Love at first photo

— Бинни, тебе не душно? Может, выйдем на улицу? — Ханыль кладёт руку на плечо своего парня, чувствуя, как ей становится слишком жарко внутри. — Конечно, давай. Ребят, вы тут останетесь? — Со тут же поднимается, протягивая возлюбленной руку. — Думаю, да? — Хёнджин смотрит на Феликса, и тот кивает. — Будем ждать вас, — улыбается, радуясь, что сможет остаться с парнем наедине. — Интересно, конечно, как у нас все сегодня по парочкам разделились, — замечает блондин, опираясь на спинку дивана. Он чувствует себя максимально расслабленным, несмотря на громкую музыку и людей вокруг. Сейчас всё его внимание обращено к Хвану, сидящему совсем рядом. — Я тоже думал про это. Интересно, чем там Крис с Йени занимаются, — тихо хихикает, оборачиваясь, словно проверяет, не возвращаются ли они. — Да зажимаются где-то, говорят о своей любви любовной, как хён и хотел. Надеюсь, у них всё получится, — нежным голосом проговаривает, вспоминая, как лучший друг раз за разом рассказывал, что хочет сделать первый серьёзный шаг именно в клубе. — Эх, я даже им завидую, если честно. Главное, чтобы Чонин не тупил, — и скрещивает пальцы, будто молясь за друзей. — А чего завидуешь-то? Или тебе не нравится моя компания? — Ли явно успел перенять у брюнета пару драматичных фразочек для фальшивых обид, коими теперь пользуется. — Но мы ведь с тобой сейчас не зажимаемся, Ликс. А я обещал не приставать к тебе, вот и страдаю теперь, — усмехается, но взгляд отводит, будучи не уверенным, что его слова сейчас воспримут нормально. — Тут много красивых парней, у тебя большой выбор. Я не обижусь, если пойдёшь знакомиться с кем-то, — Феликс правда не расстроится, ну, разве что совсем немного. Он не знает, о чём или ком Хван может думать сейчас, но точно не хочет, чтобы с ним сидели лишь от скуки или жалости. — Ликси, ты иногда такой глупый… — Хёнджин говорит тише, прикрывая рукой лицо, а локоть ставит на стол. Младшему приходится наклониться ближе, чтобы слышать всё, что ему говорят. И когда на его лице появляется явное непонимание, Хван продолжает: — Ты говоришь так, будто я сюда пришёл подцепить кого-то, но это совсем не так. Есть лишь один парень, с которым мне хочется всей этой романтики, но я боюсь, что он не видит во мне этого же взаимно. — А ты говорил с ним об этом? — аккуратно спрашивает, пытаясь заглянуть старшему в глаза. Он не уверен, что правильно понимает его слова, но попытаться поговорить стоит. — Напрямую — нет. Но я надеюсь, что он увидит во мне ту поддержку и отдачу, которую я готов ему дать. Я давно не встречал таких, — Хёнджин начинает улетать куда-то в свои мысли, понимая, что и так переполняющие чувства усиливаются под влиянием алкоголя. Ещё совсем недавно он не был уверен, всё ли делает правильно. В прошлый раз Хвану было страшно признаться хоть в чём-то, но из-за самого себя, а теперь он снова боится уже потому, что не хочет услышать отказ. Феликс медленно привстаёт, облизывая губы, и Хёнджин поднимает голову, напрягается, думая, что тот сейчас просто убежит от него. Сердце на мгновение неприятно колит. Но Ли не уходит. Он кладёт руку на плечо старшего и усаживается на его бёдра, теперь более уверенно заглядывая в чужие глаза. Хван теряется всего на секунду, но всё же опускает руку на талию парня, придерживая его. Коктейли действительно помогли блондину раскрепоститься, и сейчас он думает, что сможет сказать больше, чем в любой другой ситуации. — Я чувствую себя глупо, но так хочу спросить у тебя кое-что, — Феликс наклоняется к его уху, заправляя за него немного растрёпанные волосы, а у Хёнджина совсем голову отключает, когда