Будущее без лица

Профессор Слагхорн гордо осматривал своих любимых учеников. Было третье сентября и он пригласил Клуб Слизней на первый ужин в этом семестре. За длинным обеденным столом сидело около двадцати студентов. Большинство из них - Слизеринцы. Всех соседей Тома по комнате пригласили с самого начала, когда они были всего лишь надменными первокурсниками с богатыми родителями и известной фамилией. Тому пришлось заслужить свое место, но это не заняло много времени. - Он, вероятно, оценивает ценность своей коллекции, - шепнул Эйвери, и в ответ получил хихиканье Розье. - Предполагаю, что нужно собирать людей, когда у тебя нет денег чтобы купить что-то стоящее, - ответил Малфой, сморщив нос, как всегда, когда речь заходит о бедных. Том, конечно, исключение. Но и Том тоже собирает людей. И люди ценнее любой смешной старинной вазы или семейного серебра, которым забито поместье Малфоев. Они называют себя его друзьями или одногруппникам по факультету, но для него они всего лишь крошечное проявление власти, маленькие отметки на стене его побед. Коллекция. Точка отсчета. Он понимает идею дружбы, важность близости, доверия и защиты людей вокруг. Даже для известных своим замкнутым характером Слизеринцев. Они всего лишь дети, большинство из них ужасно одинокие, родившиеся в старых чистокровных семьях, где рождение детей не связано с созданием счастливой семьи. Тому знакомо чувство, когда тебя не желают. Он уже давно это пережил в приюте, когда осознал, что ему никто не нужен. Когда он понял, что может делать вещи, на которые никто другой не способен. Он был богом среди ничтожных муравьев. Ему никто не был нужен; он был тем, в ком нуждались все остальные. Но другие дети вокруг него, могущественные наследники чистокровных, даже с собственной магией все еще хотят чувствовать себя частью чего-то. Они жаждут внимания, принятия, любви. Это дает Тому легкий способ проникнуть внутрь, небольшую уязвимость для использования, беззащитную точку в почти каждом из них. Он дает им то, чего им не хватает. Добрые слова и похвалы. Улыбки и дружеские прикосновения. Маленькие, ничтожные кусочки информации о себе. Общение. Взамен он получает все. Он знает, когда нужно попросить вежливо, как намекнуть ненавязчиво, где требовать. Он может заставить их делать почти что угодно для него. Они его боготворят. И это похоже на поклонение. Он думает о церкви возле приюта, куда детей заставляли ходить по воскресеньям, кланяться перед невидимым существом, посылая молитвы, на которые не получали ответов. Это его церковь, и он - Бог. И однажды он ответит на молитвы своих последователей. *** Вальпургиевые Рыцари - это неофициальный, очень закрытый социальный клуб, возглавляемый Томом. Это способ сохранить организованными своих верных последователей, свою коллекцию. Еще одна вещь, которую он подсмотрел у Слагхорна: этот человек может быть невыносимым, но он отличный слизеринец. Рыцари собираются несколько раз в неделю в старой заброшенной учебной аудитории, расположенной недалеко от общей комнаты Слизерина. Когда Том попросил разрешения использовать ее, Слагхорн, конечно же, с радостью согласился и даже предоставил им новую удобную мебель. Том расположился в большом черном кресле с лапами, на его лице обычная фальшивая улыбка, он участвовал в разговоре как можно меньше, не выглядя заинтересованным. Большинство членов клуба уже вернулись в общую гостиную. Его соседи по комнате, Эйвери, Розье, Малфой и Лестрейндж, сидят в похожих креслах вокруг него, говоря о своих бессмысленных проблемах подростков. - Ты видел сиськи Блэк? Они огромные. В этом году я с ней пересплю, даже если это будет последнее, что я сделаю, - вздохнул Розье, показывая жестами как он щупает несуществующую грудь. Глупо. - Это будет последнее, что ты сделаешь. Ее отец прикажет убить тебя, когда узнает, что кто-то недостойный сорвал ее цветок невинности до брака, - насмешливо заметил Малфой. - Недостойный! К черту тебя, Абраксас, - воскликнул