Коллекционер трупов

Ся Бай моргнул, на его красивом лице наконец отразились эмоции. И Линь Сян, и Хуа Хаомин заметили. Они оба определили это выражение как “как ты мог?”, Но их интерпретации были совершенно разными. Линь Сян, ранее боявшийся, почувствовал прилив мужества в тот момент, когда увидел нежелание Ся Бая заставлять его делать что-то опасное вместо себя. Он храбро заявил: Ся Бай, у остальных есть семьи, которые их защищают. У тебя тоже. У них есть отцы, матери, сестры, а у тебя есть старший брат. Будь уверен, я всегда защищу тебя от беды. Хуа Хаомин: “...” Ся Бай открыл рот и ответил: В этом нет необходимости. Линь Сян был непреклонен. -Я определенно защищу тебя. Хуа Хаомин поднял взгляд к небу. Несколько мгновений спустя он внезапно разразился сдержанным смехом. Ся Бай, “...” Не раздумывая ни секунды, Ся Бай встал и направился в лабораторию. -Эй! Ся Бай, подожди меня!-Линь Сян быстро догнал. Хуа Хаомин тоже встал, вздыхая: Вот идиот. Я единственный, кто на самом деле боится всего этого. Медицинский колледж был маленьким и старым, напоминая те старые, обшарпанные дома, которые люди презирают. Но с возрастом приходит красота – густые, пышные деревья были разбросаны по территории кампуса, море зелени. Многолетнее дерево было даже выше четырехэтажного лабораторного здания. Возможно, из-за тени дерева и недостатка солнечного света в здании было очень влажно. Войдя, они сразу же оказались в прохладной, разлагающейся, влажной атмосфере. В дополнение к удушливому формалину во влажном воздухе также ощущался слабый резкий запах. Ся Бай понюхал их, и это был тот же запах, который он почувствовал возле искусственного озера. В здании было сумрачно даже в два часа дня. Свет пришлось включить. Решение дизайнера покрасить обширные участки внутренней части здания в красный цвет вызвало недоумение. Время и тусклый свет сделали краску похожей на просачивающуюся засохшую кровь. Вход выходил на лестницу, по которой игроки быстро поднялись. На первом этаже располагался морг, заполненный телами и различными образцами органов, присланными из дочерних больниц. С первого взгляда в длинном темном коридоре была слегка приоткрыта дверь. Через темную щель им показалось, что за ними кто-то наблюдает. Изнутри, казалось, исходило влажное, тошнотворное ощущение. Ся Бай на мгновение остановился, успев лишь бросить быстрый взгляд в сторону морга, прежде чем Хуа Хаомин потащил его наверх. Оказавшись на втором этаже, Линь Сян глубоко выдохнул: Вы все это почувствовали? Жуткая, леденящая атмосфера на первом этаже? Вэнь Дон кивнул: У меня мурашки по коже. Мы действительно пойдем туда сегодня вечером? Линь Сян: Вместо этого нам следует обсудить ситуацию в полдень. Другие игроки чувствовали то же самое, тяжесть этой гнетущей, холодной и едкой атмосферы делала ее почти удушающей. Ся Бай был единственным, кто сожалел об этом решении. На втором этаже было десять анатомических лабораторий, и они направлялись в комнату 203. Лаборатория была немного меньше их обычной классной комнаты. В центре комнаты лежал труп глубокого оттенка, предполагающий, что он был мертв уже некоторое время. Как правило, медицинские учебные заведения имеют дочерние больницы. Некоторые люди при жизни подписываются на пожертвования тел, охотно предлагая свои останки для научных исследований. После их прохождения в этих дочерних больницах их тела доставляются в учреждение, где студенты-медики с почтением называют их своими “учителями-труповодами”. Эти люди очень респектабельны и великодушны, поэтому многие студенты-медики не боятся стать учителями. Однако это происходит в мире игр ужасов. За исключением свежих трупов, используемых для обучения, большинство человеческих образцов будут обескровлены и пропитаны формалином, цвет которого со временем станет более насыщенным. Этот образец на испытательном стенде уже приобрел темно-коричневый цвет.