Снежная Мимоза

Глава 13. Без оглядки.              Салли Моррисон замерла и затаила дыхание от ужаса. Казалось, любое лишнее движение станет последним. Некто за дверью яростно копался в замке. Цель одна: проникнуть внутрь. В голову пришла здравая мысль: «Полиция! Надо снова вызвать полицию!» И в то же мгновение всё… стихло.       Салли неуверенно прикусила губу:       — Ч-что?.. Что ещё за шуточки… — устало потёрла веки. — Может, мне уже наяву кошмары видятся?..       Но оставаться в неведении не хотелось. Она всунула ноги в тапки, прикрыла плечи кофтой. Медленно, почти на цыпочках прокралась в прихожую. Салли уверяла себя, что это просто больное воображение. Перенасытившиеся тревогой мысли! Но желудок противно свернулся в узел, а волосы зашевелились от ужаса: интуиция кричала об опасности.       Она прислонилась к двери, дотянулась до глазка, выглядывая наружу, и… чудом удержалась на ногах.       Перед дверью стояло трое.       Даже сквозь линзу, сужающую всё до видения рыбьего глаза, Салли без труда разглядела мужские фигуры, лица, — раньше сияющие от улыбок, а теперь хмурые — и узнала в них трёх мошенников. Эти люди заявлялись к ней на дом всего день назад. Эти люди тщетно пытались попасть в квартиру под любым предлогом — даже предлогом выдуманного магазинчика электроники. Эти люди ретировались, стоило услышать голос Форда. Обыскали вдоль и поперёк всю квартиру, пока её не было днём. И теперь стояли сейчас перед дверью, намереваясь найти то, что не нашли в первый раз.       Салли постаралась подавить зарождающуюся панику шуткой:       «И что, интересно знать, хотят всунуть мне работнички «Клаудтека» в этот раз? Усовершенствованную систему сигнализации от воров?!»       Это не помогло. Сердце забилось сильнее, когда она подумала о мотивах преступников и о том, что они решат сотворить, когда обнаружат её в квартире. Салли начала пятиться в сторону спальни. Спрятаться в шкаф? Они найдут её. Обшарят каждый угол и каждую тумбу, чтобы исполнить свою задачу. Напасть и раскидать их на раз-два, как матёрый ниндзя? Скорее, следом откинуться от одного смертельного замаха кулаком. Она не справилась бы даже с одним. С тремя — шансы равнялись нулю.       До ушей снова донёсся противный лязг, дребезжание металла. Дверь с протяжным скрипом отворилась. У Салли спёрло дыхание, и она сжалась в комок, вслушиваясь в тишину.       Троица неуверенно потопталась на входе — они прислушивались, не нарушили ли чей-то покой. Следом донеслись слабые, но разборчивые голоса. Знакомые голоса.       — Аккуратнее, блять, не шуми… Ещё спугнёшь…       — Кого? Полтергейста? Может, тут пусто. — Тихий смешок. – Могу проверить, если хочешь.       Второй шумно вздохнул и тут же был прерван первым:       — Тш-ш! Заткнись, заткнись, Доген! Не то я это сделаю сам…       Луч света, пробивающийся с лестничной площадки, озарил силуэты преступников, их тела, головы. Салли узнала двух из троих «работников». Приветливый болтун, что явно заговаривал ей зубы, теперь осторожничал. А второй? Глядел тогда загадочно, исподлобья, сейчас творя непонятно что.       — Ладно, отвали. Это была шутка. Проверим спальню.       Сердце Салли заклокотало в ушах.       «Нет!.. Только не спальню!»       — Что, если она спит? Только шуму наведём…       Шёпотом фразу произнёс третий мужчина, что тогда, что сейчас отличавшийся тихим нравом.       — Риччи… Мы за этим сюда и пришли. К тому же… Со спящей будет в разы проще.       От услышанного внутри всё похолодело. Вспомнился Мэтт, его противная физиономия. Цепкие лапы, какие он тянул к ней в переулке. О нём сейчас думать хотелось меньше всего…       В разговоре звучали имена — настоящие? Неужели ничего более оригинального, чем «Джеймс», «Джон» и «Стив», не пришло в их головы? Салли стоило догадаться об обмане с самого начала.       — Доген базарит. Хватит поблажек. Напомни, зачем мы здесь. Дословно.       Тихий вздох и еле разборчивый шёпот:       — «Схватить девчонку и притащить ко мне».       — То-то же.       