Да согреет меня тепло твоих дланей

      Лерану потребовалось пару минут на то, чтобы перевести дыхание, прежде чем он начал говорить. Тео же с хмурой тревогой молчала и оглядывала лицо архимагистра: она и по себе прекрасно знала, каково это — превысить свои магические лимиты. Не торопя, не заставляя его прямо сейчас рассказывать, что случилось, она опасливо села сбоку, давая тому столько времени, сколько нужно, чтобы восстановиться.       — Так вот, — тихо начал Леран; в его голосе, как показалось жрице, промелькнула благодарность. Видимо, вместо того чтобы говорить «спасибо», он выражал это как-то по-своему. Достав из кармана незнакомый Тео кристалл, он протянул его ей на раскрытой ладони, показывая, — Это может нам помочь.       — Что это? — жрица взяла кристалл в руку и повертела его, рассматривая, как преломляются лучи слабого света от свечки через этот камешек. Стоило ей попытаться из интереса «прощупать» его магически, как Леран тут же выхватил его и чуть не отвесил данмерке подзатыльник.       — Не смей с этим как-либо магически взаимодействовать — головой тронешься. Это призма угасающего сознания.       — Что? Я никогда о таком не слышала… — Тео хмыкнула, продолжая рассматривать загадочный кристалл, но теперь в руках Лерана, — Она нам поможет?       — А у тебя есть ещё какие-то идеи? — хмыкнул он, одарив жрицу беззлобной насмешкой, — Ах да. Есть, сама же признавалась. Самое время выложить.       Тео тяжело вздохнула. Когда-то она думала, что не вынесет близнеца Ралена, если бы он был таким же идиотом, как сам Рален. Сейчас она понимала, что будь они полностью одинаковыми, было бы куда проще, чем иметь дело с вечно саркастичным и ворчливым Лераном. Пришлось несколько секунд взвешивать все за и против, прежде чем всё-таки набраться моральных сил чтобы рассказать в общих чертах о своей задумке.       — Дирена выдвинула идею… Саботировать казнь. Когда Ралена выведут на площадь, я накину «Хамелеона», выбегу к нему и вместе с ним телепортируюсь в Эбенгард. Она и… ещё одна наша «подельница» телепортируются вслед за мной и оттуда мы отправимся в… убежище.       Леран скептично повёл бровью, как бы взглядом говоря, что задумка эта — невыполнимая и глупая. Тео пожала плечами, отвечая на это молчаливое презрение, и продолжила:       — Это единственный вариант! Попытаться пробраться в Баар Дау сейчас — самоубийство. Куда проще действовать, когда он будет уже… рядом.       — Слабовато, но может сработать, — неожиданно положительно ответил архимагистр, прикидывая в голове исполнимость этого плана, — Особенно, если немножко усовершенствовать «Хамелеона», чтобы невидимость была полной, а не как обычно.       — А так можно?       — Естественно. Ты не знала?       Жрице захотелось пробить себе — а может самому Лерану — лоб ладонью. Ну конечно, никто не запрещал экспериментировать с заклинаниями и улучшать их; жаль только, что сама она до этого не додумалась раньше. В очередной раз выдав взволнованный вздох, она поспешила перевести тему:       — А каков был твой план?       — А, ничего особенного. Использовать кристаллы, чтобы открыть портал и заглянуть, как там поживает наш ненаглядный в Министерстве. Разведать обстановку, если угодно. Таким образом, мы сможем придумать, как пробраться к нему незамеченными и вытащить его оттуда. А потом уже, как ты и предложила, отправиться в Эбенгард и дальше по вашему женскому плану. Звучит неплохо.       Она медленно кивнула.       — Забрать его через портал не получится?       — Как ты думаешь, жрица, что делает призма угасающего сознания? — спросил Леран с интонацией, с какой обычно учителя пытаются вытянуть из непутёвого ученика ответ на очевидный вопрос. Тео, уловив в его словах нотку упрёка, закусила губу и отвернулась. Леран же довольно кивнул, — Да, как ты могла догадаться, взаимодействовать с окружающим миром через призму не получится. Но мы сможем увидеть, что происходит у Ралена, если, конечно, что-то происходит. В лучшем случае — поговорить с ним, но это вряд ли. Нам ещё нужно придумать, как сфокусировать призму и кристаллы так, чтобы открыть портал именно в Баар Дау, а не где-то на задворках Тамриэля.       Данмерка задумчиво промычала, раскапывая у себя в голове всё, что она когда-либо учила и читала о порталах. В большинстве случаев, чтобы сфокусироваться на конкретном месте, достаточно было чёткого приказа заклинателя, но здесь явно была не та ситуация, да и Министерство наверняка в подобном плане должно мало-мальски охраняться — как минимум, камеры точно. Хотя это не отвечает на вопрос, как тогда ей удалось сбежать с помощью свитка… Может, нужно иметь представление о том, как выглядит место? Нет, вряд ли это поможет; будь так, Тео могла бы и сама открыть подобный портал. К тому же, здесь задействовались не обычные компоненты для портала, но некая особая призма… Призма угасающего сознания. Сознания… Значит, фокусироваться нужно не на месте, а на субъекте? Для этого нужна какая-нибудь вещь, принадлежавшая ему. Есть его рисунки, они хранятся в сундуке с личными вещами Тео, но вдруг это не сработает?       