baby of ours

      Подходя к шикарному жилому дому в самом центре Сеула, Рики охватывает страх. Он понятия не имеет, как ему, двадцатилетнему студенту, удалось получить такую работу, но рад, что всё получилось.       Учеба в университете — дорогое удовольствие, и он хочет сэкономить на всем и после выпуска надеется открыть свой собственный детский сад. Он любит детей, всегда любил, а воспитание младшей сестры только поспособствовало этому.       Увидев объявление в социальных сетях, он пришел в восторг от работы няней. У женщины, предлагавшей её, явно много денег, учитывая зарплату, которую ему собираются платить, так что он сразу же ухватился за подвернувшуюся возможность. Она утверждает, что её ребенок очень милый и хорошо себя ведет, так что по мнению Рики, для него это будет легкая работа.       Он проходит в вестибюль здания, сразу же чувствуя себя не в своей тарелке: мраморные полы, высокие потолки, люстра, которая, похоже, стоит больше, чем дом его детства. Место кричит о том, что здесь живут только богачи и чеболи, а двадцатилетний нищий студент университета Рики, в удобном мешковатом свитере, джинсах и поношенных «Конверсах», не вписывается в антураж.       — Чем могу помочь, сынок? — обращается к нему мужчина, на вид лет шестидесяти.       Он достает из кармана бумажку, которую его новый работодатель велела распечатать, чтобы его пустили на их этаж.       — Да, я Нишимура Рики. Мисс Шим с двадцать второго этажа наняла меня на работу няней, — говорит он, слегка поклонившись для вежливости.       — Ах да, она предупредила, что вы должны прийти сегодня. Она заказала для вас карточку посетителя. Зайдите в лифт и отсканируйте её, а после поднимитесь на нужный этаж. Её квартира номер двадцать два тридцать, — дядечка улыбается, дружелюбно, как только может быть.       — Спасибо, сэр, — кланяется Рики и направляется к лифту.       Вскоре он поднимается на двадцать второй этаж и идет по коридору, ища квартиру с номером «2230». На этаже не так много квартир и он находит нужную в конце коридора, после чего стучит в дверь.       — Я иду! — раздается женский голос изнутри. Рики слышит короткие шаги, после чего дверь открывается, и перед ним предстает женщина лет сорока.       — Здравствуйте, мисс Шим. Я — Нишимура Рики, — кланяется он, представляясь.       — Рики! Приятно познакомиться, заходи! — улыбается она, открывая дверь и пропуская его в квартиру… точнее, в пентхаус.       Квартира огромная, есть даже лестница, ведущая на второй этаж, окна по всему периметру гостиной открывают шикарный вид на город, и Рики замирает, увидев горизонт Сеула.       — Ух ты, какой у вас красивый дом! — искренне восхищается Рики.       — О, дорогой, спасибо, — воркует она. — Ты такой милый, — говорит, оглядывая комнату.       — И куда же он подевался? — бормочет женщина себе под нос.       — Чонвон! Малыш, иди сюда. Я хочу тебя кое с кем познакомить, — зовет она достаточно громко, чтобы её было слышно.       Рики слышит топот очаровательных маленьких ножек, и крошечная головка появляется из-за угла гостиной. Он тут же умиляется: к ним бежит мальчик, которому на вид не больше пяти лет. У него очаровательные маленькие ямочки и кошачьи глаза, и ему приходится сдерживать желание потискать его.       Он прячется за мамину ногу, явно стесняясь нового человека в своем доме, но Рики одаривает его милой улыбкой.       — Рики, это Чонвон или Вони, как мы его часто называем, — представляет женщина своего ребенка. — Ему четыре года, и он ходит в детский сад. Поскольку я часто занята по вечерам, а его старший брат ходит на занятия после обеда и не бывает дома до позднего вечера, с ним некому сидеть.       — Вони, это Рики. Он будет твоей новой няней, — объясняет мисс Шим малышу.       — Привет, мистер Рики! — радуется Чонвон, и Рики чуть не падает в обморок: ребенок слишком милый.       — Как уже сказала твоя мама, я буду твоей новой няней. Надеюсь, мы с тобой поладим. Что ты любишь делать?       — Я люблю рисовать! — восторженно восклицает мальчик. — Когда вырасту, я хочу быть художником.       — Ну, я тоже люблю рисовать! Как насчет того, чтобы нарисовать что-нибудь вместе, м-м? — хихикает Рики.       — Да! — улыбается Чонвон, беря Рики за руку, а затем обращается к матери. — Он мне нравится.       Сердце бедного Рики чуть не разорвалось в груди: дети могут быть такими честными. Похоже, что он уже нравится Чонвону. Пока его тащат за руку в гостиную, чтобы порисовать, он думает, что всё пройдет вполне себе неплохо.