Салли было достаточно. Живот скрутился в один тонкий узел, по шее и вдоль спины сбежал градом пот. Самые худшие опасения себя оправдали: «Им нужна… я».       Не было больше времени на рассуждения, на жалость к себе, на тщетные попытки защититься. Выход только один…       Бежать!       Салли схватила кота в охапку, заранее сжав его морду ладонью. На удивление, он отозвался податливо, как обмяклая игрушка в руках. Запихнув Тосика в рюкзак, она огляделась, отсчитывая секунды до конца: одна-два-три… в любой момент дверь спальни могла отвориться. Не оставалось иных вариантов, кроме…       «Нет… Ни за что… Я не буду этого делать!»       Но Салли сделала. Она натянула на плечи рюкзак и распахнула шире окно. Выглянула наружу. Прямо под ней на расстоянии пяти этажей вниз мельчились машины и баки для мусора, огороженные острым забором. Редкие люди походили на муравьев — и впрямь, настоящий человейник. Порыв ветра хлестанул по лицу, как плетью, на миг отрезвив Салли, уже одной ногой стоявшую на подоконнике.       — Что я, мать вашу, вытворяю?!       Но когда за спиной раздались шаги, ничего не оставалось, кроме как последовать выбранному пути.       «Собственную жопу спасаю, вот что!»       Салли полезла наружу.       ㅤ       Стоя на каменной балке и вжавшись в стену так, будто желала с ней слиться, она боялась шелохнуться. Звуки из собственного окна стихать не намеревались. Со стороны девятнадцатой квартиры глаз зацепился за старую пожарную лестницу: спасение! Иных вариантов не предвиделось, и Салли, позабыв о страхе, начала красться вдоль стены, делая такие размашистые шаги, что сердце в груди колотилось, как заведённый моторчик. С обшарпанной балки под ногами посыпалось покрытие, падая и ломаясь напополам об асфальт. Мысли зловеще рисовали образы собственной спины вместо кусков шпаклёвки.       Раз-два. Передышка. Раз-два… Она старалась не смотреть вниз.       Подоконник вдруг закончился. Салли запнулась, но рука цепко держалась за трубу: «Не отпущу, даже если начнётся землетрясение!» Стараясь не смотреть вниз, она гипнотизировала пожарную лестницу, до которой, казалось, подать рукой, на деле же — два метра в длину. А под ней пять этажей свободного падения.       За спиной послышались неразборчивые возгласы. Они осмотрели квартиру. Не нашли её? Быть может, всё кончилось?.. Нет! Увидят. Схватят. Прикончат. Пути назад нет. Только вперёд.       Салли зажмурилась, вцепившись в трубу. Сжалась, пытаясь подготовить себя морально. Но как быть к такому готовой? В рюкзаке обеспокоенно зашевелился Тосик. Только сейчас он понял, что уютные стены родной квартиры остались позади. Ветер обдул торчащую морду, и с каждым вошканьем, с каждым тревожным «мяу» кот, будто по-человечески, вопрошал: «Где мы, хозяйка? Что мы тут забыли?! Давай вернёмся… Мне не нравится слушать, как твое сердечко разрывается на части…»       Но Салли могла лишь бороться с паникой, чувствуя бурлящую адреналином кровь. Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох… Не теряя времени, она сжала челюсти до скрипа. Отпустила трубу… Прыгнула.       Прошла считанная секунда, за какую мозг нарисовал миллион образов: оступившаяся нога. Летящее вниз тело. Острая перегородка забора, перерубающая напополам плоть…       Под ступнями вместо воздуха появилась решётка. Салли не верила собственным глазам: у неё вышло!       — Я это сделала… Ха-ха! Получилось! — она не удержалась от победного выкрика.       Схватившись за ржавые ручки лестницы, Салли намеревалась спустить её вниз, но здесь поджидал неприятный сюрприз: крепления были надёжно сцеплены замком. Рядом никаких инструментов. Кто-то из охраны — будь то Генри или Лидия — мог быть собой доволен. Даже от пожара бы не спаслись «жителей циркового балагана» на сороковой улице Ривер-Фолса.       — Что, блять, с этим домом не так?!       Сдаваться рано — она ещё не спаслась. Чувствуя, как в крови продолжает бушевать адреналин на фоне нежданного героизма, Салли огляделась. За пожарной лестницей на расстоянии двух окон замаячил чей-то балкон. Девятнадцатая квартира. Форд!       «Соберись, чуть-чуть осталось…»       Не опуская головы даже на секунду, Салли сжала крепко кулаки. Уверенно перебралась за край решётчатой площадки. Впереди было два подоконника: раз плюнуть! И плевать, что уверенность почти покинула тело. Салли потрясла головой, как собака. Не стала больше тянуть… прыгнула. Три длинных шага — ну прямо ниндзя! Ещё один. Нога соскользнула. Посыпались кирпичные крошки прямо вниз.       — З-зачем я посмотрела…       Салли сползла вдоль стены, садясь на подоконник. От страха вцепилась в трубу. Взгляд предательски вперился в землю под низом, в микроскопические машинки и дорожки, где ещё секунда — и окажется она, разбившись камнем об асфальт. Кот в рюкзаке заворочался, замяукал: «Хозяйка, ты там цела?» — так и звучало его восклицание. Встать никак не получалось. Время потянулось бесконечностью, и стало ясно, что теперь Салли до скончания веков будет сидеть прямо здесь, пока не превратится в каменную горгулью с перепуганным взглядом.       Ноги не хотели слушаться. Пальцы начали дрожать от отчаяния, держась за сливную трубу. Салли поняла: силы вот-вот кончатся. И прямо в следующую секунду… Дверь балкона с громким хлопком отворилась, эхом донеся ворчливый вздох. В проём протиснулась знакомая мохнатая голова.       Форд!       «Слава богу! Не думала, что скажу это, но как я рада его видеть!»       Горло пересохло, и мысли были озвучены только в собственной голове. Салли запаниковала, что не сможет теперь даже пискнуть, — но мужичок сам повернул голову в её сторону, осматривая улицу. А следом… заорал, что есть мочи:       — А-А-А!       Салли не ожидала такого и заорала в ответ:       — А-А-А!       С минуту после криков, ошарашивших всех соседей в округе, двое перевели дыхание. Форд заговорил первым, еле ворочая языком:       — М-Моррисон?.. Ты… Чё, сдурела?! По окнам лазишь… Ты… горгулья или чё?..       — Нет, что ты… Мне просто нравится по крышам карабкаться! Это же так весело… — глядя на Форда, тупо моргающего, как рыба, Салли истерически крикнула: — Может, поможешь, вместо того, чтобы истуканом стоять?!       — А! Не вопрос, детка… Держись!       И он протянул ей крохотную ручку. Салли не стала огрызаться: даже такой сигнал помощи был кстати. Да и рука у карлика оказалась совсем не щупленькой. Форд схватил её крепко-крепко, а следом дёрнул на себя, да так, что чуть не вывихнул плечо. Миг — и Салли стояла, отряхиваясь, в квартире бывшего морячка-пехотинца.       Она видела её лишь через дверной проём, потому с удивлением отметила горы хлама, собранного словно с барахолки, и трофеев — неизвестно, насколько ценных. Некоторые вещи были не самыми приятными: потрёпанная военная форма, оружие на стенах: от дробовика до винтовки. Муляжи?.. Всё это наводило на мысль, что рассказы Форда были не такими уж и байками… Несколько пустых бутылок рома и водки, расставленных у дивана, объясняли растерянность мужичка: тот был пьян в стельку!       — Спасибо… — Салли неуверенно сняла с плеч рюкзак. Тосик был внутри, жив-здоров — лишь малость взволнован.       Форд начал закидывать её тоннами вопросов, но она не слушала, думая о преступниках. Даже квартира соседа, наполненная пушками и обмундированием, не казалась безопасной крепостью.       Спереди послышались шорохи… Салли напряглась, а Форд не повёл и бровью. Поломанная дверь где-то слева отворилась со скрипом, и оттуда выше совсем незнакомый ей человек. К счастью, это был не один из грабителей. К несчастью… возможно, эта личность была ещё хуже.       Он встал посередь коридора, почти касаясь макушкой потолка. Кости проглядывались на худощавом теле сквозь одежду, дожившую до наших дней со времен хиппи. Длинная борода и такие же длинные космы патлами спускались с головы — на миг Салли показалось, будто в его волосах прыгают вошки… А на орлином носу громоздились очки с разбитыми стёклами.       Завидев Салли, мужчина вынул изо рта трубку, откуда шёл специфический травяной запах. Прошептал что-то одними губами. Замычал жуткую мелодию… Затем и вовсе затрясся. От внешности хиппи-бездомного и жуткого поведения Салли стало не по себе.       — Так! А ну, кончай, хрыч старый! Вон, смотри, девчонку как запугал, — нарушил тишину Форд, отчитав замолкнувшего мужчину. Затем повернулся к Салли. — Ты же знакома с Магом? Ну… Магнус Вильдемар Шульц — его полное имя. Маг, это я так, сокращаю.       — С кем?.. — скрипуче переспросила Салли.       — Как это с кем, мать?! Даёшь… Сосед твой! С семнадцатой.       Сложив два плюс два, она перевела безумный взгляд на мужчину, крикнув:       — «Голубиный пастух» что ли?!       Форд похлопал глазами и пригрозил Магнусу кулаком:       — Э! А почему я о такой кличке не слышал? Только про «Оракула» знаю и всё…       — М-м… Уйди… Уйди с поля зрения, — зашептал вдруг Маг Форду. — Мешаешь…       Он припал губами к бонгу — вонь травы стала ещё более резкой, — сделал полный вдох, снова затрясся. Закатив глаза, он вдруг рывком придвинулся к Салли, схватив её за руку, — она не успела даже среагировать.       — Вижу… Я вижу! — крикнул Магнус, запрокинув голову к потолку. С губ, казалось, вот-вот потечёт пена. — Слушай внимательно, девочка: держись тени его, не выходи на свет. Убережёшь жизнь… Не лезь на рожон, но не бойся: избежишь неприятностей… Других настигнут… И главное: опасайся волка в кошачьей шкуре! — он запнулся. — Или там про овцу?.. Ладно, овец тоже. И голубей! Главное, голубиного главаря, что-…       Салли не дала договорить — на секундной паузе она вернула ясность ума и выдернула руку, завопив:       — ТЫ ЧЁ, БЛЯТЬ, СДУРЕЛ?       Выкрик отрезвил укуренного соседа. Тут и Форд подключился:       — Слышь, Оракул! Ты ещё должен мне погадать на следующие скачки. Не транжирь попусту магию. Давай, кури свой отвар, кури. Не расслабляться, солдат!       Карлик насильно ткнул Магнуса бонгом в нос, выругавшись в стиле бывалого морского волка. Повернулся к Салли:       — А ты?.. Расскажи хоть, зафиг-нафиг по крышам щеголяла? Ещё и в таком виде…       Она опустила взгляд на свои ноги и только сейчас осознала, во что была одета: тапки, влажные от сырой крыши, на теле пижама и кофта, собравшие собой всю пыль, гарь и сажу.       — Я… я… — голос предательски задрожал. — Я… пришла домой. Дверь… они вскрыли, а потом… потом вообще устроили мне… напугали меня и Тосика… и разбили вещи… Снова припёрлись… Я не знаю, что им нужно… Точнее, знаю, но… я не понимаю… и я просто… просто!..       Салли бормотала бессвязные вещи, понимая, что вот-вот сдадут нервы, что слёзы предательски потекут по щекам. Но расслабляться нельзя — рано! Форд похлопал её по спине:       — Ну-ну, детка, не раскисай. Не понял я, чё там случилось, но… может, конфетку хошь?       Она вытерла хлюпающий нос рукавом и оттолкнула от себя карлика:       — Какую конфетку?! Ко мне вломились какие-то уёбки, разворошили всю хату, а ты предлагаешь конфетку? Иди ты в пень!       «Весь этот дом и его чудики… Ненавижу! Не хочу здесь даже находиться…» — Салли не считала нужным произносить такое вслух. Форд хлопнул два раза ртом, как глупый сом, и промолчал. Зато подал голос Магнус:       — Фотон, Нитон, Тритон, Плутон… Фотон, Нитон, Тритон, Плутон… Фотон, Нитон, Тритон, Плутон… — бормотал он будто в припадке.       Салли попыталась уловить логику в словах, но быстро сдалась.       — Окей… Как говорится: «Если тебя окружают одни психи — может, ты просто сидишь в дурке». С тобой — всё ясно. А с НИМ что не так?! Он что… умалишённый?       — Тихо! Не видишь, Маг входит в транс? — Форд укоризненно глянул на Салли, будто пристыжая за глупость.       — А, то есть, теперь это так называется? Да вы ж тут траву курите! В своём уме, вообще?       — Я не курю! И это волшебный отвар, детка. Не учи учёного… — Форд понял по совершенно обескураженному лицу, что Салли не понимает ни единого слова. Тогда он вздохнул: — Ладно… Объясняю. Сегодня были ежегодные скачки в Иллинойсе. Лошадки боролись не на жизнь, а на смерть!.. Я всегда ставлю на «финиш»: кто из кобылок придёт даже третьей, деньги в карман приложатся. Но вчера вечером встретились с Магом… А у него чуйка. Он «Оракул», без базара. Сказал, не спешить с решением… Рискнуть. Ну, я рискнул: поставил всё на «победу». Сегодня… выиграл! Детка, этот мужик чувствует, ему надо верить! Поэтому пока он мне не нагадает на следующие ставки, я его отсюда не выпущу. А траву он разводит, чтоб глаз третий открылся… Так он говорит. Я так-то в подобную ересь не верю. Но деньги врать не станут…       Салли скептически оглядела обоих мужчин, но спорить не стала: в ту минуту её волновали более важные вещи, чем приколы соседей, — одного накуренного, второго пьяного в хлам. Скорее, они доставят новых хлопот, нежели ей помогут.       