Сухо возвращается к своей привычной жизни, состоящей из школы и подработок. Ни Сиын, ни Ёнъи не хотят, чтобы он вот так проживал свою жизнь, поэтому стараются проводить с ним как можно больше времени. Еще одна вещь, которая нравится Сиыну в Сухо – он тоже одинок. Они понимают друг друга. Сиын чувствует, как сердце колотится всякий раз, когда Сухо рядом, и ему трудно себя контролировать. Ему хочется быть ближе, всегда ближе. Но он боится, что мог неправильно понять сигналы. Он не может нравиться Сухо, это невозможно. Ему все привиделось? Кажется, Сухо стал более тактильным, но ему всегда нравилось ласково касаться Сиына. А еще он теперь гораздо больше Сиыну улыбается, но, наверное, просто счастлив, что ему составляют компанию. – Приходи сегодня вечером, – кажется, в сотый раз за последний час требует Ёнъи. – Ты бывал у нас почти каждый день, а теперь вдруг не приходишь уже неделю. Дома слишком пусто. Она жалобно смотрит на Сухо. – Этот парень работает не покладая рук и тоже почти не бывает дома. Сколько раз за неделю Сиын может ей отказать? Каждый день одно и то же – видимо, лучшая подруга не собирается сдаваться, пока он не согласится. Он тоже скучает по их дому, который кажется ему настоящим домом гораздо больше, чем то место, которое он делит со своим отцом. Может быть – просто может быть – ему стоит прийти. Вполне вероятно, что Сухо будет работать и они не увидятся. Сама эта мысль вызывает разочарование пополам с облегчением, и Сиын не знает, чего больше. – Хорошо. Думаю, я смогу прийти, но мне нужно забрать из дома кое-какие вещи, – наконец соглашается он. Не похоже, что что-то может пойти не так. В конце дня Сиын обнаруживает, что сидит на мотоцикле Сухо. Все, чего он так надеялся избежать, происходит прямо сейчас. Сухо настаивает, что у него есть время до начала смены, поэтому ему следует отвезти Сиына домой за одеждой. Сиын обнимает Сухо за талию. Ничего страшного. Вечер холодный, и он засовывает руки в карманы Сухо. Любой бы сделал так же. Он кладет голову на спину Сухо. Ради тепла и уюта – другого мотива нет. Сиын чувствует биение сердца Сухо и тепло его тела. Он закрывает глаза и позволяет себе раствориться в этом моменте. Как же не хочется, чтобы он заканчивался. По крайней мере, Сухо не видит его, пока ведет мотоцикл. Все хорошо. Только вот останавливаются они не у дома Сиына. Сухо слезает с мотоцикла и берет Сиына за руку, чтобы тоже помочь ему спуститься. Сиын в замешательстве оглядывается вокруг. Он узнает то место, в которое его силком таскала Ёнъи. Может, пару раз максимум. – Почему мы в торговом центре? – спрашивает Сиын, когда Сухо уже идет ко входу. Сухо разворачивается и шагает назад, чтобы схватить Сиына за руку и потащить его за собой. Сиын чувствует, как кожа покалывает в том месте, где Сухо ее касается. Вот и славно. Сухо может тащить его куда угодно, если это значит, что они будут вот так держаться за руки. Они не размыкают рук, даже когда заходят в комиссионный магазин. Сиын смущенно задумывается: похожи ли они на пару? – Тебе нужна одежда? – еще раз спрашивает он, все еще не понимая, почему они вообще здесь. – Чтобы купить тебе вещи, которые будут у нас дома! Так тебе не придется каждый раз собираться, прежде чем ехать к нам. Разве хён не умный? Сухо улыбается так ярко, что Сиын не может ему отказать. Он улыбается в ответ и кивает. – Обычно я покупаю одежду именно здесь. Извини, пока не могу позволить себе покупать новые вещи, – он слегка хмурится. Сиын качает головой. Улыбка, которая расцвела на его лице, и не думает исчезать. – Не обязательно делать это ради меня, хён. Сухо ласково взъерошивает ему волосы. – Просто прими это. Пойдем! Они оглядываются по сторонам и смеются над отвратительно уродливыми футболками. Сиын получает массу удовольствия, находя футболки с написанными на них фразами на ломаном английском. Ему приходится объяснять Сухо, насколько плохи некоторые из них, и это снова вызывает бурный смех. Ён Сиын насмешил Ан Сухо. И не