он слышит этот шёпот. — Спрашивай всё, что захочешь, — немного кивает, надеясь, что сейчас ему не сделают больно. Феликс мнётся с минуту, но глаз с парня не сводит. И с одной стороны ему правда хочется резко отрезветь, убежать и больше никогда не думать о том, кто засел в его голове. Хочется, чтобы всё было просто и безопасно, пускай и одиноко. Он боится, что что-то снова пойдёт не так, что его снова сломают и бросят. Блять, ему просто было очень страшно. С другой стороны, вот он, Хёнджин, который раз за разом успокаивает все его тревоги, и даже сейчас не торопит, лишь поглаживает через футболку и терпеливо смотрит, ждёт, пока ему хоть что-то скажут. И каждый раз, когда он видит старшего, хочется скорее пойти к нему навстречу, обнять, побыть рядом подольше. Хочется прижать к себе и не отпускать, чтобы больше не быть одному. Хёнджин кажется ему замечательным. В нём Ли находит все те идеальные качества, о которых раньше только мечтал. О нём заботятся, проявляют инициативу, интерес, уважают его чувства и мнение. С ним просто очень хорошо, хотя хорошо — это слишком мало, чтобы описать то, что чувствует Феликс. Но как же ему ужасно страшно, что всё снова пойдёт не так. Феликс делает глубокий вздох, понимая, что определённо пожалеет, если не задаст те пару вопросов, что крутятся в его голове. Он прикрывает глаза, пытаясь перебороть себя и успокоиться. Мягкие руки Хёнджина тоже помогают, как и его чуткий взгляд, который кажется ярче любой лампочки в этом клубе. — Тот парень, о которым ты говоришь… Я ведь его знаю, да? — ставит вопрос совсем по-глупому, но иначе не может, и так с трудом решаясь. Он чувствует себя максимально нестабильно, стараясь на ходу успокоить нарастающий внутренний конфликт. Хёнджин, ожидаемо, немного удивляется, а после усмехается. Облизывает губы, а руку с талии парня перемещает на бедро, поглаживая сквозь ткань джинс. — Очень хорошо знаешь. Я бы даже сказал, что всю жизнь, — отвечает и искренне, хоть и тихо смеётся, наблюдая за сосредоточенным Феликсом. Эти завуалированные слова завлекают, заставляя задуматься о ценности происходящего. — Я думаю, что вы с ним чувствуете одно и то же, если честно, — признаётся Ли, стараясь не уводить взгляд. Не смотреть на такого очаровательного Хёнджина, каким он является сейчас, кажется невозможным. Смотреть на него тоже неловко, но желание побеждает смущение раз за разом. Хван тихонько кивает, внимательно слушая, и ждёт дальнейших действий, или слов, или хоть чего-то ещё. — Ты сможешь подождать его ещё немного? Потому что… — Конечно, сколько угодно. Как только он будет уверен во мне и в самом себе, я сделаю его ещё счастливее, а пока что могу оставить всё, как есть. Я никогда не буду требовать чего-то или торопить в таких решениях. — Мне правда очень страшно, Хёнджин, я сам не понимаю, что со мной происходит… Я бы хотел сейчас ответить тебе нормально, потому что не хочу выглядеть глупым, это так стыдно, — Ликс прикусывает губу, запрокидывая голову наверх. Он прикрывает глаза, пытаясь отвлечься и хоть немного замедлить своё сердцебиение. — Ну же, перестань, Ликси. Всё в порядке, честно. Ты выглядишь чудесно, как и всегда. И я рад, что ты так честен со мной сейчас, правда, мне намного легче от этого. Не стыдись своих эмоций, пожалуйста, ты ведь сам просил меня показывать их. Я буду рядом, сколько бы времени тебе не понадобилось, потому что уже не захочу отпускать тебя. Сейчас я хочу только того, чтобы тебе было спокойной и комфортно, — Хёнджин распыляется на слова всё больше, вкладывая всю заботу и беспокойство в них. Когда-то ему не хватало сил или решительности