Охота на серафима

      Лёгкий дискомфорт стоил того. Хотя бы потому, что наблюдать за реакциями Энтони с такого близкого расстояния оказалось презабавно. Парень то и дело посмеивался, пускал безобидные комментарии. Вопреки словам мальчишки, хватило пяти минут, за которые он втянулся в историю, развернувшуюся на экране.       Ал, смотревший эту ленту ранее, в свою очередь с гораздо большим интересом приглядывался-принюхивался к своему юному любовнику. Мужчина натужно пытался раскусить уровень искренности — очередная маска или нет? Отличная игра для одного, какой мужчина ее называл про себя. Аластор не знает, что происходит в блондинистой голове и потому испытывает невероятный интерес к тому, что прячется там, за красивым фасадом.       — Не-не, вот ты! — голос парня резко вырвал из размышлений. Мужчина коротко глянул на экран и увидел сцену, где малыш-Бемби впервые видит другого оленёнка — умильную непоседу Фэлин — в отражении водной глади. Энтони катится со смеху, звонко шлепает мужчину по бедру, наблюдая за тем, как маленький принц улепётывает от девочки и боязливо прячется за матерью. Юноша хохочет, как сама Фэлин на экране и вдруг сквозь выступившие слёзы замечает недовольную рожу. Бейли красноречиво закатил глаза, сдерживая очередной смешок, перевёл взгляд: на экран — на Ала — на экран.       — Бля! Реально, будто с тебя писали, — продолжает гоготать парень. Мистер Мур запрокидывает голову назад и глубоко вздыхает. Он не может подобрать слов, чтобы описать вопиющую тупость происходящего, пока Энтони всё заливается.       — Мы вообще ни капли не похожи, — огрызнулся Аластор в сердцах и больно дёрнул Энтони за чёлку.       — Ауч! — парень недовольно стукнул мужчину в ответ. — Да смысле? Я считаю, одно лицо, Бемби, — едко протянув последнее слово, воркует Энтони.       — Да в каком месте? — раздражается мужчина и толкает Энтони плечом в плечо. Бейли явно стало полегче, так что можно и встряхнуть его. Даже если не стало — будет знать, как бесить на ровном месте. Ал резко отвернулся, но вдруг ощутил мягкие холодные ладони Энтони на щеках. Парень поворачивает его голову к себе, улыбается и произносит:       — У тебя оленьи глаза, — почти нежно. Аластор оторопело моргнул, раздул ноздри и отвернулся. Оленьи глаза, выдумал тоже! — Красивые такие, — продолжает подмазываться Энтони, тычется носом мужчине в щеку, притирается поближе, чмокает в скулу и укладывает мужчине на плечо голову.       С другой стороны — Бемби, так Бемби, верно?       Подумав немного, Аластор вновь обнимает юношу. Атмосфера мультика на экране потихоньку делается напряжённой. Смена времен года — осень, зима, уморительные покатушки несуразного оленёнка на льду — Энтони вроде улыбается, но ёрзает, очень скоро меняется в лице, наблюдая за тем, как животным приходится добывать еду. Ал покосился на него и заметил, как молодой человек бездумно грызёт ноготь, слабо стукнул юношу по ладони.       — Прекрати, — шепнул он и сжал обе ладони парня в своей руке.       Наступила весна. Капель, нежная музыка, мама зовёт Бемби на луг — есть первую травку. Вот очаровательное маленькое создание робко подбирается к проталине, касается носиком зелени.       Полетели вороны, мать напряжённо навострила уши — пронзительный крик: «Беги, Бемби! Беги и не оглядывайся!»       Энтони поджал под себя ноги, отпрянул, уперся в диван руками, нагнулся к экрану ближе. Аластор может поклясться, что заметил, как дёрнулось красивое лицо. Наблюдая за тем, как мчится оленёнок, Энтони места себе не находит, шуршит ногтями по ткани, вертит головой, словно хочет заглянуть за рамки телевизора, убедиться, что с мамой-оленицей всё хорошо. Выстрел. Бейли вздрогнул и быстро вжался в плечо Мура своим.       — Что… Что случилось? — юноша резко метнул взгляд к мужчине и обратно, вглядываясь в бегущего среди снега малыша. Пронзительный детский голосок, зовущий мать. Напряжение делается почти физическим, круговорот снега, тяжёлой музыки, серых оттенков на экране.       «Твоя мама больше не придёт к тебе,» — величественный низкий голос Короля Леса заставил Бейли вздрогнуть.       Аластор покосился на Энтони. Тот застыл, закрыв руками рот. Фисташковый взгляд словно остекленел — Энтони тихо плакал. Его сердце бешено колотилось от этого остро-режущего ощущения утраты, одиночества, безысходности столь маленького и беззащитного существа. Аластор не сумел выдавить из себя ни слова, он жадно смотрел на то, как дорожка слёз споткнулась о смуглые пальцы. Вот опять — разоружил. Мужчина вглядывается в фактурное личико взглядом, слышит тихий-тихий всхлип. Как же он красив, когда плачет. Внутри разлилось щекочущее тепло, Муру захотелось коснуться Энтони до чесотки ладоней. Он протянул руку вперёд, мягко дотронулся подушечками до влажной скулы, ощутил, как заныло под ложечкой необъяснимый всеобъемлющий трепет.       Энтони резко дёрнулся в сторону и тут же принялся тереть лицо, хмурить брови. Момент оказался испорчен.       — Чё ты пялишься? Соринка в глаз попала, — выплюнул Бейли, шмыгая носом. Ал хотел поддеть, но не сумел. Аккуратно обнял за плечо и прижал к себе ближе. Энтони на секунду спрятал лицо в мягкий пуловер, снова шмыгнул носом и вновь уставился на экран.       — Кто-то, кажется, говорил, что это, цитирую: «детская хрень», — пропел мистер Мур, когда на экране появилась куда более жизнеутверждающая картинка — весна, старый филин учит Бемби и его друзей тому, что такое любовь — весенняя болезнь. Ну не забавная ли формулировка?       — Ты чё ебнулся? Какой моральный урод станет такое детям показывать? — возмущенно огрызается Энтони, сложив руки на груди. Надутый вид мальчишки веселит. Энтони, напуганный очередной слабиной, вышедшей наружу, защитно обкладывается сарказмом и гонором — прячется. Но вскоре тонкие губы снова дрогнули в улыбке: Бемби вновь встретил Фэлин.       — Они такие милые. О-о-о, это первая любовь, — шепнул Бейли Алу, но остался сидеть в своей закрытой позе, подобрав все конечности поближе к телу.       — Глупости, — хмыкнул Мур. — Ими движут инстинкты, потому что это всего лишь животные. Гляди, — Аластор указывает в ночную прогулку по лугу. Энтони уже хотел возмутиться, как вновь вздрогнул: Бемби сошёлся в бою с другим оленем. Красно-черные силуэты забегали по экрану. Бейли вдруг закрыл лицо руками.       — Блять-блять-блять, не говори, что он убьёт его, — на одной ноте пропищал парень.       — Энтони, ну же, посмотри, ничего страшного не происходит, — увещевающе произносит мужчина, закатив глаза.       — Нет, не буду. Скажи, когда это кончится, — нервно выдыхает молодой человек и слышит тихий смех мужчины с собой рядом.       — Господи, деточка, у тебя руки по локоть в крови, и ты боишься за нарисованного оленя? — Ал говорит беззлобно, вопросительно, мужчина запрокинул голову, и хохот его ударился о потолок.       — Я? Пф! — Энтони возмущенно распахнул глаза, сел ровнее, отодвинулся от Аластора, сложил руки на груди, закрылся. — Ни черта я не боюсь, — буркнул парень, глядя в экран, где Бемби и Фэлин миловались после победы главного героя.       — То есть, ты мне этот спектакль здесь устроил забавы ради? — продолжает давить мужчина, вздёрнув бровь. Он уставился на молодого человека, тот не шелохнулся, лишь закатил глаза и повыше натянул на себя покрывало. — Энтони? Я с диваном разговариваю?       — Да завали ты. Дай досмотреть, — раздражённо-ядовито шикнул Бейли, легко передёрнул плечами, нахмурился. Картина на экране вновь была довольно умиротворяющей, но мистер Мур всеми фибрами души чувствовал нарастающее недовольство. Ал не берётся говорить наверняка, но кажется, словно он поймал молодого человека на месте преступления.       Вот! Вот, как он всегда делает! Стоит подойти чуть-чуть ближе, стоит протянуть руку, зацепить неправильную струну, как мальчишка резко увеличивает дистанцию, устрицей схлопывает створки, прячась в зыбком морском иле. Аластор решил ещё немного понаблюдать. Показательно отвернулся, закинул руку на спинку дивана, упёр взгляд в экран. Энтони рядом даже не шелохнулся, не попытался снова улечься, нарушить чужое личное пространство. Он бесстрастно глядел на мелькающие картинки в экране телевизора.       В лесу, тем временем, поднялась суматоха. Животные в панике топтали друг друга, в небе парили стаи чёрных птиц — верный признак приближения человека — людей, охотников. Вот фазаночка, не выдержав напряжения, с криком выскочила из убежища — выстрел и тишина.       Вот Бемби потерял Фэлин и не может ее найти. Вот, оленица, зажатая сворой бешеных собак в угол. Лязгают белозубые пасти, воют взмыленные животные, загнавшие добычу для своих хозяев. Вот Бемби, спасший возлюбленную вступает с псами в жестокий бой. Их много — злые, опасные, гораздо более дикие, нежели иной лесной зверь.       Аластор поминутно косит взгляд в сторону Энтони с одним лишь намерением — вновь поймать слабину, которую дал его юный любовник совсем недавно. Глаза Бейли влажно сверкают, ноздри подрагивают, но он затих, не издавая ни единого звука, тупым стеклянным взглядом смотрел вперед. Аластор ощутил, что почти злится. Обычно эмоции юноши — такие яркие, такие насыщенные сейчас закованы в железо. Язык чешется, хочется поддеть, спросить что-то еще, хочется схватить Энтони за плечи и затрясти его, наорать. Аластор кусает щеку изнутри, чтобы не сорваться в приступ бешенства, подобно собакам на экране. Непонимание и эта дистанция изнуряют, грызутся внутри, будто монстр неловко завозился там, в своей долгой спячке, а шипы на его спине цепляют и режут нежные слизистые.       Выстрел. Бемби подстрелили. Энтони вздрогнул. Улыбка, обычно не сходящая с губ Ала дрогнула. Мальчишка упорно держится, лишь короткие движения мускулов на красивом лице сигнализируют о том, что внутри белокурой башки что-то происходит. Что-то сложное, о чем мистер Мур не имеет ни малейшего понятия. Он ненавидит незнание. Он всем сердцем ненавидит всё, что не может контролировать. Энтони, казавшийся всегда притягательным в стихии хаоса, где плавал юркой рыбкой, сейчас ощущается совсем иначе. И это ощущение Аластору не нравится.       «Вставай!» — голос Короля Леса резко вырвал из раздумий. Бейли, опять спрятавший лицо в плече заглушил бушующий поток мыслей. Аластор ничего не смог сказать. Он медленно, будто боясь спугнуть, обнял молодого человека за пояс, уложил ладонь ему на затылок, зарывшись пятернёй в волосы. Вновь сократившееся расстояние вернуло покой. Впервые в жизни Ал подумал о том, что не хочет анализировать ситуацию, комментировать, будто продолжить это делать — усугубить положение дел. Но вот, в чем вопрос: что так сильно задело Энтони в моменте времени? Что заставило его так резко отстраниться, провернуть этот уродливый манёвр? Обычно юноша действует гораздо тоньше, и хотя Аластор всё равно ловит моменты дистанцирования, не заметить конкретно этого неповоротливого слона в комнате было просто невозможно.       В тишине проходят минуты. Затишье после бури, полыхающий лес, водопад, в который нырнул Бемби и Король леса. Энтони осторожно повернул голову, хлюпнул носом и уставился в экран. Бемби выжил, выбрался из пучины вод, вернулся к своей Фэлин.       Завершился виток вечного круга жизни — зайчик вновь зазывает филина на рождение уже двух юных оленят.       Аластор и Энтони сидят, близко притиснувшись друг к другу. Послышался облегчённый какой-то выдох. Бейли сполз мужчине на колени, наблюдая за очаровательной картиной в маленьком ящичке. Мистер Мур гладит его по спине и продолжает это делать, даже когда заунывная диснеевская песенка знаменует о титрах.       — Хуйня какая-то, мне не понравилось, — внезапно фыркнул Энтони. Аластор прикусил язык, чтобы не выдать колкость. Он лениво посмотрел в наручные часы. Лишь сорок минут второго. Погода за окном не улучшилась ни на грамм.       — Брось, неплохая сказка. Ты видел фоны, прорисовку? А все эти движения и пластика? Работа высшего уровня, — задумчиво произносит мужчина и устраивает ладонь на ягодице юноши, слабо похлопывая.       — Да-да-да, штука для душных дрочил вроде тебя, — колко фыркает Энтони и переворачивается, ложится на спину и смотрит в лицо Аластору. Он тоже поинтересовался временем. Заметив, что у них впереди всё еще целый день, молодой человек задумчиво хмыкнул.       — Душечка, тебе тоже было бы неплохо озадачиться эстетической стороной вопроса, — ухмыльнулся Аластор и коснулся носа парня пальцем.       — Сорри, я не в том состоянии, — язвительно пропел Энтони и сунул руку под пуловер Мура, положил ладонь на грудную мышцу и слабо жмакнул ее пару раз. — О, вроде получше стало, — театрально вздохнул мальчишка. Аластор закатил глаза и щелкнул пальцем Энтони по лбу.       — Идиот, — скептично произнёс Ал, не нйдя лучшего слова. — Чем предложишь заняться, деточка? Что-нибудь «не душное», — в тон юноше зеркалит Ал. На лице Бейли отразилась бурная мозговая деятельность. Он хмыкнул себе под нос и цокнул языком:       — Ну вообще, — произносит он с таким выражением лица, что Аластору захотелось закатить глаза немедленно — обычно после такого следуют наиглупейшие слова, которые может выдать этот рот. — Мы могли бы накуриться и целый день трахаться, — произносит он довольно и еще раз жмакает мужчину за грудь. Рука очень быстро выскользнула из-под футболки, Энтони уложил ее на живот мужчине. — Но травы с собой нет, а моя задница вряд ли вывезет даже один грустный секс, не то что марафон, — он грустно вздохнул.       Да, как и предполагалось — наиглупейшая дрянь.       — Во-первых, у тебя очень сомнительные предпочтения в плане выбора досуга. А во-вторых, если нет ни одной возможности, зачем вообще предлагать? — Ал прыснул и ткнул парня пальцем под рёбра, на что тот недовольно рыпнулся.       — Могу отсосать твой член, — абсолютно по-блядски сощурившись, промурлыкал Энтони. Аластор резко оскалил зубы в улыбке, подумал с долю секунды и ответил:       — Ха! Нет, — склонил голову набок.       — Что? Да почему опять нет-то? — почти возмущенно интересуется парень. — Ты первый мужик из всех, который так яростно отказывается от минета! — парень медленно поднялся, оперся локтем о диван. — Кстати, очень зря, — лукаво воркует и тыкает мужчину в грудь.       — Хм… В моей картине мира рот нужен, чтобы есть, деточка. К тому же, ты потом наверняка полезешь целоваться, а я не хочу знать, каков мой член на вкус. И думать о том, что через непрямой поцелуй он побывал у меня во рту. И на щеках всей твоей семьи, — Аластор брезгливо поморщился, его передёрнуло.       — Ты пиздец странный, — хохотнул Энтони, нагнулся вперед и всё же поцеловал мужчину, аккуратно так перебрался ему на колени, устроившись впритык, окольцевал шею и тяжело вздохнул. — Но если передумаешь, — Энтони подёргал бровями. — Я вообще не против. Знаешь, это очень медитативно, — смеется юноша, будто вновь оживает и жмет лицо мужчины к своей груди, а потом, склонившись, прихватывает его губы и целует. Аластор мягко гладит по талии, мнёт Энтони по пояснице, бедрам под лопатками, прежде чем тот отстраняется.       — Ладно, Бемби, что еще предложишь ты? — интересуется юноша, на что Аластор — который раз за последний час — закатывает глаза. Если он обзаведётся кличкой в отношениях, всё-таки почему именно этой?       — Хм… Хочешь поиграть? — лукаво вопрошает мистер Мур.       — Бля, ну когда ты спрашиваешь это с таким лицом, я хуй его знает, — посмеивается Энтони.       — Безобидная партия в шахматы, что может быть лучше в такую ужасную погоду?       — Шахматы? — Энтони поморщился. — Это вот та скучная залупа для дедов? Буэ-э, — Бейли скукурузил мерзейшее выражение лица, закатив глаза. — Типа?.. Фигурки по доске двигать? А чё сразу не в домино? Или чем вы там в доисторические времена развлекались? Можем еще пойти на стенах угольками порисовать.       — Ох, mon ange, без негатива, конечно, но вынужден сказать, что это мнение соответствует мышлению обезьяны, — ласково промурлыкал Аластор и легко стиснул щеки Энтони пальцами одной руки. — Шахматы — это очень тонкое действо. В древние времена гениальные военные деятели своего времени использовали эту игру в качестве тренировки стратегических навыков и ведения боя. А если ты не в курсе, то в наше время — это серьёзный спорт. Мне казалось, что такой смышлёный юноша, как ты должен быть осведомлён в подобном. Разве все эти ваши варварские разборки и бойня за территорию с другими итальяшками не есть игра в стратегию? — мужчина приподнял бровь На этот раз пришла пора Энтони закатить глаза.       — Ебать, ты стелешь, — хмыкнул он. — Но это все равно не отменяет того, что эти твои крестики-нолики — скучная хуйня. Ну типа, я видел пару раз, как ботаны играли в школе, и выглядело очень нудно, и вообще, — он дёрнул плечами. — Я не умею, — добавил Энтони, чуть отполз к коленям мужчины, уложив ладони ему на плечи. — Если объяснишь, чё к чему, мы можем попробовать, не думаю, что это пиздец сложно.       Аластор был возмущён до глубины души. Захотелось, чтобы мелкий засранец подавился своими словами. Мужчина аккуратно снял Энтони с колен, поднялся и скрылся в полумраке дома. Энтони же, оставшись с собой наедине, развалился на диване и прикрыл глаза. Он всё еще чувствовал себя скверно: похмелье, диарея, этот ужасный мультфильм, разбивший сердце в клочья. В самом деле, он бы предпочел остаток дня провести в постели, быть может даже поспать, но упорно старался убедить себя в том, что всё нормально. К тому же, мерзкая вода, которой ему набадяжил Мур все-таки сделала своё дело. Физически стало получше. Услышав мягкие шаги, Энтони медленно сел и дернул головой в сторону, услышав тихий стук чего-то мелкого, будто бусинки в коробке. Уставившись на Аластора, Энтони подметил у него под мышкой шахматную доску, а в другой ладони — таблетницу, откуда мужчина вынул несколько таблеток.       У каждого человека есть свои секреты, и Энтони уже не раз замечал за совместным времяпрепровождением, что Ал глотает пилюли, но никогда не спрашивал, что это и для чего. Это не его дело. Если бы Мур хотел — сам бы поделился, верно?       — Итак, — Аластор поставил доску на кофейный столик меж двух кресел около камина и жестом пригласил юношу перебраться. Парень неохотно встал, кутаясь в покрывало, устроился и стал наблюдать за тем, как Аластор расставляет фигуры на клеточки. — Начнём с того, что каждая фигура имеет свою позицию, — Ал вдаётся в рассказ, по очереди поднимает фигурки в воздух, описывает, кто и как ходит. Энтони очень старается вникнуть, но Мур, как всегда болтает слишком много и слишком сложно.       — Porco Madonna! Стоп, — парень выставил ладони вперед. — Короче, просто скажи, я прав или не прав, — Энтони в ответ поднимает фигурки по очереди. — Башни ходят вперед-назад, влево-вправо. Конь скачет буковкой «г», слон — только по диагонали? — юноша неуверенно поднял взгляд на Мура, тот одобрительно кивнул. — Так, с этим разобрались. — Королева ходит во все стороны и ещё может идти по диагонали, а король на любое поле но только на одну клетку. Пешки — беспонтовые, потому что могут идти только вперед и только на одно поле, — Энтони почесал затылок и состроил рожу. Может быть, он и впрямь перегнул с тем, что это просто. Но вот, что скучно — от одних только этих всех штук голова пухнет.       — Пешка может идти в начале хода на одно или два поля, детка. А конь — единственная фигура, которая может скакать даже через вражескую фигуру.       — Окей, ясно, — кивнул Бейли. — Давай остальное расскажешь по факту.       — У-у-у, какая самоуверенность, — едко пропел Ал. — Что ж, деточка, я дам тебе фору для начала — белые твои.       — Это типа важно? — юноша склонил голову, поджав губы.       — Вот и узнаем по факту, — Мур пригладил усы и бородку, откинулся на спинку, сложил руки на груди и закинул ногу на ногу. — Твой ход, mon ange.

1963 год Гретна, Штат Луизиана США

Дом мистера Аластора Мура 16:29

      Это похоже на откровенное избиение лежачего. Аластор разнёс Энтони трижды — и это в первые полчаса игры. Он ставил чёртов мат так легко и непринуждённо, а от этого довольного выражения лица в юноше закипала кровь. В какой-то момент он порадовался тому, что при себе не держит пистолета, иначе пустил бы пулю промеж больших бесстыжих глаз рыжего ублюдка, что разделывал его подчистую.       В картине мира Бейли существует очень малое количество вещей, которые он ненавидит от всего сердца чисто и безапелляционно. Проигрывать — первое в списке. После третьего проигрыша парень был настроен уже серьёзно. Ему плевать, во что они играют, и как он выржался в самом начале. Он хочет победу. Хочет стиснуть её зубами и мотать из стороны в сторону, как собака теннисный мячик. После очередного проигрыша Энтони пошёл за сигаретами и джином, наплевав на свой больной желудок — настолько сделалось погано. Нужно было успокоить расшатавшиеся нервы.       