чуть-чуть, а так, что несколько раз в уголках его глаз появляются слезы. Если бы не уверенность в обратном, Сиын бы мог подумать, что это свидание. У него нет никакого опыта, но ощущается все действительно именно так. Он свободно улыбается и не чувствует никакого стыда, который раньше сопровождал каждый его счастливый момент. С Сухо Сиын не чувствует себя обузой, не чувствует необходимости становиться маленьким и невидимым. С Сухо Сиын может просто быть собой. Через пару часов они выходят с двумя полными пакетами одежды. Большую часть Сухо отобрал сам. Вся эта одежда ужасно похожа на те вещи, которые он обычно носит. Сиын не знает, намеренно он подбирал или нет, но если они наденут некоторые из этих вещей в один день, то будут выглядеть как близнецы. Цветов куда больше, чем привык Сиын, но он не особо возражает. – Подожди, – Сиын останавливается, когда они возвращаются на парковку. – Но я не храню у вас свои вещи, потому что мне некуда их положить До этого момента он был слишком увлечен и совсем забыл об этой детали. Ёнъи его убьет, если он начнет захламлять ее комнату. Ей и так уже едва хватает места для собственных вещей. – Тогда мы освободим тебе место, – пожимает плечами Сухо. Он говорит это так, словно нет ничего очевиднее. Как будто для Сиына вполне нормально прийти и занять еще больше места, чем он уже занял в их доме. – Но Ёнъи… – А кто здесь говорит про Ёнъи? – он подмигивает. – Пошли, нам пора, иначе я опоздаю на работу. И все, что Сиын может сделать, это кивнуть и позволить отвезти себя домой. К ним домой. Когда они заходят, бабушка уже готовит ужин. Ёнъи сидит на диване, уткнувшись в телефон. Она встает, как только слышит, что открывается входная дверь. Следовало ожидать, что она прицепится к ним с расспросами, где они так долго были. Сиын пытается кое-как объяснить, но его уже тащат в комнату Сухо. Она следует за ними и с любопытством наблюдает, как Сухо вытаскивает всю свою одежду из верхнего ящика шкафа и распихивает ее везде, где находит хоть немного места. В основном в средний и нижний ящики. Затем он поворачивается и с гордостью показывает Сиыну плоды своих трудов. – Это особый ящик Ён Сиына, – говорит он. – Если тебе нужно больше места, не стесняйся, освобождай его сам, хорошо? Больше места? Это точно нормально? – Хёну пора на работу. Увидимся позже, милашка! – проходя мимо, он ласково треплет Сиына по макушке. Сиын в раздрае. Он чувствует, что растекается лужей прямо здесь, на полу спальни Сухо. Он стоит на коленях, спрятав лицо в ладонях, когда слышит сзади смех лучшей подруги. Почему она все еще здесь? – Он купил тебе одежду? Ты в курсе, что Сухо ни на кого не тратит деньги? – Сиын качает головой. – И ты все еще считаешь, что ему не нравишься? Она улыбается и похлопывает его по спине. Сиын чувствует себя жалким из-за того, что оказывается беспомощным перед чем-то столь обыкновенным, но пока не может заставить себя встать. Ёнъи не смеется и не подшучивает, хотя он ждал от нее именно этого. – Тебя любят, Сиын, – говорит она, внезапно посерьезнев. Редкое зрелище. – Я бы хотела, чтобы ты увидел себя таким, каким видим мы. Сиын все еще закрывает лицо ладонями. Сердце трепещет у него в груди. Он чувствует на себе взгляд Ёнъи. В горле стоит ком. Спустя долгую минуту он наконец набирается смелости посмотреть на нее и видит в ее глазах искренность. Сиын не умеет быть любимым, но готов этому научиться. Готов позволить себе быть. Он начинает осторожно распаковывать свою новую одежду, аккуратно складывает ее, прежде чем положить в ящик Сухо. В свой ящик? Едва Сиын заканчивает, как их зовут ужинать. Все проходит как обычно. Еда восхитительная, а бабушке интересно, как прошел их день. Сиын думает, что наконец-то нашел свое место. К занятиям Сиын приступает уже поздно вечером. Ёнъи отказывается составить ему компанию, заявив, что она уже сделала всю домашнюю работу. Он знает, что это не так, но не хочет спорить. Она из тех людей, кто получает хорошие оценки без особых