⋅˚₊‧ ୨୧ ‧₊˚ ⋅

      — Передай мне, пожалуйста, розовый цвет, — просит Чонвон, выводя на листе бумаги каракули.       Они сидят на полу в гостиной, по телевизору идет мультфильм: Чонвон рисует на бумаге, а Рики на своем листе.       — Конечно, Вони, — Рики кивает, доставая из пачки карандаш и протягивая его малышу.       — Спасибо, — хмыкает ребенок и возвращается к рисованию. Какое-то время оба рисуют в тишине, пока её не нарушает бульканье желудка Чонвона.       — О, кто-то голоден? — игриво спрашивает Рики.       — Думаю, да, — кивает Чонвон. — Мама приготовила мне обед, но, похоже, я всё ещё голоден.       — Ну, ты же растешь, милый, — улыбается Рики. — Ты должен хорошо питаться.       — Как насчет того, чтобы испечь печенье? — с улыбкой тихонько спрашивает Рики, словно кто-то ещё может услышать их.       — Печенье! — Чонвон вскакивает, возбужденно прыгая вокруг него. Рики улыбается, поднимаясь с пола.       — Рад, что тебе понравилась идея, а теперь пойдем, — он берет ребенка за руку и тащит на кухню.       Рики замечает, висящие рядом с холодильником три фартука, и один из них как раз — по размеру Чонвона, поэтому он накидывает его на мальчика и завязывает бантик сзади.       — Если мы собираемся печь печенье, то должны быть уверены, что ты не испачкаешься, — говорит он мальчику. — А где же все ингредиенты?

⋅˚₊‧ ୨୧ ‧₊˚ ⋅

      Чонвон помог ему собрать нужные ингредиенты и теперь сидит на прилавке, наблюдая, как Рики замешивает тесто.       — У тебя есть аллергия на что-нибудь, Вони? — спрашивает он, помешивая смесь. Нужно убедиться, что у ребенка нет аллергии на что-то прежде чем добавлять дополнительные ингредиенты.       — На арахис! — отвечает Чонвон, надувшись. — У меня от него рот чешется и горло першит.       — Тогда мы позаботимся о том, чтобы в нашем печенье не было арахиса, хорошо? Как насчет шоколадной крошки? — спрашивает Рики, хватая пакет.       — Да! Я люблю шоколадную крошку, — взволнованно ёрзает Чонвон на прилавке.       — Значит ты её и насыплешь, — улыбается Рики, протягивая мальчику пакет.       — Правда? — маленькие кошачьи глаза Чонвона вспыхивают. Он открывает пакет и начинает высыпать содержимое в смесь. Конечно, четырехлетнему ребенку тяжело держать пакет навесу, но у Рики не хватает духу сказать ему, чтобы он остановился. Он просто перемешивает шоколадную крошку, пока Чонвон с энтузиазмом продолжает добавлять её.