Магнус, тем временем, продолжал трястись, бормоча: «Фотон, Нитон, Тритон, Плутон…» По меньшей мере несколько минут он находился «в трансе», а затем… выпрямился, как столб, запрокидывая голову к потолку.       — Время карать виновных.       Салли даже не вслушивалась, обдумывая план в голове, зато Форд воспринял слова буквально:       — Э-э… Оракул? Это то, о чём я думаю? Плохиши, перепугавшие нашу девчонку?       — Да.       — Это… важно для моего гадания?..       — Да.       — Значит, я в деле!       — Да.       Услышав вошканье, Салли подняла голову и чуть не повалилась на пол. Магнус убрал бонг, нацепил на шею свисток. А Форд потянулся к одному из своих — теперь, казалось, совсем не муляжных — оружий.       — Что ты… Что ты удумал?! — вскрикнула Салли, догоняя мужичков у двери.       — Отставить панику. Мы прикроем тыл — а ты беги! Капитан покидает корабль последним.       Форд открыл настежь дверь, и Салли лишь оставалось в страхе спрятаться, боясь столкнуться с уведенным.       ㅤ       Квартира открытая приглашала всех в гости. Внутри — всё вверх дном. Даже с расстояния слышались переговоры преступников:       — Риччи, хорош прохлаждаться. Ищи давай. Если не она — так оно… всё ещё может быть тут.       — Ищу. Не хочу просто, чтоб на меня накинулась ещё какая-нибудь лохматая тварь…       — Не думаю, что тот кот болел бешенством.       Троица утихла так же внезапно, как Форд вместе с Магнусом появились на лестничной площадке. Салли увидела одного из преступников, стоящего на стрёме у входа. Этот парень улыбался ей в самый первый день, представившись Джеймсом. На деле же его звали…       — Доген! Кто там?..       — Неприятности… — проскрежетал он, а затем в удивлении распахнул глаза.       Он смотрел прямо на Салли. И секунды не прошло, как Доген заорал, что есть мочи:       — РИЧ, СЭМ! СЮДА!       И Салли испуганно подскочила на месте, поддаваясь панике. А дальше… всё произошло так быстро и плавно, как в замедленного съёмке, длящейся в жизни всего пару минут.       Из квартиры выбежали оставшиеся двое — теперь Салли видела их знакомые лица. Доген потянулся к ней. Форд и Магнус перегородили дорогу. Непонятно откуда последний вытащил полупустую бутылку из-под рома — та полетела прямо в голову одного из мужчин. Черноволосый, самый высокий припал к стене. Доген беспокойно выкрикнул: «Сэм!» Следом влез Форд. Вскинул ружьё… Салли зажмурилась.       БАМ!       Раздался оглушительный выстрел. Дырка осталась лишь на стене — не в чьём-то черепе. Двое преступников пришли в себя, навалились кучей на соседей, вырвав ружье из рук коротышки. Но Форд и Магнус были не так просты, как казалось. Первый с маленьким ростом прыгал вокруг кудрявого Риччи, как обезьяна, — как крохотный гоблин, ставящий подножки и путающийся под ногами. Он победным ударом ноги выбил оружие из руки противника. В тесном коридорчике справиться с ним было сложно. Второй уворачивался от каждого удара Догена, как от взмаха пера, кружась в подобие танца под пьяным угаром. Салли могла бы долго любоваться поистине кинематографичной сценой, развернувшейся на глазах. Но нужно было…       Бежать!       Вновь собрав в охапку кота, она юркнула в коридор, проползая между дерущимися мужчинами с поразительной самой себе ловкостью. Впереди замаячила лестница — Салли ускорилась, перепрыгивая ступени, но… Кто-то дёрнул её за ладонь и за волосы, возвращая назад.       — Ай! — от резкой боли потемнело в глазах.       