Но, как ни странно, он выглядел очень живым без крови, и даже на лице, которое не знало, как долго его вымачивали в формалине, казалось, было какое-то выражение. Тело было неповрежденным, за исключением рта, который был зашит. Швов было много, что указывает на то, что это действие совершалось несколько раз. Ся Бай пристально смотрел на труп, его глаза слегка расширились, поблескивая во всей своей красоте. Только когда Линь Сян потянул его за собой, он заметил, что пришел их профессор анатомии. После короткой лекции о трупе преподаватель, почувствовав ощутимое напряжение среди студентов, заметил: Не нервничайте. Давайте начнем с простого. Я назову несколько мышц, и один из вас может попытаться найти их на теле трупа. Легко? Казалось, что это задача прямиком из ада. Когда взгляд профессора скользнул по ним, студенты пригнули головы, желая исчезнуть на месте. Все, кроме одного. Рука Ся Бая взлетела вверх. Когда профессор посмотрел поверх моря склоненных голов и встретился с нетерпеливыми, жаждущими знаний глазами Ся Бая, он почувствовал волну тепла и радости, которую мог почувствовать только учитель, захлестнувший его. Таких эмоций он не испытывал уже очень давно. -Хорошо, этот студент. Остальные посмотрели вверх. Линь Сян собирался сделать шаг вперед, когда Хуа Хаомин остановил его. Мэн Тянью усмехнулся, поняв, что выбрали Ся Бая. Когда Ся Бай проходил мимо него, Мэн Тянью на мгновение заметил блеск в его потрясающих глазах. Все знали, что у Ся Бай особенно пленительные глаза. Даже Мэн Тянью не мог этого отрицать. Недостатком было то, что они были вечно пустыми и бездушными; но теперь они сверкали, казалось, освещая даже мрачную, ветхую лабораторию. К тому времени, когда Мэн Тянью вернулся к реальности, Ся Бай уже был рядом с трупом. Глядя в эти оживленные глаза, профессор Лю был глубоко тронут, чувствуя некоторую вину за годы своего нерешительного преподавания. Кто сказал, что студенты изначально ненавидят анатомию? Конечно, такой ученик, как этот, был маленьким ангелом, посланным исцелить усталое сердце учителя. Профессор Лю спросил: Как вас зовут, молодой человек? Ся Бай ответил: Профессор, я Ся Бай. Профессор Лю кивнул: Хорошо, Ся Бай, начнем? Ся Бай с энтузиазмом подтвердил: Да! Профессор Лю начал перечислять: Грудино-ключично-сосцевидный отросток, поперечная мышца живота, портняжный... У Ся Бая были красивые руки. В отличие от ошеломленных, безобидных вибраций, которые он обычно излучал, костная структура его рук придавала ему сильную и свирепую атмосферу. Следуя словам профессора, пара рук прошлась по трупу. Светлые руки, скрывающие пурпурные вены, составляли резкий контраст с темно-коричневым иссохшим трупом, притягивая взгляд. Его пальцы грациозно танцевали по телу, всегда указывая нужную мышцу. Зрители не могли не представить, как эти руки могли искусно препарировать тело скальпелем. Однако на самом деле прикосновения Ся Бая были нежными и твердыми, он ласкал труп, как любовник. Линь Сян был ошеломлен. Хуа Хаомин подумал про себя: "Теперь он, должно быть, что-то понял, верно?" И все же он сразу услышал, как Линь Сян пробормотал: Он действительно все это вспомнил. Ся Бай потрясающий!! Хуа Хаомин: “...” Наблюдая за происходящим, профессор Лю впечатлялся все больше и больше. В конце концов, он остановился и сказал Ся Баю: Ты прекрасно справился, Ся Бай. Лицо Ся Бая озарилось радостью: Спасибо, профессор. Я могу продолжать. -Нет необходимости, я могу сказать, что ты освоил все это. Затем профессор Лю спросил: Как вы себя чувствуете? Из-за этой легенды кампуса эти студенты боялись занятий анатомией. Им было трудно сосредоточиться, даже когда они имели дело с образцами. Это была поистине редкая возможность встретить студента, столь увлеченного медициной и равнодушного к городским легендам. Профессор Лю хотел, чтобы он поделился своими чувствами, надеясь, что это развеет подспудные страхи каждого. Ся Бай хорошо сотрудничал и начал говорить. Радость в его глазах сменилась легкой грустью и меланхолией, когда он прокомментировал: Он очень одинок. “…?” Даже профессор был ошеломлен: Что? Кому одиноко? -Труп Учителя. Когда он скончался, пришла Смерть, но Смерть появилась лишь ненадолго, забрав его дух. Позже пришли другие вместе с другими сущностями. Его телесная душа также исчезла, оставив после себя только тело, вечно погруженное в черный как смоль формалин. “…” Ся Бай выглядел опечаленным: Он очень одинок. Ему нужен дом. “...” Хуа Хаомин почувствовал, что последняя часть звучит знакомо, и он больше не мог слушать слова Ся Бая. Линь Сян в шоке пробормотал: Ся Бай такой добросердечный. Он может сопереживать даже трупу. Хуа Хаомин: “...” Ты тоже нихуя не нормальный !!! Не зная, как реагировать на слова Ся Бая, профессор Лю ухватился за чувства Линь Сяна, быстро сказав: Да, Ся