Глупый пубертат

Странная влюбленность Ники в своего учителя началась в сентябре, когда их классу назначили нового классного руководителя. Молодой, красивый, амбициозный, только что вышедший из университета. Он сильно контрастировал на фоне престарелых преподавателей и стервозных разведенок, как называл их Ники. Сначала он делал вид, что ему все равно. Глупые одноклассницы как будто специально все перемены жужжали про этого Пак Сонхуна. Но вот Ники уже сам нашел его профили в социальных сетях. После школы смотрел, в каком направлении тот уезжает на своей машине. Идеально вызубривал материал к его урокам, ведь Ники нравится, когда его хвалят. Особенно, когда это делает Пак Сонхун. Особенно из-за его привычки называть всех «умницами» за правильные ответы. Нет, Ники все еще все равно на него. Ники крутой парень, которому, конечно же, нравятся девушки, просто он пока не нашел свою, и у которого снова встал член на новое селфи своего преподавателя, сделанное в зеркало учительской. – Да, бля-ять Ники развернулся на пятках. «На геометрии меня не будет» Костяшки пальцев побелели от силы, с которой тот сжимал телефон. Грязные мысли сами всплывали в голове, пубертат, наложившийся на возбуждение - смесь гремучая. Ники уверенными шагами ворвался в туалет. Это было с ним не в первый раз, поэтому он просто хотел решить проблему побыстрее. Сейчас зайдет, поставит телефон с фотографией на бачок унитаза, закусит губу, чтобы не издавать лишних звуков, изольется потоком грязных слов и мыслей, где будет умолять заставить его скулить. Сейчас он зайдет и… «СУ. КА. БЛЯТЬ. ЗА. ЧТО.» В туалете стоял Пак Сонхун и мыл руки, рассматривая свое отражение в зеркале. Такой идеальный. Рукава были закатаны, а верхняя пуговица рубашки была расстегнута. Учитель повернулся к нему. Ники сглотнул и встал как вкопанный. – Ники, почему ты не на уро?.. Буквально на секунду. Уже в следующую он поместил свои большие ладони на грудь Сонхуна и затолкнул его в кабинку туалета, быстро закрыв за собой дверь. «Блятьблятьблятьблятьблятьблятьблять» «А что дальше?» Не понимающий преподаватель смотрел на него, подняв брови и раскрыв глаза. А подросток стоял как испуганный олененок. Все тело было напряжено, глаза бегали, дыхание сбивалось. Он сейчас перепутал реальность с фантазиями. Это в его голове Сонхун готов выебать его в любую секунду, назвать хорошим мальчиком за громкие стоны, сжать бедро под партой во время собрания, почти у всех на виду, потому что знает, что Ники не сможет оставаться тихим. Но это реальность. Это страшная реальность, в которой Ники запер своего преподавателя с собой в кабинке туалета. В своей голове Ники никогда не был инициатором, он всегда был «грязным непослушным мальчиком, который был готов на все ради своего хена». Сонхун в растерянности смотрел на своего ученика. – Ники? Объясниться не хочешь? Молчит, ничего не говорит. Стыдно, до ужаса стыдно. Смелый и грязный он только наедине с собой и своими фантазиями. Но не с объектом фантазий. Хотелось исчезнуть, разорваться, перевестись в другую школу, переехать обратно в Японию. Сонхун внимательно изучал лицо Ники, надеясь прочитать его реакцию и скрытые мысли. Что же творится в голове у подростка, он же не намного его старше, лет на 5? Затем его взгляд зацепился за телефон школьника, который тот нещадно сжимал в руке. Там все так же красовалось новое селфи Сонхуна, выложенное в приватный инстаграм. Опустив голову он заметил и сильное возбуждение, выпирающее из штанов. Сложив в голове два плюс два, Сонхун открыл рот от удивления. Ники быстро спрятал телефон за спину. – Нет! Это не так! Все не так! В-вы неправильно поняли! - все так. Все именно так, как он понял, но Ники этого не признает. Нет, он не может быть таким на людях, он не может быть таким при нем. Он хочет и дальше быть хорошим мальчиком в его глазах. Сонхун сглотнул, его кадык монотонно поднялся и опустился, Ники проследил все. Непонятно почему, но его член дернулся от одного движения кадыка. – Блять, - проныл Ники, сморщив лицо и запрокинув голову назад. Хуже быть просто не могло. Сонхун словно что-то обдумывал, а затем слегка ухмыльнулся своим же мыслям. – Ай-яй-яй, Ники-сан, - протянул учитель. – Какой же ты плохой ребенок… Как такие грязные мысли только всплывают в такой юной светлой голове? - сердце Ники на этих моментах умирало. Слова до ужаса заводили, за что он корил себя еще больше. Не сейчас! Как же остановить свой организм? Как остановить свое тело? Ники прижался спиной к дверце кабинки, как загнанный зверь. – Не могу же я тебя отпустить на урок в таком виде. Сонхун подошел к парню близко, но не прикасался. – Плохих мальчиков нужно наказывать, верно? Выдохнул в ухо и положил руку и изнывающий член. Все. Ники рефлекторно дернулся, сжался, охнул и моментально закрыл рот рукой. Не-воз-врат-на-я. Он уже готов был кончить от легкого касания. Сонхун провел носом по шее Ники, аккуратно спускаясь к животу и садясь на колени. – Поход к директору такое уже навряд ли исправит… - почти