Розье и пальнул в Малфоя жалящим заклятие. Малфой вскрикнул, отвечая, и тут же начался нелепый поединок посреди изящных кресел и стеклянных кофейных столов. Эйвери и Лестрейндж решили отойти от летающих проклятий, но Том остался в своем кресле. Он наблюдал за посредственной магией и думал, как им обоим удалось получить О на финальном экзамене по защите. Стандарты Хогвартса ужасны. Если бы он был учителем, все было бы иначе. Если бы он был в руководстве, все было бы намного лучше. Когда Флипендо, из всех прочих заклятий, пролетело над его головой, Том сдавил переносицу. Проклятие первокурсника. Это его ближний круг, будущие лидеры лучшего мира, который он однажды создаст. Он должен будет поставить своих самых верных последователей на вершину. - Ты закончил? - спросил он ровным голосом, глядя на блондина, чей арсенал для поединка, кажется, состоит из заклятий первокурсников и очень слабых щитов. Как только он открыл рот, все остановились. Розье проглотил последний слог заклинания и опустил волшебную палочку. Малфой повторил жест и сел так элегантно, как только мог, поправляя свою мантию. - Извини, Том, - сказал Малфой. Его голос прозвучал уверенно, но в глазах можно было заметить легкое беспокойство. Том перевел взгляд на другого нарушителя, и Розье быстро извинился, опуская глаза под взглядом Тома. Том наслаждался опьяняющим чувством уважения от своих последователей, своей действующей властью. В этой комнате его слово - закон. *** - Мы начнем заниматься поединками по четвергам, - объявил Том несколько дней спустя, намазывая масло на свои тосты за завтраком за столом Слизерина. - Но Рыцари собираются в четверг, - ответил Розье, с полным ртом сосисок. - Я в курсе, - сказал Том. - Мы начнем тренироваться в старой учебной аудитории во время наших встреч. Все еще сонные Слизеринцы не казались в восторге от дополнительных занятий, но к счастью, они держали рты на замке. Прошла неделя с начала семестра, и они уже изнемогали от ничтожного объема домашней работы. Они не понимали важных вещей в жизни, тратя все свое свободное время на сплетни, игры и обжимания с девушками, как примитивные пещерные люди. У них уже есть договорные будущие невесты, но они тратят все свое свободное время на охоту за новыми. У них есть амбиции, но они скрыты за детскими потребностями. У них всех есть свои способности, магическая и политическая сила, но они слишком рассеяны, чтобы раскрыть свой полный потенциал. Тому нужно показать им правильный путь к величию. Большинство Слизеринцев знакомы с темными искусствами. Это традиционная часть чистокровной культуры. Это старая, могущественная магия, которая когда-то была только одной из ветвей. Они знают заклинания, знают цену, но избегают их использовать, втихаря боясь последствий. Боясь быть принятыми за злодеев. Но Том верит, что магия не бывает ни доброй, ни злой. Есть только власть и те, кто слишком слаб, чтобы ее удержать. Он должен им показать, как это сделать. И, возможно, в дальнем углу их личной учебной комнаты, он сможет сваять из них могущественных генералов, которые однажды понадобятся его армии. *** Две недели спустя после начала семестра Том проснулся от кошмара. Кошмара о своем будущем. Кошмара, где у него нет лица. Это ужасно. Он знал, что это всего лишь сон, но тот казался настолько реальным, почти вещим, что преследовал его на протяжении всего дня. Раньше это было невозможно, но теперь Том чувствовал странную неуверенность во всем, что он делал. Том Реддл никогда до этого ни в чем не сомневался. Но сейчас он сомневался. У него такие грандиозные планы. Разве так все закончится? Безликая, бездушная оболочка человека. Он должен был быть Богом. Он не помнил деталей сна. Он помнит, что чувствовал себя слабым, запертым в своем хрупком, змеином теле. Он помнил неистовую одержимость, окутавшую его мысли. Он помнил пустоту, полый промежуток, где должна была быть его душа. Том уже разделил свою душу однажды, но это не изменило ничего. Он посмотрел на