я так одержима твоей бывшей

— Тебе не нужно так беспокоиться, Момо и Сана в целом тебя простили. Я заверила их, что все в порядке, и им не о чем переживать, — в очередной раз успокоила Мина.       Наен лишь глубоко вздохнула, ускоряя шаг. Она уже пожалела, что согласилась встретиться. После всего, что произошло, ей казалось, что эта встреча будет тяжелой и…скорее формальной. Может быть, дело было в том, что она не привыкла к таким разговорам — к необходимости признавать свои ошибки перед людьми, которых она почти не знала, но которым удалось оставить глубокий след в ее жизни. Однако игнорировать их было уже невозможно.       Когда они подошли к дверям кафе, Наен замедлила шаг, как будто что-то внутри нее приказывало не идти дальше. Прежде чем она успела придумать отговорку, Мина нежно взяла ее за локоть и легко подтолкнула вперед. Жест был такой незначительный, но в нем была определенная сила, от которой у Наен по спине прошла волна мурашек. Она бросила на соседку мимолетный взгляд, но ничего не сказала. Мина вела себя как обычно, но Наен знала, что японка заметила ее замешательство и постаралась вселить в нее хотя бы каплю уверенности.       Внутри воздух ощущался тяжелее. За одним из столиков сидели Момо и Сана, обе, казалось, полностью погруженные в беседу. При появлении в их поле зрения девушек Сана мгновенно подняла глаза, а ее улыбка на секунду ослабла, но потом вернулась на место. Момо лишь оторвала взгляд от чашки с кофе, не произнеся ни слова, но ее глаза встретились с глазами Наен — и этого было достаточно, чтобы кореянка почувствовала, как внутри все напрягается. — Наен-онни! — Сана первой заговорила, ее голос как всегда казался сладким и бодрым. — Привет, — коротко ответила Наен, стараясь не выдать свое волнение.       Момо кивнула в знак приветствия, но ничего не сказала. Эта незначительная деталь не ускользнула от Наен. Она села рядом с Миной, чувствуя себя немного не в своей тарелке. В кафе было много людей, которые занимались своими делами, но почему-то казалось, что все они здесь из-за Наен. Что она тоже обидела их, огорчила, сделала им больно. Девушка съежилась на своем месте. пытаясь подавить этот дискомфорт. — Я рада, что вы решили встретиться, — сказала Мина, словно пытаясь смягчить атмосферу. Ее голос был тихим, но в этот момент он был почти как щит для Наен, которая чувствовала, как ей все сильнее хотелось спрятаться за чем-то или за кем-то. Она не помнит, чтобы чувствовала себя так жалко за последние дни (кроме, конечно, всех тех событий после дня рождения Мины, о которых она не хотела вспоминать). — Конечно, — ответила Сана, ее улыбка оставалась на месте, но теперь в ее глазах было какое-то нечитаемое выражение. — Мы тоже рады.       Наступила короткая пауза. Момо наконец отодвинула чашку кофе, сложив руки на столе. Сана же взяла на себя инициативу и первой продолжила: — Я понимаю, что ситуация была неприятной. Мы все переживали. Особенно за Мину.       Наен встретилась с ее взглядом, чувствуя, как ее ладони начинают слегка потеть. Она могла ожидать чего угодно, но, услышав это, она поняла, что Сана, несмотря на свою дружелюбность, говорила не просто так. Она защищала Мину — это было очевидно. Хотя в ее голосе не было слышно явной враждебности, девушка просто констатировала факт. — Мы знаем, что ты не плохая, — Сана сказала это с легкой улыбкой, как будто успокаивая саму себя. — Просто…некоторые вещи произошли, и нам всем пришлось через это пройти. — Я знаю, — наконец заговорила Наен, ее голос был чуть грубее, чем она ожидала. Она нервно облизнула губы, чувствуя, как в груди нарастает ком. — Я не прошу прощения просто так, — продолжила она, глядя прямо в глаза Сане, а затем Момо, которая все еще молчала. — Я знаю, что заслуживаю вашего недовольства. И мне жаль, что я поставила Мину в такое положение. Я поступила неправильно.       Момо подняла брови, наконец-то дав первый знак реакции, но ее губы оставались плотно сжатыми. Сана, напротив, кивнула медленно, словно оценивая ее слова. — Это хорошо, что ты понимаешь, — тихо проговорила Сана. — Но прощение — это не просто слова, онни. Мы хотели бы сделать это так легко, но…ты понимаешь. Это сложно, и на это нужно время.       Наен уже знала это. Знала, что не сможет вернуть все сразу на круги своя и стереть ошибки. Ее слова могли показаться простыми извинениями, но внутри она ощущала, как все медленно рушится, не давая ей покоя. Она не ожидала, что все сразу станет нормально, но что-то в этом разговоре, в холодных глазах Момо и в сдержанности Саны, давало понять, что она может не справиться с тем, чтобы завоевать их доверие.       В этот момент, прежде чем кто-то успел ответить, Момо все-таки вздохнула, расслабив плечи и склонив голову набок. — Ладно, — наконец-то разомкнув губы, проговорила она, ее голос был низким и чуть хриплым. — Все не так просто, как может показаться. Ты ведь понимаешь это, да?       