промурлыкал в ткань рубашки. - Что скажешь о моей помощи? - поцеловал Ники в самую выступающую часть его штанов. – НЕТ! Учитель, не нужно, - ныл Ники и закрыл место паха рукой. Он понимал, что его грязные фантазии - только его дело. Он же с ума сойдет, если все это произойдет взаправду. – Сейчас уже не такой смелый, да? - Сонхун занырнул лицом в руку Ники, мягко облизывая ладошку. - Разве это не ты меня втолкнул в кабинку пару минут назад? Руки Ники не оказывали сопротивления, поэтому Сонхун спокойно перевел свой язык на штаны, покрывшиеся складками от непредусмотренной выпуклости. Сначала он легонько прикоснулся, как бы пробуя на вкус. – А-аргхх, - дрогнул Ники, сжав губы. Сонхун улыбнулся услышанным звукам. Это был явный сигнал, что можно идти дальше. Язык более уверенно прошелся по молнии и линии шва, водя вверх и вниз. Преподаватель ощущал, как подрагивает член под его ласками, но торопиться не хотел. Все же у него часовой обеденный перерыв. Сонхун обвил ртом выпуклость Ники, продолжая внутри совершать языком поглаживавшие движения, полностью смачивая ткань слюной. Ники рефлекторно дернулся и заскулил, скрестив ноги. Слишком. Слишком хорошо. – Ники, - обратился Сонхун, подняв голову, - раскрой ножки, мне же неудобно «Блять. Ну как…» Ники не мог смотреть на него. Него, сидящего на коленях, смотрящего на него снизу вверх. Ники неуверенно раздвинул ноги. – Хороший мальчик Сонхун схватился за бедра Ники, углубляя свой «поцелуй». Подросток направил бедра в сторону рта старшего, прижимаясь еще больше и прикрывая свое лицо от стыда. – Б-больше… мне нужно больше! - скулил Ники и материл себя за собственное существование. – Да? - с улыбкой хмыкнул Сонхун, отрываясь от своего занятия. Он переместил руки на пояс Ники и расстегнул пуговицу. Зубами ухватился за ширинку и провел молнию. Но остановился, легко поцеловал член Ники через более мягкую ткань трусов. – А-АХ, - вырвалось громкое из подростка. – Но уговор, - Сонхун вновь обнял Ники за бедра и поднял голову, - нужно быть тише, Ники-сан. Контроль, - мягко и играючи сказал тот. «Контроль? Какой к черту контроль. Учитель, на которого я дрочил 5 месяцев сейчас отсасывает мне в кабинке школьного туалета. Какой. Сука. Контроль» «Конечно же, нет», подумал Ники, и ответил «Конечно». Сонхун спустил резинку нижнего белья и языком провел от основания члена до его кончика. Он ощутил дрожь Ники, ноги становились ватными, а колени подгибались. Парень издал тихий стон, стараясь не кричать. Учитель стал медленно посасывать кончик члена своего ученика, играясь языком с уретрой, стараясь как бы легонько пропихивать его туда. – М-мхмм - мычал Ники, опустив голову. – Какой послушный мальчик, - удовлетворенно выдохнул Сонхун. Он стоял на коленях, держась за бедра Ники, стараясь не оказывать лишнего давления на них. Если бы сейчас вошла уборщица, она бы открыла кабинку своим ключом и увидела бы все, что здесь происходит. Сонхуна эта мысль ужасно заводила. Ники тоже. Ники заводило все, что связано с Сонхуном. Даже буквы, складывающиеся в «ПАК СОНХУН» уже его заводили. Какой чувствительный подросток, и Сонхуну это нравилось. Под лихорадкой собственных мыслей, Сонхун полностью взял в рот член Ники и начал стремительно увеличивать темп. – Нет! Нет! Стойте! Это уже!.. - кричал Ники, схватив учителя за волосы и стараясь отодвинуть его от себя. Парень упорно скрещивал ноги и старался еще сильнее вжаться в дверцу кабинки. Но Сонхуну это нравилось, это еще больше будоражило его. Сопротивление, несмотря на такое влечение. Он сильнее схватил Ники за бедра и вжался лицом в его пах, открывая себе путь. – Хватит! А-ах! Пожалуйста! С-Сонхун! Пак! А-Ах! Мистер Пак! - о контроле уже не было речи. Ники стонал, выкрикивая имя своего учителя, стараясь оттянуть его от себя. Грязный Ники, но не он. Не его учитель. Ники ощущает, что скоро не сможет. Не сможет остановиться. Скоро все закончится. Но Сонхун его не слышал. Он как зверь, умирающий от жажды и голода, припал к своей добыче, не обращая внимания на все попытки сопротивления со стороны Ники. Сонхун быстро двигал ртом, сильнее втягивая щеки, чтобы довести подростка до такого оргазма, который он никогда не испытывал с помощью своих рук. – НЕТ! Я С-СЕЙЧАС! П-ПРЯМО СЕЙЧАС! - изнывал Ники. Это были его последние попытки оставить учителя чистым, потому что уже через секунду белая сперма брызнула Сонхуну в рот. Он неторопливо отстранился, отчего семя попало на лицо, запачкав очки и ворот рубашки. Сонхун поднялся с колен и провел пальцем по своей щеке, собирая сперму. – Слижи, - направил палец к Ники. Парень припал к его указательному пальцу, посасывая его и обводя языком. Причмокивающие звуки заполнили туалет. – Умница, - похвалил и погладил по голове. Сонхун отодвинул Ники в сторону, открыл защелку и подошел к раковине. Ошеломленный, почти лишенный сил парень смотрел на него. Пак Сонхун мыл руки и лицо, рассматривая свое отражение в зеркале. Рукава были закатаны, а верхняя пуговица рубашки была расстегнута. Такой идеальный…