⋅˚₊‧ ୨୧ ‧₊˚ ⋅

      — Да, мам, я купил вкусняшки для Вони, — говорит Джейк по телефону, забирая из машины пакеты с продуктами.       — В этот раз ты взял шоколадные? Ты же знаешь, он терпеть не может клубничные, — отвечает мама, как всегда нервничая — он её не винит. Она просто обожает своего малыша Чонвона, а Джейк в свою очередь обожает своего младшего брата.       — Да, мам, — отвечает Джейк, заходя в лифт на парковке и нажимая кнопку своего этажа.       — Вот и хорошо. А ещё у Вони новая няня, — сообщает она. — Я искала новую и наконец нашла подходящего человека. Думаю, Чонвону тоже нравится.       Джейк не сдерживает смешка над словами матери.       — Ещё одна няня, мама? Сколько раз тебе говорить, что я прекрасно могу позаботиться о Чонвоне? Нам не нужна няня.       У Джейка не самый лучший опыт общения с девушками, которые приходили посидеть с его братом в прошлом. Казалось, все они были заняты только одним, и это не забота о его младшем брате, а попытки подцепить Джейка. И его это, откровенно говоря, заебало. Он даже сказал маме, что может перейти на более ранние занятия, чтобы быть дома и заботиться о Чонвоне вечером, но она настояла на том, чтобы найти няню.       Джейк надеется, что у этой няни хватит порядочности оставить его в покое, иначе он вышвырнет её вон, как предыдущую, и ту, что была до неё, и ту, что до неё.       — Джейк, так будет только больше работы для тебя, а заниматься физикой и так тяжело. Тебе нужно время для себя, и ты устаешь после университета. Нанять няню — самое разумное решение для нас сейчас, — сочувственно говорит мама, когда Джейк наконец-то поднимается на свой этаж.       — Я знаю, что последние несколько раз были не самыми лучшими, милый. Но я думаю, что в этот раз всё будет хорошо. Няня сейчас с Вони, так что, пожалуйста, постарайся найти общий язык, хорошо? — просит мама, когда Джейк уже подходит к двери.       Джейк хмыкает в знак согласия, он ненавидит спорить с мамой.       — Хорошо, мама. Я постараюсь.       — Спасибо, милый, — мягко говорит она. — Ох, и я забыла оставить деньги для няни, так что просто сообщи, что я заплачу в субботу, хорошо? Увидимся позже. Я люблю тебя.       — Я тоже тебя люблю, мама, — улыбается Джейк, прежде чем повесить трубку.       Джейк достает из кармана ключи, чтобы открыть дверь в квартиру, и заходит внутрь, раскладывает вещи и зовет Чонвона, ожидая, что четырехлетний малыш будет проказничать где-то поблизости. Все предыдущие няни никогда не обращали на него особого внимания, так что Джейк вряд ли ожидает, что новая будет сильно отличаться.       — Вони, хён пришел! — громко говорит Джейк, направляясь на кухню, и замирает, увидев там незнакомого юношу с братом.       Не может быть, чтобы это была новая няня Чонвона, верно? Не может быть.       Он… красивый, очень, очень красивый. Высокий, определенно выше Джейка, но миниатюрный, у него стройная фигура и не очень широкие плечи. Кукольное личико, а кожу украшают родинки. Светлые волосы обрамляют слегка бледную кожу, как у ангела. Пиздец, Джейк никак не может думать о таком прямо сейчас… он натурал, ему не нравятся парни, никогда не нравились парни… никогда.       И он уж точно не должен находить новую няню младшего брата привлекательным. Они все одинаковые, хотя никто из них никогда не был парнем… но всё же. В любом случае, он не в восторге от того, что у Чонвона новая няня или вообще какая-либо няня. Джейк прекрасно может позаботиться о своем брате, так что этот парень скоро уйдет.

