Коллекционер трупов

Внутри компании Хуа Хаомин обругал их обоих. Линь Сян, у тебя четкие черты лица и большие глаза, но какой прок от этих больших глаз, когда твое сердце слепо? Тогда есть ты, Ся Бай. Что заставляет вас думать, что у вас нет никаких привязанностей? И вы сказали это с такой искренностью. Разве у вас не должно быть самого ясного понимания вашей фиксации? Это так вопиюще очевидно. Твоя фиксация самая опасная из всех, понимаешь?! Хуа Хаомин больше не хотел разговаривать с Ся Баем. Он знал о своей одержимости, и этого было достаточно. Он строго спросил Линь Сяна: Хорошенько подумай о том, на чем ты зациклен. Если вы не опознаете это, это будет опасно для нас, и мы не будем знать, как вас спасти. Линь Сян начал размышлять: Я ненавижу темные вещи и люблю чистые. Связано ли это с какой-либо фиксацией? Тишина. Хуа Хаомин также отказался от Линь Сяна. Он перевел взгляд на Вэнь Цю и спросил: А как насчет вас, мисс Вэнь? Вэнь Цю глубоко задумалась. -Есть три возможности,но я не уверена. У нее не было заметной фиксации, но она знала, что ни у Мэн Цин, ни у Сун Минляна не было серьезных. Однако даже незначительное предпочтение могло стать опасным, оказавшись в морге. Сталкиваясь с опасными для жизни ситуациями, она обнажала самую суть своей натуры, даже если это происходило перед кем-то, кого она глубоко ненавидела. -Во-первых, я испытываю легкое отвращение к мужчинам. Трое мужчин: “...” -Не волнуйся, сестренка. Многим девушкам в наши дни не нравятся мужчины, я полностью понимаю это, - прокомментировал Лин Сян.-Разве фиксация не означает навязчивую симпатию к чему-либо? То, что тебе что-то не нравится, не считается, верно? (Примечание: Фиксация определяется как “навязчивый интерес или чувство к кому-то или чему-то” и не обязательно может подразумевать "симпатию".) Двое других мужчин кивнули в знак согласия. К счастью, неприязнь к мужчинам не считалась навязчивой идеей; в противном случае, если бы Вэнь Цю попала под влияние морга, разве у всех них не были бы проблемы? Вэнь Цю продолжила: Мне также нравится выбрасывать вещи. Изначально я начала с разбрасывания мусора, следуя тенденции минимализма. Но позже я не могла больше видеть ненужные или нелюбимые предметы, занимающие место. “...” Нелюбовь к мужчинам и разбрасывание вещей по отдельности были безвредны, но сочетание этих двух факторов привело бы к ужасным последствиям. В конечном счете, если бы Вэнь Цю вошла в морг, была высокая вероятность, что все они были бы выброшены. -В-третьих, у меня легкое ОКР. Я ничего не могу поделать, но хочу исправить то, что кажется асимметричным. “...” Линь Сян немедленно прикоснулся к своим бровям и глазам. Хуа Хаомин посмотрел на свои пять пальцев. -А как насчет тебя?- Вэнь Цю спросила Хуа Хаомина после объяснения. Хуа Хаомин ответил: Это не имеет значения. Если бы морг повлиял на меня, знание о моей одержимости не помогло бы. Вы все не смогли бы победить меня, даже если бы объединились. Лучше просто избегать меня. “?” Отвращение Вэнь Цю к мужчинам резко возросло: Хех. В конце концов, остался только один Мэн Тянью. После того как Мэн Тянью вернулся в спальню, он лег прямо на кровать и больше не произнес ни слова. Он был перепачкан кровью в общежитии 405 и не переоделся, поэтому лежал там такой грязный. Казалось, его это больше не волнует. Его матери, страдающей гермафобией, больше не было рядом, чтобы привести его в порядок. Хуа Хаомин вздохнул: Пусть будет так. Все они поняли, что он имел в виду: Мэн Тянью не придется возвращаться в морг, пока у всех не будет своей очереди. Он был в безопасности. Даже если бы им пришлось пройти еще один раунд, все они к тому времени мутировали бы, и понимание фиксации Мэн Тянью и того, как она будет искажена, было бы бессмысленным. Было уже 4 часа утра. Хуа Хаомин предложил: Давай поспим два часа. Мы проснемся рано, чтобы поискать подсказки. Все согласно кивнули. В то утро аналогия Хуа Хаомина с варящимися лягушками сбылась. Были выбраны два игрока. Температура воды поднялась до опасного уровня. Позже тем же вечером двое игроков умерли. С сегодняшнего дня игра больше не была безопасной. Они больше не могли терять бдительность. Мутации и смерть подстерегали их поблизости, и нормальных игроков осталось немного. Им пришлось ускорить свои исследования, даже если это означало отказ от сна. Хуа Хаомин и Линь Сян уже собирались уходить, когда заметили, что Вэнь Цю стоит в нерешительности. Их мгновенно осенило. Она не хотела возвращаться в то общежитие. Линь Сян предложил: Сестренка, у нас в общежитии есть свободная кровать. Хочешь заваляться на два часа? Вэнь Цю взглянула на них и ответила: Я бы хотела остаться здесь. Здесь мой брат. -Хорошо.