Да согреет меня тепло твоих дланей

      Методичные круговые движения руками, сжимающими мокрую тряпку до побеления костяшек, слегка отвлекали Налоси от внутреннего напряжения, позволяли на каких-то пару секунд отпустить мысли из головы. Сейчас это казалось сущим бредом — все его товарищи на постах, а он сидит в инквизиторской полупустой казарме, спрятавшись в тени, и напряжённо протирает броню до той степени, чтобы в неё можно было смотреться, как в зеркало. К чему это сейчас? Он и сам не до конца понимал. Может, не хотел вызвать к себе подозрений; может, ему просто нужно было занять себя чем-то, пока не нагрянет нужный час. Инквизитор кинул взгляд на свой комод, прокручивая в голове свой план по десятому кругу. Внутри ящика, под двойным дном, лежала короткая туго смотанная бечёвка. На самом комоде, будто бы глядя сквозь Налоси своими пустыми глазницами, стоял ординаторский шлем, предварительно точно так же начищенный до блеска. Когда-то, может, Налоси мог бы сказать, что почти гордится своей работой. Мол, и служит, казалось бы, на благо родине, и стремится отца вызволить. Сейчас же, играя в какие-то гляделки с этим шлемом, данмер ощущал лишь подступающую к горлу тошноту. Хотелось выкинуть этот шлем, эту броню, сжечь их на огромном костре — если броню вообще возможно сжечь, — и забыть прошедшие двадцать лет службы впустую как страшный сон. От чувства несправедливости и едким ядом расползающейся по грудной клетке ненависти, Налоси стал натирать нагрудник ещё активнее, с таким усердием, будто намеревался протереть его до дыр. Наконец, он опустил руки и тяжело вздохнул, мысленно считая до десяти. Ничего, сегодня он сполна сможет обуздать эти мерзостные ощущения, не дающие ему покоя. Время начинало поджимать. От подступающего волнения холодели кончики пальцев, хотя в помещении было довольно тепло. Ещё один глубокий вздох, ещё раз сосчитать до десяти. Нужно взять себя в руки. Специально медля, Налоси стал натягивать на себя броню, надеясь, что никто не обратит внимание на его вылазку практически средь бела дня, а точнее, когда день уже едва-едва подходил к концу.       Закончив, наконец, с подготовкой, он достал из потайного отсека ящика верёвку и намотал её на руку, будто бы проверяя на прочность. Нет, бечёвка не подведёт — достаточно плотная, чтобы выдержать давление. Выдохнув, он надел на себя шлем и неторопливо двинулся в сторону коридоров, зная, что где-то через пятнадцать минут у дверей канцелярии будет пересменка — лишним не будет, если в нужное время рядом никого не окажется. Он шёл, будто бы просто прогуливаясь или обходя Зал справедливости, и нервно то сжимал, то разжимал верёвку в кулаке. Мысленно прикидывал, получится ли у него с первого раза накинуть её на сонную артерию, чтобы обеспечить быструю и относительно безболезненную смерть. Спустя каких-то пять минут, он уже стоял у двери кабинета архиординатора. Третий раз сосчитал до десяти, пытаясь унять тряску рук, и постучался.       — Войдите, — послышался голос Берела Сэла. Налоси толкнул дверь; та, тихо скрипнув, покорно отворилась, пропуская его внутрь. Берел даже не повернулся, чтобы взглянуть на незваного гостя, — В чём дело?       Налоси молчал. Сейчас, как никогда раньше, хотелось высказать тому всё, что он думает о своём начальстве; пришлось прикусить язык, чтобы не наговорить лишнего, опасаясь, что где-то неподалёку его могут услышать ординаторы на посту. Он поджал губы, замешкавшись, и сжал бечёвку ещё крепче. Берел продолжал копаться в каких-то бумагах, сидя спиной к двери.       — Ну? Я весь внимание, — поторопил архиординатор, выписывая на одном из листов свою угловатую подпись: «Б.С.». Налоси выдохнул и подошёл ближе, сворачивая бечёвку так, чтобы она образовала собой петлю. Действовать нужно было быстро — даже секунда промедления могла сейчас стоить ему всего выстроенного в голове плана, и допустить этого он не мог. Резко накинув бечёвку на шею архиординатора, он сильно потянул за её концы, сдавливая шею данмера. Тот тихо закряхтел и потянулся, чтобы снять петлю со своей шеи, но ординатор тянул со всей силы, вкладывая в это всю злобу, ненависть и боль, накопившиеся у него за двадцать лет службы. Это было куда красноречивее чем всё то, что он мог бы сказать, и данмер даже едко усмехнулся этой мысли — не зря есть поверье о том, что действия говорят громче любых слов. Берел запрокинул голову назад, пытаясь освободиться от накинутых на него пут; бился в агонии и хватал ртом воздух, словно рыба, выброшенная на сушу. Налоси увидел, как у него закатились глаза, а лицо начинало краснеть от невозможности качать кровь по артериям.       Ещё несколько минут, и старик потерял сознание. Налоси знал, что тот ещё не умер, но этого уже было достаточно — первая часть плана выполнена. Завязав удавку покрепче, чтобы архиординатор вдруг не пришёл в себя, он поднял обомлевшее тело на руки и крепко стиснул, стараясь не шуметь. Затем, точно так же аккуратно, выскользнул в коридор; дверь за ним вновь жалобно скрипнула, будто сама видела, что только что произошло в кабинете и звала на помощь. Данмер откинул эту мысль от себя подальше — включать паранойю из-за двери было бы как минимум странно и неуместно в этот момент. Оглядываясь вокруг с каждым шагом, он двинулся в сторону выхода в каналы. Ступая настолько тихо, насколько это только было возможно, он спустился по лестнице вниз, в канализацию. Взглянув на потерявшее всякий цвет лицо Берела с закатившимися глазами и слюной, вытекающей из безвольно открытого рта, он едко усмехнулся.       