на такое, но теперь всё по-другому. — Просто… Подожди ещё немного, пожалуйста, и я смогу успокоиться. Я очень хочу этого именно с тобой, — вроде тихо говорит, но брюнет всё равно слышит его отчётливо. Хёнджин притягивает лицо парня к себе и оставляет на его лбу мягкий поцелуй, слово убаюкивает. Ему без разницы, сколько придётся ждать, потому что та уверенность, которую он обрёл сейчас, уже никуда не денется, как и желание быть рядом с Феликсом. Прикоснуться хочется снова, но он не решается, не зная, как много ему позволено. Снова засматривается на младшего, аккуратно убирает волосы с его лица и улыбается то ли ему, то ли своим же мыслям. На душе стало намного спокойнее, а телу тепло как от этого разговора, так и от парня, который до сих пор прижимается к нему. — Я тоже хочу, очень. Я никуда не денусь и буду рядом, как сейчас, так и позже, обещаю. Просто будь открытым со мной и говори всё, о чём ты думаешь, — уже намного легче говорит Хван, уравнивая собственное дыхание. — Так нам обоим будет проще. — Я знаю, да. Я постараюсь, — уже более уверенно говорит, дыша глубже. — Спасибо, что понимаешь меня. Брюнет не отвечает, лишь сильнее обнимает юношу и укладывает его голову себе на плечо, продолжая крепко обнимать за талию. Феликс гладит чужие мягкие волосы и тоже обнимает сильнее, наконец чувствуя себя лучше. И всё благодаря Хёнджину. Старший действительно боится думать, откуда в юноше столько страха, ему больно даже представить, каким ужасным был его предыдущий опыт. Но он в который раз клянётся уже сам себе, что будет в сотню раз лучше, что сможет позаботиться и защитить, сможет обеспечить Феликсу то самое долгожданное чувства комфорта и дома, которое в нём уже нашёл сам Хёнджин. И теперь он ни за что не отпустит возможность подарить это чувство взаимно. Феликс пару раз порывается встать с колен старшего, но последний останавливает его, убеждая, что ему вовсе не тяжело, а очень даже приятно сидеть так. Так же его и не волнует, если кто-то увидит их вместе в таком положении: друзья не удивятся, а на мнение незнакомых людей Хвану давно плевать. И Ли слушается его точки зрения, расслабляется и лишь перебирает волосы парня, почти ничего не говоря. Хорошо, что вокруг всё ещё играет громкая музыка, иначе им было бы совсем неловко сейчас, когда каждый сказал то, что должен был хотел. Адреналин и эмоции потихоньку отпускают, и оба парня чувствуют себя намного лучше, чем пару часов назад, когда просто сидели рядом и болтали о мелочах. Теперь Хёнджин уверен в своём выборе и чужих чувствах, которым нужно лишь ещё немного времени. Теперь Феликс понимает, что может сказать то, что думает, и его выслушают и поймут, а после крепко обнимут. Ханыль возвращается к диванчикам спустя пару минут, пока Чанбин идёт сзади, держа её за руку. Девушка тут же замечает интимную сцену, прерывать которую она совсем не решается, и оборачивается к возлюбленному, останавливая его. — Может, возьмём ещё коктейль? Я пока не хочу возвращаться, — «и мешать им» думает, но не договаривает, понимая, что Со скорее всего не заметил так близко сидящих друг на друге друзей. — Ты уверена? — немного хмурится, не желая утром просыпаться от похмелья. — Ты уже многовато выпила, милая, не думаешь? — Тогда возьмём один на двоих, а машину заберёшь уже завтра — Вон подмигивает ему, уводя в сторону барной стойки. А Чанбин уже не может ей отказаться, и только качает головой, следуя за девушкой и надеясь, что его друзья в порядке. — Ты там в порядке, Чонин-а? — смотрит на чужую макушку Крис, понимая, что младший уже долго утыкается ему в шею, не поднимая глаз. Ян задирает голову