фамильное кольцо на своем пальце. Он планировал сделать это снова, но теперь он сомневается в своем решении. Он боится смерти больше всего, но может быть ценой бессмертия является уничтожение всего того, что делает его великим. Он пролил бутылку крови саламандры во время урока зельеварения. Она вылилась прямо на его штаны, и сваренное зелье впервые за всю жизнь Тома было испорчено. Он допустил, чтобы проявился его лондонский акцент во время ужина, который он успешно скрывал уже много лет, и получил озадаченный взгляд от Малфоя. Он назвал своих соседей по комнате по фамилии. Он всегда делал так в своей голове, но вслух важно обращаться к ним по их именам. Так делают друзья. Вся его тщательно выстроенная, идеальная личность трещала по швам, потому что он не мог сконцентрироваться. Он попросил Розье дать ему несколько флаконов сна-без-сновидений, и каждую ночь перед сном стал принимать порцию зелья. *** Тома вызвали в кабинет директора. Конечно, он знал пароль и использовал его, чтобы пройти мимо стража в виде горгульи, охраняющей вход. За столом директора сидел мальчик с черными волосами. Директор Диппет выглядел доброжелательно, когда поприветствовал Тома и показал ему рукой занять свободный стул рядом с уже занятым. Диппет представил мальчика, который выглядел примерно такого же возраста, как и Том, возможно, немного моложе. - Это Гарри. Его только что распределили на Слизерин. Мальчик, Гарри, повернул голову к Тому, но избегал прямого взгляда. Он кивнул с ничего не выражающим лицом, видимо, в знак приветствия. Это был очень поверхностный жест. Поскольку Тому, в отличие от этого щуплого и немногословного ребенка, присущи манеры, он протянул руку мальчику. - Привет, Гарри, меня зовут Том Реддл. Я староста Слизерина. Он мигом изобразил свою идеальную улыбку, но казалось, что она не сработала так, как обычно. Гарри колебался всего лишь мгновение и быстро протянул Тому руку для самого быстрого рукопожатия, какое Тому когда-либо доводилось получать. Диппет сказал, что мальчик будет учиться на том же курсе, что и Том, и Том предложил помощь в случае, если новому ученику что-то понадобится. Больше объяснений не последовало. Переведенные студенты были редкостью, но не чем-то неслыханным, и он предположил, что мальчик перевелся из другой школы. Том последовал за ним и повел к подземельям. Гарри молчал, не меняя выражения лица, и целеустремленно двигаясь вперед, стремясь добраться к месту назначения как можно быстрее. Похоже, он знал, куда они направляются. Возможно, мальчик пережил ужасную ситуацию, из-за которой он перевелся. Тому на это было все равно. *** Чемодан Гарри уже находился в комнате общежития, стоя перед вновь появившейся шестой кроватью в глубине комнаты. Мальчик подошёл к своей кровати, повернулся и едва взглянув на Тома, сказал: - Ты можешь идти. Он отсылал Тома. Обратился к нему, как к какому-то проклятому слуге. - Это моя комната, - ответил Том, стараясь сохранить улыбку, но это потребовало больше усилий, чем обычно. - Уверен, у тебя есть более важные дела. Том быстро проверил время с помощью заклинания "Tempus". Его вызвали во время занятий по Заклинаниям, которые закончатся через полчаса. Он решил, что нет смысла возвращаться, ведь он не узнает ничего нового в оставшееся время урока. - Я староста. Моя главная задача сейчас - убедиться, что у тебя есть все необходимое, - ответил он, намеренно используя свой обольстительный голос, с затаенным сарказмом, потому что Гарри его все еще раздражал. Гарри, копошащийся в своем чемодане, случайно ударился головой об опору кровати и покрылся румянцем. - Ч-что? - спросил он с заиканием. Ох. И вот, он случайно обнаружил самую легкоуязвимую слабость в любом человеке. У Тома есть привлекательная внешность и язык, способный сделать множество вещей. Этот юный парень, покрывшийся румянцем, будет его до конца недели, и он не мог дождаться, чтобы отослать его, как никчёмного слугу, коим он и является. Это будет слишком легко.