- Хуа Хаомин забрал с собой связанного Сун Минляна, оставив для нее постель. Пока Сун Минляна уводили, Ся Бай продолжал наблюдать за ним. Кровь была более заметна на его щеках, и не вся она принадлежала Сун Цяну. Много крови вытекло из глубоких шрамов на его щеках. Должно быть, это следы от зубов. Когда Сун Цяна увезли, его рот был широко открыт, он был без зубов. Голова Сун Минляна оставалась опущенной, тусклый желтый блеск в его глазах, казалось, угас. После ухода обитатели комнаты 312 быстро привели себя в порядок. Они едва ли смогли поспать два часа, прежде чем проснуться. Утром были занятия с 9:40 до 11:30, что оставляло достаточно времени для сбора улик. Хуа Хаомин предложил Ся Баю собрать побольше информации о легендах кампуса у одноклассников. Ся Бай часто выступал волонтером на уроках анатомии и был очень популярен среди студентов. Но Ся Бай настоял на том, чтобы пойти в библиотеку. Не имея другого выбора, Хуа Хаомин и Линь Сян сопровождали его, в то время как Вэнь Цю взяла с собой, казалось бы, обычных Вэнь Дуна и Мэн Тянью, чтобы собрать информацию у студентов-неигровых персонажей. Вечно молчаливый Сун Минлян был запер в их общежитии. По дороге Хуа Хаомин спросил Ся Бая: Ты твердо решил пойти в библиотеку. Ты что-нибудь нашел? Ся Бай кивнул. -В прошлый раз, перед отъездом, я видел в газете странный отчет о фетише на уродства. Статья была датирована всего за несколько дней до первого случая самоубийства. К тому времени нам пришлось уехать, и я не успел толком прочитать. Лин Сян: Фетиш на уродства? Ся Бай: Разве фетиш на уродства не считается ... фиксацией? Линь Сян, внезапно осознав, воскликнул: Да, да, да! Теперь все складывается! Давайте немедленно отправимся на поиски! Наделенный острой памятью, Ся Бай быстро нашел нужный выпуск газеты, как только добрался до библиотеки. Проверяя даты и мероприятия, Линь Сян искал дополнительную информацию на онлайн-платформе школы. Тем временем Хуа Хаомин углубился в медицинские журналы. По счастливой случайности, эта тема была освещена в газетах, онлайн-платформах и журналах, в первую очередь потому, что этот инцидент имел широкий резонанс в медицинском мире и медицинский колледж Хэпин также был вовлечен. Термин “фетиш уродств” был широким описанием. Были люди, которые испытывали извращенное увлечение; например, были богатые, лишенные чувствительности люди, которые получали удовольствие от просмотра ужасного контента с уродствами. В области медицины порог стимуляции у тех, кто изучал человеческое тело, был еще выше. У некоторых девиантов были еще более извращенные фиксации. Онлайн-отчеты разоблачили уважаемого директора известного медицинского колледжа, который был одержим коллекционированием образцов. Однако его выбор коллекции был ужасающим: деформированные трупы младенцев. Используя свое положение, он собрал коллекцию этих трупов за свою десятилетнюю карьеру. После этого разоблачения выступили многочисленные жертвы, пролив свет на его чудовищные действия. Современные достижения медицины значительно уменьшили количество человеческих уродств. Большинство из них будет выявлено во время дородовых обследований, и будут приняты меры по их предотвращению. Тем не менее, многие, кто проходил дородовое обследование в этом конкретном медицинском учреждении, были уверены, что их зародыши были нормальными. Однако младенцы родились деформированными и в конечном итоге пополнили коллекцию патологий директора. Врачи были не единственными, кто уступал этим могущественным извращенцам в области медицины; были профессора, которые делали то же самое. -Посмотрите сюда! Этот Ван Бадан* работает преподавателем в медицинском колледже Хэпин, - Линь Сян взволнованно указал на фотографию в Интернете. *(Омоним слова 王八蛋, что означает "ублюдок"’ Это все равно, что назвать кого-то "Ублюдком".) Оба обратили свое внимание на изображение, показав красивого, утонченного мужчину. Этот профессор по имени Ван Бадан был