Когда приходит счастье

Оказалось, эрекционное кольцо не так уж и больно надевать. Чан себе всяких страхов придумал, а Мирэ взяла и нанизала на его член силиконовое колечко. Сегодня Мирэ была красивой. Впрочем, она всегда такой была, даже когда приходила к нему в гости не в коротеньком платье, чтобы соблазнить его, а в джинсах или брюках и водолазке, Чан в любом случае соблазнялся её внешним видом. Обтягивающая водолазка подчёркивала большую грудь Мирэ. Чан любил лежать на её груди, потому что она была мягкой, он любил её гладить, это был своего рода антистресс, главное, чтобы в момент, когда Чан хотел успокоиться, Мирэ была в настроении. Иногда она не хотела, чтобы Чан касался её. В такие моменты Мирэ была погружена в работу — она писала рекламные тексты для различных сайтов. Бывало, Чан приходил к ней, Мирэ печатала что-нибудь на ноутбуке. Чан садился позади неё на кровать, смотрел на сосредоточенную Мирэ и изводил сам себя: вот зачем он пришёл? мешать ей? Мирэ говорила, чтобы он подождал. Чан терпеливо дожидался её внимания, чтобы не терять времени, он просматривал в телефоне планы, которые набросал на ближайшие дни: сходить за покупками, купить или сделать своими руками подарок Мирэ на День рождения, сходить в спортзал, погулять с Мирэ на выходных, купить эрекционное кольцо… Натыкаясь на этот пукт, Чан натужно сглатывал, слюна еле-еле проходила по пищеводу, она была какой-то вязкой — не проглотишь, и в горле вдруг становилось сухо. Он не понимал, чего боялся. В сексе он был хорош, он знал это, он был уверен в этом. Но вот не любил он игрушки и всё тут. Это была первая секс-игрушка, которую он использует в своей жизни. Мирэ ручки потирала, когда они с Чаном обсуждали всё, что связано с интимом. У неё было множество кинков, о которых Бан Чан и подумать не мог, например, она хотела бы попробовать позу раком, а ещё позу «ложки», ну и чтобы Бан Чан навалился на её спину и глубоко вставил свой большой член. Она просто обожала его размер. Когда не удавалась по вечерам сразу заснуть, чтобы утром проснуться с новыми силами, Мирэ вспоминала размер любимого Бана Кристофера Чана. Она любила пофантазировать перед сном, как Чан проникает в неё сначала головкой, потом всей длиной, нередко текла от таких горячих фантазий. Чан, в отличие от неё, вечерами вообще не фантазировал, потому что вымотанный приходил с очередного концерта и спал как убитый. Зато, находясь в комнате Мирэ и дожидаясь, когда она позволит потискать её грудь и потрогать ещё что-нибудь, он то и дело бросал на красивую Мирэ вожделеющие взгляды. Дома она могла ходить во всякой одежде — от домашних брюк до коротких шортиков — пожалуй, от последнего Чан сходил с ума больше всего, а ещё от коротких спортивных топиков, в которых была хорошо видна ямочка между её грудями, такая соблазнительная ямочка, ммм. Чан стеснялся заказывать эрекционное кольцо, тогда его заказала Мирэ и принесла к нему домой, чтобы сразу опробовать. Перед применением она помыла кольцо — они заказали простое, без зубчиков — и пришла в комнату Бан Чана с этим колечком в руке. Чан потянулся к ширинке, расстегнул штаны, снял их и повесил на спинку стула. Мирэ вынула ноги из шортов, осталась в трусиках и топе. Чан поднял футболку. Мирэ подлетела к нему и облапала пресс. Чан засмеялся от щекотки. Она так любила его пресс! Называла его шикарным. Чан старался поддерживать форму, чтобы получать от Мирэ побольше ласки. Закончилось всё тем, что она раздела его полностью, повалила на кровать и оседлала. Мирэ схватила его член, Чан и глазом моргнуть не успел, как на самом важном органе оказалось прозрачное колечко. Мирэ наклонилась, лизнула член. Они решили использовать ароматические презервативы, потому что Мирэ жутко хотела, во-первых, попробовать эти презервативы, во-вторых, отлизать Бан Чану. Он собрал руками её волосы и держал их, пока она плавно двигала головой и водила своим языком по его члену. Мирэ успевала ухмыляться, говорить пошлости, стонать и закатывать глаза, вбирая в рот его головку. Чан подрагивал под её руками, губами и языком. Она так вкусно это делала, что он громко, интенсивно дышал через рот. Мирэ проводила мокрым языком по члену, а потом поднималась к губам Чана и целовала их. Чан ощущал на языке вкус горького шоколада и плавился как этот самый шоколад. — Дай тебя потрогать, — прошептал он, глядя на Мирэ пьяным взглядом. Он погладил её по рёбрам, залез под топик и накрыл груди горячими ладонями. Мирэ сексуально закусила губу, водя по члену руками. Чан присосался губами к мягкой коже, провёл по ней носом. — Твоя грудь вкусная, — сказал он, сжимая ртом сосок и делая лёгкие посасывающие движения губами. — Я люблю её. Он погладил Мирэ по бокам тела, уложил на кровать и засунул руку ей в трусы, сразу же начав делать пальцами массирующие движения по всей промежности. Мирэ сомкнула ноги, подавшись бёдрами вверх. Она сделала волну, потом