усилий, поэтому Сиын не особо беспокоится на ее счет. Он устраивается за столом в гостиной как обычно, сидя на полу у дивана. Он изо всех сил старается не думать о том случае, когда Сухо поцеловал его в лоб, когда он точно так же здесь сидел. Сухо возвращается домой около часа ночи. Сиын сидит в тусклом желтом свете гостиной, все еще решая задачу по математике. Он молча слушает, как Сухо проходит на кухню, не включая света. И через несколько минут возвращается в гостиную, держа в руках тарелку с остатками еды. – Ты все еще учишься в такое время? – спрашивает он Сиына, понизив голос. Все остальные в доме уже крепко спят. Сиын просто кивает. Он долго не садился за уроки, вполне естественно, что теперь поздно закончит. Сухо подходит ближе и садится рядом на пол, немного подтолкнув Сиына, чтобы тоже облокачиваться спиной о диван. Его взгляд останавливается на тетради. В то же мгновение Сиын осознает, что она открыта на странице, где математика смешалась с именем Сухо и сердечками. Он поспешно закрывает ее, но уже поздно. Сухо успевает увидеть. Определенно. – Черт, – бормочет Сухо себе под нос. – Ты очень милый. Сиын поворачивает голову и встречается взглядом с Сухо, сердце бешено колотится. – Что? Сухо ухмыляется. Он наклоняется, и Сиын чувствует его дыхание на своих губах. – Ничего, – говорит он низким хриплым голосом. Сухо понимающе улыбается, и Сиын чувствует, как краснеют щеки. Они так близко. Чтобы их губы встретились, не нужно даже прилагать усилий. Взгляд скользит ниже. Если они поцелуются прямо сейчас, никто не заметит. Никто, кроме них, не будет об этом знать. Если Сиын перейдет черту, Сухо ответит тем же? К черту все. Он целует Сухо. Сухо удовлетворенно вздыхает, обнимает его и притягивает ближе. У Сиына перехватывает дыхание, когда язык Сухо касается его нижней губы. Он открывает рот и позволяет Сухо углубить поцелуй. Стоит ему поддаться, и его захлестывает волна удовольствия. Это не похоже ни на что ранее испытанное. Всего слишком много и недостаточно одновременно. Он опускает руки Сухо на бедра и жадно отвечает на поцелуй. Когда они наконец отстраняются друг от друга, Сухо улыбается ему озорной улыбкой. Сиын успел напредставлять себе очень много неприятных последствий, но между ними нет и следа неловкости. Сердце трепещет, когда Сухо наклоняется для еще одного поцелуя. На этот раз Сиын обхватывает ладонями лицо Сухо, углубляя поцелуй, когда Сухо притягивает его ближе. Когда им удается наконец отлипнуть друг от друга, Сиыну уже слишком поздно пробираться в комнату Ёнъи. И не то чтобы он хочет расстаться с Сухо хотя бы на секунду. Есть что-то приятное в том, что Сиын может просто пойти в комнату Сухо, открыть ящик и положить туда свои вещи. Он достает свою новую пижаму, которая представляет собой короткую оверсайзную футболку с надписью «positive vibes only». Она насмешила Сухо, поэтому они решили, что такая футболка идеально подойдет для сна. Он залезает в кровать и устраивается поудобнее, пока Сухо принимает душ. Сиын понимает, что немного задремал, только когда Сухо будит его, сжимая в объятиях. Сиын хихикает, когда Сухо осыпает его лицо нежными поцелуями, по всему телу разливается тепло. Каждый поцелуй наполняет его нежностью и привязанностью, растворяя все сомнения и тревоги. В тот момент, когда они прижимаются друг к другу в постели, Сиын чувствует глубокое чувство покоя и принадлежности. Они обнимаются, наслаждаясь уютом близости, пока не засыпают друг у друга в руках. По мнению Сиына, утро наступает слишком быстро. Когда он открывает глаза, первое, что он видит, это спящее лицо Сухо. Есть что-то милое в том, как у него приоткрыт рот и как он тихонько похрапывает. На секунду Сиын задумывается, было ли реальным то, что произошло прошлой ночью? Было. Сухо держал его в объятиях. Они поцеловались. И целовались, и целовались… – Хён, – шепчет Сиын на ухо Сухо, прежде чем поцеловать его снова. – Пора вставать. Срабатывает безотказно. Через несколько секунд глаза Сухо широко