Тео напряглась. Её план казался таким простым — все обстоятельства обязательно ведь сложатся в её сторону? Был ли вообще смысл в том, чтобы следовать идее Лерана? Открыв портал и посмотрев, как там живётся Ралену, что нового они для себя узнают?       — Ты уверен, что нам нужно это делать? — озвучила Тео вопрос, вертевшийся у неё на языке уже какое-то время, — Я имею в виду… чем нам поможет то, что мы глянем, как он там поживает?       — Честно? — Леран выдавил из себя кривую ухмылку, — Наверное, ничем. Ты права. Но вдруг окажется, что его и не выведут вовсе на площадь, чтобы показательно казнить, и просто втихую устранят там же?       — Нет. Налоси говорил мне, что его казнят именно на площади, — сдавленно ответила жрица.       Леран, поджав губы, многозначительно кивнул. Кажется, его задумка становилась всё более и более бессмысленной. Но тут он вспомнил, как вообще нашёл эту призму, и поспешил рассказать об этом данмерке, словно обретя второе дыхание:       — Эту призму я нашёл не просто так. Я искал… кое-что, и использовал «Ясновидение». Оно привело меня к тому, что я искал, но также показало мне и призму. Значит, нам надо её использовать — считай, знак свыше, если угодно. Может оказаться, что мы должны что-то увидеть, что предрешит все наши дальнейшие действия.       Теперь скептично ухмылялась Тео:       — Знак свыше? А я-то думала, что ты не набожный.       — Ты не так много обо мне знаешь, чтобы выдвигать подобные утверждения, — парировал он и, переведя взгляд на призму, снова устремил всё своё внимание на неё. Тео решила последовать его примеру и вернуться к размышлениям о том, как сфокусировать её на Ралене, и тут её осенило. Кровь! Кровь — сильнейший компонент для любого заклинания. Конечно, сейчас они кровь Ралена не достанут, но есть ведь Леран — его единокровный брат-близнец!       — Может быть, твоя кровь поможет сфокусировать призму на Ралене? — выпалила Тео, в приступе озарения схватив Лерана за руку. Тот скривился, но больше никак не отреагировал, — Вы ведь близнецы! Если уж кровь не поможет, то, в качестве запасного варианта, может быть помогут его рисунки?       — Рисунки? Он всё ещё рисует? — Леран вскинул бровь, — Если там не его портреты, то нет, это не поможет. А кровь… хм… звучит как вполне реализуемая идея. Неплохо придумано.       Тео закатила глаза — даже в такой ситуации Леран умудрялся найти слова дабы завуалированно подколоть жрицу — но, затолкав эти чувства куда поглубже, она встала со своего места и зачем-то огляделась.       — Что нужно делать?       — У тебя есть фокусирующие кристаллы? Самые обычные. Они нужны, чтобы настроить призму.       — Хм… Сомневаюсь, я никогда прежде таким не занималась. Если необходимо, можно попросить Дирену притащить — она талантливая воровка и сможет притащить их так, что пропажу никто не заметит, — Тео прошлась вдоль пары скромных стеллажей и выдвинула ящики, надеясь, несмотря на собственные слова, найти среди вещей что-нибудь похожее на кристаллы. И, к её собственному удивлению, в одном из ящиков действительно завалялось пара таких кристаллов. Должно быть, когда-то она хотела растолочь их для зелья, но забыла. Протянув кристаллы Лерану, она принялась ждать дальнейших его указаний, но вопреки её ожиданиям Леран всё сделал сам. Встав в центр образовавшегося круга из кристаллов, Леран выдохнул, словно бы успокаивая себя, и произнёс:       — Не найдётся лишнего кинжала, достопочтенная жрица?       — Для вас, многоуважаемый господин Леран, всё найдётся, — устало и не менее саркастично ответила Тео, протягивая Лерану кинжал с одного из стеллажей. Тот, благодарно кивнув, придавил кинжал к ладони и сделал глубокий надрез, в который тут же вставил призму. Та словно бы загорелась, и как голодный хищник впилась в кожу, впитывая в себя кровь и заставляя Лерана едва ли не согнуться пополам от боли. Игнорируя агонию, Леран пытался сфокусировать свои мысли на брате и, взмахнув ладонью с впившейся в неё призмой, будто бы разрубая пространство перед собой, открыл разрыв. Перед глазами присутствующих вспыхнула ярко-алая вспышка, как будто дырка, прожигаемая в листе бумаги, и по мере того, как она разрасталась, становилось всё яснее, что таится по ту её сторону. Ритуал удался; Леран и Тео действительно увидели в разрыве Министерство, почти что таким, каким Тео его и помнила, но…       Происходящее внутри сложно было описать простыми словами.       