Кровь и пар

Тёмная комната, примерно пять на пять метров, скрывала мой провал. Было довольно темно, но зависшая высоко в небе луна давала достаточно света, чтобы комната показала свои ужасы. На красном ворсовом ковре практически не видно крови, так по крайней мере мне показалось. Однако распластавшийся труп было трудно не заметить. Он был аристократом, очень богатым, как можно судить по, ныне ставшему ложем, ковру или серебрянным кубкам с остатками вина. Коллекционное красное, как и кровь, что начала понемногу вытекать из-под красного полотна. Слишком много красного, хотя мне этот цвет даже импонирует. Его тона олицетворяют жизнь, радость, веселье, любовь — многие, в общем, приятные чувства и ассоциации, но вместе с этим и кровь, резню, войну, смерть. Странные, немного философские эти оттенки красного. Наверное стоило бы побеспокоиться о том, что вот-вот в комнату нагрянет служанка или стража, но я точно помню как перерезал их глотки. Тепло их крови ничем не отличалось от прочих. Скука, одним словом. Выглядит так, будто я какой-то серийный маньяк или вроде того. Что же, наверное стоит… Хлесткий удар. Мужчина со шрамом на правом глазу стоит прямо передо мной, полный бешенства и негодования. Прекрасная смесь эмоций, если бы не одно маленькое «но». Этот человек мой начальник — Джет. Уж имя это или прозвище не знаю даже я. Однако вот что забавно — Джет при полном параде. На нем униформа убийцы: чёрная рубашка и брюки, которые не сковывают движения, ботинки с тугой шнуровкой, кожанные перчатки, одну из которых он услужливо снял, чтобы вмазать мне. И самое главное это конечно же маска. Обычный кусок тряпки, который скрывает лицо, оставляя лишь глаза в поле зрения. В случае Джета, его глаза были страже как красная тряпка. Такой шрам сложно спутать, поэтому старина и отошел от дел, лишь изредка лично выбираясь из своего логова. На сей раз причиной стало… — Ну ты и мудак, Прайд. Завалил всех на своем пути, так мало того, ты и цель убил! Не отравил, как было заказано, а просто вспорол ему брюхо! Ах да, точно, я же должен был отравить этого придурка! Он вроде как перешел дорогу не тем людям или что-то подобное. Мой почерк меняется в зависимости от настроения: иногда я тихо пробираюсь к цели и устраняю так, как того пожелал заказчик, но иногда я устраиваю такую кровавую фиесту. В газетах меня окрестили, соответственно двумя прозвищами: «Гадюка» и «Легион». Причем при упоминании «Легиона» все ещё гадают, а один ли это человек или целый легион — ай да каламбур. Впрочем шуточки в сторону, у нас тут разборки с начальством. — Джет, — начал я довольно тихо и скромно. — Ты ведь знаешь, что обычно проблем не бывает. — Это не тот случай. Мне пообещали, что если снова объявится «Легион», то город встанет на уши. Мы в огромной заднице из-за тебя! — Упс… — только и осталось промямлить. — Он опять создает проблемы? — тихий женский голос из темноты немного разрядил обстановку, но это не та кого я хотел бы слышать. — Гайни, опять за старым увязалась? Мои рефлексы сработали быстрее, чем мысль успела сформироваться. Это был идеальный бросок кинжала, который целили четко промеж глаз. Но молодой Гайни никогда не удавалось попасть даже по моему ногтю. Она пробубнела что-то вроде «закройся, шут» — как это мило звучит, вы представить не можете — после чего я вернул ей кинжал таким же броском. Оружие пролетело в миллиметре от её щеки и встряло в стену. — Идиоты! Понаделайте ещё дырок, чтобы следователи охренели от жизни! — Джет был в бешенстве. Ситуация и правда выходила незавидная. У нас тут трое профессиональных киллеров и одно тело, которого быть не должно было. Точнее должно быть не в таком виде. Здравый рассудок иногда покидает меня и я превращаю всё в кромешный ад. Хоть вам это и понятно, но не повторить я этого не могу. Просто осознайте какой ужас пронизывает меня и сейчас, когда я вспоминаю эти события. Я сделал ошибку, которая повлияет на весь «Офис». Ах да, наша организация так и называется «Офис». Мы — наёмные убийцы, которые за звонкий золотой вам и кухню уберут, и от ненужного человека избавятся. Да, я лично драял кухню одного алхимика, отчего заработал сильнейший химический ожог, который иногда меня беспокоит. Пятнадцать лет прошло! Тогда я был совсем ещё зеленым — более неопытным, чем сейчас Гайни. Так что перебирать было некогда. Сначала заработай репутацию, а потом репутация