и кивает. Он перемещает руки на шею Чана, окольцовывая её, отчего кажется, что они стоят теперь ещё ближе, но оба явно не против этого. — И где были все эти нежности раньше? Или мне просто нужно было тебя напоить? — Крис улыбается чужим прикосновениям, обнимая крепче. — Ты показал мне свою искренность действиями, и я делаю это же, — задумчиво отвечает, сам ещё до конца не понимая, что на него нашло и что он хочет и чувствует. Он точно хочет и дальше так стоять, прижимаясь друг к другу, пока ветер немного остужает его эмоции. И целоваться ему понравилось. И вся эта решительность и уверенность старшего — тоже. Стоп. Неужели об этом и говорил Хёнджин? Неужели это и есть то, что называют чувствами? — Йени, влюблённость — это когда тебе нравится буквально всё в человеке, и ты хочешь быть с ним как можно чаще. Когда ты думаешь о нём, пишешь, с нетерпением ждёшь встречи. Сначала может казаться, что вы просто друзья, но со временем ты всё больше понимаешь, что к друзьям такого желания и влечения не бывает, — вспоминает слова Хёнджина, сказанные несколько недель назад. И его словно дрожь пробивает, но не столько от страха, словно от осознания. Чонин ещё немного обдумывает это, прокручивая слава хёна в голове, пока наконец не поднимает глаза на коллегу. — Крис, у меня проблема, — почти решительно начинает он, не зная, как ещё назвать свои чувства, если не «проблемой». — Что такое? Ты в порядке? — немного напрягается, серьёзно смотря на младшего. — Да, просто… Мне кажется, что я в тебя влюбился, — тихо говорит, поджимая губы. — Только кажется? — по-доброму усмехается, прищурив глаза. Ему даже не верится, что Чонин сейчас говорит это. Не верится, что этот наивный и нежный взгляд посвящён ему одному. — Я не знаю, если честно. Мне никто никогда сильно не нравился, я уже упоминал это раньше, помнишь? Но с тобой всё как-то по-другому, я ещё не чувствовал такого прежде. Наверное, это и есть то, что называют влюблённостью, — рассуждает совсем чисто и открыто, зная, что не услышит негатива. — Так неуверенно мне ещё не признавались, — снова смеётся немного, поглаживая младше его по волосам, и с улыбкой смотрит на него. — А ты правда нравишься мне, Чонин, и мне точно не кажется. — Я… нравлюсь тебе? — удивлённо повторяет, словно не веря. — Очень нравишься, — кивает несколько раз, чувствуя, как с души уходит тяжесть. — Иначе я бы не целовал тебя сегодня, не навязывался бы так сильно своим вниманием и не добивался расположения. — После такого обычно встречаться начинают, да? Но я не знаю, не тороплюсь ли я с выводами, вдруг я потом пойму, что… Крис не даёт ему договорить, опять целуя. Он не напирает, ждёт, когда младший ответит на поцелуй, и тот делает это. Медленно, немного неловко, но прижимается к губам старшего, облизывая их немного. Отстраняется всего на секунду, даже не открывая глаза, и припадает снова, покрывая тёплыми прикосновениями. — Ты так хорошо целуешься, Крис, я даже не ожидал, — улыбается Ян, всё же разрывая поцелуй. — Я парень опытный, само собой. Но спасибо за комплимент, — посмеивается, думая, как сформулировать следующий вопрос. — Нравится целоваться со мной? Чонин стесняется ответить, немного отворачиваясь, но Криса это не останавливает. — Хочешь повторить? — и от этих слов Ян совсем голову теряет, потому что, блять, да, он хочет. — Хочу, — отвечает честно, облизывая припухшие губы. — А есть ли у тебя кто-то ещё, кого ты хотел бы целовать? Друзья, знакомые, — хочет уточнить, притягивая парня близко-близко, но губами не касаясь, ждёт ответа. Хочет для них обоих сейчас определить его чувства и уверен, что услышит то, на