Эти слова, сказанные прямо, без лишнего приторного тона, прозвучали для Наен как сигнал. Она медленно кивнула, ощущая, что это был еще один шаг к тому, чтобы начать все заново. Чтобы узнать их заново.       Момо склонила голову чуть ниже, будто разглядывая Наен с новой точки зрения. Кореянка даже поерзала под таким пристальным вниманием, но понимала, что Момо нужно это. Трудно вот так просто забыть поступки человека по отношению к тому, кем она так дорожит. И Наен прекрасно помнила, как сильно Сана и Момо дорожили Миной. Так что она просто будет терпеть и делать все, чтобы доказать свое желание все исправить. — Я не думаю, что все проблемы решаются сразу, — продолжила Момо, осторожно выбирая слова. — Особенно когда дело касается доверия. То, что ты сделала, требовало определенных усилий, и нам правда было непонятно, как в тебе может быть столько злобы по отношению к кому-то. И сейчас, когда вдруг все разрешилось, даже если Мина продолжает нам говорить, что все правда разрешилось, у нас остались определенные сомнения.       Наен кивнула, чувствуя, как ее горло пересохло. Она не могла позволить себе снова показаться самоуверенной или равнодушной, как раньше. На этот раз все было иначе. Она знала, что ее действия оставили след, и теперь придется показать, что она готова на что-то большее, чем просто слова. — Да, — тихо ответила она. — Я это понимаю.       Сана, которая все это время молчала, наблюдая за диалогом, теперь наклонилась вперед, ее глаза засветились мягкостью, хотя напряжение все еще присутствовало. — Знаешь, онни, — начала она, ее голос был чуть теплее, чем ожидала кореянка. — Ты сделала много ошибок. Но если Мина говорит, что все в порядке, то…мы можем попробовать поверить в это.       Она на мгновение остановилась, ее глаза обратились к Мине, которая все это время спокойно сидела, позволяя этому разговору идти своим чередом. Ее лицо оставалось безмятежным, но Наен чувствовала, что японка тоже переживает этот момент не менее остро. — Мы просто хотим убедиться, что это не повторится, — добавила Сана, глядя прямо на Наен. — Нам важно знать, что ты понимаешь, что сделала.       Наен снова глубоко вздохнула, ощущая, как слова девушки задевают ее. Не с целью вызвать боль или укор, а скорее с целью проверить, насколько серьезно она воспринимает ситуацию. — Я понимаю, — твердо ответила она, ее голос наконец обрел ту устойчивость, которой ей так не хватало. — Я не могу изменить то, что сделала, но могу доказать, что это больше не повторится.       Наступила пауза, в которой каждая из девушек, казалось, обдумывала ее слова. Момо молчала, но теперь ее выражение лица стало чуть мягче. — Хорошо, — наконец сказала она, снова сложив руки на столе. — Но не расслабляйся, онни. Дело не только в Мине. Если она сказала, что готова двигаться дальше, это ее решение. Но мы все еще будем присматриваться к тебе.       Наен не удержалась от легкой улыбки. Она знала, что это прозвучало как предупреждение, и она уважала это. Они действительно заботились о Мине, и это даже успокивало ее. Она не могла ожидать, что их отношение изменится сразу, но сейчас этого и не требовалось. Сана, заметив такую разрядку напряжения, проговорила: — Ну что ж, — она вздохнула, чуть улыбнувшись. — Онни, я все-таки надеюсь, что ты больше не будешь устраивать…такие вечеринки, — в ее голосе можно было заметить шуточный подтон, но за ним скрывалось искреннее предупреждение. Хотя Наен все равно не смогла удержаться и усмехнулась. — Обещаю, больше никаких сюрпризов, — ответила она с небольшой улыбкой, и Сана, кажется, правильно поняла это.       Момо на мгновение посмотрела на Сану, затем вновь вернулась к своей чашке кофе, медленно ее поднося к губам, как будто этот разговор наконец-то подошел к завершению. — Тогда будем считать это первым шагом, — тихо проговорила она, глотнув кофе. — Но это не значит, что мы с тобой лучшие подруги. Я делаю это для Мины.       Сана кивнула в знак согласия, и Наен, несмотря на всю тяжесть момента, вдруг почувствовала облегчение. Это был не конец, но начало — начало чего-то нового. Они не были здесь для того, чтобы порицать ее, они были здесь, чтобы дать ей шанс. И этот шанс был важен. Мина, которая все это время оставалась тихой, теперь снова встретилась с Наен взглядом. И в этой краткой, почти невидимой улыбке, которую японка ей подарила, было больше смысла, чем в любых словах.       Сана, не удержавшись, добавила с усмешкой: — Кстати, Наен-онни, теперь ты просто обязана нам с Момо что-то вроде компенсации за наши нервы. — О да, — подхватила Момо, наконец-то вернув себе привычную легкость в тоне. — Я считаю, что ты как минимум должна нам пару бутылок соджу.       Наен почувствовала, как напряжение наконец медленно улетучивается. — Думаю, я должна вам гораздо больше. Надеюсь, вы не легковесы.

