(Не)легкое чтиво

В жизни коронованного принца Зуко, предателя, изгнанника, врага собственного народа и борца в битве за мир было не так-то много радостей. Но кое-что, кое-что все-таки скрашивало непростую жизнь совсем еще молодого мужчины. Это были уединение, чай, изнурительные тренировки и… чтение. Принц Зуко любил читать, и не только, как могло бы показаться, исторические труды, чтобы лучше понимать историю своего народа, антропологические работы, чтобы изучать и сравнивать другие нации, или философские притчи, дабы изучить работу своего ума. Все это в изобилии лежало как в каюте его корабля, так и на видном месте покоев после возвращения в Страну огня. Другие же книжки он предпочитал… прятать. Стыдно признаться, но коронованный принц Страны огня любил легкое чтиво: он поглощал эпопеи о расследовании преступлений и поисках пропавших артефактов, читал новеллы о тайных героях в масках, совершающих подвиги в девственных лесах и на улицах торговых городов, и даже пророческие саги о будущем мира, фантастические небылицы; читал о пиратах, самураях, благородных ворах и мудрых волшебниках. Прочитав книгу, он тут же ее прятал, чтобы даже слуги не заподозрили, что он любит время от времени погрузиться в выдуманный мир и бессовестно увлечься историей героя — всегда удачливого героя — книги. Перед тем как принять решение покинуть отца, страну, девушку, в такой судьбоносный момент, Зуко тоже читал. Буквально за день до Вторжения в библиотеке, где-то в задних рядах, он нашел невероятную, дурацкую, полную небылиц книгу. Но автор был хорош, и книга так увлекал его, что противиться не было сил. Собирая свой багаж, чтобы присоединиться к команде Аватара, — одежда, оружие, портрет дяди, деньги, снедь — он, вздыхая, положил туда книгу. Ну что за беда, он начал ее день назад, и очень хочется дочитать — остается надеяться, что кража романа из Королевской библиотеки останется незамеченной среди всех его прочих прегрешений, куда более суровых. В свое оправдание он решил, что как только дочитает, он тут же ее сожжет, и никто, ни одна душа из его новой, надо надеяться, команды, не узнает. Сюжет книги был замысловат: в ней благородный вор, орудующий в лесах странных земель, где в изобилии обитали медведи, волки, зайцы и кабаны, грабил богатых, чтобы помогать бедным: он разбойничал на ночных дорогах, переодевался вельможей и проникал на королевский бал, где под прикрытием маски обманывал сановников, нанимался на шхуну и пересекал океан в погоне за золотом, плел интриги как среди союзников, так и среди врагов. При всем изобилии приключений, главным достоинством книги был герой — он блистал остроумием каждую секунду, и, самое важное, беспроигрышно очаровывал каждую даму на своем пути. Он был остер на язык, не гнушался сладких и грязных намеков, всегда поданных на грани наглости и тонкого ума, иначе говоря, он флиртовал, как дрался, — свирепо и бесстрашно, и дрался, как флиртовал, — изящно и отстраненно. Сцены соблазнения были театральны и преувеличенны, а дамы всегда чересчур падки, но, но, но… Зуко каждый день ненадолго удавалось уединиться — то в Храме Воздуха, то в доме на Угольном Острове — под предлогом медитации, чтобы прочитать несколько страниц, и чем больше он читал, тем больше ему хотелось быть похожим на этого героя. Тем более что случай предоставился: Зуко впервые оказался частью дружеской компании из равных себе по возрасту и положению, людей, могущих оценить шутку и на равных ему ответить. Это была первая в его жизни компания, где принято было веселиться. Команда Аватара любила хорошо провести время: устроить спарринг, поглазеть на город, закатить вечеринку или вечер с историями у костра, изобрести до этого несуществующую игру или вид спорта; но кроме того, все бесконечно шутили и любили раззадоривать друг друга. И Зуко на самом деле очень хотелось влиться в эту компанию. Кроме того, он — в чем сложно было сознаться, — он порой любил… поиграть. Изобразить из себя чуть более крутого парня, чем он есть на самом деле. Или просто — изобразить из себя кого-то другого. Хоть он и не говорил дяде, но, живя под личиной простого парня Царства земли, Зуко порой по-настоящему увлекался своей ролью. Все это смешивалось в его голове — желание быть похожим на героя; желание влиться в новую компанию и, отчасти, — спрятать свою неуверенность за остроумие; последним не по значению было очарование тем, как главный герой общался с девушками… Однажды Сэр Нутто — главный герой, — притворился мужем благородной донны и на глазах у всех воспользовался преимуществами такого положения… Команда