распахиваются. Но он не встает, а только крепче сжимает Сиына в объятиях, утыкаясь лицом ему в шею. Это отзывается дрожью во всем теле. Несколько минут они лежат в уютном молчании, пока Сиын наконец не осмеливается озвучить то, что у него на уме. Простой вопрос, который может изменить всё. Еще раз, подумаешь. – Мы встречаемся? Сиын готов к любому ответу. Он крепко зажмуривает глаза, пытаясь забыть, что на полном серьезе спросил Ан Сухо, встречаются ли они. Наступившая тишина совершенно не успокаивает нервы. Сухо слегка отстраняется, ровно настолько, чтобы увидеть лицо Сиына. – Зависит от того, чего ты хочешь. Ты просишь меня стать твоим парнем, Ён Сиын? О, как он злится, что Сухо смеет дразнить его в такой момент. Сиын не открывает глаза, но кивает. – Я хочу услышать, как ты это скажешь, – продолжает Сухо. Сиыну не нужно его видеть, чтобы знать, что он улыбается. Злой, злой, злой! – Ты будешь моим парнем? – Ты будешь моим парнем… Кто? – Сухо-хён. Сиына заливает румянцем, кажется, с головы до ног, но Сухо, похоже, находит это очаровательным. Он кивает в ответ, прежде чем поцеловать мягкие губы Сиына. Один, два, может быть, десять раз. Единственное, что выводит их из их собственного мирка – это Ёнъи, которая открывает дверь и видит, как они целуются. Она на мгновение замирает, прижимая ладонь ко рту, а потом убегает. Парни секунду пялятся друг на друга, а потом бегут за ней. Она уже на кухне с бабушкой, которая, кажется, тоже только недавно проснулась. – Они встречаются, бабушка! – Ёнъи подпрыгивает от волнения. Сиын застывает, глядя на них обеспокоенными глазами. Он видит, как Сухо подходит к ним, но не в силах пошевелиться или что-то сказать. Он слишком боится того, что скажет бабушка. Он не переживет потерю своего единственного настоящего родителя. Просто кажется странным, что Ёнъи сразу же на них накричала, не спросив для начала, все ли между собой решили. Но бабушка улыбается и похлопывает Сухо по руке. – Я знала, что это скоро случится. – И все равно проиграла пари! – дразнит Ёнъи. Пари? – Действительно. Я думала, что это займет еще неделю-другую. Ошиблась, – смеется она. – Вы делали на нас ставки? – спрашивает Сиын, наконец вновь обретая способность говорить. Бабушка разводит руки в стороны, приглашая его в объятие, и он тут же идет к ней и замирает, окутанный материнским теплом. Она нежно гладит Сиына по волосам. – Мне очень жаль, дорогой. Уже некоторое время я подозревала и была тем, кто предложил сделать ставку. Надеюсь, ты не обиделся. Сиын качает головой и улыбается. – Я не обижаюсь, бабушка. Я просто удивлен, – он отстраняется и смотрит ей в глаза. Она улыбается и целует его в макушку. – Всегда помни, что я люблю тебя, – говорит она. Сиын еще никогда не чувствовал себя таким любимым. И пожалуй, таким счастливым тоже. Но теперь Сиыну разрешают спать только в комнате Ёнъи. Надо было догадаться, что этим все закончится, но Сиын не слишком унывает. Он привык делить комнату с лучшей подругой, поэтому не возражает. Ну и может быть, он удирает оттуда, пока все спят. И может быть – только может быть – он на несколько часов уютно устраивается в объятиях Сухо, чтобы потом проснуться раньше всех и пробраться обратно в спальню Ёнъи. Может быть – только может быть – это немного помогает не сойти с ума. В школе они не особо прячутся. Хотя Сиын и не большой поклонник публичного проявления чувств, он не отшатывается от Сухо, если тот хочет подержаться за руки в коридорах или клюнуть его губы, прежде чем разойтись по своим классам. Кажется, никто особо не обращает на них внимания. Возможно, все слишком боятся Сухо, чтобы осмелиться посмотреть на него косо. Это и к лучшему. Сиын никогда в жизни не был так счастлив. Может, это и не отражается на лице, но сердце знает. Они встречаются уже месяц, когда снова появляется Бомсок. Выясняется, что после обвинений в издевательствах он перевелся в другую школу. Сейчас конец долгого дня, и Сиын выходит из школы вместе с Ёнъи. Сухо уже ждет