заработает на тебя. Это закон Небес, вам бы лучше запомнить. Вот черт! Старый Хилчворт делает всякие зелья, да микстуры, уж с телом то он поможет! Ну, точнее с телами. Я бросился к окну. Старик был в нескольких кварталах отсюда, так что по крышам доберусь быстро. На прощание я брякнул что-то на подобие «сейчас вернусь с подмогой». Город встретил меня башнями фабрик, пар с которых валил ежесекундно. На горизонте виднелся также собор и огромная площадь. Там обычно проходят всякие фестивали, да ярмарки. Слегка поодаль, уже едва различимо, можно обнаружить трущобы — мой дом. Там на местных улочках расположилась и наша штаб квартира, но её отсюда не видать. Я и мои коллеги находимся сейчас в квартале богачей, аристократии и ученых — Хилчворт как раз из последней касты, самой полезной как по мне. Прошло минут пятнадцать и я запрыгнул в открытое окно дома алхимика. — Старик! Нужна помощь. Я там накосячил и нужно… — Каин, потише, мальчик мой. Присядь, расскажи спокойно, — старик подвинул мне стул, несмотря на то, что я мог испачкать его кровью. Каин… Давно меня никто не звал настоящим именем. Я редко захожу к Хилчворту, ведь цели сами себя не убьют. В те годы я не знал, что реальное имя лучше скрывать ото всех. Именно алхимик подсказал мне эту простую идею и он же придумал прозвище — Прайд. Вроде как это значит «одиночка», честно говоря, я уже и позабыл. Старик единственный кто зовёт меня Каином. Каин Долагастария — имя и титул которые принадлежали мне до того, как нашу семью… Впрочем неважно. — Хилчворт, старина, мне нужно средство, которое стирает тело полностью. Вот чтобы даже костей не осталось. — Понимаю, ты спешишь, — раздосадовано начал алхимик, так как я молча отклонил его любезность. — Однако даже самые сильные кислоты не помогут в твоем случае. Что-то да останется. Но, — старик заметил мой ужас в глазах — есть у меня немного иное средство. На днях я пытался добыть новый источник энергии для своих опытов… Вместе с поисками нужного зелья, Хилчворт начал читать лекцию по алхимии и натурфилософии. Сколько раз не говорил — «старина, я не соображаю в науках» — хоть бы что. Оно и понятно, ведь старый полуспятивший ученый хочет поделиться своими достижениями. Как и любой человек он хочет внимания к своей персоне, а выделиться ему, поверьте, есть чем. Он, как-никак, сооснователь фактории «Карадастра», которая производит кремневые пистолеты, клинки высшей пробы, а ещё лекарства, зелья на всякий вкус и цвет. В общем и целом — дядька реальный гений, хоть и на пенсии. Тут он достал нечто черное в колбе. — Когда вернешься, то выпей это и твоя проблема должна решиться сама собой. — А оно опасно? — недоверчиво осмотрел я содержимое колбы. — Ты вроде спешил, так что иди. При любых вопросах возвращайся ко мне. Коротко поблагодарив алхимика, я рванул обратно со всех ног. Луна давно скрылась из виду, так что пробыл я у старика порядочно времени. Буквально влетая в окно где произошла «резня Легиона», мне пришла в голову странная мысль. Я подумал, что пожалею, если выпью это нечто. Думать было некогда и я вкратце отчитался Джету. Тот лишь одобрительно кивнул, Гайни же было как всегда всё равно. Всё еще не питая доверительных чувств к жидкости внутри колбы, я откупорил её и выпил содержимое одним глотком. Горло моментально сжало будто тисками. Могу поклясться, я кричал неистовым, нечеловеческим голосом. Моё сознание сфокусировалось на трупе. «Такого быть не должно… В целом квартале» — последняя мысль которую вывалило моё нутро. Я помню лишь, что бездыханное тело и кровь вокруг начали распадаться, превращаясь в пыль. А дальше тьма. Долгая и вязкая. В ней я видел различные картины. Киты и касатки, что пожирали кроликов и даже медведей. Один из китов сожрал и меня, но внутри его желудка были тысячи огней разных цветов. На востоке это называется фейерверком, вроде. Эти огни переплетались в причудливые формы, трансформируясь в мифических драконов, которыми матери пугают своё чадо. Наверное это я их так представляю — длинные как змеи, с огромной зубастой пастью и золотыми усами. После всех метаморфоз я увидел своё отражение. Оно повторяло движения за мной: мы поднимали поочередно руки, вертели головами, даже притронулись друг к другу. Однако совсем скоро отражение перестало быть просто копией. Клон достал кремниевый пистоль и выстрелил мне в голову. Боль пронзила всё моё тело и я… Проснулся.