Последняя надежда

Карин была обычным маленьким ребёнком. Бабушка и дедушка по отцовской линии безумно её любили. Вот только после того, как контакт с Сири пропал все стали думать, что сделать с ребёнком. Хайнц хотел было согласиться вернуть ребёнка в Норвегию, но тут влез его отец. — Ну уж нет, ты представляешь что с ней случиться там? Ребёнка могут затравить за происхождение! — И что мне теперь свою жизнь не строить? — возразил Хайнц — Ты потом сам будешь рад, что оставил её С трудом и долгими уговорами Фляйшер согласился. Ему казалось, что в Норвегии с матерью ей будет лучше, а он начнёт строить свою жизнь, но не тут то было. Спустя 5 лет Карин играла на улице не зная, что такое для неё Норвегия и никогда не задавалась вопросами где её мама. Больше её волновало если папа куда-то уходил. И всегда ждала его с нетерпением, чтобы можно было с ним поиграть. Тот день выдался спокойным и почти весь Хайнц провёл его дома за разговорами с родителями. — Ну что не пожалел, что оставил Карин? — Нет… Без неё всё было бы по другому… Спасибо, что отговорили меня… Карин забежала в дом и обняла Хайнца за ногу. Мужчина улыбнулся и взял дочку на руки. Она светилась от счастья, что находится рядом с папой. Сегодня Хайнц обещал ей погулять с ней по городу и купить какую-нибудь игрушку. А раз пообещал, то надо делать. Карин бежала вперёд отца, а ему приходилось догонять. Первым делом девочка повела отца в сторону парка. Гулять ей хотелось больше всего. Такие теплые деньки, когда Хайнц мог погулять с дочкой выдавались очень редко. Он часто помогал родителям в пекарне и не мог проводить столько времени с дочерью. И вот таки вот денёчки были важным для девочки. Обычно она играла со сверстниками, но и это бывает надоедает. Но при этом Карин росла счастливым ребёнком, у которого максимальны было всё, что она захочет. Но вот в один день всё изменилось. Многие думали что после похорон родителей Ханц перестанет заботиться о ребёнке и вообще уйдет в себя. Но не тут то было. Фляйшер взял себя в руки и продолжил жить дальше. Карин росла у него на глазах и жизнь шла своим чередом. Вот только жизнь уже не была такой радостной. Папа почти всегда проводил время на работе и девочке было грустно одной. Но она понимала, что папа делает это для неё. Сама девочка как только пошла в первый класс начала прилежно учиться и получать хорошие отметки. Вечером за ужином она рассказывала Хайнцу как прошёл её день и папа всегда хвалил её и помогал с уроками. Однажды утром девочка проснулась и побежала умываться. Её отец в это время уже готовил завтрак. За завтраком в глазах девочки виднелось нетерпение. — Карин, что случилось? — Сегодня будет моя первая контрольная! — Волнуешься? — Очень! Повторишь материал со мной? — Конечно! Что там у тебя? И остаток утра они повторяли темы и Хайнц, что-то объяснял дочери. Девочке так это нравилось. После школы она забежала в пекарню к отцу. На лице светилась улыбка. Хайнц всегда радовался такой реакции дочери на что-то и конечно же интересовался её делами. — Как дела, Карин? Как прошла контрольная? — Я написала её на отлично! — Умничка! Хайнц вышел к дочери и взял её на руки. Она выглядела такой радостной. В голове крутились мысли, что вот такую радость он хотел отдать. Он и представить не мог, что совсем скоро его жизнь разделиться на до и после. В один день ему пришлось письмо из Норвегии. Он не мог поверить глазам, что снова видит этот до боли родной и знакомый почерк. Сири не писала письма уже несколько лет. И тут он снова видит это аккуратный почерк. Конверт он решил отложить до вечера когда дочка уснёт. Весь оставшийся вечер он провел с Карин. Играл с ней и помогал с уроками. Укладывая дочку спать у них завязался разговор. — А почему мама нам не пишет? Хайнц опустил глаза. Он никогда не говорил с дочкой на эту тему. И сейчас объяснить ребёнку, почему же мама пропала из её жизни будет сложно. Да и о чём он должен был ей сказать. Он ведь сам этого не понимал… — Знаешь, милая… Просто мама очень испугалась, что