Это зрелище доставило ему даже больше удовольствия, чем он думал. Отпечатав его в свой голове, данмер выбросил тело в канализационный сток. Архиординатор тут же поплыл на дно и растворился в мутной воде. Вряд ли кто-то будет нырять и искать его в этих смрадных водах.       Руки всё ещё било дрожью. Он опустился на пол, тяжело дыша и едва веря в то, что он всё-таки смог это сделать. Оставаться долго здесь нельзя было; тревога, накатившая на него с новой силой сейчас, нашёптывала, что сейчас наверняка кто-нибудь обнаружит отсутствие Берела в кабинете и выйдет на поиски, и каким-то чудом обязательно спустится в каналы и поймает ординатора прямо на месте преступления. Покачнувшись, Налоси поднялся с пола и зашагал к противоположному выходу из канализации; если бы он сейчас засветился у кабинета уже бывшего архиординатора, наверняка бы спалился мгновенно. Выйдя наружу, он снял с себя шлем, вздохнул полной грудью, и, опустив руку в карман, нащупал в нём камень — по размеру тот свободно помещался в ладонь.       Дело сделано. Предтечи удовлетворены более чем достойно, раз они снизошли и наградили его. Как и предполагалось — Боэту ублажали предательства и свержения власти, а Мефалу — подлые, спланированные досконально убийства. Азура, должно быть, осталась удовлетворена тем, что дело было свершено на закате — в то время, когда она находится в самом расцвете своих сил. К тому же, она символизировала сама по себе в том числе буквальный закат жизни — чем не идеальное подношение? Оставалось надеяться, что он убил своего начальника не зря, и этот камень действительно будут им полезен.       — Вышел прогуляться?       Налоси замер. Голос знакомый, но сквозь пелену собственного омрачённого мыслями рассудка, он сразу и не понял, чей. Только когда говорящий — а точнее, говорящая, — встала перед ним, Налоси позволил себе выдохнуть.       — Это ты, — с облегчением произнёс он. Кажется, ещё никогда он не был настолько рад видеть старшую жрицу Храма. На радостях, он ринулся вперёд и прижал её к себе.       — У тебя получилось?       — Откуда ты знаешь?       — Значит, я верно догадалась, — она коротко кивнула, прижимаясь щекой к холодной поверхности брони, — Никогда бы не подумала. Признаться, я сначала решила, что ты хочешь повеситься сам, но…       — Давай не здесь об этом? — Налоси взял её за ладонь и коротко чмокнул, а затем жестом пригласил спуститься на один из причалов. Благо, пока ночь — на улице никого нет, и подслушать их разговор никто не сможет. Мехра, кивнув, расплылась в улыбке и проследовала за ординатором. Спускались они молча, оставляя разговор до того времени, пока не спустятся на дощатый причал. Налоси, приходивший сюда редкими ночами чтобы остаться наедине со своими мыслями, считал это место «своим» — он ни разу не видел, чтобы сюда кто-либо спускался, кроме него самого, и отчего-то осознание что он в этот раз приходит сюда не один заставило его поёжиться, то ли от почти что неуместного восторга, то ли от ещё не пропавшей никуда тревоги. Мехра, заметив его смущение, легонько погладила большим пальцем по ладони, особо не рассчитывая, что он почувствует прикосновение через перчатку. Но Алари, кажется, всё-таки ощутил это и смог слегка расслабиться. Оказавшись на причале, он сел на один из доски, свесив с них ноги, снял перчатки и шлем, положил их рядом с собой, а затем достал самокрутку из портсигара и закурил, не скрывая того, как до сих пор трясутся его руки. Солнце уже почти опустилось за горизонт, освещая крыши кантонов лишь последними своими лучами. Пара минут — и уже нагрянет темнота. Мехра молча выжидала, когда тот сможет начать рассказ, давая ему столько времени, сколько нужно на то, чтобы собраться с духом. Наконец, выкурив почти половину, он изложил в общих чертах ей свой план. Жрица выслушивала его внимательно, кивая на некоторых моментах. В её взгляде не было ни капли осуждения — судя по всему, она и сама недолюбливала нынешнее их начальство.       — Значит, ребята были правы? — она поправила подол длинной тёплой юбки и присела рядом с Налоси, складывая ладони на коленях, — Нужно было удовлетворить Предтечей, чтобы получить камень благословения?       — Ну, — Налоси нащупал в кармане камень и протянул его жрице. Та с взглядом талантливого оценщика изучила его и удовлетворительно кивнула, — Судя по всему, так оно и есть. Будем надеяться, этого нам хватит сполна.       — Должно хватить.       Алари снова затянулся самокруткой; она дотлела уже почти до конца, и вместо вкуса табака оставляла на языке только горечь жжёной бумаги. Сморщившись, он бросил окурок в воду. Мехра наклонилась, подпёрла голову кулаком и с загадочным блеском в глазах взглянула на ординатора.       — Что?       — Я просто… — она отвела взгляд, поджав губы на пару мгновений, — Я правда не думала, что ты решишься на это.       Он фыркнул, качая ногой и задумчиво глядя перед собой, неосознанно избегая взгляда данмерки.       — Я не слабак, — на удивление даже для самого себя твёрдо ответил он, словно пытался убедить в этом не только жрицу, — Я знал, на что иду. Следов не оставил, так что не думаю, что меня вычислят скоро. У меня есть пара дней форы, чтобы успеть свалить, прежде чем расследование выйдет на меня, если им удастся это сделать.       