одним из тех, кто потакал извращенным наклонностям этих извращенцев в области медицины. Ходили слухи, что он организовал частную прямую трансляцию. Используя свое положение, он вел эксклюзивные трансляции из морга колледжа, некоторые из которых, как утверждали источники, включали вскрытия деформированных трупов. Что было еще более поразительным, так это событие, которое привело к открытию. Ван Бадан сошел с ума, нанеся себе ужасные травмы. Он взял острый стальной стержень и воткнул его в свое тело, проткнув себя снизу доверху. В то время этот инцидент вызвал сенсацию. В ходе расследования была выявлена его деятельность в прямом эфире, что привело к разоблачению его аудитории, среди которых был вышеупомянутый директор. -Он был ... объектофил. Его безумие проистекало из искажения его фетиша,- предположил Хуа Хаомин, взглянув на несколько фотографий Ван Бадана и не в силах скрыть своего волнения. - Все сходится. Ся Бай, выглядя озадаченным, спросил: Объектофилия? Например, ему действительно нравятся определенные объекты? “...” Линь Сян и Хуа Хаомин обменялись взглядами, уставившись на невинное и привлекательное лицо Ся Бая. Выражение лица Линь Сяна, казалось, говорило: “Видишь? Он такой невинный и наивный”. Затем они одновременно отвели глаза. -Да, более или менее,-неопределенно ответил Линь Сян, -Это как ... быть чрезвычайно увлеченным чем-то. Ты становишься ... очень взволнованным, когда видишь это. Вмешался Хуа Хаомин: Нам следует поторопиться. Занятия вот-вот начнутся. Давайте возьмем пару булочек и отправимся в класс. -Верно, верно, верно, нам действительно следует поторопиться. Линь Сян поспешно закрыл веб-страницу. -Я чувствую, что мы приближаемся к истине. Самое время нам как следует поесть. Ся Бай чувствовал, что осталось много незавершенных деталей, которые они пока не могли собрать воедино, таких как Сун Минлян и запах Мэн Цин, который был не просто запахом крови. Зашитые губы многих трупов наводили на мысль, что есть еще что-то, чего они еще не обнаружили. Но действительно уже почти пришло время занятий. Не сказав больше ни слова, Ся Бай присоединился к ним по пути в столовую. Войдя в кафетерий, они случайно увидели, как Вэнь Цю и Мэн Тянью выходили из-за обеденного стола, за которым сидели соседи Дай Лянъюаня по комнате. Дай Лянъюань, который отправился в морг с Сун Минляном, был увезен своей семьей вчера утром, очевидно, весь в крови. Купив булочки, они присоединились к Вэнь Цю и остальным, направлявшимся в свой класс. По дороге Хуа Хаомин спросил Вэнь Цю: Выяснили что-нибудь? Вэнь Цю ответила: Мы взяли за основу уход Дай Лянъюаня и узнали о трех смертях студентов, связанных с легендами кампуса. Они говорят, что сошли с ума, вероятно, из-за мутации их фиксаций. Наша гипотеза, похоже, верна. -И это все?- Хуа Хаомин поднял бровь. Увидев нескрываемое недовольство на лице Хуа Хаомина, Вэнь Цю парировала: Да, именно так. Вы недовольны? Хуа Хаомин быстро ответил: Нет, я не такой. “...” Вэнь Цю была в ярости. -А как же тогда вы, ребята? Есть какие-нибудь новаторские подсказки, которыми можно поделиться с классом? Хуа Хаомин вздохнул: Честно говоря, ты справилась лучше нас. Войдя в класс, Вэнь Цю усмехнулась. Прозвенел звонок, возвещая начало занятий. Они все больше нервничали, но не из-за самой лекции, а из-за подготовки к уроку анатомии, который должен был последовать позже. На данный момент еще не выбраны только четыре игрока. Изначально ежедневно выбирался один игрок. Но со вчерашнего дня были выбраны двое. Учитывая растущую интенсивность игры, было маловероятно, что они вернутся к выбору только одного игрока в день. Это означало, что у каждого из четырех было 50% шансов быть выбранным следующим. В то же время это также означало бы, что, включая Мэн Тянью, на следующий день останутся только три игрока, чтобы сразиться с группой мутировавших игроков. На следующий день Мэн Тянью останется единственным нормальным человеком. Среди них Линь Сян был самым встревоженным. На протяжении всей лекции он часто доставал свой телефон, чтобы проверить групповой чат класса, и складывал руки в молитве. Как обычно, вскоре после звонка пришло сообщение от их консультанта. Консультант: [Сегодня днем Ся Бай и Хуа Хаомин будут отвечать за подготовку к уроку анатомии. После этого ...] Линь Сян выругался. -Черт!