Грубая ладонь рывком развернула её к себе, схватила за шею, запрокидывая лицо кверху. С ненавистью Салли прожигала самого неприятного, улыбчивого раньше, теперь криворожего бандита. Сэм — если и эти имена не являлись обманом. По его лбу стекала густая кровь от удара бутылкой, а злые глаза глядели прямо на Салли.       — Попалась, сука… Ты пойдёшь с нами.       Он не обращал внимания на крики и возню за спиной. Сэм поднял руку, в которой лежало обронённое ружьё.       — Пус-… -ти… — прохрипела она, вцепившись в ладонь пальцами.       — Заткнись!       Хватка стала сильнее. Салли всхлипнула, осознавая, что проиграла нечестный бой. В глазах начало темнеть, кончики пальцев онемели, полностью обессилев от рук противника. Казалось, пара секунд — и она потеряет сознание. А затем…       Послышался свист.       Это был Магнус, умудрившийся в драке протиснуться к двери своей квартиры. Выпустив содержимое лёгких без остатка в свисток, он набрал воздуха вновь и…       — У-лю-лю! У-лю-лю! У-лю-лю!       На миг дерущиеся остановились, ошарашенные внезапным выкриком, — будто сосед-хиппи чокнулся, накуренный до предела. Но всего через секунду за распахнутой дверью квартиры под номером семнадцать что-то зашевелилось. В воздухе послышался гул и… воркование.       Салли моргнуть не успела, как площадку всего за секунду заполонила стая голубей! С громким курлыканьем птицы вылетели из квартиры соседа, затмили крохотными тельцами лампу — единственный источник света вокруг. Всё погрузилось в полумрак. Голубей было так много, что от их криков закладывало уши.       Магнус держал у себя дома птичью армию: и теперь они оказались спасителями.       — Кур! Кур! Летите, вестники смерти! Несите раздор! — выкрикивал Маг, яростно плюясь от экспрессии, махая руками, а преступники тщетно пытались спрятать лица от птиц, врезающихся в тела и в головы.       — Ай! Блять, уберите! Уберите!       — Сэм! Сэм, что это такое?..       Но Сэм был занят тем же, чем и его приятели, — спасался от голубей.       Салли выдохнула, как только пальцы ослабили хватку, — никто больше не мешал ей сбежать. Спускаясь по ступенькам, она мельком оглянулась через плечо. Воистину, на площадке в ту минуту разворачивалось настоящее театральное действо, способное обескуражить любого, кто решился бы выглянуть из квартиры и узнать, что за шум доносится сверху. Глядя, как птицы тёмным ураганом кружат под потолком, бросаясь на преступников, корчащихся в агонии; на Магнуса, мычавшего очередное заклинание, вновь вытащив бонг; и Форда, смеющегося во весь голос, не как военный моряк, а как настоящий пират… Салли могла лишь думать, разинув рот:       «Вау. Просто вау! Слов нет!»       Она побежала по лестнице вниз, пока за спиной продолжалась борьба. На четвёртом этаже открылась дверь — вероятно, Марти и Нэнси проснулись от шума. Салли не обращала внимания, продолжая свой путь. Через несколько секунд она добралась до первого этажа, склонившись до пола в тяжёлой одышке. На миг всё стихло. Созрел вопрос:       — Что дальше?..       Конечно, ответить могла только Салли. И когда с лестницы послышались шаги с криками — не соседские возгласы, — она поняла, что на страх времени нет. Салли промчалась вдоль пустующего холла, одинокого кресла Лидии — прямо к выходу. Дёрнула ручку: «Свобода!»       Но не тут-то было.       Из ниоткуда перед ней возник некто, не давая пройти. Мужчина престарелых лет — с седой шевелюрой и такими же усами. В чёрном смокинге, как при параде, а в руке пистолет. У Салли не хватило сил ни на вздох, ни на ужас. Мужчина стоял опасно близко, светлые глаза из-под седых бровей глядели убийственно. Не было ясно, на что он способен. И пока одна его рука в перчатке придерживала край пиджака, а вторая напряжённо держала пистолет прямо за воротом, Салли эта ситуация казалось до чёртиков знакомой… Не улица, а такси; тоже мужчина — но помоложе; такое же чёрное официальное одеяние и рука под краем пальто, хватающая оружие.       — Не надо… — прошептала Салли, глядя куда-то сквозь седовласого мужчину.       Он стоял, не шевелясь. За спиной вновь послышались шаги, грохот. Крики нескольких голосов. Как там Форд, Магнус? В порядке ли?..       