Тео ожидала, что увидит караул ординаторов, сменяющийся около той самой изолированной камеры Ралена. Как увидит его самого — обессиленного, исхудавшего, лежащим на полу и ждущего своей участи. Как один из стражников заходит в его клетку, оставляет поодаль поднос со скудным обедом и спешит удалиться, прежде чем подхватит «заразу шестого дома» от заключённого.       Она ожидала увидеть что угодно, кроме того, что предстало перед её глазами. Образы происходящего плыли перед глазами, по мере того как Леран старался сопротивляться адской боли в его руке, исходящей от призмы угасающего сознания.       В Министерстве разгоралась ожесточённая бойня; драка явно не жизнь, а на смерть. Посреди гущи событий, естественно, был сам Рален — но он как никогда не был похож на себя. В его глазах, которые Тео успела увидеть лишь на мгновение, прежде чем над ним занеслась рука в индорильских наручах, бурлила ярость — дикая, необузданная ярость, несвойственная разумному существу. Один за одним он срубал ординаторов перед собой, пробивая себе дорогу в сторону выхода; и, что самое страшное, ему это удавалось. Один, с мечом, явно отобранным из рук ныне мёртвого ординатора, он каким-то одним богам ведомым образом, умудрялся противостоять толпе стражей, которые должны были держать его в камере. Вдруг Рален повернулся — ровно в сторону разрыва, — и Тео показалось, что она смогла пересечься с ним взглядом. Что он увидел её. Но он смотрел словно бы насквозь, всё ещё ошеломлённый своей яростью, и, взмахнув мечом, одним ударом едва ли не отсёк голову ординатору по левую руку от него ровно в момент, когда тот приблизился достаточно для удара. На эти несколько мгновений жрица забыла, как дышать; сил хватало разве что на то, чтобы сжать в руках подол своего платья. Наконец он двинулся навстречу разрыву, и, замахнувшись мечом снова, ринулся вперёд. Леран же, не менее шокированный увиденным, стоял сравнительно спокойно, зная, что разрыв ни Рален, ни кто-либо по ту сторону увидеть не может, и всматривался в происходящее, словно бы пытаясь выцепить хоть какой-то намёк на то, как вообще это произошло. Ему вдруг привиделось, что где-то на фоне, чуть поодаль от бури сражения, промелькнул знакомый силуэт; но, прежде чем Леран успел схватиться за эту мысль, его пронзило болью в очередной раз и он упал на колени. Разрыв тут же закрылся, а Тео подбежала к нему, схватив за плечи, чтобы тот не упал на пол совсем.       Он сжимал руку, в которую всё глубже и глубже впивалась призма; стискивал зубы, пытаясь вытерпеть хлыщущую на него агонию. Тео, нахмурившись, поджала губы и схватила его за больную руку, поворачивая ладонь к себе:       — Сейчас будет больно.       — Уже! — процедил Леран. Тео, не отреагировав на его слова, схватила призму обеими руками и со всей силы потянула на себя, пытаясь вытащить её из руки Лерана. Уперевшись в пол, она поднатужилась и всё-таки смогла её выдернуть, правда, по инерции чуть не повалилась на спину сама. Стоило Тео отложить призму в сторону, как она тут же рассыпалась в пыль.       — Ты как?       — Жить буду. Наверное, — он цыкнул языком, безэмоционально глядя на то, как с его руки стекает кровь. Тео мотнула головой и трясущимися руками достала бинты, чтобы перебинтовать руку архимагистра и залечить, — Спасибо.       — О, ты и такие слова знаешь? — хмыкнула она, а в голове прокручивала увиденное вновь и вновь. Рален всё-таки сошёл с ума. Нет, это ей и без того было известно; но она до последнего отказывалась в это верить, считая, что это всё ложь. В конце концов, Эндрина Ллетана явно убил не он, и в Министерство его посадили зазря, по чужой вине; но теперь она знала, что он был на это способен. Теперь она понимала, что имел в виду Толер тогда, когда разговаривал с ней в его кабинете после аутодафе. Но часть её даже сейчас отказывалась это принять, ведь тогда, когда она проникла в его камеру ради простого разговора — насколько глупой сейчас это казалось идеей, учитывая, что она упустила, наверное, единственный шанс вытащить его оттуда! — он был совсем не таким. Он был тем же Раленом, которого она знала, он признался ей в любви, и она ответила тем же. Разве тот Рален стал бы учинять такую кровавую баню?       Леран молчал. Наверное, думал о том же.       Их взаимное молчание прервала Дирена, ворвавшаяся в комнату. В руке она сжимала странную бумажку.       — Ещё чуть-чуть, и вы бы поставили на уши весь Храм! — шепнула она, ошеломлённо глядя на картину перед своими глазами: Леран сидел на полу, Тео перевязывала его рану и словно бы на автомате шептала исцеляющее заклинание, а вокруг них, как на каком-то романтическом вечере, были расставлены кристаллы, — …Вы очень резко замолчали. Что случилось?       