что надеется. — Нет, совсем нет. У меня давно не было никого, это с тобой я такой, ну, открытый и ласковый, — уверяет Чонин, совсем размякнув в чужих крепких руках. Он правда ощущает что-то странное в груди, когда сейчас находится совсем рядом с Крисом. И когда думает о нём или случайно видит на работе. Теперь он — синоним его улыбки и приподнятого настроения. От этого осознания сомнения начинают испаряться. — Крис, ты бы хотел попробовать встречаться со мной? — заглядывает в чужие, но такие близкие и приятные глаза, стараясь запомнить эти ощущения как можно лучше. — Я уверен, что так будет правильно. — А я думал, что сам тебе предложу… Какой ты шустрый, малыш, — хитро улыбаясь, проговаривает, а внутри чувствуя себя так, будто ему снова восемнадцать, а это его первая любовь. Чонин вызвал в нём то, что, казалось бы, давно уснуло где-то в глубине души. — Не называй меня так, пожалуйста… — прикрывает лицо руками, прячется от смущения. Старший снова смеётся, понимая, какую лёгкость испытывает рядом с Чонином. Он берёт его лицо в ладони и притягивает к себе, заставляя их холодные кончики носов соприкоснуться. — Скоро у тебя пропадут все сомнения в своих чувствах, ты не ошибёшься во мне. Мы оба откроем для себя что-то новое и станем лучше, я знаю это. Поэтому да, Ян Чонин, я хочу начать встречаться с тобой. — Когда ты говоришь такое, я уже начинаю жалеть, что признался тебе со словом «Кажется»… Не знаю, это атмосфера клуба так влияет на меня или именно ты, — говорит прямо в губы ему. — Тогда наберись смелости и будь готов признаться мне ещё раз, когда сможешь сделать это без сомнений, договорились? — Да, хён, — и после сразу же припадает к губам Криса, думая, что он ещё ни разу не хотел целовать кого-то так сильно, как сейчас. А у старшего тепло по телу разливается от такого обращения, и от сильнее притягивает юношу, начиная целовать развязней и уверенней.

***

Музыка в такси играет приглушённо и слышна, наверное, одному только водителю. Потому что Минхо слишком занят рассказом о том, как искал пару месяцев назад одного из своих котят по всей квартире, а тот оказался мирно спящим в грязной простыне, лежащей на балконе. Джисон слушает внимательно, полутрезвым сознанием цепляется за каждое слово и рассматривает поближе острые черты лица. Потом обращает внимание на чужую ладонь, расположившуюся на его бедре, и своей же рукой её накрывает, немного сжимая. Кусает губы, думая, как удачно он сегодня встретил Ли, готового провести ночь вместе. В голове присутствует мысль о том, что это может закончится чем-то неправильным, ведь Минхо — друг его знакомых, но сейчас ему слишком плевать на последствия. — Какой этаж? — спрашивает Хан, едва зайдя в лифт. — Третий. Не люблю высоту, если честно, этим и руководствовался, когда выбирал квартиру — немного устало улыбается программист, нащупывая в кармане ключи. — Тоже боишься? — ухмыляется, снова замечая схожести между ними. Получает кивок и думает, как самому Хану не повезло с его квартирой на девятом этаже. Минхо даже свет включить не успевает, когда слышит звонкие мяуканья и чувствует мягкую шерсть питомцев у своих ног. Улыбается, быстро разуваясь и берёт одного из них на руки. — Малыши, это Джисон. Джисон, это Дори, — головой кивает на своё дитя. — Мордой тычется к тебе Суни, самая ласковая, а вон там, — показывает на тумбочку, — Дуни, она на тебя похожа. — Почему это? — Она самая тихая и, можно сказать, отчужденная, не любит новых людей. Прямо как ты в клубе, — смеётся, опуская животное на пол. Джисон опускается на корточки, медленно тянет открытую ладонь котам, даёт понюхать и, подождав