***

      Это было странное ощущение. Как будто ты сделал важное дело: закончил проект по учебе, сдал отчет на работе, выиграл соревнование или наконец-то написал картину, которая отражает все твои чувства. Наен понимала, что ей нужен был этот разговор, и он даже закончился на достаточно приятной ноте. Момо и Сана были веселыми девушками, в один момент кореянка даже задалась вопросом, как они втроем с Миной встретились, потому что были такими разными. И она видела в их глазах искреннюю заботу и переживание за свою подругу. Это было мило, но это заставило Наен снова вспомнить о том, что она сделала. И волна вины снова поднялась и неконтролируемым цунами обрушилась на нее, заставив мысли ворохом копошиться в голове. Она была ужасным человеком. — Что ты хочешь на ужин?       В комнате раздался вопрос, и девушка подняла голову, уставившись на Мину. Та смотрела нее, вместе с этим продолжая складывать свои вещи после сушки. Наен всегда это очень удивляло — как ее соседка точно знала, когда именно нужно подать голос. Когда самое время залезть ей в голову и выключить все эти тревожные тумблеры. Даже сейчас, Наен уверена, она не подавала виду, просто что-то смотрела в своем телефоне. Но Мина как будто знала больше, могла смотреть сквозь Наен. Последней стало страшно, потому что она могла узнать некоторые вещи.       Их рутина продолжала сменять друг друга день за днем. Учеба, встречи с подругами, ужины, просмотры дорам, обсуждение каникул, сами каникулы и снова учеба. Их круг друзей каким-то образом смог объединиться, Наен никогда не думала, что в один из вечеров в комнате общежития Джихе увидит Чонен, которая ругалась с Момо из-за последнего куска джокбала, и Сану, которая продолжала безбожно день за днем уговаривать Джихе сходить на свидание с одной из ее подруг. В такие моменты ей казалось, что все действительно наладилось, но что-то внутри словно не давало ей расслабиться и принять эту приятную обстановку вокруг нее.       Даже сейчас, пока они все сидели в кругу на полу в общежитии Джихе и Чонен, когда шла уже шестая партия в гостоп, Наен не покидали тяжелые мысли. Она была уверена, что виновата в том, что чувствовала. — Им, ты отвратительно играешь, больше не проси меня быть твоим партнером, — заныла Чонен, кидая на пол свои карты. — Я говорила, что это плохая идея, — Джихе собрала карты, попутно отбивая «пять» Момо, потому что они только что выиграли бесплатный обед. — Наен-онни не умеет в многозадачность, а сейчас она явно думает о чем-то, и это что-то точно не игра. — Да, онни, что такое? Снова нужно срочно закончить проект или какой-то бейболист тебя достает? — Сана с интересом подала голос, закидывая в рот чипсы. — Могу помочь отбить его желание, — подмигнула она вслед, ухмыляясь и уворачиваясь от шлепка Джихе. — Все в порядке, просто много мыслей сегодня, — отмахнулась Наен.       Она немного наклонила плечо, чтобы удобнее разместить голову Мины на нем. Та отключилась примерно две партии назад, хотя все в комнате (за исключением хихикающей Саны) просили Мину притормозить с алкоголем. Она никогда не была в нем профи, но Наен не думала, что она настолько плоха. Ей хватило буквально четырех рюмок, а это был не самый сильный соджу! И если в первые минуты, когда голова Мины мягко приземлилась на ее плечо, потому что она все это время сидела рядом, Наен хотелось просто взорваться от всего того, что происходило внутри, то на данный момент она немного успокоилась и привыкла к этому ощущению. Что, однако, не мешало ей проиграть чертов обед Джихе и Момо (и Сане, потому что обе японки идут комплектом). — Обычно она так не пьет, — Момо кивнула в сторону Мины, смотря на Наен. — У нас впереди серьезный концерт, поэтому она нервничала больше обычного. — Я понимаю, это важно для нее, — кореянка слегка кивнула, ощущая, как Мина немного смещается, обнимая ее за руку. — Сможешь довести ее до вашей комнаты или нам помочь? — спросила Чонен. — Мы уберемся здесь сами. — Все в порядке, если вы не против, мы пойдем сейчас.       