её будут осуждать… — Странная она Карин хмыкнула и пожала плечами. Как оказалось её это почти не расстроило и она быстро уснула. Фляйшер вошёл в кабинет и снова взглянул на конверт. Аккуратным и до боли в груди родным почерком и прописными буквами на конверте было написано «Сири Фьеллвик». — И что же ты объявилась спустя столько лет, Сири… Столько лет ты даже слова написать не могла, а тут сразу как будто бы телеграмма… Мужчина бережно развернул письмо и начал читать его содержимое. «Здравствуй, Хайнц. Я понимаю, что это странно с моей стороны писать тебя спустя столько лет, но нам нужно срочно встретиться. Это касаемо Карин. Мои родители решил забрать её, но только для того, чтобы использовать и доказывать всем, что я не такая уж и хорошая. Я понимаю как странно это звучит, но мне нужна твоя помощь. Да, я не самая лучшая мать, но я хочу хотя бы раз увидеть свою дочь и обсудить с тобой данный вопрос. И всё то, что было между нами.» Снизу стояла родная подпись. Фляйшер впал в ступор, он даже не знал что написать. Да и хочет ли он этой встречи. Рука автоматически написала ответ. Он согласился и написал адрес дома, где проживал вместе с Карин, но приехать попросил её одну. И через несколько дней так и случилось. Фьеллвик приехала одна. Мужчина встретил её на вокзале и встреча началась с тёплых объятий и женщина даже зависла на несколько минут. — Я всё еще помню всё что было… Её руки сжали ладонь мужчины. Теперь уже не такие теплые как в прошлом. Более мужественные и холодные ладони, но всё ещё родные. — Я тоже, Сири… Но это всё уже не вернуть. Мы уже давно не дети и Карин не маленькая. В своё время ты испугалась остаться рядом, но ребёнка я вам отдать не могу. — Я не прошу её отдавать, только увидеть… Она и не оставит тебя Сири остановилась и встала напротив мужчины. Руки Хайнца машинально обвились вокруг талии Фьеллвик. В голову врезались воспоминания. Он не понимал что с ним происходит и был не уверен, что ему это нравится. Но она хотела увидеться с дочерью и стоять у неё на пути Фляйшер не мог. Он нашёл в себе силы отстраниться и направился в сторону дома, держа женщину за руку, чтобы она не потерялась. Сири поверить не могла, что спустя столько лет увидит Карин. Уже находясь вблизи дома Фляйшер засомневался, что это хорошая идея. Он встал и задумался, что очень насторожило женщину. Сири не узнавала того Хайнца, которого полюбила во времена войны. В общем-то, это было логично. — Всё хорошо? — тихо спросила Сири — Да-да, просто задумался немного. Проходи Он открыл дверь. Фьеллвик улыбнулась и прошла в дом. Карин была в школе. Женщина прошла на кухню и хозяин любезно предложил её кофе. Сири представить не могла, что упустила такой шанс. Хайнц изменился за последние несколько лет, что они не виделись. Она боялась представить как выросла и какой стала Карин. За разговорами они не заметили как пролетело время и хлопнула входная дверь. — Я дома! — Карин, милая, у нас гости! — Ой, а кто там? — Мама приехала Девочка впала в ступор. Такой новости она явно не ожидала. Её конечно волновало почему мама её оставила, но встречаться с ней она была не готова. Девочка быстро проскочила в комнату и привела себя в порядок. Только после этого она спустилась к матери. — Привет, мам… — Карин, девочка моя… Как же ты выросла — Прошло много лет Сири. Лет 6 так точно. Девочка улыбнулась и села за стол. Она даже не знала как себя вести. Впервые в жизни в сознательном возрасте она видит свою мать в живую. Хайнц подошёл к дочке со спины и положил её руки на плечи. Почему-то от этого стало спокойнее. — Так о чём ты хотела с нами поговорить? — В общем… Разговор действительно важен и касается Карин… Фляйшер понимающе кивнул и сел рядом с дочерью. Женщина перевела дух, нашла в себе силы поднять глаза и продолжила. — В общем, Карин… Мои родители, то есть твои бабушка и дедушка, хотят забрать тебя к себе в Норвегию. Чтобы воспитать из тебя своего рода рабочую силу. — Я конечно люблю сказку про Золушку, но становиться ей я не