Мехра внезапно опечаленно вздохнула. Налоси покосился на неё, пытаясь вычислить причину её беспокойства.       — Тебе есть куда бежать? — спросила она.       — Пока что нет. Но я не хочу думать об этом прямо сейчас. Мне нужно сначала… остыть.       Жрица понимающе кивнула и вновь взглянула на Алари. По её выражению он догадался — она хочет что-то сказать, что-то сделать, но словно бы не может переступить через себя и решиться. Предположив, что она может иметь в виду, ординатор усмехнулся и перевёл взгляд на волны под ногами.       — Мир вот-вот перевернётся с ног на голову, — спокойно, почти что шёпотом произнёс он, — Сейчас самое неподходящее время для того, чтобы упускать возможности или жалеть о чём-то.       Она удивлённо вскинула брови, отвернулась и тут же покраснела до кончиков ушей, недоумевая, как ординатор с полувзгляда догадался об её мыслях. Сердце забилось чаще, чем должно было. Когда она снова перевела взгляд с волн на своего собеседника, то обнаружила, что он наблюдает за ней с лукавой улыбкой.       — Я не знала, что ты умеешь пользоваться заклинанием телепатии, — Мехра пыталась говорить спокойно, но голос выдавал её волнение. Налоси тихо рассмеялся ей в ответ:       — Может, и умею, но сейчас я им не пользовался. Знаешь же, говорят, что глаза — зеркало души. Достаточно взглянуть в них, чтобы иметь представление о том, что творится в чьей-то душе.       — И что творится в моей? — с лёгким вызовом произнесла жрица, побаиваясь вновь перевести взгляд на ординатора. Тот сделал вид что задумался, давая ей пару секунд на лёгкую панику. А затем, как ни в чём не бывало, ответил:       — Я тебе нравлюсь.       Мехра сжала в руках ткань платья и тихо выдохнула. Спокойнее от этого не стало; а сам факт того, что они обсуждают это сейчас, после убийства Берела Сэла, казался абсурдным настолько, что хотелось то ли рассмеяться, то ли зарыться с головой в песок под ногами. В ответ она смогла только коротко кивнуть — было бы странно отрицать нечто настолько очевидное. Точно так же вместо ответа, Налоси взял её за руку и едва сдержался, чтобы не охнуть — ладонь была ледяной. Взяв её за руку покрепче, он попытался её согреть. Мехра всё ещё стеснялась глянуть в его сторону; тогда он второй рукой аккуратно взял её за подбородок и притянул к себе. Жрица едва успела удивлённо выдохнуть, прежде чем ответить на поцелуй, который из неловкого и нежного на удивление быстро перерос в требовательный и жадный, словно они оба нуждались в нём больше, чем в воздухе. Руки бессознательно и предательски медленно заскользили по телам друг друга, и Налоси поймал себя на том, что сейчас индорильская броня выводила его из себя даже больше, чем обычно. Впрочем, между серчанием на броню и поцелуями Мехры он выбрал второе, потому продолжил прикусывать её губы и зализывать места укусов языком, будто бы издевательски извиняясь за это. Больше не имел значения ни ночной холод и пронизывающий ветер, ни шум воды, ни Берел Сэл, ни их общая миссия по спасению Ралена; всё в мире в один миг стало настолько несущественным, что где-то на задворках сознания даже промелькнула мысль — а было ли когда-то иначе?       Лишь несколько минут спустя, которые, по ощущениям, растянулись на несколько часов, они нехотя отстранились друг от друга, чтобы перевести дыхание и дать отдохнуть начинающим неметь губам. Повисла тишина, нарушаемая только шумом волн и едва слышимым урчащим гулом силт-страйдера издалека. Налоси всё ещё держал Мехру за руку, но никто не решался произнести ни слова, боясь спугнуть этот момент. На небе сгущались тёмно-синие тучи; в любой момент стремился нагрянуть ливень с грозой. Бушевал ветер. Солнце уже село за горизонт, но ни он, ни она этого не замечали. Только когда Налоси заметил, что Мехру начинает бить дрожью от надвигающегося холода, он встал, поднял перчатки и шлем и протянул старшей жрице руку, предлагая вместе с ним вернуться в Храм. Она молча кивнула и вновь последовала за ним.       — Мне… снова нужна будет твоя помощь, — несколько нерешительно протянул данмер.       — С чем? — Мехра едва вернулась к реальности.       — С моим исчезновением.       Она поёжилась. Ей не хотелось, чтобы он покидал её так скоро, но внутри теплилась смутная надежда, что это лишь временная мера. Налоси в общих чертах описал ей свой план, уточняя, осуществимо ли это вообще. Жрице пришлось призадуматься, прежде чем дать положительный ответ.       — Это будет очень сложно. И есть большой риск, что если я потеряю концентрацию, всё пойдёт крахом…       — Ты справишься, — уверенно произнёс ординатор, точно таким же успокаивающим жестом, как делала сама она, оглаживая её ладонь, — Я в этом уверен.       Мехра беспокойно вздохнула, но нашла в себе силы кивнуть. Когда они дошли до Храма, Налоси коротко поцеловал её ещё раз, пока никто не видит. Скоро нужно будет вновь собраться всей «командой» и обсудить предстоящее гадание.