снаружи, и первое, что делает Сиын, увидев своего парня, – целует его. Они не пересекались весь день, так как Сиын был слишком занят подготовкой к следующему экзамену. И успели ужасно друг по другу соскучиться. Они слышат грохот. Ёнъи замечает Бомсока раньше всех. Тот стоит перед ними, а на земле валяется незастегнутый рюкзак. Его рот открыт, а кулаки побелели от того, насколько сильно он их сжал. – Бомсок? – Ёнъи зовет его по имени, заставляя выйти из транса. – Что ты здесь делаешь? – Я пришел к… – начинает он, но его взгляд останавливается на Сухо, который обнимает Сиына за талию. – Неважно. Он качает головой и приседает, чтобы собрать свои вещи. Сухо отпускает Сиына и наклоняется помочь. – Могу я кое-что сказать? – спрашивает Сухо. Бомсок робко кивает. – Зачем ты это сделал? Я действительно считал тебя другом. Своим лучшим другом. Мне жаль, что я не смог ответить на твои чувства, но есть много других способов справиться с этим, ты так не думаешь? – Ты ничего не понимаешь, – сердито отвечает Бомсок. – Ты и я, мы никогда не были равными. Ты всегда был лучше меня. – Это не правда, – в голосе Сухо слышится боль. Сиын задумывается, видны ли в его глазах слезы, но не осмеливается пошевелиться ни на дюйм. Лучше сейчас позволить им поговорить. – Что вообще… – Ты встречаешься с Сиыном? – перебивает Бомсок. – Потому что, если я недостаточно хорош для тебя, то позволь сказать, что этот неудачник не лучше. Это происходит в одно мгновение. Сухо так сильно бьет Бомсока, что тот падает на землю. Ёнъи выглядит, словно тоже готова на него наброситься, а Сиын думает, что слова Бомсока, скорее всего, правда. Эта мысль наполняет сердце болью. Почему Сухо разозлился? Это же правда. – Больше никогда не смей, черт возьми, говорить подобные вещи. Людей не делят по заслугам, и я думаю, тебе нужно починить свои дурацкие очки, потому что ты явно плохо видишь. Я люблю Сиына, ясно? Я люблю его и могу только пожелать, чтобы ты когда-нибудь почувствовал что-то подобное. А если серьезно, обратись за помощью. Я больше не хочу тебя видеть, мы друг друга поняли? Сухо никогда раньше не выглядел таким угрожающим. И почему вдруг стало так жарко? Сиын трепещет перед своим парнем. В одно мгновение тот стоит перед Бомсоком, нахмурив брови и стиснув челюсти, а в другое уже поворачивается с самой мягкой улыбкой на губах и нежно берет Сиына за руку. Это трогательно. Очень. Тем вечером Сыин позволяет Сухо нацепить на него свою футболку, потому что, похоже, тому это кажется милым. Он с нежностью наблюдает, как брат с сестрой снова ссорятся. – Сиын любит меня больше, чем тебя! – кричит Сухо, а Ёнъи пытается ударить его со всей силы. – Нет, меня он любит больше. Они шумят, ссорятся и в шутку дерутся, пока оба не поворачиваются, уставившись на Сиына широко раскрытыми глазами. – Кого ты любишь больше? – Бабушку, – отвечает он и показывает им язык. Он вскакивает с пола и убегает, а брат и сестра бросаются за ним. В доме слышен только их смех. Да, Сиын счастлив. Так счастлив, что боится умереть от переполняющих его эмоций. Он надеется, что жизнь будет такой и дальше. Даже после того, как Сухо закончит школу, даже когда он поступит в колледж, даже когда они все станут взрослыми. В глубине души Сиын надеется, что они навсегда останутся такими, как сегодня. Уже ночью, когда Сиын лежит и не может заснуть, он спрашивает то, что давно не дает ему покоя. – Ёнъи, почему ты сказала, что тебе тоже выгодно притвориться, что встречаешься со мной? В чем твоя выгода? Она тут же откладывает телефон в сторону. – Счастье. Твое и брата, – отвечает она. – Я не уточняла тогда на случай, если наша миссия провалится, но рада, что этого не произошло. – Ты действительно знала, что он испытывает ко мне чувства? – И узнала намного раньше него самого. А поняв, что ты чувствуешь то же самое, я еще больше расстроилась, – смеется она. – Вы самые дорогие люди в моей жизни. Все, что я хочу – чтобы вы были счастливы. Сиын улыбается. А что еще ему остается?