Пока девочки складывали пустые бутылки и прочий мусор в пакет, Наен пошевелилась, отцепив от себя Мину и немного тряхнув ее. В ответ девочка промямлила что-то неразборчивое, пытаясь открыть глаза. Ее покрасневшие щеки мило надулись, а голова продолжала наклоняться из стороны в сторону, даже не пытаясь найти баланс. Наен смотрела так на нее около минуты, улыбаясь, пока не пришла в себя и испуганно не подорвалась со своего места, чуть не заставив японку упасть на пол, потеряв такую нужную опору.       Наен глубоко дышала и смотрела вниз на девушку, которая сейчас отклонила голову на диван, снова отключившись с открытым ртом. Она просто не понимала себя и того, что с ней происходит. Хотя кого Наен обманывает, она понимает, она давно поняла. Старшая девочка наклонилась вниз, выдыхая и пытаясь взять себя в руки. — Мина-я, — она снова попыталась легонько потрясти девочку за плечо. — Пора вставать, нам нужно в свою комнату. — Я могу уложить ее на соседнюю кровать, мы с Чонен можем лечь вместе, — предложила Джихе, наблюдая за тщетными попытками привести девушку в чувства. — Все нормально, помогите закинуть ее мне на спину, я справлюсь. Она не любит спать в незнакомых местах.       Джихе и Чонен переглянулись, пока Сана всячески пыталась подавить ухмылку. Момо помогла усадить Мину на спину Наен, и та попрощалась со всеми, выйдя из комнаты. Им просто нужно преодолеть пару коридоров и два лестничных пролета, а Мина не такая уж тяжелая, поэтому Наен уверена, что справится. Она двигалась на автомате, продолжая думать обо всем, что с ней произошло и продолжало происходить. Ей было неловко, стыдно, но в основном страшно. Она не заслуживала того, что все вокруг так хорошо к ней относятся, и уж точно не заслуживала такого безграничного доверия со стороны человека, которого подвела сильнее всего.       Чем больше времени она проводила с Миной, тем сильнее она ненавидела себя. Это был замкнутый круг, из которого невозможно выбраться.       Когда до уже ставшей родной комнаты оставался всего коридор, Наен услышала слабое бормотание у самого уха и последующее за ним горячее дыхание, от которого ее немного передернуло. — Все…ш-шатается… — Ш-ш-ш, Мина, все в порядке. Я несу тебя в комнату, — девушка старалась говорить спокойным тоном, пытаясь унять странную дрожь по всему телу. — Ты несешь меня в комнату. А…кто ты? — слова выходили невнятными, вперемешку с икотой, но Наен все же удалось их разобрать. — Это Наен, твоя соседка.       Она проговорила это, пока пыталась аккуратно снять Мину со своей спины и удержать ее в вертикальном положении возле двери, чтобы открыть ее. К счастью, они успешно преодолели этот путь, и Наен выдохнула, когда смогла провести Мину внутрь и усадить на ее кровать, на которую та немедленно упала, улыбаясь и продолжая что-то бормотать. Кореянка решила особо не прислушиваться, прокручивая в уме то, что ей предстоит сделать: переодеть Мину, снять ей макияж, умыться и переодеться самой. Абсолютно стандартная рутина для девушек, которые были соседками, чего они там не видели. Наен зашипела себе под нос, потому что конечно она ничего не видела, каждый раз убегая в ванную, когда ей самой или Мине нужно было переодеться. «Ладно, я просто наощупь поменяю ей футболку и шорты», — решила та. А затем чуть более разборчивое бормотание врезалось в ее голову. — Наен-онни милая, она мне нравится.       После этих слов Наен резко остановилась, не успев сделать всего несколько шагов до шкафа комнаты. Она не повернулась, ее мозг судорожно соображал, нужно ли ей как-то отреагировать на это или просто сделать вид, что она не услышала. Не то чтобы она не знала эту информацию, но Мина больше никогда не говорила ей этого прямо или косвенно. Просто все ее действия, каждое ее слово и взгляд в сторону Наен сочились этими невысказанными словами. Так что их не нужно было озвучивать, чтобы понять, особенно сейчас, когда обе девушки так часто взаимодействали друг с другом. Но Наен все равно вздрогнула, когда услышала это вслух. Это лишь еще одно напоминание о том, насколько она ужасна, насколько она отвратительна и не достойна таких чистых чувств в свою сторону. — Мне нравится, когда она хорошо ко мне относится.       