⋅˚₊‧ ୨୧ ‧₊˚ ⋅

      Рики слышит, как открывается дверь в квартиру, но он слишком занят с Чонвоном. Ему нужно убедиться, что ребенок, сидящий у него на плечах, в безопасности. Одной рукой удерживая ребенка (потому что малыш настаивал на том, чтобы видеть, как готовится печенье), а другой пытаясь вытащить противень с печеньем из духовки. Рики предполагает, что мисс Шим вернулась домой, что немного огорчает. Он уже очень привязался к Чонвону. Ребенок — шар энергии и абсолютный ангел. Рики очень весело на новой работе.       Так он думал, пока не услышал мужской голос из холла.       — Вони, хён вернулся!       Это, должно быть, старший брат Чонвона, о котором мисс Шим упоминала ранее. Рики поворачивается, чтобы поставить поднос с печеньем на прилавок, и чуть не подпрыгивает, видя… очень, очень привлекательного парня с черными волосами и слегка загорелой кожей перед собой. Темные глаза, кажется, проникают в самую душу.       — Что ты делаешь? — спрашивает его он низким голосом. Рики замечает, что парень выглядит странно знакомым, хотя глаза больше сосредоточены на том, как его бицепсы заметны через фланелевую рубашку.       — Эй, я задал тебе вопрос! — огрызается парень; он не выглядит счастливым при виде Рики, а наоборот, буравит его своим взглядом, сложив руки на груди.       — Извини, — извиняется Рики, сбитый с толку поведением парня. — Я просто делал печенье с Чонвоном. Что-то не так?       — Может, не стоит сажать четырехлетнего ребенка себе на плечи, когда ты управляешься с горячим противнем? Никогда об этом не задумывался? — фыркает незнакомец, подходя и снимая ребенка с плеч Рики.       — Джейк-хёни… — хнычет Чонвон… Значит, его зовут Джейк, — понимает Рики. — Я был в порядке. Рики-хён очень хорошо обо мне заботился!       — Конечно, — Джейк хмыкает, не сводя с Рики пристального взгляда. — Тебя зовут Рики?       — Да, — кивает Рики. — Нишимура Рики, твоя мама наняла меня в качестве няни для Чонвона.       Его объяснение, похоже, мало что дало, так как Джейк по-прежнему пристально изучает его своим пронзительным взглядом.       — Я Шим Джеюн, но зови меня Джейк. Я старший брат Чонвона.       Тишина на кухне кажется удушающей, Рики не знает, что сказать, но пытается что-то предложить.       — Прости, — Рики извиняется, хотя и не знает, за что. Он ничего не сделал, но не хочет рисковать потерей работы. — Я не хотел создавать проблемы.       — Хочешь печенье? — небрежно предлагает он, надеясь снять странное напряжение, которое по какой-то причине возникло в комнате.       — Я хочу! — Чонвон поднимает руку, подпрыгивая на руках у Джейка, и старший ставит четырехлетнего малыша на прилавок, который тут же пытается дотянуться до вкусного печенья.       — Вони, подожди! — Рики осторожно берет мальчика за руку, прежде чем тот успевает дотронуться до подноса. — Они ещё горячие, малыш.       Он рад, что остановил малыша до того, как случилось непоправимое. Рики осторожно берет одно печенье из подноса, а затем подносит его ко рту мальчика.       — Держи.       — Лучше бы в нем не было орехов, — сурово говорит Джейк, хватая Рики за запястье, прежде чем Чонвон успевает откусить. — У него…       — Аллергия. Я знаю, — заканчивает он. Вырывая руку из стальной хватки. Кто он такой, чтобы вот так хватать его? Рики не идиот, он буквально учится в университете по специальности «уход за детьми и их воспитание»; и знает, что когда дело доходит до еды с детьми такого возраста, нужно уточнить есть ли у них аллергия, что он и сделал всего несколько часов назад. Почему Джейк вообще до него докопался.       — Это не первая моя работа, чувак, — говорит Рики, передавая печенье Чонвону. — Я нянчил детей в школе; я знаю, что нужно спросить о пищевой аллергии.       — Хм, — хмыкает Джейк, беря печенье и откусывая кусочек. — Неплохо.