***

      Налоси шёл по мощёной дороге, не видя перед собой ничего. Руки дрожали, а перед взором из раза в раз мелькало то, что ему только что довелось увидеть. То, как его лучший друг, единственный друг в этом проклятом Храме, без зазрений совести, без промедлений, убивал каждого, кто являлся перед ним. Каждого, кроме него.       Казалось, стоит прикрыть глаза на мгновение, и он увидит это ещё раз: то, как Рален заносит над головой меч, готовый срубить голову следующему представшему перед ним противнику. И как в его глазах, сквозь смутную пелену безумия, на несколько мгновений мелькает осознание. Рален его узнал, и посему не стал убивать. Отпустил живым на свободу того, кто должен был стать его палачом. Как странно всё перевернулось.       Ноги сами привели ординатора в канцелярию, куда его пропустили без каких-либо проблем едва заметили громадные пятна чужой крови на некогда вычищенной до блеска броне. Он сам не понял, как уже оказался на ковре у Берела Сэла.       — Что случилось, мальчик мой? — обратился начальник, не пропустивший мимо себя то, насколько вдруг пустым стал взгляд Налоси. Тот, будто только сейчас вернувшись в реальность, едва набрался сил, чтобы ответить:       — Мутсэра архиординатор, один из заключённых сбежал из Министерства. Заключённый по делу об убийстве и ереси против Храма, Рален Драт.       — Ох, спасите нас Трое, как это вышло?       — Я… я не знаю. Я был на своём посту в этот момент, уже близилась пересменка. Как вдруг помещение словно бы начало меркнуть и холодать. Не успел я и глазом моргнуть, как Рален вырвался из своей камеры и начал кромсать всех налево и направо, не видя ничего перед собой. Это было страшно. Очень страшно. И… когда он напал на меня, он… помедлил. Узнал меня, наверное. И не стал убивать. Если бы не это, я бы не выбрался.       — Плохо дело… — Берел застучал пальцами по деревянному столу, раздумывая, что ему с этим делать.       — Прошу меня простить за то, что я не предпринял попыток остановить его и дал ему бежать, — Налоси поник и уставился на свои перчатки. На них всё ещё блестела кровь его сослуживцев, — Я должен был быть осмотрительнее и собраннее.       — Не переживай, мальчик. Наоборот, ты молодец, что не пустился за ним вдогонку, а пошёл сразу ко мне. Не хотелось бы терять ещё больше ординаторов и поднимать суматоху. Ты со своей работой справился на отлично, но постарайся держать рот на замке. На сегодня ты свободен, пока что.       Налоси кивнул. От мысли, что Берел был на его стороне и только он сейчас мог его понять, стало намного легче. Встав с табуретки, он повернулся к двери и хотел пойти в сторону казарм, чтобы переодеться и отправиться в «Чёрного Шалка» и стереть из своей памяти этот день. Как назло, в этот же момент в комнату вихрем ворвалась Мехра; вид у неё был напряжённый и ошарашенный. Должно быть, она уже была в курсе последних новостей; и, судя по всему, не она одна:       — Мутсэра, — она на автомате поклонилась и Налоси, и архиординатору, — вас ожидает архиканоник Толер Сариони насчёт… дела в Баар Дау.       Старшая жрица покосилась на испачканного в крови Налоси и поджала губы.       — Ох, естественно, они уже знают, — Берел устало потёр переносицу, но кивнул, — Хорошо. Я повторюсь: Мехра, Налоси, проследите, чтобы информация о произошедшем не просочилась в народ. Ни единая живая душа не должна знать о случившемся. Пока что.       Подчинённые покорно кивнули и молча расступились, пропуская архиординатора в коридор. Лишь когда его шаги стихли, поглощённые мрачной тишиной Храма, Мехра тихо обратилась к Налоси:       — Ты как? Держишься?       — Лучше не спрашивай… — отмахнулся он, — К тому же, разве по мне не видно?       Он взмахнул рукой, очерчивая жестом свою броню. Мехра криво усмехнулась и отчего-то неловким полушепотом уточнила:       — Я спрашиваю не про твою броню, а про тебя.       — Примерно так же. Помято и грязно, — отмахнулся Налоси, нервно усмехаясь. В кабинете натянулась странная атмосфера неловкости, и ординатор, шаркнув ногой, пробубнил: — Ладно, я, наверное, пойду?       — Да, тебе стоит отдохнуть, — она свела брови и будто в некотором смятении отвернулась. Налоси вдруг ощутил желание как-то продолжить разговор, что-то, может, сказать, но в этот момент мимо открытой двери проскочила Дирена, но, увидев знакомые лица, вернулась и заглянула в кабинет.       — Привет, — она махнула рукой и удивлённо оглядела ординатора: — Ох.       Повисло неловкое молчание. Ненадолго; переведя дыхание, она затараторила шёпотом:       — Здорово, что я вас обоих сразу нашла. Нам нужно всем очень срочно собраться у Тео.       Теперь был черёд Налоси хмуриться. Разговаривать с жрицей после их неоднократных ссор ему не очень-то хотелось. Да и кто она такая, чтобы приказывать ему явиться? Это ведь он теперь выше её по званию, а не наоборот. Но, с другой стороны, скорее всего, раз уж она до него снизошла, значит, дело серьёзное. И, скорее всего, о том, что случилось она тоже уже знает — правда, непонятно каким образом. Зря Берел отдал приказ молчать — слухи расползаются по Храму и без его помощи; тем более, что он ещё даже из кабинета его выйти не успел. Вздохнув, он кивнул, и тут же спросил:       — Я могу хотя бы отлучиться чтобы там, не знаю, переодеться? — он снова указал на запачканную кровью броню. Не очень-то хотелось продолжать шастать, будучи покрытым кровью своих почивших сослуживцев, павших от руки его когда-то лучшего друга. Дирена пожала плечами, мол, иди, но на всякий случай перед своим уходом лишь попросила не заставлять сильно ждать.       

***

      Тихо приоткрыв дверь квартиры Тео, первой вперёд шагнула Мехра и тут же застыла на месте, окидывая взглядом присутствующих — а точнее, её взгляд задержался на Леране. В её глазах отражался не архимагистр; лишь незнакомый данмер с израненной рукой, до ужаса похожий на пропавшего Ралена. Не отводя глаз, она так и замерла на месте. Налоси, вошедший следом за ней, при виде неожиданного гостя напрягся и сжал кулаки. Тео сидела на кровати рядом с Лераном; тот ещё сжимал марлю на руке, время от времени едва заметно морщась от боли. Дирена молча стояла, опираясь о шкаф и спрятав одну руку в карман, словно бы проверяя наличие в нём какой-то вещи. Мехра непонимающе сщурилась:       — Что… Рален?       Леран закатил глаза, наконец-то опуская марлю.       — Столько усилий приложил чтобы не быть похожим на него, чтобы меня с ним так легко путали. Плачевно.       Тео, привыкшая за короткое знакомство с ним различать тон иронии и сарказма в голосе Лерана, сейчас догадалась, или, может, просто предположила про себя: на самом деле он рад, что в нём увидели не архимагистра Телванни, а всего лишь брата Ралена. Однако взгляд Налоси же говорил сам за себя: тот знал, что Леран исчез, и вдруг появился именно здесь и именно сейчас. В душе ординатора гадко отзывалась подозрительность, граничащая с паранойей.       — Это Леран. Брат Ралена. Леран, это Мехра Мило, старшая жрица, — представила их друг другу Тео и нехотя перевела взгляд на насупившегося Налоси, — Остальные, думаю, вы между собой знакомы… ах да, Леран, это Налоси Алари. Друг Ралена. Он тоже должен нам помочь… я надеюсь.       — Ну, сейчас моё звание имеет малейшее значение, — криво усмехнулась Мехра, стараясь перевести внимание с мрачного ординатора на себя, и уважительно кивнула Лерану. Хоть ей и было любопытно узнать побольше о Леране, всё-таки, Рален никогда не упоминал, что у него был близнец; она отложила это желание на потом и, пройдясь по комнате, сложила руки на груди, — Итак, что ты хотела?       Тео поджала губы, пытаясь собраться с мыслями. Её перебил Налоси, в грубой манере выталкивая тему разговора на всеобщее обсуждение:       — Ты в курсе того, что он устроил резню в Министерстве правды, да?       — Он сделал что?! — воскликнула Дирена, доселе хранившая молчание. Переведя ошеломлённый взгляд на подругу, она продолжила: — И ты мне не сказала об этом?       — Не сказала! Сказала сейчас. Велика разница.       — Оказывается это не так важно, да, Тео? Есть вещи поважнее? — фыркнул Налоси, злобно сведя брови. Она разъярённо глянула на друга, готовая сорваться с места и влепить ему пощёчину. Казалось, что сейчас для этого было точно уж не то время и тем более не то место, но от словесной перепалки Тео не удержалась:       — Не тебе об этом судить!       — Зато ты судить право имеешь, да? — парировал ординатор, складывая руки на груди, — Почему бы и мне не отплатить тебе той же монетой?       Напряжение в комнате повысилось до такой степени, что до него, кажется, можно было дотронуться. Мехра попыталась встрять в спор:       — Сейчас не лучшее время для выяснения отношений! Успокойтесь!       Ординатор скривился, рукой отгородил Мехру и заставил её сделать несколько шагов назад:       — Нет, почему же? Давно пора было об этом наконец-то поговорить. Тео, ты зазнавшаяся, упивающаяся своим горем дура.       Послышался чей-то ошеломлённый вдох сбоку — наверное, Дирены, которая решила тихо наблюдать за разворачивающейся перед всеми присутствующими сценой. Леран поступил так же — но в его случае, ему было просто интересно, чем это закончится; так что он лишь скучающе опёрся о здоровую руку и молча смотрел на ссорящихся. Мехра попыталась было снова встрять, но быстро поняла, что останавливать их бессмысленно — они оба слишком долго носили в себе обиду, и сейчас она была готова литься через край.       — Что? — на выдохе выпалила Тео, сжимая руки в кулаки, — Да я-       — Я! Я! Я! Да ты кроме себя никого не видишь! — крикнул Налоси, перебивая жрицу. Кажется, он настолько был сфокусирован на этой ссоре, что даже не подумал, что его крики может услышать чуть ли не добрая половина Зала Мудрости, — Думаешь, твоё горе превыше всех остальных? Думаешь, то, что тебе больно, даёт тебе право вести себя как конченная сука?! Попробуй поразмыслить своими мозгами и додумайся, что ты не единственная, кому тяжело, больно и плохо!       — Хочешь сказать, тебе хуже? — едко усмехнулась Тео, — Ни за что не поверю. Ты же добился того, чего так хотел. Повышения. Пробился в Орден Инквизиции. Может, даже устранил конкурента? Сам же говорил, ордена — тот ещё змеиный клубок.       Налоси прошёлся поперёк комнаты и нервно провёл руками по волосам, будто пытаясь собраться с мыслями и поверить в то, насколько Тео всё-таки упёртая и невыносимая. Тео же, подумав, что смогла перетянуть канат на свою сторону, продолжила будто бы проворачивать вонзённый в него кинжал словами:       — Или, может, твоя с ним связь была крепче? Вы же были такими прекрасными друзьями, — в отличие от Налоси, не стесняющегося срываться на крик, жрица говорила тихо, но твёрдо и холодно, — Ни за что в это не поверю. Будь оно так, ты был бы не настолько невыносимым. Мы были бы на одной стороне. Но-       — Да завались ты уже! — Налоси схватил первый попавшийся под руку предмет и швырнул его в Тео; жрица едва успела увернуться. Этим предметом оказалась какая-то пустая ваза и, пролетев мимо жрицы, разбилась о стену. Осколки посыпались на пол, но ординатор, не обратив на это никакого внимания, продолжил кричать: — Ты ни хрена не знаешь, чтобы судить! Хочешь знать?! Хочешь?! Будь по-твоему, сука, давай расскажу! Двадцать сраных лет я впахивал как не в себя не потому что хотел пробиться к власти. Не потому что я мечтал стать ординатором, инквизитором, да хоть самим архиканоником! У меня есть отец. Он… болен, — его крики начали постепенно сходить на нет, а голос становился всё более подавленным и бесцветным. Не нужно было обладать невероятным проницанием, чтобы понять, насколько ему больно от одного упоминания отца, — Двадцать лет назад моего отца бесчестно обвинили в убийстве, изнасиловании и ереси и посадили в тюрьму. Когда это случилось, я был вне себя от ярости и даже напал на ординаторов, которые его арестовали — так и, кстати, заработал этот сраный шрам на половину лица и потерял правый глаз.       Он указал на шрам, рассекающий его лицо с правой стороны от лба практически до верхней губы — будто его кто-то мог не заметить.       — До сих пор я боролся за власть ради того, чтобы смочь его оттуда вытащить. Чтобы мой отец, и без того слабый рассудком, мог спокойно умереть дома, а не сгнил в тюрьме. Чтобы моя мать провела свои последние дни вместе с ним. Чтобы вернуть всё как было. Кто бы мог подумать, правда, что это окажется ни черта не просто? Двадцать лет! Меня кидали то туда, то сюда, пока наконец я не смог пробраться на одну ступень выше. Лишь, сука, одну!       