Бейли тысячу раз пожалел о том, что не выслушал ликбез по «крестикам-ноликам» полностью, потому как в ходе игры открывались какие-то очень странные манёвры — рокировка, например или пешка, превращающаяся в королеву дойдя до вражеского края доски. Во втором раунде — ферзевый гамбит, как позже его обозвал Мур. Пришлось задавать вопросы. И хотя Аластор давал на них развёрнутые ответы, он делал это с таким выражением, что хотелось приложить мужчину лицом о стол. И ведь наслаждался ублюдок! Наслаждался избиением лежачего! Садюга проклятый.       Пятая игра — длится дольше прежнего, почти сорок минут. Нужно думать головой. Каждый ход имеет значение, имеет свою цену. Энтони чувствует напряжение, даже не глядя на время. Чувствует раж, охватывающий изнутри, какой всегда бывает за карточным столом, за игрой в дартс с людьми отца. Какой охватывает в лесу, во время охоты: крадучись хищником по влажной густой траве, по прелым сухим листьям, медленно переставлять ноги, чтобы не поднять шум, не вызвать испуга. Вскинуть ружье, уперев приклад в плечо, взять на прицел — огонь на поражение. Настолько же, как юноша ненавидит проигрывать, он обожает побеждать, словно то, для чего он создан — держать верх. Пф, не даром — сын грозного льва!       Ходы Аластора, всегда быстрые, стремительные и изящные вдруг сбавили темп — мужчина задумался, оглядывая доску. Он напряжённо цедит сигарету, пока Энтони, покусывая ноготь, смотрит на позиции фигур. Юноше кажется, что он начал просекать, что к чему. Главное — думать мозгом, довериться чуечке и…       Энтони быстро запустил пальцы под черный шёлк пижамы, снял с шеи тонкую золотую цепочку с массивным крестом. Намотал на запястье, сжал распятие в ладони, будто чётки.       — Молишься, деточка? — вдруг ухмыльнулся Мур, прищурившись на него.       — Мадонна всегда помогает, — ухмыляется Энтони, на секунду прижимается губами к крестику и смотрит исподлобья. — Ходи давай.       Аластор рассмеялся. Мальчишка безумно веселит. Мистер Мур протянул ладонь вперёд, прихватил сухими тонкими пальцами ладью и вывел во второй ряд. Энтони тянется за сигаретой. В гостиной повис страшный смог. Тяжёлый серый дым оседает вниз, струится по полу, будто морская пена. Аластор по-джентельменски прикурил юноше.       — Кстати, я хочу есть, — оповестил Бейли, быстро оглядывая доску.       — Сейчас опростоволосишься ещё разок, и я что-нибудь приготовлю. Хо-хо, в качестве утешительного приза, — Аластор умастил голову на мостике из ладоней, растянулся в остро-режущей улыбке.       Энтони щурится. Ну уж нет, говнюк. Стремительные три хода, перебрасывая друг другу гранату, мужчины отчеканили фигурками по доске. Энтони взял чужого коня, поглядывая на Аластора. Они оба отлично блефуют. Энтони — своей непроницаемой маской, Ал — не сходящей с губ улыбкой. Глянув друг на друга — порезались. В воздухе застыла напряжённая тишина, Энтони перебирает крест, потряхивает ступнёй под столом, ожидая ответа.       — Шах, — пропел Аластор, вынуждая юношу защищать короля ладьёй. Он сжимает тиски, выводит ферзя в центр. Энтони цепляет взглядом правый край доски, где притаился король вражеского цвета.       — Да нет, Бемби, это мат, — сочно, сладко, почти восторженно произносит Энтони и звонко щёлкает затерявшейся среди фигур Ала пешкой — на край. Беспонтовая фигура становится ферзём, перекрывает пути к отступлению. Ловушка захлопнулась.       Аластор медленно моргнул, осматривая доску. Этого быть не может. Глаза ему лгут! Мужчина загружено пялится в стол, постукивает пальцами по гладкой поверхности и медленно поднимает взгляд на Энтони, ловит полное удовольствия и победоносной желчи выражение личика.       — Да-да, ты проебал, — ёрничает Энтони. — А я выиграл, — Энтони звонко чмокнул крест, прищурился. — Может в следующий раз тоже помолишься? — язвительно спрашивает молодой человек и хохочет, победно закуривает ещё одну.       — Деточка, на твоём месте я бы так не радовался, — Аластор снисходительно улыбается, хотя внутри неудержимым цунами бушуют волны непонимания и праведного гнева. — Это чистая случайность, — он пожал плечами, развел руки в стороны. — Не более.       — Ах ты высокомерная крыса, — Энтони хлопнул ладонями по столу. — Ты чё охуел? — он щурится, Аластор всё в том же снисходительном тоне красноречиво закатил глаза. — Вот поужинаем, и я тебе покажу «случайность», ясно? — Энтони злобно вскинул брови. Аластор ощутил клокочущее нетерпение, зароившееся под рёбрами. Такой настрой ему нравится гораздо больше, чем в самом начале. Будто запал, кураж от Энтони передался и мужчине тоже.       — Чего же ждать, деточка? Мы вполне можем продолжить, — промурлыкал Мур, неторопливо расставляя фигуры на начальные позиции.       — Ам, нет. Если я не поем, то сделаюсь очень неприятным, — Энтони опрокинул в себя оставшийся в стакане джин, сделал пару затяжек дотлевающей сигареты и встал, шатнулся на покалывающих отсиженных ногах, двинулся в кухню. Аластор почти запаниковал. Он не позволит Бейли готовить на своей кухне. Мужчина недовольно выдохнул, поднялся, следуя за мальчишкой.       К игре они вернулись после плотного ужина. Мужчины вновь нависли над доской, разыграли цвета. Тишину дома режут торопливые щелчки первых ходов.

1963 год Гретна, Штат Луизиана США

Дом мистера Аластора Мура 21:23

Мат.

Мат.

Мат.

