Bahama Mama 3: Любовь на Багамах

      — Ты где был? — грозно спросил голый Намджун, развалившись на постели. — Я только на несколько минут в душ сходил, а тебя и след простыл.       — Ёжиков отнёс к Чимину, — ответил Юнги, раздеваясь на ходу. — Их кормить надо, а нам будет не до этого ещё трое суток. Ты меня ждёшь?       — Глупый вопрос, Котёнок, — усмехнулся альфа, закидывая руки за голову. Джуну нравилось смотреть, как муж постепенно обнажается. Вот показалась алебастровая кожа с его отметинами. Оголились стройные ноги и упругий зад. Столько лет уже прошло, а для Намджуна существовал только Юнги. Сумасбродный, шебутной, с шилом в одном месте и такой любимый. Бесконечно любимый. Идеальный для Джуна. У альфы никогда даже мысли не возникало, чтобы посмотреть на кого-то ещё как на потенциального любовника. Хотя другие омеги постоянно делали попытки завлечь в свои сети красивого и обеспеченного альфу. Тот факт, что Намджун был женат, мало их волновал. Но альфа никогда не обращал внимания на эти заигрывания, на кокетливое хлопанье глазками и многообещающие улыбки. Они ему были не нужны. Он уже однажды сделал выбор и ни разу об этом не пожалел, несмотря на характер драгоценного супруга. Гон только начинал набирать обороты, и альфа ещё мог себя сдерживать, чтобы не наброситься на Юнги в ту же секунду. Они уже занимались любовью, но Джуну этого было катастрофически мало. Он хотел ещё. И желательно прямо сейчас. Член альфы дёрнулся, когда Юнги, проходя мимо комода, захватил позолоченную корону и водрузил её себе на голову.       — Император Багам прибыл! — громко оповестил он. — На колени, мои подданные!       — Бля, — простонал Джун. — Котёнок, это у меня гон. И на коленях должен стоять ты.       — Да?! — округлил глаза Юнги. — Мой альфа хочет быть сегодня королём?       — Именно, — произнёс Намджун. Тембр голоса альфы стал ещё ниже, чем обычно. От этого у омеги поползли мурашки по коже. Он обожал такой голос мужа. Властный, немного грубый, обещающий за неподчинение наказание. Омега заполз на постель. В глазах Джуна сверкало неприкрытое желание. На крупной бордовой головке члена блестела капля прозрачного секрета. Он изнывал от жажды прикосновений рук мужа.       — Хочешь меня, мой король? — прошептал омега, облизав губы.       — Очень, — прохрипел Джун. Юнги снял корону и надел её на голову мужа.       — Вот теперь роли распределены правильно, — промурлыкал он, целуя шею альфы. — Ты так вкусно пахнешь. Густой запах кофе Намджуна заполнил каждую щель в их спальне. У Юнги сносило крышу от этого аромата, пропитанного насквозь феромонами. Метка, стоящая на шее омеги, позволяла ему ощущать только запах мужа. Запахи других альф ему стали недоступны, как только Джун поставил свой знак принадлежности. Намджун поправил съехавшую корону и облапал ягодицы Юнги, тихонько зарычав.       — Лежи и не двигайся, ваше величество, — пробормотал омега, убирая руки супруга.       — Ты даже без короны мне приказываешь, Котёнок, — усмехнулся альфа, но приказ выполнил. Нежные поцелуи мужа заставили его закрыть глаза от удовольствия. Мягкие губы путешествовали по телу, не пропуская ни миллиметра. Юнги старательно выцеловывал живот альфы, каждую мышцу рельефного пресса, издавая звуки, похожие на мурчание кота. Омега пользовался возможностью, пока она была. Он прекрасно знал, что когда гон супруга достигнет своего пика, то им будет не до оральных ласк. Джун будет его брать на всех поверхностях их дома. Дико, жёстко, по-животному страстно. Губы коснулись головки члена, заставив Намджуна застонать в голос. Шаловливый язык, дразня, пробежался по бугристому от вен стволу. У альфы перехватило дыхание. Он открыл глаза и принялся наблюдать за процессом. Юнги со знанием дела ласкал член супруга. Он слышал, как тихо стонал Джун. Видел краем глаза, как супруг сжимал руками простыню. Только бы не дать себе волю и не прижать голову омеги к паху, глубоко входя в рот, почти до самой глотки. Для Джуна это было сладкой пыткой. Гон заставлял его хотеть большего. Но альфа не мог причинить боль мужу. Его Котёнок не должен задыхаться от члена во рту.       — Котёнок, — позвал Джун, останавливая омегу, — я тебя хочу, мой нежный. Юнги послушно подчинился. Он вытер губы и сел на альфу верхом. Джун потянул на себя супруга и припал к любимым губам, сминая их в поцелуе. Ягодицы Юнги проехались по внушительному стояку альфы. Помогая себе рукой, омега насадился на член, вызвав у Джуна первобытный рык. Ладони Намджуна обхватили бёдра супруга, и альфа сделал глубокий первый толчок. Юнги вытянулся, принимая мужа глубже, и несдержанно застонал.       — Тебе хорошо? — последовал вопрос.       — Да, — прохрипел Юнги, чувствуя, как член внутри начал двигаться быстрее.       — Громче! — приказал Джун, делая глубокие толчки.       — Да, мой король! — повторил омега, закатив глаза в экстазе. Альфа брал омегу, любуясь лицом и телом мужа. Их интимный танец продолжался, ускоряясь в темпе. Джун сейчас делал всё так, как нужно было Юнги. Глубоко, сильно, необузданно. Феромоны Намджуна делали своё дело, затуманивая разум Юнги. Омеге хотелось подчиняться любому приказу Намджуна, признавая своего альфу, своего хозяина. Оргазм наступил неожиданно, накрыв переливающейся пеленой. Юнги обессиленно рухнул на грудь супруга. Джун глухо зарычал и кончил внутри мужа, крепко прижав его к себе. Омега периодически всем телом подрагивал в сильных объятиях. Намджун гладил по гладкой спине, покрытой испариной. И тихо шептал ему на ухо какие-то нежности, которые Юнги почти не слышал. Он сейчас был в другом измерении.       — А если это будет омега, то я совсем не расстроюсь, — Юнги наконец услышал бормотание мужа, приходя в себя. — И вообще, круто было бы трёх омежек иметь. Я люблю свои «цветочки». И если к ним добавится ещё один, то буду безмерно счастлив.       — Чего?! — встрепенулся бывший Мин. — Садовник, тебе корона голову сдавила?! Что ты несёшь?!       — Ну сам посуди, — продолжал как ни чём не бывало Джун, — мы же не знаем, кто у нас получится. Если родится омега, ты же его в детский дом не сдашь? Верно? Он будет наш маленький принц. У коронованных особ всегда рождаются принцы.       — Всё понятно, — пробубнил Юнги. — Отдай корону назад! Ты помешался на ребёнке. Тебе двоих омег мало? Омега потянулся за главным атрибутом их сексуальных игр, намереваясь забрать.       — Они скоро замуж выйдут, — ляпнул Джун, не давая снять с головы корону. — Не трогай!       — Джун! Мэю всего семь лет, а Юнхо — четыре! Какое, на фиг, скоро?!       — Такие большие, — с притворной грустью вздохнул альфа.       — Ты не собираешься из меня выходить? — прищурился Юнги, поняв, что корону ему у Джуна не забрать.       — Нет! Король изволит продолжить процесс продолжения рода! И ты будь добр подчиниться своему королю!       — Слушаюсь, ваше величество, — промурлыкал омега, вильнув бёдрами. ********** Манхи стоял у стойки регистратуры в ожидании Виктора. В руках у альфы был очаровательный небольшой букетик из красных бутонов роз. Манхи выяснил, что розы — любимые цветы омеги. Также он узнал о Викторе практически всё. Управляющий курортом и Хосок ему в этом посодействовали. Вообще, Манхи был ошарашен, когда увидел своего босса в гавайской рубашке и в широких мятых шортах. Он никогда не наблюдал Хосока в таком виде. С руки Чона исчезли дорогие часы. На шее появились какие-то непонятные кулоны, явно купленные у местных жителей. У Хоби даже манера речи изменилась. Манхи казалось, что перед ним совсем другой человек. И буквально пять минут назад Хосок потащил Джина в бар на пляже, громко рассуждая о том, сколько литров Багама Мамы он собирается выпить. Чон ещё что-то говорил мужу о каких-то крабах, но Манхи так и не понял, о чём речь.       — Привет, Манхи, — раздался тихий голос Виктора рядом. Ноздри альфы тут же уловили сладкий запах винограда. Аромат омеги приятно защекотал нос, вызвав у альфы улыбку.       — Привет, Виктор. Манхи посмотрел на омегу и замер. Виктор выглядел сногсшибательно. Строгий костюм администратора сменился на изысканный белоснежный наряд из хлопка. Волнистые волосы были слегка растрёпаны. В ушах блестели скромные серьги в виде ромашек. На красивом лице было минимум макияжа, но это делало омегу ещё привлекательнее.       — Манхи?       — Ой, прости, — пробормотал альфа, отрывая взгляд от личика Виктора. — Это тебе. Он протянул букетик омеге. И ещё раз глубоко вдохнул запах винограда. «Как же он пахнет, — подумал Манхи. — Это просто невероятно». Даже запах Тэхёна никогда не оказывал на альфу такого воздействия. Сейчас Манхи до безумия хотелось обнять Виктора и вдыхать этот потрясающий запах. Водить носом по этой хрупкой шее. Он чувствовал себя наркоманом, которому срочно требовалась доза. А ещё ему вдруг захотелось укусить Виктора. Метку поставить. Вот прямо здесь и сейчас. На виду у всех. «Чёрт! Что со мной такое?! — пронеслось в голове альфы. — Я как пещерный человек. Я раньше никому и никогда не хотел метку организовать. Даже во время гона. А тут на тебе пожалуйста. Не ровен час, и я буду стихи Тигры ему за ужином декламировать. И про детей, и про кольцо».       — Спасибо, — застенчиво произнёс омега. — Они очень красивые.       — Пойдём ужинать? — спросил Манхи, прогоняя от себя непрошенное желание.       — Да. Они отправились в ресторан. По пути Манхи замечал восхищённые взгляды альф, которые откровенно пялились на омегу. Манхи начал испытывать что-то очень похожее на ревность. Захотелось по-собственнически обнять за талию Виктора, показывая всем окружающим самцам, с кем он. «Что-то подсказывает мне, что я ему и про сень пальм затру, и про синее море, — мысленно сказал альфа и поставил диагноз: — У меня начал отказывать мозг. Интересно, это лечится? Тигра, ну и зачем ты мне этот стих рассказал?» ********* Чимин озадаченно шарил на просторах интернета в поисках информации, чем питаются ёжики.       — Что пишут? — поинтересовался Даниель, входя на кухню.       — Здесь говорится, что домашние ежи едят овощи и фрукты. Ещё им нужно давать сырое мясо.       — Мясо? — удивился Дани. — Какое? Он начал накрывать на стол. Чимин ещё не поужинал после работы. Юнги со своими питомцами обломал им секс, и теперь альфа рыскает в интернете, чтобы узнать, как правильно кормить и ухаживать за ежами.       — Любое. Говядину, телятину, индейку, курицу. И оно должно быть сырым.       — То есть нам в поисках червяков не нужно ползать по острову? — облегчённо выдохнул омега.       — Написано, что желательно давать насекомых. Это приближает их к дикой природе. — Чимин нахмурился и прочёл перечень: — Кузнечики, дождевые черви, тараканы, личинки майских жуков.       — А где мы возьмём личинки майских жуков? — ошалело спросил Даниель. — Может, просто их молоком напоим?       — А вот молоко им как раз таки нельзя. И сладости.       — Что ещё? Не хотелось бы отравить любимцев Юнги. Он нам потом мозг чайной ложкой съест.       — Так, — протянул альфа, внимательно читая статью. — Нельзя: ананасы, личи, авокадо, продукты с консервантами, изюм, лук, чеснок, полуфабрикаты, фастфуд, сухарики, чипсы, булочки. А также сухие корма для собак и кошек.       — Понятно, — Даниель открыл холодильник. — У нас есть дыня. Они едят дыню?       — Да, — подтвердил Чимин.       — Ну, значит, сегодня будут ужинать дыней. А завтра ещё что-нибудь придумаем. Милый, отложи телефон и принимайся за еду. Уже всё и так остыло. Альфа послушно положил мобильник и начал есть, в душе искренне пожелав, чтобы у Юнги вырос хвост. Даниель нарезал маленькими кусочками спелую ароматную дыню и отправился кормить временных постояльцев.       — Милый, — послышался голос омеги из спальни, — если мне не изменяет память, то ёжиков было двое?       — Да, — ответил Пак. — Две штуки. Я пересчитал.       — А теперь здесь только один.       — Что?! — альфа вскочил из-за стола и бросился в спальню.       — Как один?! — воскликнул он, вбегая в комнату. — А где второй?       — Не знаю, — пожал плечами Дани. — Смотри сам. В клетке спокойно сидел один зверёк, заинтересованно принюхиваясь к запаху дыни. Второго как корова языком слизала.              — Где он? — не веря своим глазам, протянул Чимин. — Клетка же закрыта. Ты её открывал?       — Нет. Я сразу же за тобой пошёл на кухню. Когда я уходил, их было двое.       — И кто пропал?       — Тот, который Пушистик. Этого зовут Пыхтя. У него на носу тёмное пятно.       — Как?       — Пыхтя, — повторил Даниель, оглядываясь вокруг.       — Ну и имечко. Хотя чему я удивляюсь? — покачал головой Чимин. — Если учитывать, кто его хозяин, то вполне себе нормальная кличка. Давай искать пропажу. Юнги сказал, что он меня съест, если эти колючки сбегут.       — Пушистик! — начал звать ежа Дани. — Он же не мог из дома убежать. Дверь закрыта была. Пушистик!       — Ежак, папу твоего за ногу! Выползай из укрытия! — Чимин опустился на колени и заглянул под кровать. — Морда колючая, ты где?       — Пушистик, у нас дыня есть, — начал заманивать вкусняшкой зверька Даниель. — Не вылезешь, Пыхтя всё один съест. Десять минут поиска беглеца по дому результатов не дали.       — Ну куда он здесь мог деться? — расстроенно произнёс Даниель, плюхаясь на диван в гостиной. — Ума не приложу.       — Ты в детской смотрел? — спросил Чимин, заглядывая в каждый укромный уголок комнаты.       — Ага, — омега засунул в рот кусочек дыни, которую сам же нарезал для ёжиков. — Нет его там.       — Нам кранты. Если мы его не найдём за три дня, нас Тигра уроет, — вздохнул Чимин.       — Чим! Смотри! — Дани подорвался с дивана и метнулся в коридор. — Вон он! По коридору, цокая коготками по полу, шустро бежал ёжик. Куда и зачем, знал только он один.       — Стоять! — завопил Пак, бросаясь за беглецом. — Стой, колючка с лапками! Альфа чуть не навернулся, пытаясь поймать зверька. Ёж ускорился, но был остановлен преградой в виде запертой входной двери.       — Попался! — прошипел альфа. — Засранец! Зверёк моментально превратился в клубок.       — Милый, тише. Дети спят, — Дани подошёл к Чимину, присевшему перед колючим клубком. — Осторожно, не поранься.       — В каком месте он Пушистик? — пробубнил альфа, поднимая ёжика. — Кактус самый настоящий. Предлагаю его посадить под арест.       — Так он же и так в клетке сидит, — Дани не понял, что имел в виду муж. — Какой арест?       — Да этот хитрюга знает, как оттуда сбежать. В баре есть старый домик Бонни. Ты Пушистика посторожи. А я принесу стеклянный дом. Из него он точно не убежит.       — Хорошо, — пробормотал Даниель с набитым ртом. В руках у омеги всё ещё была тарелочка с дыней, которую он уже наполовину опустошил.       — И прекрати трескать дыню. Лучше Пыфку покорми. Этот навряд ли сейчас есть станет, — Пак показал на испуганного ёжика. — Даже нос не видно.       — Пыхтя, — поправил Даниель супруга.       — Один хер, — буркнул Чимин. — Вместо того, чтобы спокойно отдохнуть после рабочего дня, я охоту на ежей устроил. Тигра, удружил ты нам, ничего не скажешь. Дани, придумай, что нам за это Юнги должен будет. Мне в голову только приходит: зарыть Гангсту на пляже в песок по голову на дня два, чтобы люди вокруг от его дружбы отдохнули. Продолжение следует…