немного, начинает гладить. Парень улыбается, чешет беленький подбородок кошки и восхищённо глаза раскрывает, когда слышит тихое мурлыкание. Он поднимает взгляд на Ли, который стоит, оперевшись на стену и скрестив руки на груди. Улыбка старшего тоже яркая, а сам он мимикой похож на четвёртого кота в этой квартире. — Кажется, ты им понравился, так что можешь считать, что прошёл просвещение в гости моего дома, — усмехается, всё не спуская глаз с чужих рук, так нежно тискающих его котят. — Да у меня сегодня прямо джекпот какой-то, — посмеивается Хан, поднимаясь. — Я и тебе понравился, и котам твоим, даже интересно, кто будет дальше? — Я надеюсь, что сегодня тебе и моей компании хватит, — Минхо серьёзно выглядит как самый настоящий кот. Хитрый, довольный и тёплый. Он забирает у младшего джинсовку, вешает в шкаф и ведёт в комнату, на всякий случай пару раз говоря смотреть себе под ноги. Включает подсветку, не желая резать глаза яркими лампами, и впускает гостя. Котов оставляет за дверью, а после закрывает её, оборачиваясь на парня. — Ты думаешь, что они нам помешают? — Джисон губу прикусывает, смотря на чужие руки. — Не хочу, чтобы нас кто-то отвлекал, — просто отвечает Ли, приподнимая уголки губ. Он кладёт руку Хану на талию, подходя ближе, а младший первым целует его, немного сжимая чужие плечи. Поглаживает рукой мягкую кожу шеи, покусывая нижнюю губу, а Минхо времени не теряет, садится на кровать и Джисона на себя усаживает. Запускает руки под футболку, гуляя по тёплой коже, притягивает ближе, а поцелуями опускается ниже. Хан дышит отрывисто, глаза прикрывает, а ладонь запускает в фиолетовые волосы. — Можно? — Минхо подцепляет чужую футболку пальцами. — Нужно, — тут же слышится от Хана, после чего он избавляется от одежды. Младший снимает очки, оставляя их на тумбочке, и искренне радуется своей близорукости, когда чётко видит каждую мелкую деталь на лице Ли. Минхо целует его шею горячо, почти не прерывается, только талию сильнее сжимает и снова губами касается. Доходит до ключиц, прикусывая нежную кожу, и улыбается, когда слышит от парня, сидящего на нём, тихий, но несдержанный вздох. Хан глаза прикрывает, а потом тянет Хо к себе, вовлекает в новый поцелуй. — Актив или пассив? — заглядывает в глаза, оторвавшись от сладких губ. — Как мило с твоей стороны дать мне право выбора, Джисон-и, — улыбается, пока губы приятно покалывает. — Я сверху, — и сразу после меняет их местами, положив руку Хану под голову, укладывает на мягкую кровать, нависая над ним. Младший пальцами нетерпеливо теребит чужую футболку, пока она наконец не летит на пол. Закрывает глаза, когда чувствует горячие прикосновения губ и рук по всему телу, начиная с ушей и заканчивая низом живота, совсем рядом с ремнём, пока что удерживающим брюки. Минхо быстро расстёгивает его, облизывая губы, и глаз с Хана не спускает. Тот выглядит уже разгорячённым и желающим продолжения, когда Ли поднимается с кровати, ловя удивлённый взгляд, и тут же возвращается обратно, держа в руках упаковку презервативов (к слову, не ту, что Хван дал). Минхо действует нерасторопно, с удовольствием растягивая этот момент. Смотрит на краснеющие щёки Джисона, избавляясь от остальной одежды, и слушает его несдержанный голос. Младший становится громче, когда Ли медленно вводит пальцы. Он рукой нащупывает чужое оголённое плечо и ногтями впивается, опрокидывая голову на подушки. Минхо опускает голову ниже, кусает мягкие бёдра и оставляет на них характерные следы, сплошь покрасневшие. Хану нужно набраться терпения, ведь у него давно не было партнёров, но с Ли он словно голову теряет, желая