собираюсь. меня и без этого принцессой воспитали. Сири улыбнулась. Именно такой она представляла себе Карин. Своенравной, но безумно красивой. Девочка посмотрела на Хайнца, тот улыбнулся и поцеловал её в макушку. Его голос стал суровым и наполнился непривычной злостью. — Я не отдам им моего ребёнка! В своё время они не захотели воспитывать немецкого ребёнка, а значит сейчас и не познают немецкой рабочей силы. Карин даже напугал такой тон отца. Хоть она и понимала, что он кричит не на неё и даже не на маму. Такое бывало редко, поэтому было страшно. Фляйшер успокоился и отошел к другому столу, чтобы налить себе воды. — Всё хорошо? — Да, просто нервы немного сдали. Я никому не позволю относится так к моему ребёнку. Сири понимающе кивнула. Его сердце привязалось к Карин, всё же это его ребёнок и он её воспитал. Девочка тоже была напугана такими действиями со стороны родственников. Но почему-то верила, что с папой она в безопасности. Хайнц извинился перед Фьеллвик, но остался стоять около стола. — Пап, а может погуляем где-нибудь втроём? Раз уж есть такая возможность. — Если ты так этого хочешь?.. Девочка лишь одобрительно кивнула. Один такой кивок был очень значимым для Хайнца. Всё же она была единственным ребёнком. Тот вечер они провели вместе, а родители смогли обсудить проблему. Хайнц до сих пор не мог поверить, что к его ребёнку относятся. Не понимал, для чего она им нужна. — Ты в норме? — Да… Просто не верю… Я не позволю им и пальцем тронуть мою дочь! Сири понимающе кивнула. Для неё это казалось обыденное дело такое поведение со стороны мужчины. Хотя знала она Фляйшера давно и это объясняло его поведение. — Я представляю все твои чувства, которые ты испытываешь. Но даже я не в состоянии, что либо сделать… — Меня не волнует их решение. Я сделаю всё по своему! Это мой ребёнок и воспитывал её я, и я не позволю абсолютно чужим для неё людям командовать ей и использовать как прислугу. — И что ты будешь делать? — Пока не знаю, но сидеть сложа руки я не буду. Я сделаю всё, чтобы моё ребёнок был счастливым. Карин в это время бегала со сверстниками по парку. Хайнц наблюдал за дочерью со стороны и улыбался. Она значила для него очень много и оскорблений в её сторону он терпеть не станет. Ханц готов был сейчас же ехать на разговор с родителями Сири. Но помогло ли это ему. — Если честно я не имею понятия что мне делать. Возможно, я и правда бессилен… — Не говори так! Ты обязательно что-нибудь придумаешь, я в тебя верю. Хайнц кивнул и снова поднял глаза на дочь. Она улыбалась и это заставляло расслабиться хоть немного. Сири видела это, что заставляло и её улыбнуться. Она многое потеряла. Отказавшись от них. Ханйц приобнял женщину за плечи. — Ощущаю себя частью семьи… — Так ты и есть часть семьи. Ты ведь её мама… Сири улыбнулась. Её это радовало. Она сыграла важную роль в строении этой семьи. Родила самую важную её часть. Смысл жизни для мужчины. Иногда Фляйшер погружался в свои мысли, но это не мешало ему находится рядом с ними. Карин подбежала к отцу и обняла его за ногу. — Ты чего, солнце? — Холодно… — Домой? — Угу… Мужчина взял дочку на руки и понёс в сторону дома. Сири удивилась, что мужчина так разбаловал дочь. Хотя, не зря же он говорил, что воспитал принцессу. По возвращению домой Карин убежала к себе в комнату. Хайнц удостоверившись что дочь уснула вернулся к женщине. — Ты решишь этот вопрос? — Конечно. Я воспитывал не рабу. И терпеть такое отношение к своему ребёнку я не стану. Сири удивилась, но всё же понимающе кивнула. Она всегда знала именно такого Хайнца и другим себе его не представляла. Вот только не думала, что он так избалует Карин. Завтра Фьеллвик должна будет уехать, чтобы не вызывать подозрений. Дальше Фляйшер разберётся сам.

***

С момента разборок прошло несколько недель. Карин продолжила жить и учиться в Германии. Хайнц смог отстоять интересны своей дочери. Девочка была счастлива. Ведь её жизнь была именно такой как в мечтах. И последняя надежда на счастливую жизнь загорелась яркой звездой.