вторую. Чан растянул её пальцами, разомкнул их внутри неё, попробовал смазку, слизав с кончиков пальцев. Как только он снял трусики, Мирэ раскрылась, показав ему, какая она мокрая и соблазнительная. Член болезненно запульсировал. — Хочу в тебя. — Чего ждёшь? Мирэ сжала пальчиками его длину и ткнула головкой в свой вход. Чан верил тому, что было написано об эрекционном кольце — с помощью него можно было долго трахаться. Чан погрузился глубоко в Мирэ, шлёпнулся о её бёдра и с хлюпаньем вышел. Головка была мокрой, в прозрачной смазке. Чан погрузился во второй раз, потом в третий, наращивая темп. Мирэ сдвинула задницей всю простынь под собой, отчего ткань собралась складками. Мирэ всё казалось, что он не достаёт до самой приятной точки в её теле. Она хотела ещё глубже, хотя понимала, что Чан и так находится глубоко, настолько, что между их бёдрами не было просвета. Он выходил с хлюпаньем, не выпуская головку, и трахал её вновь. Мирэ подстроилась под его темп, и, чтобы член проникал в неё ещё глубже, слегка согнулась и подалась вверх. Чан поддержал её за поясницу. Он был уже весь мокрый, но упорно продолжал двигаться. — Давай я лягу на живот, а ты войдёшь сзади, — предложила Мирэ, сжав пальцами его упругие ягодицы. — Давай. Он хотел бы попробовать с ней такую позу. Смотреть на изящную спину и трахать узкую Мирэ — что может быть горячее? Чан помог ей повернуться на живот, не упустил возможность поцеловать в плечи, в щёку и помять груди пальцами, потянув за соски. А Мирэ во второй раз облизала его член. Её вкус вперемешку с горьким шоколадом был приятным. Мирэ легла грудью на подушку, подняла попу, Чан присосался к ней губами. — Как я могу не сделать этого — не попробовать тебя? — пробормотал он, толкнувшись в неё языком. — Мирэ, ты такая вкусная… вкусная… — он зачмокал, смыкая губы. Её смазки было так много, что он хотел её всю съесть, всю слизать, всю выпить. Но и поиграть с её входом жутко хотелось. Чан оторвался от её промежности, приставил член ко входу во влагалище и очень, очень медленно ввёл его туда, хорошенько растягивая стенки. Мирэ почувствовала небольшое жжение, прошипела от дискомфорта, задрала попу выше, и Чан вошёл до конца. С этим кольцом его уверенность в себе, как в мега сексуальном парне, повысилась раз в десять. Он не чувствовал, что скоро кончит, и трахал Мирэ в узкий вход. Вскоре Мирэ перестала чувствовать дискомфорт, расслабила тело и превратилась в мягкую конфетку. Чан сминал в руках её тело, входил без особого труда, всё глубже и глубже. Задница Мирэ выглядела чертовски привлекательной, и он поцеловал в гладкие ягодицы, а потом опять вошёл. Он держал её за бёдра и трахал без передышки. Врезался хлёстко и больно. Мирэ скрутила потными пальцами подушку, зубы до боли стиснула. — Чан, ты когда? — сдавленно произнесла она и охнула, когда он дёрнул её на себя, насадив на член. — Кажется, ещё очень не скоро, — выдал Чан, грубо трахая её. — Очень, очень не скоро. Мне нравится, что ты так сильно течёшь. Мой член так хорошо двигается в тебе, так свободно. Сплошное удовольствие трахать эту милую попку. — Ммм, Чан! Чан! Я не могу! Хочу кончить! — пальчики Мирэ побелели. — Хочу кончить. И она кончила один раз, второй, третий, четвёртый… Дошла до пятого оргазма и разбилась в сильнейшей дрожи, будто морозом обдало с головы до ног. А Чан всё продолжал её трахать. — Господи! Такая мокрая! — кричал он, вторгаясь в неё очередной раз. — Боже, боже, боже… Мокрая… Моя… Ах!.. Да-да! Детка! Малышка! И я сейчас!.. — он изогнулся и кончил. Чан улёгся на её грудь, поцеловал в неё. Опустил руку и стянул кольцо. — Ну как тебе? Понравилось? — подмигнула Мирэ, лизнув его в кончик носа. Чан улыбнулся довольно и кивнул. — Очень понравилось. Хочется ещё. — Ты думал, я одно кольцо заказала? — хитро посмотрела на него Мирэ. — А вот и нет, у меня есть ещё один подарочек. Помнишь, я хотела попробовать кольцо с зубчиками? Оно у меня с собой. — Да? — удивился Чан, засверкав глазами. — Это то, которое сделает твоему клитору прекраснейший массаж? — Ага, — улыбнулась Мирэ. — Принести? — Да! Принести, конечно! — Не ожидала, что ты так будешь рад. — Я и сам не ожидал, что мне понравится, — скромно ответил Бан Чан. — Думаю пересмотреть моё отношение к секс-игрушкам. Не так уж они и плохи. И с кольцом было приятно толкаться в тебя. — А мне-то как приятно, — она поцеловала его в губы. Чан придержал Мирэ за затылок, углубив поцелуй. Их языки столкнулись. Чан со вздохом оторвался от пухлых губ Мирэ и наклонился, чтобы пройтись поцелуями по её шее, талии, по груди и животику. Мирэ захихикала, обняв Чана, погладила его по волосам, чмокнула, куда придётся. У Чана уши горели. Он поднял на Мирэ любящий взгляд. Она не удержалась и ещё раз поцеловала в эти красивые губы, укусила за них и сказала игриво: — Я за вторым кольцом. — Беги скорее, — шепнул Чан, куснув её в ответ. — Моя сладенькая Мирэ.