Наен зажмурилась, сильно прикусив нижнюю губу. — Даже если я ей не нравлюсь, это нормально.       После этих слов нервная система кореянки окончательно отказала. Она развернулась на своем месте и направилась прямо к кровати Мины, нависая над ней большой тенью. Ей хотелось сказать что-нибудь, может быть даже немного повысить голос, чтобы убедить Мину, что ей следует перестать говорить. Голова Наен взрывалась. Мина не должна думать так, не должна испытывать все эти чувства, не должна считать… Что она не должна считать? Наен просто не хотелось думать об этом. — Ты перебрала с выпивкой сегодня, давай уложим тебя спать, хорошо? — Наен слегка наклонилась, похлопав девушку на кровати по колену.       Та немедленно села, испугав Наен таким резким движением и заставив ее выставить руки, чтобы поймать. Они, однако, остались висеть в воздухе, потому что Мина удержала равновесие, слегка покачиваясь и смотря по сторонам, сщурив глаза. Когда они остановились на обеспокоенном лице Наен, младшая девочка улыбнулась, слабо хихикнув. — Привет, Наен-онни, — сказала она, ткнув Наен в нос. Точнее, она явно целилась в нос, но ее палец слегка промахнулся и приземлился на щеку. — Привет, — только и могла выдохнуть Наен. Она опустилась на корточки, положив ладонь на колено Мины. — Давай переоденем тебя, ладно?       Мина ничего не ответила продолжая улыбаться и смотреть полузакрытыми глазами в лицо Наен. А потом произошло то, о чем старшая девочка боялась думать. Боялась, но ее мысли постоянно возвращались к этому, заставляя кореянку чувствовать себя ужасно изо дня в день. Мина подалась вперед и оставила легкий поцелуй на ее губах. — Пожалуйста, прости, это больше не повторится. П-просто мне хотелось… — не договорила японка, а затем завалилась назад, выпадая из реальности.       Когда Мина окончательно погрузилась в сон, Наен все еще сидела без движения. Она совершенно не знала, как себя чувствовать. В комнате воцарилась полная тишина, лишь слабое дыхание ее соседки напоминало о том, что произошло несколько мгновений назад. Поцелуй был таким мягким и коротким, но его след до сих пор жег ее губы. Наен не могла поверить в это. Она ощущала, как ее сердце бешено колотится в груди, пытаясь вырваться наружу, смешиваясь с гулом мыслей в ее голове. «Она поцеловала меня…» — крутилось внутри, как мантра. И, что более важно, Мина попросила прощения за этот поцелуй, как будто не имела права испытывать такие чувства, как будто сама мысль о том, что Наен может ее отвергнуть, была болезненной.       Но правда заключалась в том, что Наен не хотела отвергать ее. Не хотела отталкивать или делать вид, что это ничего не значило. Она чувствовала, как ее собственные эмоции начинают выходить из-под контроля, как будто внутри нее что-то ломалось, освобождая все подавленные чувства. В течение последних недель, каждая улыбка, каждое прикосновение, каждая тихая беседа с Миной строили внутри нее мост, по которому она так боялась пройти. И теперь, когда это случилось, у нее не осталось ни малейшего шанса избежать правды.       Мина была тем человеком, который смог вызвать у нее те чувства, которых она никогда не испытывала с Джину или с любым другим парнем, с которым встречалась. Это было нечто большее, чем физическое влечение или поверхностное восхищение. Это было ощущение уюта, безопасности и понимания. То, что она так долго искала, но не могла объяснить, пока не столкнулась с Миной.       Мягкий свет ночника отражался на лице японки, ее закрытые глаза и спокойное дыхание были настолько невинными, что на мгновение Наен захотелось защитить ее от всего, что могло ее ранить. «Ты заслуживаешь лучшего», — прошептала она, глядя на спящую девушку. Наен провела рукой по своей шее, чувствуя, как ее кожа горит от недавнего прикосновения. Она не знала, как теперь будет смотреть в глаза Мине. Не понимала, что ей дальше делать. Но в одном она была уверена точно.       Ей нравилась Мёи Мина.