отдаться полностью. Сам начинает насаживаться и двигать бёдрами, взгляд отводя, прикусывает костяшки пальцев. Минхо удивляется, но наслаждается этой податливостью, и теперь раскрывает новый презерватив, поглаживая тело Джисона в, как оказалось, самых чувствительных местах. — Порядок? — спрашивает Ли, когда входит наполовину, и увидев несколько положительных кивков, приближается к губам, снова целуя. Он движется медленно, даёт младшему привыкнуть, отвлекает укусами и прикосновениями. Хан поначалу сжимается немного, заставляя Минхо дышать сдавленно и мычать в его шею. Со временем привыкает и расслабляется, ногтями продолжая водить по спине старшего. — Продолжай, — смотрит в глаза напротив, так ярко выделяющиеся среди фиолетового освещения в комнате. — Быстрее, Минхо. — Как скажешь, — только ухмыляется сильнее, наблюдая за чужим раскрепощением. Минхо становится уверенней в движениях, дразнит, то ускоряясь, то почти останавливаясь, и слушает звонкий голос под собой, глаза от удовольствия закатывая. Наклоняется к соскам, играя с ними пальцами, а после прикусывает немного, и Хан совсем отключает сознание, просит ещё, и сам подаётся навстречу, оставляя на чужой спине десяток следов и маленьких царапин. Джисону хорошо. Чертовски. Минхо видит, слышит и чувствует это, а оттого сам испытывает блаженное удовольствие. Доводить такого сексуального парня своими же действиями становится усладой, которой конца видеть не хочется. Тело младшего ещё десяток раз покрывается новыми укусами, а после приятными мурашками. И его словно судорога пронзает, когда он понимает, что близок к завершению. Джисон стонет протяжно, отрывисто воздух хватает, чуть не прокусывая губу до крови, а Минхо совершает ещё несколько толчков, после изливаясь в презерватив. Оба слышат только тяжёлое дыхание — звук истинного удовольствия — и глаза на мгновение прикрывают, словно хотят остаться в этом состоянии ещё на немного. Ли устало ложится рядом с парнем, по щеке поглаживает и улыбается, когда его в нос целуют, а по шее пальцами проводят. — Ты царапаешься, как непослушный котёнок, ты знаешь это? — усмехается Минхо, головой качая. — А ты кусаешься постоянно, так что кто из нас ещё больше на кота похож? — тут же отвечает, взгляд опуская на собственное тело, всё ещё ощущая приятное покалывание. — Кота нужно приласкать, чтобы он не выпускал когти, дать привыкнуть к себе. — Думаю, ты меня уже приласкал, но царапаться я не перестану, — смеётся тихо, подушечками пальцев постукивая по плечу Хо. — Так же как и я показывать зубы, — и улыбается ярко, облизывая передние. Минхо отходит на минуту, приносит с собой салфетки и стакан воды, заботливо вытирает младшего и окно приоткрывает, чтобы проветрить. Ложится обратно, когда Джисон тянет руки к нему, и обнимает, утыкаясь носом в мягкие волосы. — Надеюсь, ты не отправишь меня сейчас вызывать такси и уезжать? — задумывается Хан, лицо хмуря немного. — За кого ты меня принимаешь? Останешься со мной, а утром я тебя ещё покормить успею, прежде чем отпускать, — тихо отвечает Ли, чужие волосы поглаживая. — Теперь — за джентельмена. Причём очень сексуального, — Джисон говорит, что в голову приходит, слишком разнеженный прикосновениями. — Значит, свиданию всё-таки быть? — придвигается ближе, подпирая щёку рукой. — Определённо да. — Но ты же говорил, что ни с кем не знакомишься? — Как и ты, Минхо. Пришлось сделать исключение, — и игриво подмигивает, голову возвращая на подушки. Спать хочется безумно, но спать — это закончить то, что происходит прямо сейчас, не так ли? А Джисон хочется остаться в этом моменте надолго. Очень надолго. Вдвоём.