Салли вновь беспомощно уставилась на старика, напрягая всё тело в ожидании опасности. А тот… метнул вдруг взгляд в сторону переулка.       — Беги.        «Ты… помогаешь мне?..» — казалось, что это шутка.       Старик не шутил.       — Беги! — повторил он и с несвойственной для пожилого человека скоростью ворвался в здание.       Салли не надо было повторять дважды. Придерживая рюкзак с измученным котом, она рванула прочь от этого дома, не чувствуя ног и усталости.       Вперёд. Вперёд. Не останавливаться!       Пробежала мимо припаркованного чёрного мерседеса. Как странно, почему эта машина казалась знакомой?.. Затем вдоль единственного фургончика в районе — на нём красовалась надпись «Клаудтек». Салли бежала и бежала, пока за спиной слышались крики, хлопки и грохот. Выстрелы. Глаза застилала пелена из страха и застывших слёз. Кровь кипела в разгорячённом теле, пока она мчалась, не чувствуя ветра, пронзающего тело в пижаме, не чувствуя, как хлипкие тапки тонут в лужах. Хотелось исчезнуть из этого места и больше не возвращаться.       ㅤ       Ветви деревьев в парке, мимо которого лежал путь Салли, больно хлестали по щекам, рассекая кожу. Ночные прохожие не обращали внимания, не удивляясь её прикиду. Никто не хотел ей помочь. В ушах гудел ветер и бурный шум мегаполиса, а ноги бежали вперёд, готовые сломаться пополам, как игрушечные.       Салли не знала, сколько прошло времени. Не знала, была ли погоня. Но силы резко закончились.       — Ах! — испустила она вздох, падая на скамейку.       От промокших тапок было противно и холодно, ветер кусал лицо. В голове начали зреть вопросы:       «Что теперь?.. Полиция? Что они скажут? То же, что и эти тупые офицеры?.. Я так устала… Так устала…»       Это была не просто попытка взлома. Намеренное проникновение, нападение, стрельба. Убийства?.. Нет. Нельзя думать об этом. Но Салли думала. Пусть соседи и были «с приветом», они помогли ей — они не заслужили плачевного исхода. Даже перед Марти и Нэнси Салли чувствовала укол вины. Если эти двое высунулись из квартиры… не столкнулись ли они нос к носу с дулом пистолета? И неважно, чьего: трёх бандитов или же старика. Хотелось верить, что им помогут. Что помогут ей. Но доверия не было ни к кому.       Салли, падая, поднялась со скамейки. Подвигала ватными ногами, чувствуя, как кружится голова. Огляделась.       — Где я вообще?..       Указатели с вывесками гласили: Клинтон. Салли была за пределами своего квартала. Она принялась думать, что делать дальше, и тут вдруг… кто-то тихо подошёл со спины, с тяжестью кладя на плечо руку.       — Эй! — раздался грубый голос. — Мисс, вы в порядке?       Она развернулась на пятках, еле сдерживаясь от истерического крика. Это был полицейский. И руку он держал крепко, глядя на Салли с подозрением.       — Что с вами? Нужна помощь? — он понизил голос, принюхиваясь. — Чем от вас-… Это трава?! Гражданка, попрошу не сопротивляться! Вам нужна помощь?       — Не надо! — выкрикнула она, смахнув с себя руку, приманивая взгляды прохожих. — Не трогайте! Отстаньте… Отстаньте все…       Не слушая приказов, она выбежала на перекрёсток. Полицейский гнаться не стал, махнув рукой на «чудаковатую» жительницу Эмпайр-Сити. Толпа людей подхватила её, как пёрышко, ведя в сторону метро. Она не сопротивлялась.       Группа эмпайрцев спустилась в подземку. Салли огляделась по сторонам, не замечая опасных лиц. Поезд — единственное спасение. Теперь никто не выследит, куда она делась, ведь метрополитен Эмпайр-Сити был запутан, как лабиринт минотавра. Потерявшись — не выберешься.       Кто-то из прохожих скривился, при виде неё: дрожащей, в одной грязной пижаме. Вероятно, принял за бездомную. Кто-то сжалился — и оплатил из собственного кармана единоразовый проезд. Путь выбран был верный.       Первый вагон метро наугад — поезд без промедлений тронулся с места. Плюхнувшись на холодное сиденье, прижав рюкзак с Тосиком, выглядывающим обеспокоенной мордочкой через прорезь, Салли погрузилась в хмурые думы.       «Не знаю, кто затаил на меня обиду и кто строит все эти козни… Не знаю, что такого я натворила, чем заслужила подобное… Но это уже какой-то кромешный ад. Если полиция и в этот раз ничего не будет делать, я… я затаскаю по судам всех и каждого!»       — Слышишь, Тосик? — бормотала она, уткнувшись лицом в рюкзак. — Эти гады ещё поплатятся… Вот узнает об этом тётя Ирма… Юристка — одно её слово, и все лягут. Или дядя Виктор — такого хорошего адвоката ещё поискать надо… А… А дядя Майкл вообще работает в налоговой инспекции. Да мы их… ух! По три шкуры сдерём с каждого, слышишь? Не бойся… Мы справимся. Хорошо?       Тосик сонно моргал в ответ, не понимая, о чём говорит хозяйка, но соглашаясь с каждым её словом. Салли откинулась на спинку сиденья, размышляя, куда ей податься: в полицейский участок, где её обвинят в хранении выдуманных наркотиков, или в ночлежку для бездомных? Внешний вид полностью соответствовал.       На экране высветилось название станции. «Рокфеллер». Жилой квартал, где находилась…       «О чём я вообще думаю… Нет, я должна ехать в полицию. Так будет правильно!»       Рокфеллер — место, где жила…       «Я так устала… Я не хочу ни с кем разбираться… Я просто хочу домой!»       Поезд направлялся в Рокфеллер — туда, где жила Джози.       Салли поняла, что желает лишь одного: близкого человека рядом.       ㅤ       Прошло пять минут — Рокфеллер граничил с Клинтоном. Поезд остановился, буквально «выплюнув» из себя уставшую, измотанную Салли. Она выползла из подземной станции метро в одиночку и вдохнула полной грудью воздух.       Многие эмпайрцы предпочитали жить на Западном Побережье. И те, кто был побогаче, — выбирали Рокфеллер. Густонаселённый квартал, кричащий своим названием о чём-то роскошном, изысканном. Переполненный красивыми браунстоунами, элитными бутиками и ресторанами он мог посоревноваться с любой из дорогих улочек Гранд-Айленда. Салли редко бывала в этом месте, и всякий раз Рокфеллер баловал её взгляд, щекоча полупустые карманы. Но сегодня был день невзгод и печалей. Сегодняшняя цель визита была вынужденной.       Плетясь вдоль ярких даже ночью улиц и горожан, изредка кидающих любопытные взгляды, Салли вытащила из рюкзака телефон — все важные вещи остались на месте — и набрала номер самой близкой подруги.       Пара гудков. Тревожная мысль: «Пожалуйста, только не автоответчик!» — порой дозвониться до Джози было проблематично. А следом…       — Салли? Что стряслось?       Вот так, сразу к делу и без лишних слов.       — Привет… — прохрипела она и прокашлялась, понимая, что звучит слишком взволнованно. — Ты… дома?       — Да. А что?       Чуть расслабленный, низковатый и мягкий голос смог на долю секунды снять напряжение.       — Переночевать у тебя. С Тосиком. Можно?..       Короткая пауза — Джози анализировала каждую деталь: от встревоженного голоса до звонка посреди ночи. Вскоре она ответила:       — Конечно. Сама доберёшься?       — Да… Я почти возле тебя.       — Жду. Если что — звони.       Джози не стала класть трубку — дождалась, пока это сделает сама Салли. Та не стала топтаться на месте и, поправив рюкзак с успокоившимся котом, направилась по указателям. Память была дырявой, но примерный путь она знала, а потому шла достаточно уверенно. Вернее, изображала уверенность, ведь вряд ли иллюзия на неё будет лишней. Героям страх неведом.       Салли перебирала пальцами скомканную пижаму. Тосик зашевелился в рюкзаке, заставив в тысячный раз разозлиться на шайку разбойников, перепугавших питомца. Вскоре впереди возник знакомый, а оттого восторженно встреченный дом: высокий симпатичный браунстоун, чей каменный фасад был выкрашен в цвет кирпича, с такой же каменной лестницей и элегантной дверью. Салли поёжилась, от радости чуть ускорив шаг. Ступила на первую ступеньку, а затем вдруг услышала голос. Знакомый.       — Салли?       Она подняла голову и встретилась взглядом с молодым пареньком. Тот тряхнул рыжими космами в удивлённом жесте. Даже без сценического костюма и белокурого парика по огненному цвету волос Салли узнала, кто перед ней стоял.       — Чарли?       Что он тут вообще делал?