***

      Налоси показалось, что его голова едва коснулась подушки, как уже наступил день и остальные инквизиторы начали понемногу собираться на посты. Он знал, что произойдёт через пару часов. Ординаторы обнаружат, что Берел Сэл отсутствует; подумают, что он отлучился по каким-либо делам, а ещё через пару часов спустя начнётся шумиха. Нужно было поднять себя с кровати вместе со всеми, чтобы не вызвать подозрений и хотя бы притвориться, что есть ещё смысл следовать привычному распорядку дня. Утро выдалось сравнительно спокойным; несколько его сослуживцев удивились отсутствию распоряжений от начальства, но никто не возражал возможности немного расслабиться. Если уже и обнаружили пропажу, думал Налоси, то Толер, как единственный выживший среди их начальников, будет предотвращать панику всеми возможными способами. Следовательно, информация в более широкие круги ещё нескоро просочится, но это не значит, что Налоси можно расслабиться. Хотя была вероятность, что убийство архиординатора повесят на сбежавшего Ралена, ведь он уже убил Великого Инквизитора; но рассчитывать на это Налоси не стал. После завтрака, ординатор выловил в коридоре Тео, идущую в сторону лазарета с утренней молитвы, и, поймав её за локоть, наклонился, чтобы коротко шепнуть:       — Мы можем сегодня собраться у тебя снова?       Тео нахмурилась, но кивнула и пообещала созвать всех после вечерней молитвы. Налоси кивнул ей в ответ, и они разошлись, прежде чем кто-нибудь мог обратить внимание на их перешёптывания.       Дождаться вечера оказалось сложнее, чем Налоси думал. Спустя несколько часов, действительно, ординаторы начали волноваться, но пока что лишь сплетничали на тему того, что могло произойти настолько важного, что архиординатор был вынужден покинуть пост без каких-либо объяснений и приказов. Об убийстве никто пока не помышлял; Толер и Вивек и вовсе ничего не говорили, либо от того, что сами не знали о случившимся; либо от того, что скрывали правду до поры до времени. Как только прошла вечерняя молитва, Налоси поспешил в квартиру Тео. Остановившись у двери, он прислушался, чтобы проверить, есть ли кто-то внутри. Кажется, никого, кроме самой Тео и временно укрывающегося у неё Лерана. Судя по всему, Тео интересовалась у архимагистра, что произошло на восстании, на собрании и после него; Леран делился с ней информацией крайне нехотя, будто просто чувствовал, что должен ей за помощь. Когда Налоси вошёл в квартиру, Леран рассказывал уже о последствиях собрания. Заметив ординатора, он сначала напрягся; стоило же Налоси снять шлем, и напряжение развеялось само собой.       — Я думаю, ему тоже можно знать, — вместо приветствия произнесла Тео, — В конце концов, у нас почти не осталось между собой секретов, верно?       Алари чуть не фыркнул со смеху, но кивнул. Один из своих секретов он сегодня и покажет, и расскажет. Леран же пожал плечами и продолжил рассказывать о том, что случилось примерно неделю назад в Телванни:       — В общем, после той перепалки на собрании я решил взять дело в свои руки и усилить оборону в своих округах. К сожалению, просто повысить число стражи — не единственное, что пришлось сделать. Куча бумажной волокиты… ввёл штрафы за незаконное пересечение границ земель Телванни, поднял цены на удостоверение гостя в Садрит Море, сменил всех префектов, поскольку их предшественники едва ли справлялись со своей работой, раз уж допустили подобный… казус. В общем, начал огораживать территории по полной программе.       — Закрывать города, Вы хотели сказать? — Налоси вскинул бровь, и, поставив шлем на стол, опёрся о него бёдрами. Леран закатил глаза:       — Грубо говоря, да. В общем, для этого мне нужно было естественно согласие остальных советников. Кхм… женская часть нашего коллектива были в общем и целом не против, то есть, им было абсолютно всё равно. От остальных я пока не от всех ответа дождался, в том числе господина Ариона. Слышал, его сломило какой-то болезнью, — он замолк на несколько секунд, задумавшись о чём-то. У него были некоторые подозрения на счёт таинственной болезни Ариона, но высказывать их вслух он не стал; не хватало ещё распустить слухи о том, что один из магистров Телванни может быть болен корпрусом, — В общем, пока я ждал решений Совета, естественно, преступники не ждали. В Тель Аруне случилось кое-какое… громкое убийство. Конкретно — зарезали крупного работорговца. Угадаете сами, чьих рук дело?       — Камонна? — вдруг произнесла Дирена. Налоси от неожиданности подпрыгнул на месте: до этого момента он вообще был не в курсе, что она с ними в комнате. Дирена, заметив замешательство ординатора, прыснула со смеху и пожала плечами в ответ на его молчаливый вопрос. Леран же просто кивнул ей.       — Да, они. Виновника публично повесили, и я понял, что если я продолжил бы ждать решений Совета — то половину Грейзленда и побережья Азуры постигла бы подобная участь, а Камонна бы продолжили расхаживать по нашим владениям как хозяева. Так что, не дожидаясь Совета, я решил наложить магический барьер на округ.       Тео распахнула рот в удивлении.       — Магический барьер на целый округ?! — казалось, она от шока даже побледнела, — Это же невозможно!..       — Ты забываешь, с кем разговариваешь, жрица. Ты думаешь, я архимагистром Телванни от балды стал, что ли? — презрительно хмыкнул он, одаряя Тео многозначительным взглядом.       — Я имею в виду, это же требует огромного количества магических сил!.. И, постой, то есть ты круглые сутки поддерживаешь этот барьер?!       — Да, пришлось запариться. Я настолько истратил свои лимиты, что у меня не просто кровь носом хлынула: у меня чуть не отказали ноги. Пришлось несколько дней провести овощем, прикованным к кушетке. Но, как видите, я тварь живучая — пока не сдох, и на том спасибо. В итоге пока я восстанавливался, до меня дошла новость о том, что Ралена арестовали и держат… держали в Баар Дау. Я сначала подумал что, ну, доигрался братец. Потом понял, что мне как-то не наплевать всё-таки, раз уж мы только-только наладили перемирие. К тому же, уж больно сомнительно звучали причины его ареста. К сожалению, хоть мы с ним и не ладили, я его знал и знаю достаточно хорошо чтобы догадаться, что просто так совершить убийство он бы не смог. Доверить кому-то расследовать причины всей этой ситуации я не мог — слишком личное дело, так что… Пришлось восстанавливаться чуточку усерднее и ломать голову ещё и над тем, как непутёвого вытащить из передряги, в которую он попал, до того как его казнят. При этом ещё следить, чтобы в моё отсутствие весь Грейзленд не разорвали на мелкие кусочки. Задачка, а? Так что я свалил большую часть неотложных дел на Эдди и отправился сюда, искать следы Ралена и пытаться что-то сделать. А оказалось, что мой «гениальный» Голос нанял её чтобы меня найти, — он указал взглядом на Дирену, — И вот мы здесь.       Жрица всё ещё была в шоке от услышанного, пытаясь переварить этот факт. То есть, Леран круглые сутки и по сей день поддерживает магические барьеры в землях Телванни, при этом умудряясь и здесь, например, открывать порталы, взаимодействовать с артефактами… До неё будто только сейчас окончательно дошло, насколько сильным магом он являлся. Дирена шутливо пихнула подругу под ребро локтём и шепнула:       — Рот закрой, а то мухи залетят.       — Чего…?       Проморгавшись, Тео всё-таки вернулась к разговору, старательно приводя себя в порядок и смахивая невидимые пылинки с рукавов. Налоси же, выслушав эту историю, призадумался. Леран обладал немалой властью, и сейчас только подтвердил это; сможет ли он помочь ему?.. Услуга за услугу — не самый честный поступок сейчас, и, скорее всего, это приведёт Тео в бешенство. Но не зря ведь говорят — тяжёлые времена порождают тяжёлые решения. В комнату в это время как раз вошла Мехра — теперь вся их «компания» была в полном составе. Встретившись взглядом с Налоси, она тепло улыбнулась. Тот натянул улыбку в ответ и тут же нахмурился, отвернувшись. Не потому что ему стало неловко; он лишь пытался собраться с мыслями насчёт предложения Лерану. К счастью, тот и сам его поторопил:       — Итак, ты хотел чтобы мы все собрались сегодня?       — Д-да, я… — он сунул руку в карман и нащупал камень. Сейчас или никогда, — В общем, у меня есть важная новость, но мне нужно, чтобы Вы мне кое-что пообещали.       — Я? — Леран удивлённо вскинул брови — то ли не ожидал такой наглости, то ли того, что к нему вообще обратятся. Налоси кивнул.       — За то, что я Вам дам, Вы сможете мне помочь?       — С чем?       — Со спасением моего отца.       — А, точно, — архимагистр запрокинул голову назад, устало выдохнув. Кажется, тема «отцов и детей» ему была явно не по душе, — Ладно. Смотря что ты хочешь мне предложить.       Налоси достал из кармана благословляющий камень Вивека. Тео тут же удивлённо двинулась вперёд, неосознанно — одновременно с Лераном. Тот, осмотрев артефакт, усмехнулся:       — Камень Вивека? Откуда ты его достал?       — Сделал то, что мы обсуждали вчера. Но это неважно.       — Ты серьёзно?! — Тео бросила в сторону Налоси поражённый взгляд. Тот лишь пожал плечами. Мехра подошла к нему ближе и, не стесняясь, опёрлась головой о его плечо, будто переводя внимание на себя. Теперь Тео в шоке смотрела то на него, то на неё: в её взгляде читался очевидный вопрос. Они что, сообщники? Вместе убийство спланировали и осуществили? Старшая жрица в ответ только подмигнула Теодоре и усмехнулась.       — Так, вы по-моему отвлеклись, — раздражённо произнёс Леран, рассматривая камень в руках, — Не так важно, как Налоси удалось его получить, главное, что он у нас на руках. А значит, мы, возможно, на один шаг ближе к спасению Ралена.       Тео тут же развернулась на пятках в сторону Лерана; новообразовавшаяся парочка её стала интересовать в меньшей степени. Дирена только заинтересованно наклонила голову, глядя на них двоих с тем же самым немым вопросом, но никто не обратил на это внимания: все были уже полностью обращены к теме гадания.       — Мы можем попробовать провести ритуал хоть прямо сейчас, но мне нужна будет помощь всех вас.       — Я готова, — тут же выступила вперёд Теодора, — Что надо делать?       Леран проигнорировал её и окинул взглядом остальных присутствующих, выискивая в их глазах и лицах согласие. Когда наконец отреагировали все, он удовлетворённо кивнул.       — Итак… Насколько мне удалось выяснить, для гадания на благословляющих камнях Вивека необходима специальная платформа. Но к нашему счастью, она не настолько специальная и мы прекрасно справимся с подручными средствами. Дамы, — архимагистр обернулся к стоящим практически рядом Мехре, Тео и Дирене, — Нужно зеркало. Чем больше, тем лучше.       — Настенное, может? — Мехра задумчиво вскинула подбородок, — В моей квартире есть подобное, но, боюсь, если меня увидят с огромным зеркалом в коридорах, я привлеку лишнее внимание.       Леран закатил глаза.       — Ты старшая жрица, разве нет? Неужели не можешь открыть простейший портал на короткое расстояние? Вас вообще хоть чему-то в Храме учат, или за лизоблюдство с улиц подбирают?       