Бай действительно добросердечный. У него доброжелательность врача. Он наверняка станет великим врачом в будущем. Хуа Хаомин: “...” . «Великий доктор?!» Любая больница, которая приняла Ся Бая, по сути, отказалась бы от возможности иметь мирный морг. Из-за того, что все знали, этот длительный урок анатомии оказался не таким ужасающим, как они себе представляли. После занятий все смотрели на Ся Бая странно, с подозрением и пристальным вниманием. Вэнь Дуну было немного не по себе. Чувствуя ужасающее давление своего соседа по комнате, он осторожно заметил: Ся Бай, ты довольно инициативный, да? Ты серьезно относишься к учебе даже в игре? Ся Бай кивнул. Вэнь Цю несколько секунд пристально смотрела на него и сказала: Раз ты так хочешь учиться, можешь быть более активным на будущих уроках анатомии. Несколько человек подхватили: Да, да, да! Ся Бай с энтузиазмом кивнул. Мэн Тянью больше не мог этого выносить. Он вмешался: Разве мы не должны обсудить подсказки, которые мы могли бы найти на уроке анатомии? Во время размышлений сцена рук Ся Бая, ласкающих труп, доминировала в его сознании. Поразмыслив, он заметил: Рот трупа учителя был зашит. Я никогда не слышал о подобном приготовлении образцов -Я знаю почему, - вмешалась Сун Цян.-Когда я был в сельской местности, я слышал рассказы об убитых людях, которым зашивали рты и клали внутрь какие-то предметы, чтобы они не донесли Царю Ада. Мэн Тянью усмехнулся: Дядя, мы учимся в медицинской школе, а не в научном центре. Давайте не будем полагаться на бабушкины сказки. -Мы оказались в ловушке в игре ужасов, а ты все еще твердишь о науке? Тогда объясни нашу ситуацию с научной точки зрения!-Линь Сян парировал. Мэн Тянью возразил: Ты пытаешься затеять со мной драку? Вмешался Вэнь Дон: Я думаю, нам нужно быть непредубежденными и не отмахиваться от того, что упомянул дядя Сун. -Медицинская школа такая маленькая, но в ней так много классов анатомии. Откуда они берут все эти трупы учителей? Как вы думаете, есть проблема с их поставками? Поэтому рты зашиты? Линь Сян, подхватив мысли Вэнь Дуна, предположил: Зашить рот - значит помешать им говорить. Итак, школа совершила эти убийства и превратила жертв в трупы учителей? Жертвы были студентами или преподавателями? Хуа Хаомин высказал другую точку зрения: А как насчет кражи трупов или незаконной торговли? Он взглянул на Ся Бая. Ся Бай выглядел растерянным, нюхая собственную руку. После урока он снял перчатки, но не вымыл руки, как будто не хотел удалять запах. “…” Их обсуждение продолжалось, но к тому времени, когда они вернулись в общежитие, никаких выводов сделано не было. Линь Сян задумался: Не сходить ли нам сегодня вечером в морг за дополнительными уликами? Честно говоря, многие сопротивлялись. От их визита ранее в тот же день по спине пробежали мурашки, вызвав ощутимый страх. А после того, как они провели всю ночь, их усталость делала даже ходьбу проблемой. Вэнь Дон предложил: Сегодня вечером у нас занятия, и в общежитии будет комендантский час. Как насчет того, чтобы лечь сегодня пораньше и посетить морг завтра, когда у нас не будет занятий? Предложение было встречено одобрительными кивками, так как многие едва держались на ногах. После занятий в тот вечер они сразу отправились спать. Ся Бай, всегда рано ложившийся спать, задремал раньше, чем трое самых измученных игроков. В медицинской школе по ночам было жутко сыро. Влажность, казалось, несла слабый, тревожный запах. В своих снах Ся Бай узнал его – запах соответствовал запаху лаборатории и искусственного озера. Он напомнил ему о каких-то водорослях или существе из глубин озера. Сырость становилась все холоднее, цепляясь за ноги, как ледяная хватка призрачной руки. Внезапно глаза Ся Бая распахнулись. Темная фигура нависла над ним, ее лицо было в опасной близости. Вэнь Дон задернул шторы, из-за чего в комнате стало совсем темно. Но Ся Бай мог различить силуэт, блеск в его глазах и ряд белых зубов, которые стали видны, когда его рот приоткрылся. Ся Бай никогда раньше не обращал особого внимания на глаза Сун Минляна. Мужчина часто опускал взгляд, пряча его за густой челкой. Но сейчас, находясь так близко, с откинутой челкой, Ся Бай мог видеть узкие темные глаза Сун Минляна, наполненные безумным, пульсирующим возбуждением. В полумраке от этого дикого света острые белые зубы казались устрашающе блестящими.