Налоси провёл рукой по лицу, стирая слезу с левой щеки. Правый его глаз — а точнее, то, что от него осталось, — даже не дрогнул.       — И всё ради чего? Ради того, чтобы ровным счётом ничего не изменилось. «Да, Налоси, мы свяжемся с кем надо и всё решим». «Конечно, мы передадим твой запрос в отделение Ордена в Файервотче». Хрена с два! — он всплеснул руками; слёзы лились из левого глаза уже неконтролируемым потоком. Тео молчала, поджав губы и сжав ладони в кулаке. Никто из присутствующих не решался сказать хоть слово — даже Леран, которому на этих меров было плевать, нахмурившись, о чём-то задумался. Дирена достала из кармана скомканную бумажку и в нерешительности затопталась на месте.       Первой «ожила» Мехра и быстрым шагом пересекла комнату, внезапно для всех и самого Налоси вовлекая того в объятия.       — Мне жаль, — шепнула она.       Налоси опешил, но всё же смог найти в себе силы обнять её дрожащими руками в ответ. Тео же стыдливо отвела взгляд и, только когда Мехра отпустила Налоси, заговорила тихо и искренне:       — Прости меня, Налоси, — ей не удалось заставить себя поднять взгляд и взглянуть на ординатора, — Я… я не знала, через что тебе пришлось пройти. Я была неправа.       — Забей, — подавленно ответил ей данмер, шмыгая носом и последний раз вытирая левую щеку. Сделав несколько глубоких вдохов, он спросил: — Так зачем ты хотела нас собрать здесь?..       Тео тоже потребовалось перевести дыхание, прежде чем заставить себя переключиться на насущную тему.       — В общем, как Налоси и подчеркнул, эээ… Рален сбежал из Баар Дау.       — Да, — кивнул ординатор, — Я должен был его задержать, но не смог.       — Погоди, ты был там?       — Да. Поэтому и знал о чём пойдёт речь сразу, как пришёл. Я бы не смог его остановить, даже если бы попытался. Рален хотел меня убить, не различая перед собой чужих и своих. Мне повезло — меня он узнал и не стал убивать.        В комнате снова стало напряжно тихо, и вдруг Дирена сделала шаг навстречу Налоси, протягивая тому бумажку, которую комкала в руках:       — Слушай, знаю, сейчас не самое лучшее время для этого, но… это касается тебя и Ордена. Тебе лучше знать об этом…       — Что это? — Налоси развернул бумажку и пробежался взглядом по содержимому. Чем дальше он читал, тем больше становилось заметно, как кровь отливает от его лица.       — Письмо. Подписано неким «Б», адресовано, судя по всему, Великому Инквизитору.       Вокруг Налоси, у каждого плеча, будто сами собой появились Тео и Мехра, пытающиеся заглянуть в это письмо и самим узнать, в чём дело. Налоси же не давал им этого сделать и держал бумагу так, чтобы они не могли прочитать даже выглянув из-за его плеча. Но им и не нужно было подглядывать: он и сам вполголоса зачитывал содержимое:       — Собрать отряд к середине месяца Последнего зерна… из особо не нужных кандидатов… выступить с контратакой у Призрачного предела. «Б» набирал солдатов для ордена войны. Тех, которых не жалко.       — Да. Это не всё. Там есть… небольшой список, и…       — Среди них есть я. «Налоси Алари. Выгодный вариант чтобы отправить на миссию с отрядом. Беспрекословно выполняет поручения. Планируется… повышение для укрепления доверия». Здесь так же указано, что прошлый отряд не возвратился — практически всех даготовские твари перебили и пожрали, остальных немногих выживших либо покалечили без возможности восстановления либо заразили корпрусом. Поэтому и набирают новый. По их сведениям, Шестой дом планирует новую волну атаки как раз к месяцу Последнего зерна, так что…       Тео вздрогнула. Ордена оказались куда более жестокими, чем она думала.       — Они отбирали из простых ординаторов дозора… пушечное мясо.       Дирена кивнула, нервно выдыхая и перетаптываясь с ноги на ногу:       — Да. Я нашла эту записку в тот раз, когда мы с тобой проникли в Тайную Библиотеку. Решила прихватить, а там вот… это.       — Как я её не нашёл? Я же тоже был там, она была у меня под носом…       Поджав губы, ординатор гневно скомкал записку и засунул её в карман своих широких штанов, и поднял взгляд на Дирену:       — Спасибо, что дала мне знать, — обречённо произнёс он. Дирена в ответ только молча кивнула. Наконец Леран, уставший от этой драмы, дал о себе знать, поднявшись с кровати на которой он сидел всё это время и наблюдал за компанией с максимально недовольным и скучающим видом.       — Так, я думал, мы итак все в курсе, что Храм это вам не чудесное милое и полное дружбы местечко из детской книжки про принцесс и рыцарей. Это ещё мягко говоря. Не вижу смысла сейчас разводить фуррор. Давайте наконец-то вернёмся к той теме, ради которой мы сегодня здесь собрались, и раз никто из вас не может объясниться и каждый предпочитает размокать да страдать, роль оратора на себя возьму я, — он окинул присутствующих взглядом. Наконец-то каждый обратился в слух и перестал мусолить свои проблемы, — Предположу, что вы и без нас уже все в курсе того, что случилось. Рален сбежал, устроив резню в Министерстве. Но перед этим, в процессе поиска решения проблемы, как нам вытащить Ралена из Баар Дау, мы с Тео и Диреной обнаружили существование неких благословляющих камней Вивека, которые, помимо всего прочего, можно использовать для гадания. Сейчас, как вы прекрасно понимаете, проблема спасения моего несносного братца из тюрьмы решилась сама собой, но теперь нам надо знать, во-первых, как он это сделал и чего нам от него ожидать; во-вторых, куда конкретно он отправится и где нам его искать впоследствии, если мы всё-таки решимся спасти его от… самого себя, — последние слова Леран произнёс к удивлению даже для самого себя сдавленно. Кашлянув, он продолжил прежним тоном: — Но эти камни не так уж и просто достать.       — Да. В записной книжке Толера было сказано, что несколько этих камней Вивека каким-то образом предположительно связаны с Предтечами. Но ни он, ни мы пока не пришли к выводу, как они связаны и что нужно сделать, — добавила Тео.       — Скорее всего, — теперь подала голос Дирена, — Нужно сделать что-то… восславляющее сферы влияния конкретных Предтечей.       — То есть: Азура — сны и предзнаменования; Мефала — искусство убийства и плетение интриг; Боэтия — обманы, тайные сговоры и предательства.       Комната снова погрузилась в молчание. Каждый пытался придумать какой-то свой план, выдвинуть какую-нибудь идею. Что-либо, что угодно, что придётся по вкусу даэдра. И в целом, как угодить Мефале было понятно — совершить грамотно спланированное убийство, но не какого-нибудь случайного проходимца или нечисти, но кого-то важного, кого-то разумного. Тео сразу же отказалась от этой идеи:       — Вы — как хотите, а я никого убивать не собираюсь! — она поёжилась, вспоминая тот раз, когда им с Раленом нужно было убить некроманта. Казалось, что с тех пор прошла по крайней мере целая жизнь, хотя на самом деле прошло лишь несколько месяцев. В тот раз Тео не смогла убить человека — вряд ли сможет и сейчас.       — А что ты предлагаешь? Побегать голышом по Горькому берегу в зарю, чтобы тебя Азура в лоб поцеловала? — скривился Леран. Дирена рассмеялась:       — О, я бы на это посмотрела!       Тео и Мехра синхронно закатили глаза, Налоси же, глядя на это абсурдно неуместное веселье, нервно улыбнулся. За последние несколько минут, с момента как Леран заговорил, он не проронил ни слова. Пока наконец внезапно не произнёс, двигаясь в сторону двери:       — Ну, раз пленника нет — то и казнь не случится, а значит торопиться сейчас смысла нет. Предлагаю подумать об этом всём завтра на свежую голову. Как минимум мне нужно… выпустить пар и остудить голову.       — Верно, утро вечера мудреннее, — кивнула Мехра, — Поддерживаю эту идею.       Постепенно вся их держащаяся на хрупкой идее и надежде на лучшее команда распрощалась и разошлась; Леран остался в комнате Тео, чтобы не выдавать себя; Дирена отправилась в общие комнаты монахов; Налоси же двинулся в сторону казарм, Мехра вышла следом за ним.       Двигались они в тишине, пытаясь переварить события прошедшего часа. Старшая жрица аккуратно, будто спрашивая разрешения, дотронулась его руки:       — Всё хорошо?       — Ну… — Налоси неопределённо пожал плечами и выдавил из себя кривую улыбку, — Более-менее. Лучше, чем было.       — Надеюсь, что так, — кивнула данмерка ему в ответ и, кажется, облегчённо выдохнула.       — Слушай, не пойми неправильно мой вопрос, но… Не знаешь, где можно достать удавку?