Жрица, вытерпев едкость сказанного, в ответ ему лишь поджала губы и открыла портал. Шагнув в него, она исчезла на пару мгновений, а затем вернулась, держа в руках действительно крупное зеркало, размером с половину её роста. Леран удовлетворительно кивнул, едва ли не выхватил его у неё из рук — при этом стараясь не коснуться самой жрицы ненароком, — и положил его на пол отражающей стороной вверх.       — Отлично. Теперь, давайте, как в детских играх, встаём в круг и держимся за ручки.       — Серьёзно? — скептично вскинула бровь Тео, в то время как остальные присутствующие стали покорно образовывать круг вокруг зеркала, — Это обязательно?       — Нет, что ты. Можешь отойти вон к той стене и стоять с закрытым ртом. Правда, без твоего участия вероятность спасти моего брата и твоего ещё-случаем-не-жениха падает процентов на… — он прошёлся взглядом по присутствующим, — Двадцать. Как ты могла догадаться, а я надеюсь, что ты догадалась: да, это обязательно. Вы будете магическими проводниками, а я сфокусирую магию на камне и спроецирую её на зеркало. А оно, в свою очередь, отразит нам проекцию Ралена и покажет, во-первых, как ему удалось сбежать, и, во-вторых, куда он делся. Достаточно понятно, или ты хочешь продолжить тратить наше время? К слову, про ручки я пошутил. Просто фокусируйтесь на камне.       Тео прикусила язык, чтобы не ответить колкостью в ответ на колкость, и молча вступила в круг.       Когда все, наконец, собрались — и, что немаловажно, замолчали, — Леран начал ритуал. Закрыв глаза, он произнёс заклинание, призывая камень открыть завесу реальности и показать им, что произошло с его братом. Кристалл, лежавший на поверхности стекла, медленно взмыл в воздух; от каждого участника ритуала к нему потянулась светящаяся золотом нить, сплетённая из магии и воли. Поверхность зеркала пошла рябью, и Леран открыл глаза, готовый вникать в любой представляющийся ему образ. Всё пошло примерно так, как он и ожидал. Как минимум, почти всё.       Первый всплывший образ являл собой самого Ралена, измождённого, измученного жаждой, плетью и голодом. Тео едва сдержала полуинстинктивный порыв протянуть к нему руку, но вовремя опомнилась и лишь обеспокоенно поджала губы, вглядываясь в обозримое. Затем его образ, и без того смутный, рассеялся и вместо него появился какой-то другой данмер, отпирающий знакомую жрице дверь камеры. Он появился всего на мгновение ока, но, кажется, Лерану этого момента хватило, чтобы вздрогнуть. На смену ему, образовываясь из той же нити, которая входила в камень и исходила из него же, сплёлся третий — последний — образ. Теперь перед ними предстала на несколько мгновений незнакомая данмерка с прямыми волосами и механическими протезами вместо рук. Никто не смог разобрать больше ни одной детали в этом образе, прежде чем он рассыпался в прах — вместе с благословляющим камнем. Ритуал был завершён. Осознание того, что то, что они увидели сейчас едва ли имело смысл, давило, заливалось раскалённым свинцом в лёгкие и укутывало тревогой. Первой голос подала Тео, задавшая вопрос, который никто вслух не произносил, хоть и имел на уме:       — Кто это был? Кроме Ралена, само собой…       — Я… мне нужно отдышаться, — Леран выдохнул, вцепился в бок и попятился назад, опираясь о стоявшую у стены тумбу. Жрицы тут же оказались по обе его руки, помогая опуститься, чтобы сесть. Налоси сжимал руки в кулаки, пытаясь свыкнуться с мыслью, и отвернулся, чтобы не видеть, как архимагистра выворачивает собственной кровью.       Это всё было зря?       Он нарушил закон, он убил своего начальника, он намеренно, вероломно убил одного из высокопоставленных лиц Трибунала, и ради чего? Трёх размытых образов, которые ни о чём им не сказали? Дирена по-дружески похлопала его по плечу, призывая отвлечься от своих размышлений.       — Не вешай нос, — шепнула она и прошла к архимагистру. Налоси сделал глубокий вдох, сосчитал до десяти, выдохнул. Леран к этому моменту начал постепенно приходить в себя.       — Я… я не уверен, что мне стоит говорить об этом, но… — архимагистр прерывался на полуслове, и было сложно понять, вымотал ли его так ритуал, или увиденное повергло его в состояние шока, — Я не хочу выдвигать гипотезы пока не убежусь в том, что они имеют место быть.       Тео нахмурилась. Мехра спросила следующей:       — И что это значит?       — Две новости, хорошая и плохая. Какую хотите услышать первой? — язвительно усмехнулся Леран. Тео закатила глаза, подумав про себя о том, что если он в своём состоянии умудряется ещё и шутить, значит, не так уж ему уже и плохо. Отпустив его, она отошла к другой стене. Леран кивнул — благодарно?       — Ну, выкладывайте, о великий архимагистр, — с той же ноткой сарказма ответила ему Тео. Леран бросил в её сторону недовольный взгляд, но, цыкнув языком, всё же ответил:       — Я немного… преувеличил. Новости не то чтобы хорошие. Больше плохие. В общем, некто лично высвободил Ралена из Баар-Дау, по какой-то причине. Некто, кто, возможно, довольно… влиятельный мер.       Дирена, хранившая молчание и до сих пор, нахмурилась, воссоединяя цепочки воспоминаний у себя в голове. Ей тоже та фигура из видения показалась знакомой, но она никак не могла понять откуда именно, пока её вдруг не осенило: похожий силуэт, как ей показалось, промелькнул тогда, в Тайной библиотеке Вивека, когда они с Теодорой доставали книги жрецов-отступников. Правда, сейчас, по её мнению, это никак не меняло сути дела.       — Так. А что это была за женщина с механическими руками? — Тео нервно вертела в руках перо, не обращая внимания на то, что оно было ещё в чернилах из чернильницы и пачкало руки. Она понимала, что нет смысла выпытывать у Лерана, кем был первый загадочный мер, который его так ошеломил.       — Ну, здесь немного проще. Я знаю только одну женщину с подобными протезами — доводилось встречать её пару раз. Это Паравадма, ассистентка господина Ариона и высший специалист по культуре двемеров. Она всегда казалась мне… странной, мягко говоря, — Леран неопределённо махнул рукой, будто бы подбирая правильные слова, — Но мне сложно представить, чтобы она была замешана в этом… деле.       Тео напряглась. Имя этой данмерки показалось ей вдруг смутно знакомым, причём верно будет сказать — до боли знакомым. Словно она когда-то могла её знать, но стоило ей ухватиться за воспоминание, как оно тут же ускользало из её пальцев, оседая горечью на языке. Отбросив тщетные попытки вспомнить, жрица вернулась к насущным проблемам:       — Что нам делать дальше?       — Я бы предложил засесть на дно. С Раленом вряд ли что-то случится, раз он сбежал, а вот с нами всеми, и я имею в виду всеми, очень даже может. Трибунал не любит, когда кто-то копается в их грязном белье, знаете ли.       — Значит, мы с Тео отправимся в Холамаян, — выдвинула идею Дирена, — Мехра, ты с нами?       Мехра отрицательно качнула головой.       — Нет. Меня слишком хорошо знают и, при случае, с лёгкостью выйдут на мой след. К тому же, мы уже обсудили похожий план с Налоси — мне нужно помочь ему замести следы, прежде чем предпринимать действия на свой счёт.       Леран недоумевающе вскинул бровь, только сейчас подмечая странную связь между Налоси и ней.       — Серьёзно? В такой ситуации нужно в первую очередь свою задницу прикрывать, уж извини за выражение, а ты думаешь об ординаторе? Мне вас не понять.       Те двое лишь пожали плечами в ответ, мол, «что уж тут поделаешь, так вышло». Махнув на них рукой, Драт переключил внимание на девушек:       — Ну, с вами хоть сравнительно всё ясно, и на том спасибо.       — Я… — Налоси сделал шаг вперёд, опуская руку Мехры; Тео только в этот момент заметила, что они вообще держались за руки, — Господин Леран, вы сможете меня перенести в Садрит Мору?       — Тебя? Зачем?       — Как вы и сказали, мне нужно засесть на дно, и я не вижу сейчас вариантов лучше, чем земли Телванни.       — Ох, блять, я бы тебе выкатил целый список вариантов лучше, чем Садрит Мора, но чёрт с ним, попробую. Но ничего не гарантирую, сам видишь, в каком я состоянии.       — Не тороплю. Спасибо, — Налоси благодарно кивнул ему и отступил обратно к Мехре; та вцепилась в его руку, словно боясь, что он исчезнет прямо сейчас, прежде чем она успеет хотя бы попрощаться с ним. Тео краем глаза проследила за их взаимодействием, до боли закусив губу от досады и странного ощущения, похожего на зависть. Отвернувшись, она тихо буркнула:       — Судя по книгам, Холамаян открывается только на рассвете и на закате. Как нам попасть туда вовремя?       — Если бежать прямо сейчас, то придётся сидеть под дверьми храма несколько часов, прежде чем получится в него зайти, — согласно кивнула Мехра, — Держите в расчёте, что от Эбенгарда до Холамаяна на лодке по меньшей мере четыре часа — и это если будет бриз, а не какой-нибудь шторм.       Тео поёжилась. Перед глазами всплыло воспоминание о том, как лодочник, перевозящий когда-то давно их с Раленом до побережья Азуры, был вынужден выпрыгнуть с лодки и пропал в пучине воды. Она всё ещё не знала, выжил ли он вовсе, но давно перестала надеяться на это.       — В таком случае, лучше всего выйти чуть позже полудня. Лучше прибыть пораньше, так будет безопаснее, — продолжила она, — Впрочем, мы всё ещё можем отправиться хоть сейчас. Вряд ли нас остановят в Эбенгарде.       Мехра прошла к подруге и сочувственно обняла её на прощание. Тео вцепилась в неё, словно утопающий за тростинку: казалось бы, за годы странствий в прошлом, попытки выжить, можно было и привыкнуть к постоянным побегам, но расставаться с прошлой жизнью в очередной раз страх как не хотелось. Жрица бы ни за что не призналась об этом вслух, но от одной мысли о побеге в венах стыла кровь. Отпустив подругу, Тео выдохнула.       — Мне только нужно собрать некоторые вещи. Дирена?       — Я всегда налегке, — пожала плечами воровка.       — Не забудь прихватить с собой вот это, — вдруг произнёс Леран и протянул Тео потрёпанную записную книжку. По одному только переплёту жрица догадалась, чей это журнал и ужаснулась.       — Откуда… что… зачем?       — Тут планы Толера как минимум на ближайшее полугодие, судя по тому, что я увидел. И на твой счёт в том числе. Тебе будет полезно узнать, что он планирует сделать — хотя, если у него есть хоть крупица стратегического мышления, он наверняка пересмотрит свои перспективы. А отвечая на вопрос «откуда» — ну, я не просиживал без дела, пока вы носились, убивали архиординаторов и служили в лазарете, скажем так.       Тео взяла книжку и, не глядя, закинула её в сумку, лежащую на столе. Затем сделала несколько глубоких вдохов, чтобы привести мысли в порядок:       — Итак, все всё для себя решили? — уточнила она напоследок. По очереди все кивнули, но Тео, всё ещё неспокойная, на всякий случай озвучила план действий, — Мы с Диреной используем свитки Божественного вмешательства, чтобы телепортироваться в Эбенгард и оттуда отправимся в Холамаян; Налоси и Леран телепортируются в Садрит Мору; Мехра остаётся в Храме, чтобы замести следы. А как нам, в случае чего, снова пересечься?       — Ох, я тебя умоляю. Перед тобой, на минуточку, всё ещё стоит архимагистр Телванни. Я отправлю свою проекцию каждому из вас, чтобы встретиться в определённом месте. Давай будем решать проблемы по мере их поступления, жрица Теодора? А теперь собирай монатки и шуруй покупать свитки. Увидимся… когда-нибудь.       — Ну, свитки покупать может и не придётся. У меня может быть, а может и не быть, есть припасённый на всякий пожарный, — пожала плечами Дирена, — Я пойду гляну в своих припасах.       — Я думала, что ты налегке?       Дирена снова неопределённо повела плечом, мол, и да, и нет. Не поняв, что подруга имеет в виду, Тео молча пропустила её к двери и проводила взглядом. Леран и Налоси переглянулись — между ними словно прозвучал немой вопрос, на который архимагистр ответил, нервно выдохнув:       — Мне может не хватить сил сейчас.       — Что? — Тео развернулась на пятках, сщурив брови в искреннем непонимании. Казалось, что только что у них был разработан до мелочей план, а сейчас вдруг все начали говорить загадками, и её это, мягко говоря, напрягало, — На что?       — Ну, если ты оглохла, то повторюсь: Налоси спросил, можем ли мы телепортироваться в Садрит Мору прямо сейчас, пока ещё никто кроме нашей скромной-уютной компании не в курсе о том, что он натворил. Я и ответил.       Жрица тяжело вздохнула, переводя на ординатора тяжёлый взгляд. Налоси выглядел не менее напряжённым; он, видимо, ещё боялся, что в любой момент в квартиру влетят, прознав об их планах и об убийстве, и в лучшем случае просто арестуют, в худшем — убьют на месте. Налоси знал, как это бывает. Сам же так делал раньше. Поймав на себе взгляд Тео, он стушевался ещё сильнее прежнего; в этом жесте Тео показался теперь ещё и стыд.       — Сколько тебе времени нужно, чтобы восстановиться сравнительно достаточно для телепорта?       — Достопочтенная хозяйка, выгоняете? — фыркнул Леран, усмехнувшись, но сразу же опустил голос на более серьёзный тон, — Могу попробовать хоть сейчас. Но есть риск, что нас выкинет куда-нибудь во Внутреннее море, и черта с два мы оттуда сами выберемся.       — Кто не рискует… — начал было Налоси, но закусил губу, оборвав фразу на начале. Леран вновь недовольно вздохнул, но, поразмыслив пару секунд, всё-таки кивнул. Теперь напряглась Мехра; старшая жрица до последнего надеялась оттянуть этот момент как можно дальше, но, как это бывает, окончательное прощание всё же грянуло. Они с Налоси обменялись одинаково печальными взглядами, и Леран с Тео, только заметив начало слезливой сцены, практически одновременно отвернулись, чтобы, во-первых, дать им мало-мальскую приватность, а во-вторых, потому что смотреть на это было одному просто противно, а второй больно. Когда с прощаниями было покончено, Леран отсалютовал жрицам и, притянув к себе Налоси за плечо, создал портал, в котором они вдвоём и скрылись. Мехра, поджав губы, продолжала смотреть на пустое место, на котором только что сияла дыра из света. Тео аккурано похлопала её по плечу.       — Что собираешься делать?       — Ну, как и планировалось — помогу Налоси замести следы. О подробностях сильно распространяться не хочу, чтоб не сглазить. Просто если что — для Храма он будет мёртв.       — Понятно. Тогда, это… заезжай как-нибудь в Холамаян, — Тео натянула улыбку, — Посидим, выпьем, поболтаем… как в старые добрые?       — Обязательно, — пообещала Мехра и вышла из комнаты последней, оставив Тео одну.       Наедине с собой, жрицу уже ничего не останавливало и не отвлекало от тяжёлых мыслей, которые не переставая копошились в её голове примерно с того самого дня, как они прибыли с Раленом из Садрит Моры, когда его отвели «на разговор» и в итоге он оказался в тюрьме. Пытаясь не думать об этом, — безуспешно, естественно, — Тео начала нервно складывать все вещи, какие попадались ей под руку, в свой старый потрёпанный жизнью и путешествием ещё из Брумы в Балмору вещмешок. В голове, словно навязчивый образ, то и дело всплывал Рален, а точнее её воспоминания о нём. Оглядываясь назад сейчас, ей их история знакомства казалась куда более нелепой и от этого почему-то более тёплой, вызывая ком в горле. Тео продолжала беспочвенно винить себя в том, что случилось, хотя и рациональная часть её разума подсказывала, что это наверняка бы произошло рано или поздно и без её участия. Другая её часть, потаённая ещё глубже, тихо жалела о том, что позволила себе влюбиться до такой степени, что ради одного мера приходилось снова переворачивать всю свою жизнь с ног на голову. Было бы куда проще жить, если бы её волновала только собственная судьба.       С тихим скрипом открылась входная дверь; почти угрожающе, она пыталась предупредить о надвигающейся угрозе в самый последний момент. Тео не обратила на это внимания поначалу, решив, что это наверняка вернулась в квартиру Дирена со свитком божественного вмешательства. Не повернувшись, жрица потянулась к ручке комода, чтобы достать из него последние из своих немногочисленных вещей. Стоило ей коснуться металлической ручки, как на её плечо упала чья-то тяжёлая ладонь. Явно не женская. Тео медленно повернула голову.       За её спиной стоял архиканоник Толер Сариони.