      Аластор чувствует, как нижнее веко нервно подрагивает.       — Шах и мат, — пропел Энтони, на доску гулко рухнула пешка, взятая конём. Фисташковый взгляд сияет чем-то бесовским, нечеловеческим. Мистер Бейли, сидящий в кресле напротив — ведьма. Не иначе. Крупные карие глаза широко раскрыты. Ал скалится, скрипит зубами, глядит исподлобья, ткнувшись носом в замок из пальцев перед лицом. Он не понимает, как это происходит раз за разом. — Ну, заплачь, — по-сучьи мурлычет Энтони, театрально вздыхает, состроив самую сочувствующую рожу из всего арсенала — еще сильнее бесит. — Новичкам везёт, — протянул парень, в его пальцах трепетала шахматная фигурка.       — Ты играл раньше, — шипит сквозь зубы Мур. — И морочишь мне голову, — злобно выплёвывает мужчина.       — Ха-а-а, — Энтони отмахнулся. — Не, если бы не ты, я бы продолжил считать, что это — хрень для ботанов. Но слушай, мне прям понравилось, — кивает юноша, сардонически улыбается. — О-о-о, ну не смотри на меня так, Бемби. Прими поражение с честью. От его тона сносит крышу. Мужчину крупно тряхнуло, крылья носа затрепетали. Не в силах удержать импульс, Мистер Мур яростным порывом сносит шахматную доску рукой на пол, хватается за край и опрокидывает его быстрым слитным движением. Энтони притих на секунду, удивлённо поморгал и…       Покатился со смеху. Схватился за живот, почти согнулся пополам, издавая нечленораздельные адские звуки. Ведьма. Как есть ведьма.       — Это. Просто. Случайность, — чеканит Мур, разъярённо тыча в Энтони пальцем. Кажется, даже улыбка сошла с искажённого гневом лица.       — Да-да-да, — поддевает Бейли, поджав губы. Нестерпимо захотелось его ударить.       — Играем еще раз, — положив ногу на ногу, хмыкает Ал, щурит глаза.       — Не. А то ты лопнешь, — отсмеявшись, бросает Энтони, утирает выступившие в уголках глаз слёзы, шумно выдыхает. — Да забей. Нет, серьёзно, — улыбается засранец, вальяжно развалившись в кресле. — Я всегда выигрываю, Бемби, — как-то очень серьёзно сказал мальчишка, чем вызвал новую волну негодования. — Ну, без шуток, никто из знакомых со мной не садится за игральный стол, потому что знает, что уйдет с пустыми карманами, — хихикнул Бейли и невинно пожал плечами.       — Да неужели? — скептично сощурился Аластор.       — Да, правда, — кивает парень. — С отцовских салаг могу поднять немного бабок, разве что, а так… — абсолютно искренне вещает молодой человек.       — Хм, — протянул Мур. Вызов не шептал — орал. Мистер Мур слишком слаб, чтобы противиться ему. — В таком случае, в картишки, mon ange? — медово пропел Ал и тут же поймал блеснувший взгляд зеленых глаз.       — Дядь, я тебя без штанов оставлю, — хохотнул Энтони.       — Не зарекайся, деточка, — всё с тем же ядом чеканит Аластор.       — Только обещай потом не ныть, — беззлобно фыркнул Энтони. — Тащи колоду.

1963 год Гретна, Штат Луизиана США

Дом мистера Аластора Мура 02:15

      Пространство заполнено мертвецкой тишиной. Дождь за окном перестал уж пару часов как. Гостиная залита приглушённым светом торшера.       — Рейз полторы тысячи, — по гладкой поверхности столика скользнула башенка из фишек. Аластор склонил голову, прищурился, на лице мужчины застыла прохладная маска оскала.       — Колл, — отозвался Энтони, бросив несколько собственных фишек в ответ. Комбинация из трёх карт с шелестом опустилась на меж мужчинами. Аластор повёл бровью.       — Ол-ин, — медово произносит мистер Мур с плохо скрываемым предвкушением.       — Ол-ин, так ол-ин. Давай, я колл, — развалившись в кресле совсем по-хозяйски, Энтони цедил очередную сигаретку, лениво поглядывая на оппонента, на губах молодого человека застыла мягкая полу-улыбка, такая же, как в самом начале, когда они только-только взялись за покер.       Веко Аластора слабо дёрнулось, он первым вскрыл свою комбинацию и перевёл взгляд на Бейли.       — А у тебя что? — интересуется Мур уже чуть напряжённее, прежде чем на стол ложатся пиковая и бубновая тройки. Энтони неторопливо выбросил руки вперед и сгрёб себе оставшиеся у Ала фишки.       — У-у-у, лапуля, — Энтони умастил голову на мостике из ладоней, гаденько заулыбался. Отстранив одну руку, он взял первый попавшийся пластиковый кругляшик и пропустил меж пальцев от указательного к мизинцу. — Если бы мы играли на настоящие деньги, кому-то пришлось бы переписывать дом у нотариуса завтра утром, — Энтони прыснул и уставился в окаменелое лицо Аластора. Мистер Мур уже даже не зол — сильно и остро шокирован. Он медленно переводит взгляд на Энтони и выдыхает, успокаивая взведённые до предела нервы.       — Как ты это делаешь, чёрт побери?! — Мур резко хлопнул по столу ладонями, широко распахнутыми глазами уставился в лицо Энтони. Раз от раза — менялись игры, менялись карты, пухлая колода нежно трепетала то в одних, то в других руках, но исход один — чертов Бейли разделывал его под орех. Целую ночь трахал, не раздеваясь, не прикасаясь, и не то что бы Аластору данный акт сильно нравился. Аластора никто никогда не обыгрывал. Мужчина был крайне достаточно умён, удачлив и опытен для того, чтобы нагибать визави в партиях любого рода. Ал любил риск и достойных соперников. Затеяв игру в шахматы, мистер Мур желал лишь скоротать время да посмотреть, как белобрысое чудовище бесится, но сейчас чувствовал себя дерьмово, как никогда.       — Слушай, я тебя предупреждал, — Энтони невинно развел руками в стороны. — Типа, в этих твоих крестиках-ноликах главное было понять принцип. Ну то есть, там в целом несложно — понаблюдать, как играешь ты, а потом фигурки кушай и обороняйся. А тут… Комон, я с пяти лет тусовался в куче озлобленных мужиков, которым нужно было чем-то занимать львиную долю своего времени. Ха-ха, ну, было бы странно не поднахвататься всякого, — смешливо поёт молодой человек, глупо моргая своими этими лисьими глазками. Аластор щурится на него. Мальчишка несёт настолько откровенный вздор, что снова хочется его ударить. Мур чувствует какую-то странную смесь из безысходности и ярости.       — Ну типа: дартс, ножички, карты, по банкам палить, — продолжает Энтони, загибает пальцы. — Гольф по воскресеньям, — он скорчил забавную рожу, поднял плечи и растопырил ладони.       — Деточка, насколько ты преисполнился в своём образе тупой блондинки? — вдруг интересуется Мур и широким жестом закуривает. — Сдаётся мне, ты гораздо смышлёнее, чем хочешь казаться, — Аластор склонил голову, уложив ногу на ногу. Вопрос ошарашил Энтони, он даже отпрянул, потерялся на секунду.       — Ой, вот давай без перехода на личности, — раздражённо махнул рукой мальчишка. — Какой нахуй образ? — парень сложил руки на груди, резко откинулся спиной в кресло и закатил глаза. — Не знаю я, как так выходит, понял? Удача. Фарт. Дар божий, как больше нравится. Мне вообще похуй, во что играть, мне просто нравится побеждать, — Бейли заносчиво улыбнулся. — Любой ценой, — добавил он. — А здоровый блеф еще никого никогда не убивал. Наверное, — Энтони вновь повёл плечами, шмыгнул носом и размял шею.       — Ну-ну, — скептично хмыкнул Ал, будто физически чувствуя толчок в плечи. За этот день, проведённый вместе в таком близком контакте, мужчина будто оказался совсем потерянным в более важной игре, в которую они двое играют по-настоящему. Быть может, виной всему состояние дурное Энтони, его плохое самочувствие и оттуда идут эти странные качели. Быть может, Аластору просто кажется.       — А вообще, это пиздец нечестно, — вдруг завозмущался Бейли. — Ты проигрался, как чёрт, где мой приз? — парень надул губы.       — Так конов не было, деточка, — в тон ему отвечает Ал и скалится. — О каких призах может идти речь? Можем сыграть еще. Последний, — Ал прищурился, косясь на Бейли, азартное чудовище внутри требовало победы, хотя бы одной.       — Не, — фыркнул Энтони в ответ. — У меня жопа итак квадратная, а ты всё равно просрёшь, в чем смысл? Хочу приз за все твои прошлые обсёры, — настаивает Энтони, и Аластор закатывает глаза.       — И что же ты хочешь? — лениво интересуется Ал, поглядывая на юную пассию. Энтони призадумался на пару минут. Его глаза слабо сверкнули в мягком полумраке. Аластор поднёс к губам стакан с джином, сделал глоток.       — Хочу тебе отсосать, — уверенно произнесло белобрысое чудище — Ал подавился и закашлялся. Энтони вскочил, подошел сзади и похлопал мужчину по спине, тревожно на него поглядывая.       — Да что ж ты всё заладил?.. — рассерженной кошкой шипит мужчина, приводя дыхание в норму.       — Ну нихуя себе! Ему за проёб такое предлагают, а он упёрся, как баран! — Энтони упёр руки в бока. — Тогда… Поедешь со мной охотится в следующие выходные? — предлагает юноша альтернативу. — У нас есть хижина в лесу.       — Провести целые выходные в глуши с насекомой гадостью, шататься по лесу, стреляя по зверушкам? — Аластор скукурузил настоящую гримасу. — Уж лучше минет, — хмыкает мужчина. Глядя на него, Энтони прыснул со смеху. Господи, что не так с этим парнем?       — Хочу сфотографировать твою недовольную рожу в этот момент, — ухмыляется Энтони. — Подписать: «мой бойфренд согласился на отсос». И повесить в рамочку, — юноша хохочет и валится мужчине на колени через подлокотник, больно цепляет бедро острыми костями. Энтони будто похудел. Аластор прихватил под спину и мазнул всей ладонью вдоль — позвонки почти ранят пальцы.       — Не понимаю, чему ты удивляешься, — хмыкает Мур негромко и тяжело выдыхает. Сухие, испещрённые мелкими ранками губы прижались к шее. Энтони лениво мнёт напряженные жесткие плечи, зарывается носом в глубокую ямку ключиц, тянет носом. Аластор недоволен, но не может совсем не реагировать на Энтони — выведенная аксиома. Сухие пальцы скользнули под шёлк пижамы, подушечки прошлись по бокам, мальчишка вздрогнул, подался вперед, прихватил кожу на шее зубами и лизнул. Ал медленно выдохнул:       — Это весьма… Хм, весьма мерзко, с какой стороны ни посмотри, — поясняет мужчина и приподняв тонкое лицо к себе за подбородок, прихватывает губы Энтони своими, утягивает в короткий поцелуй, от которого молодой человек юрко уворачивается и горячо обжигает выдохом.       — Не вижу ничего мерзкого в том, чтобы сделать приятно человеку, который тебе небезразличен, — облизнув губы, произносит Бейли.       Они застыли, устремив друг на друга глаза. Странная тишина. Так уж у них повелось — не говорить о чувствах вслух, будто все итак всё понимают, но эта вскользь брошенная фраза будто ошарашила обоих после осознания её смысла.       — Небезразличен? — лукаво протянул Аластор, провел от поясницы к лопаткам, прищурился.       — Нет блять, я так, по приколу тусуюсь с душным ебанутым дедом, — выплюнул Энтони, закатил глаза и дёрнул мужчину к себе. Теперь уже целует он, прячется от разговора в жарком касании губ, тянет руки через плечи к спине и стаскивает пуловер с майкой, отшвыривая одежду прочь.       — Целовать тебя после я всё равно не стану, — прошелестел Аластор с усмешкой и шикнул — Энтони куснул за губу.       — Заткни свой глупый рот и получай удовольствие, — промурлыкал Бейли, быстро мазнул губами по подбородку, стиснул ладонь на разгорячённой шее и отпустил. Руки юноши вновь кажутся прохладнее температуры тела Аластора, оплетают ласковыми соблазнительными змеями. Бейли неспешно, но жадно трогает, вдумчиво ощупывает грудь, щекочет плечи и ключицы. Мальчишка с пол-оборота утягивает в бездну: с нажимом гладит по животу, ёрзает на коленях, отодвигается чуть дальше, как бы невзначай прихватывает мужчину меж ног. Щека Бейли льнёт к раскалённому виску, юноша кусает губу и густо-томно выдыхает. Коротко переглянулись. Мур порывисто потянул парня к себе, кусаче поцеловал меж ключиц, зацепил нежную кожу шеи, пахнущую оливковым маслом и сигаретами. Чёрный шёлк холодно скользнул по горячей щеке.       Бейли отстранился внезапно, выпутался из объятий, вмял предплечья мистера Мура в подлокотники, порезал острым взглядом и стёк с мужчины липким древесным соком. Холёные ладони легли на икры, скользнули выше. Энтони театрально, почти показательно развел ноги в стороны, притёрся коленками к жёсткому ковру и аккуратно, почти эфемерно скользнул по изнанке бёдер подушечками пальцев. Придвинулся ближе, прижался щекой к паху, судорожно втянул воздух носом, накрыл ладонью, погладил, надавил почти издевательски. Бейли не торопится, ловит момент, с интересом наблюдает за реакциями любовника, молчит и смотрит. Терпением, правда, юноша никогда не отличался, потому зацепился за резинку домашних штанов пальцами, при слабом содействии Аластора стащил их с трусами вместе к щиколоткам. Прикосновения кожи к коже жгучие, острые, чувствительные — прохладные руки трогают мягко, почти бережно. Юноша оставляет поцелуй за поцелуем в сгибе бедра, длинно прижигает языком. Мистер Мур откинул голову в спинку кресла, закрыл глаза, медленно, глубоко выдохнул, ощущая касание пальцев к члену. Энтони трётся щекой о бедро, почти лениво дрочит, гладит раскалённую кожу, оттягивает.       Влажные губы неспешно скользнули по члену. Ал вздрогнул, тело пробило мелкой дрожью от ощущения горячего языка — мягко прошёлся по стволу к головке. Медлительные касания рта со всех сторон — томные, словно изучающие. Мур тяжело дышит, не зная куда себя деть. Бейли прижался к головке губами и взял в рот, тихо промычал. Мышцы спины свело странной судорогой, вибрация пронзила, словно затихающий удар в гонг. Аластор стиснул подлокотник, выбросил вторую руку вперёд, уложил ладонь на шею сзади, ощутил бешеный пульс под мизинцем и безымянным. Ал слабо сжал, погладил провел вверх, зарылся пальцами в жёсткие волны волос, стиснул у загривка.       С появлением Энтони в его жизни всё стало вверх тормашками. Большинство внутренних установок, принципов, общий размеренный темп жизни — буквально всё летело к чертям. Энтони обезоруживает в лёгкую, и мистер Мур не понимает, как бороться с сим явлением. Это непотребство — отличный пример, Ал был раздосадованн и крайне недоволен до последнего. Сейчас же — хорошо. Слишком хорошо.       Бейли заглатывает глубоко, пропускает до горла, помогает себе рукой и стонет, чёрт бы его побрал! Гортанно, низко, от чего нервно поджимаются пальцы на ногах. Вдруг — движения тише. Бейли мягко сгрёб яйца в ладонь, массируя, перекатывая. Он отстранился, тяжело дыша и впился взглядом в глаза Мура — с восторгом поймал выражение лица.       — Не так уж плохо, а? — должно звучать томно, язвительно, но выходит загнанно и нетерпеливо. Аластор дёрнул носом и вдруг надавил на шею парня сам — лишь бы замолчал. Энтони неловко ткнулся губами в головку, прикрыл глаза и принял член снова, нервно как-то нашарил руку Аластора на шее, подтолкнул выше. Мужчина слабо дернул кистью, стиснул золото волос пятернёй, низко промычал, натягивая Бейли на себя до конца. Энтони оказался на удивление послушен, одобрительно погладил по бедру. Ал резко втянул воздух носом, моргнул и зыркнул на юношу. Туманные зелёные глаза, рефлекторные слёзы в уголках, быстро раздувающиеся крылья носа. Даже с такого ракурса он выглядит нечеловечески красивым. Аластор потянул за волосы, будто считал желание юного любовника. Тот расслабил плечи, вытянул шею, беспрекословно отдавая контроль.       Темп — быстрее, резче. Энтони бессовестно позволяет трахать себя в рот, тихонько постанывает, ёрзает на месте, судорожно цепляется за бёдра Ала, быстро гладит, до чего может дотянуться, несдержанно царапается. Кажется, будто парень растворяется в процессе, совсем подчиняется или же… Доверяется?       Когда Мур попытался резко оттянуть голову Энтони, смуглые пальцы впиваются в предплечье мужчины. Парень тормозит, выпускает член до середины. Вот опять: медленно, чувственно. Ал отдёрнул руки в подлокотники, стиснул пальцы до бела, шумно втянул воздух и сквозь зубы простонал.       Оргазм накрыл сильно, оглушительно. Конечности сделались ватными. Не то что двигаться — говорить и моргать не хотелось. Энтони отстранился, прижался щекой к колену, переводя дыхание, обнял Аластора за икру, силясь сохранить равновесие. Юноша испытующе уставился на мужчину, рассматривая. Ох, если бы не утренние конфузы, он бы тащил рыжего ублюдка в спальню уже сейчас.       — Ты живой? — отдышавшись, интересуется Бейли, лениво трётся скулой о бедро и ощущает горячую ладонь в волосах. — Валидола? Тонометр? — слабо улыбнувшись, интересуется Бейли.       — Тш-ш, — всё, что может выдавить из себя Ал. — Угомонись, — беззлобно просит он, поглаживая по затылку.       — Может на выходных того самого?.. В гольф? — Энтони лениво чмокнул мужчину в бедро.       — Даже не думай, что сможешь выиграть там, — отзывается Аластор, собирает все силы и опускает взгляд на довольное чудовище меж своих ног.       — А ты всё шутишь, да?