⋅˚₊‧ ୨୧ ‧₊˚ ⋅

      Покушав печенье, они втроем оказываются в гостиной: Рики и Чонвон продолжают рисовать по настоянию малыша, пока по телевизору фоном идет какой-то фильм. Рики чувствует на себе взгляд Джейка словно тот изучает каждое его движение. По правде говоря, это напрягает.       Он обращает внимание на время и понимает, что уже пол девятого. Чонвону пора спать, как говорила мама.       — Давай, Вони, пора спать, — Рики легонько похлопывает мальчика по руке.       — Но я не устал, — Чонвон хнычет, но потом сладко зевает.       Рики смеется — типичные дети, никогда не желающие ложиться спать.       — Да-да, я не сомневаюсь, что ты не устал, дружок. Мама сказала, что тебе пора спать, так что давай отнесем тебя наверх. В следующий раз мы сможем порисовать ещё, — говорит он, поднимая ребенка, и хихикает, когда Чонвон почти сразу же засыпает у него на плече.       Он покачивает мальчика на руках и оборачивается, видя, как Джейк смотрит на них.       — Я могу его взять, — Джейк протягивает руки, чтобы забрать ребенка у него.       Как бы этот парень ни действовал ему сегодня на нервы, Рики кивает и отдает ребенка.       — Наверное, он переел сладкого, да? — шутит Рики, когда Джейк легонько похлопывает брата по спине.       Джейк, кажется, начинает улыбаться, но потом его лицо принимает тот же каменный вид, что и весь день.       — Да, наверное.       Джейк поворачивается и направляется наверх, и Рики принимает это за сигнал собрать свои вещи, чтобы вернуться в общежитие на ночь. Он берет сумку и направляется на кухню, чтобы взять свои кеды с полки для обуви, когда слышит шаги из коридора.       — Мама сказала, что заплатит тебе, когда ты придешь в следующий раз; она забыла оставить деньги сегодня, — говорит Джейк, наблюдая, как он натягивает кеды.       — Хорошо, — кивает Рики. — Скажи Вони, что мы увидимся в субботу.       — Да, конечно, — Джейк кивает, выглядя незаинтересованным, несмотря на вихрь эмоций, бушующих внутри в данный момент. — Тогда увидимся, Рики.       — Да. Увидимся, Джейк, — говорит Рики и выходит из квартиры, стараясь не думать о нем.

⋅˚₊‧ ୨୧ ‧₊˚ ⋅

      Рики приходит в субботу, всё происходит как обычно. Джейк холоден и довольно отстранен: расспрашивает его обо всем — о том, что он готовит для Чонвона, крутится вокруг и проверяет, не включил ли Рики в еду то, на что у ребенка аллергия или что ему не нравится.       Придя в среду, происходит то же самое, и, конечно, что-то должно произойти, когда он пытается уложить Чонвона спать. Рики прижимает к себе четырехлетнего малыша, слегка покачивая его на руках, чтобы тот уснул, и встает с дивана, чтобы отнести его наверх.       — Я могу отнести его, — Джейк поднимается с дивана, звуча требовательно. Он протягивает руки, чтобы забрать Чонвона. Рики понимает, что не должен отказывать ему, но ребенок только что заснул. Малыш легко просыпается от любого шума, и он не хочет, чтобы Чонвон проснулся, когда он явно очень устал.       — Он только заснул, Джейк, — тихо говорит Рики. — Если я попытаюсь отдать его тебе, он проснется.       — Не тебе рассказывать мне, как спит мой брат, — холодно говорит Джейк, пытаясь взять ребенка. — А теперь отдай его…       Чонвон гримасничает и хнычет, когда Джейк пытается взять его, и Рики шлепает его по руке.       — Чувак, прекрати! — кричит он шепотом, раздраженный поведением Джейка. — Ты его разбудишь, и если хочешь стать причиной слез четырехлетнего ребенка — милости прошу.       Джейк смотрит на него несколько секунд, и Рики чувствует себя странно маленьким под его взглядом, пока тот наконец не смиряется.       — Ладно.       Рики проходит мимо, чтобы отнести Чонвона наверх, но останавливается на месте, внутренне сокрушаясь о том, что собирается сделать, прежде чем смягчить своё выражение и посмотреть на Джейка.       — Ты можешь подняться и уложить его спать, я уверен, что он хочет получить поцелуй на ночь от старшего брата, — говорит он с нежной улыбкой.       Джейк ничего не говорит, но Рики клянется, что видит улыбку на его лице, прежде чем начать следовать за ним наверх. Джейк доводит его до спальни и открывает дверь. Рики откидывает одеяло с гоночной машиной и укладывает его в постель.       — Спокойной ночи, дружок, — шепчет Рики, вставая с кровати. Он замечает, как Джейк включает ночник, а затем подходит к кровати и нежно целует его в лоб.       — Спокойной ночи, Вони, — шепчет Джейк спящему малышу. — Хён любит тебя.       Рики улыбается нежной сцене перед собой: Джейк заканчивает укладывать одеяло на своего младшего брата, затем встает и подходит к двери, где его ждет Рики.       — Спасибо, что уложил его спать, — говорит Джейк, и в этот раз его голос звучит мягко и искренне.       — Спасибо, что помог мне, — говорит Рики.