Bahama Mama 3: Любовь на Багамах

      — Тэ! Чухоблох! — Юнги с силой барабанил в дверь бунгало Чонов. — Ну где вы?! Омега озадаченно посмотрел на запертую дверь, которую ему не открывали уже в течение десяти минут.       — Спят ещё, что ли? — пробурчал Юнги, сбегая с крыльца. Он обошёл дом и начал стучаться в окно спальни. Шторы были плотно задёрнуты. Киму ничего не было видно.       — Что-то это мне не нравится, — пробурчал Юнги. — Надо звать Джуна. Но вдруг штора резко отодвинулась, и взору омеги явился полуголый Чонгук. Альфа с шумом распахнул окно.       — Тигра, что ты шастаешь под окнами? Если не открываем, то, значит, заняты, — недовольно пробубнил Гук. Юнги скептически осмотрел багровые засосы на шее альфы.       — Так! — омега упёр руки в бока. — Заканчивайте делать чухоблошек! Нас Хоби в отеле ждёт.       — А почему не позвонил? — удивился Чонгук.       — Так вы же трубки не берёте! — возмутился Юнги.       — И тебя послали нас позвать? — альфа подозрительно сузил глаза.       — Нет. Я сам вызвался. Тэхён! — завопил Мин. — Надевай трусишки! Нам сегодня ещё свидание Мунхи устраивать!       — Плакал наш семейный ужин, — вздохнул Чонгук. — Тигра, перестань орать, как потерпевший. Рядом с Гуком показался взъерошенный Тэхён. Омега также был полуобнажён и весь в отметинах Чонгука.       — А Манхи в курсе, что ты ему свидание собрался устраивать? — поинтересовался Тэ, обнимая мужа за талию.       — Это сюрприз, — отмахнулся Юнги. — Красавчики, вы вообще в трусах? Или в чём папа родил со мной разговариваете? Я грешным делом подумал, что вы ласты склеили на фоне стресса. А вы шпилитесь целый день. Уже, между прочим, почти три часа дня.       — От тебя нет покоя ни днём, ни ночью, — буркнул Чон, нюхая шею супруга. — Юнги, пожалуйста, роди ещё одного ребёнка и займись полезным делом. Альфа нежно коснулся губами обнажённого плеча Тэхёна, вызвав у него улыбку. Рука омеги соскользнула с талии мужа и погладила ягодицы. Гук непроизвольно утробно зарычал, принимая ласку.       — Святые ёжики! — воскликнул Юнги. — Вы при мне ещё начните чунгунят делать! Чухоблох! Я не хочу видеть твою голую задницу! Хотя посмотреть на розового единорога — перспектива заманчивая. Тэ и Гук рассмеялись. Чонгук отстранился от мужа и с вызовом глянул на Юнги.       — Могу показать прямо сейчас.       — Я тебе покажу! — Тэ ткнул кулаком в бок альфу. — Это только для моих глаз. А ты, Юн, забудь, что эта татуировка вообще существует!       — Чухоблох, а Тэхёни тебя ко мне ревнует, — довольно заявил Юнги. — Прикинь.       — Ты уйдёшь наконец? — закатил глаза Тэ.       — Ладно. Не ревнуй. Гук для меня как брат. Быстро доделывайте чухоблошку и в отель. Вас там все ждут.       — Котёнок! — послышался голос Намджуна. — Ты куда пропал?!       — Всё. Мне пора. Меня спохватились. Юнги быстро засеменил на зов мужа.       — Мунхи вечером ожидает большой сюрприз, — задумчиво протянул Гук, глядя на удаляющегося Юнги. — Тьфу! Теперь и я его так называю.       — Я откажусь помогать Юнги, — тихо произнёс Тэ. — Мы хотели поужинать с детьми. Я не собираюсь воплощать его безумные идеи в жизнь. Манхи не просил об организации свидания.       — Мне кажется, что этот альфа и сам замечательно справится, — Гук провёл носом по щеке Тэхёна. — Продолжим?       — Я только за, — ответил омега, увлекая мужа в поцелуй. Пара начала упоённо целоваться, позабыв обо всём на свете. Раскидистые пальмы бесстыже подглядывали за пылкими влюблёнными.       — Могу взять тебя прямо на этом подоконнике, — прошептал альфа на ухо любимому.       — Не стоит, — улыбнулся Тэхён. — Не ровен час, Юнги, как чёртик из табакерки, выпрыгнет из кустов.       — Но он же ушёл, — возразил альфа. — Здесь нет никого.       — Не факт, — мудро заметил Тэ. — Сидеть в засаде в кустах — любимое дело Тигры. Пойдём в постель. Там нам точно никто не помешает. ********** Хосок с Джином расположились в уютных креслах на балконе своих апартаментов. Омега пил лёгкое вино и задумчиво смотрел туда, где горизонт сливался с океаном. Нежно-голубое небо и тёмно-синяя вода. Казалось, что этому нет ни конца, ни края. Снизу слышались голоса отдыхающих курорта. Иногда раздавались крики птиц. В целом было тихо и спокойно.       — Хоби, — Джин посмотрел на супруга, — скажи мне честно, всё действительно закончилось?       — Да, Жемчужина, — Хосок, наклонившись к омеге, взял его за руку. — Этот подлец уже в тюрьме. Полицейские его увезли ночью. Сегодня Тэ и Гук напишут заявления и дадут показания. Затем его депортируют в Южную Корею.       — Ты его посадишь навсегда?       — Я очень постараюсь, — пообещал Хоби. — Джинни, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы Тэмин не вышел из тюрьмы.       — Ты можешь его убить? — вдруг заявил Сокджин.       — Жемчужина? — опешил альфа. — Что ты такое говоришь?       — Ты меня слышал, — глаза Джина мстительно сузились. — Эта тварь дважды покушалась на моего брата. У него ничего нет святого. А если он вновь выберется на свободу и доведёт начатое до конца? Что мы тогда все будем делать?       — Джин, я не могу этого сделать. Я порядочный и законопослушный человек. Я понимаю твои чувства. Но…       — А если его пристрелят при побеге? Как бешеную псину. Сокджин выдернул руку, вставая. Он подошёл к парапету и посмотрел вниз. Омега всё понимал. И знал, что его муж никогда так не поступит. Но Джин был в ярости. Тревога за жизнь брата переросла в гнев.       — Хоби, он посмел покуситься на нашу семью, — процедил сквозь зубы омега. — Его нужно наказать. Джин с силой ударил кулаком по балконному ограждению.       — Жемчужина, — мягко сказал Хосок, прекрасно понимая, что сейчас творится на душе у супруга, — перестань калечить себя. Не хватало ещё, чтобы ты поранил свои прелестные ручки. Я его накажу. Клянусь. Иди ко мне. Сокджин глубоко вздохнул, пытаясь подавить в себе жажду мести.       — Ну же. Иди сюда и расскажи мне, что сотворили родители с моей лодочкой? Хосок похлопал себя по коленке, приглашая мужа присесть. Джин отмёл все неприятные мысли и выполнил просьбу супруга. В конце концов, он просто омега. Хотя придушить Тэмина собственными руками было большим соблазном. И Хоби всегда держит свои обещания. Сказал, значит, накажет.       — Каюк твоей лодочке, — оповестил Джин альфу. — Это больше не яхта.       — В смысле?! — спросил Хоби, чувствуя, как его сердце замирает.       — Это плавучий Диснейленд. Там и горки всех размеров, и мини-карусели, и даже песочницы. Микки Маусов только не хватает. Но, сдаётся мне, скоро они там появятся.       — Чего? — глаза альфы полезли на лоб.       — Того! Родители детям устроили из твоей яхты парк развлечений с шариками, сахарной ватой и тому подобным.       — Боже, — простонал Хосок. — За что? Что я им такого сделал? На курорте полно зон отдыха для детей.       — Хоби, не ной. Купишь себе ещё одну яхту, — пожал плечами Джин, обнимая мужа за плечи. — Чего ты так распереживался?       — Но я эту люблю, — проскулил альфа. — Всей душой. Я же ей твоё имя дал.       — Хосок, — Сокджин удивлённо уставился на супруга, — ты чего?       — Я верный. Я не могу купить другую, — продолжал стенания альфа. — Моя лодочка. Мы же к пингвинам на ней собирались плыть.       — Всё понятно. Мозг окончательно покинул моего мужа, — сделал вывод Сокджин. — Недолго ты боролся с воздействием Багам. Одни сутки. Прямо рекорд.       — Джинни, а пойдём в бар Намджуна. Я Багама Маму хочу. И в гамаке поваляться.       — Так все же сейчас соберутся в отеле на семейный совет, — возразил Джин.       — Ты прав, — согласился Хосок, сделав серьёзное выражение лица. — Поборюсь с воздействием ещё пару часиков. Но не больше. Я устал за этот год. Мне нужно выпустить пар и отпустить на волю внутреннего ребёнка.       — Опять начнёшь зазывать крабов собирать? — прищурился омега.       — Жемчужина, мы столько лет женаты, а ты ни разу не согласился, — притворно надулся Хосок.       — Ладно, — Джин потрепал по волосам Хоби. — Пойду я с тобой собирать этих с шестью лапками и странными глазками.       — Ты помнишь, — губы альфы расплылись в счастливой улыбке. — Столько времени прошло, а ты всё помнишь.       — Конечно, помню, мой любимый дурачок. Я же тебя из-за этих идиотских подкатов и полюбил. Джин поцеловал губы мужа, чувствуя, как злоба и ненависть отступают на задний план. Он со своей семьёй. Тэхён не пострадал. А значит, всё будет хорошо.       — Жемчужина, ты как хочешь, — пробормотал Хосок, — но дети ночуют сегодня с родителями. Я больше не могу терпеть. Руки альфы заползли под майку Сокджина и начали медленно поглаживать мягкую кожу. Джин блаженно закрыл глаза и издал звук, похожий на мурчанье довольного кота. Сидя на коленях у альфы, он почувствовал, как член супруга начал подниматься, приходя в боевую готовность. Рука омеги накрыла орган мужа и легонько сжала. Тихонько зарычав, Хосок впился в губы Джина страстным поцелуем. В этот момент раздался громкий стук, и дверь сразу же распахнулась. В номер ворвался Мануэль.       — Прошу прощения, ребята! — выкрикнул он. — Но мне нужно у вас спрятаться.       — Папу твоего за ногу, — разочарованно пробормотал Хосок.       — Ночью наверстаем, — тихо пообещал Джин, вставая с колен мужа. — Здравствуй, Мани. Что случилось?       — Персик! — послышался зычный голос Ричарда. — Где ты, зараза?!       — Спрячьте меня от деспота, — прошептал француз, выпучив глаза.       — Да что произошло?       — Вот ты где! — в номер вошёл Янг.       — Ричард, — заканючил Мануэль, — я же чуть-чуть.       — Хосок, — Янг гневно зыркнул на мужа, — скажи мне: твой супруг пил, когда был беременный?       — Нет, — усмехнулся Хоби, понимая, в чём дело. Очаровательному французу всё же удалось выпить вожделенной водки. И Янг сейчас злился не на него, а больше на себя, потому что не доглядел. У омег в этот период срывает крышу. Вся ответственность за жизнь и здоровье Мануэля и их малыша теперь легла на плечи Ричарда. Хосок прекрасно помнил все выкрутасы беременного Сокджина.       — Ну вот! Мани, никто не пьёт при беременности! Никто!       — Я капельку. Маленький глоточек, — всхлипнул француз. — Граммулечку.       — Джин не пил, — продолжил Чон. — Но бананы хоронил. Заставлял брить киви и переклеивать обои в детской каждый день. Нюхал мокрую чужую собаку на улице. Укусил врача при осмотре. Когда был беременный Уёном, увольнял нашего домработника утром и вечером, как по расписанию. Затем сам же его нанимал обратно. Довёл до нервного тика своего партнёра телефонными звонками и внезапными приездами на свадьбы. Приволок в дом бродячую кошку, у которой блох было больше, чем шерсти. Я ничего не забыл, дорогой?       — Нет, — улыбнулся Сокджин. — Всё именно так и было.       — Ричард, присядь, — Хоби указал на небольшой диванчик. — Жемчужина, прогуляйся с Мануэлем и успокой его, пожалуйста.       — Хорошо, милый, — согласился Джин. — Мани, пойдём к детям и родителям. У них весело. Ласково разговаривая с Мануэлем, Джин его увёл из номера. Хосок подождал, когда дверь за омегами закроется, и обратился к Янгу.       — Послушай, Ричард. Мани сейчас очень уязвим. А ты своими запретами заставляешь его бегать от тебя по всему отелю.       — Но ты же сам слышал! — возмутился Янг. — Он пил водку! Ему же категорически нельзя! Получается, он о ребёнке совсем не думает!       — Это ты так считаешь, — хмыкнул Хоби, присаживаясь рядом с англичанином. — Я больше чем уверен, что он себя сейчас ругает. Но ведь Мани же не стакан водки жахнул. Я так понял, что он просто пригубил. Ричард, пойми, беременные омеги — это отдельная каста. У них гормоны зашкаливают. Их тело перестраивается для вынашивания и рождения малыша. На мгновение задумайся, насколько это тяжело как морально, так и физически. Мы, альфы, должны их поддерживать и максимально заботиться. Как говорит мой отец: забеременел твой омега, забеременел и ты. Ты просто обязан во всём поддерживать своего мужа.       — Даже если он хочет водки? — округлил глаза Янг. — Но ты понимаешь, я не могу ему позволить пить её. Это принесёт огромный вред. И ему, и малышу.       — Вы уже были у врача?       — Только у того, который здесь. В отеле.       — Это не специалист по беременным омегам, — вздохнул Хоби. — Нужен профессиональный омежий доктор. Вам просто необходимо в нормальную клинику. Думаю, там всё тебе и Мани объяснят, что и как происходит. И откуда такое необычное желание. На ранних сроках обязательно нужно наблюдение. Впрочем, как и на протяжении всей беременности. Спроси у Джуна, к какому врачу ходил Юнги.       — Хоби, как ты выдержал две беременности мужа? Мой только забеременел, а я уже с ума схожу.       — Терпение, Ричард, — добродушно заметил Хосок. — И безграничная любовь. Только это не дало мне придушить Сокджина, когда он разукрасил мой джип яркими ягодами земляники.       — То есть как разукрасил?       — Взял баллончики с краской и нарисовал землянику на капоте. Мотивировав тем, что это нужно для того, чтобы я помнил о нём всегда.       — А ты что?       — А я ездил по городу в земляничном бронированном джипе, — улыбнулся Чон. — Я не мог его расстраивать. Мы один раз чуть не потеряли Раона. И после этого любой каприз Джина выполнялся. Любой безумный поступок прощался. Ричард, дай бог тебе не узнать чувство безысходности, когда твой муж и ребёнок борются за свои жизни, а ты ничего сделать не можешь. Так что яйца в кулак и вперёд. Мануэль сейчас раним, как никогда. Ты ему нужен. Заботливый, рассудительный и всепрощающий.       — Сразу видно, опытный человек, — хмыкнул Янг.       — Это сейчас я опытный, — заметил Хоби. — А раньше тоже не знал, что делать. Всему меня научил отец. Он давал мне точно такие же советы.       — Хорошо, когда отец рядом, — довольно печально проговорил Ричард. — Да и в моей семье совсем другое отношение к омегам.       — Я знаю. Но ведь ты другой. И очень любишь супруга. Не переживай. Как только родится ребёнок, твой Мануэль вновь станет спокойным. Таким же, каким был. Всё придёт в норму.       — До этого дожить ещё надо. Ох уж эти омеги. В дверь постучали.       — Войдите! — крикнул Хосок. — Открыто!       — Привет, мужики, — поздоровался входящий Чонгук. — Мы с Тэ встретили Джина с Мануэлем. Они мне сказали, что вы оба здесь. Это хорошо. Я хотел с вами поговорить без свидетелей.       — А где Тэхён? — полюбопытствовал Хосок.       — Пошёл с вашими мужьями к детям. Чонгук прошёл в номер. Он нервно закусил губу. Руки были сжаты в кулаки. То, о чём сейчас хотел попросить Гук у Ричарда — очень серьёзный шаг. И его нужно сделать. Его семья превыше совести Чон Чонгука.       — О чём ты хотел поговорить? — спросил Янг. — Если я правильно понял, то речь сейчас пойдёт о Тэмине?       — Да. Ты можешь сделать так, чтобы Тэмин никогда не вышел из тюрьмы? Хосок и Ричард переглянулись.       — Позволь тогда задать вопрос, — начал было Янг.       — Живым, — жёстко перебил его Чонгук. — Чтобы он никогда не вышел из тюрьмы живым. Продолжение следует…