Аватара отправилась немного развеяться — не в поселение на Угольном острове, а подальше, в глухую деревеньку, где можно было бы не сильно маскироваться. Компания гуляла по рынку, набирая овощи, фрукты и всякую всячину: Аангу приглянулся местный промысел — фигурки из воска, Сокке — обмотка на меч, Тоф — острый арахис. Все разбрелись по площади, глазея на прилавки и местных жителей. Внезапно с левой стороны площади послышался рык мужчины: — А ну иди сюда, мелкий ты проныра! Команда Аватара обернулась, кто где стоял, — в руках у громилы висел Аанг. Ближе всего к ним стояла Катара, и она ринулась к громиле: — Что это вы себе позволяете? Обернулся и принц Зуко. Вдохновленный сэром Нутто, несколько страниц из истории которого Зуко прочел как раз с утра, он решил не действовать напролом. Зуко не спеша подошел к Катаре и положил ей руку на плечи. Глядя на громилу, он громко спросил: — Ну и что наш малыш натворил на этот раз? Катара изумленно обернулась к Зуко, но, прочитав в его лице уверенность, решила помочь: ведь громила тоже замолчал, не понимая, как действовать. Она использовала свое недоумение: — Малыш? Дорогой, мы договорились его больше так не называть! Ему ведь уже двенадцать лет! Они оба посмотрели на Аанга так, будто не могли надивиться, как он вырос такой большой. Аватар висел на руке громилы с отменно недовольным видом. — Это… вы хотите сказать… Ваш сын? — он недоверчиво смотрел на подростков. — Ну да. Что он натворил? Громила почесал в затылке. — Он пытался украсть две фигурки из воска — это наша местная гордость. Вы же не отсюда? — Нет. — Заговорил Зуко. — У нас семейный отпуск. — Он оглянулся, к ним приближались остальные члены команды с самыми непринужденными лицами — пытались выяснить, что происходит. — Наш малы… Кузон очень любит шалости. Хотел бы я вам сказать, что буду гоняться за ним по всей стране, свяжу и сдам солдатам, да только это не так — люблю и чересчур балую. Но я заплачу за каждую украденную фигурку вдвое, а когда отпустите, я с него глаз не спущу. Зуко хотел вставить в свою речь как можно больше намеков, чтобы его новые друзья как следует повеселились. Громила не был убежден и продолжал держать Аанга. — Но вы слишком молоды, чтобы быть его родителями. Катара натянуто засмеялась. — Мы… Мы просто слишком хорошо выглядим. Молодо. Да. Нам все об этом говорят, знаете ли. Зуко бросил нервный взгляд на свою напарницу. Ему пришла в голову мысль, быть может слишком дерзкая, но — хм! А остановила ли бы дерзость сэра Нутто? — Не скромничай, дорогая, прошу. Это не случайность. Знаете, моя жена — владелица самого популярного на Угольном острове салона красоты. Леди со всей страны приезжают, чтобы посетить нас. А моя жена — лучшая реклама бизнеса. Целыми днями только и делает, что проводит процедуры, нежится в воде и прихорашивается — и посмотрите, какой результат! — Зуко повернулся, посмотрел в лицо Катаре, как будто хотел еще раз убедиться в своих словах. В ее глазах он увидел вызов. — Скажете ли вы, что ей недавно исполнилось тридцать пять лет? Катара стервозно засмеялась: — Ну, что говорить, это правда. Бизнес идет в гору. Но я никогда не справилась бы без моего супруга — представляете, он оставил государственную службу в столице, — и она наступила Зуко на ногу, — чтобы помогать мне в моем маленьком предприятии. Сколько же он всего делает — подай, принеси, Ли тут, Ли там, мотается по всей Стране Огня и каждому старается угодить. Зуко явственно услышал хмыканье Тоф за спиной. Громила внимал во все уши, и, захваченный потоком непрекращающейся речи, поставил Аанга на пол. Тот не вмешивался в ложь друзей, зная, что отсутствие конфликта — лучший исход, хотя, конечно, тыканье в его возраст и Катара в роли матери действовали ему на нервы хуже, чем попытки Сокки играть на струнных инструментах, найденных в старом доме. — А… а вы, господин… Вы тоже очень молоды. Катара не дала Зуко открыть рот. — Как проницательно вы заметили! Мне это так приятно! Вы не поверите: это и есть особая услуга нашего салона и моя личная инновация: мужской уход. Ведь женщины веками стараются себя улучшить и прихорошить, замечали? Громила опять почесал в затылке и даже посмотрел на «малыша», как будто тот мог ему помочь. Аанг закивал. — Ну да, замечал. — А вот мужчины пренебрегают своей внешностью. — Катара продолжала. Она указала на шрам Зуко. — Вот что было, пока я не встретила его, представляете? И так было не только с лицом… Но после моих процедур, — она понизила голос, — он стал как шелковый. Теперь прыснул Аанг — но как же хорошо, что в голове у громилы ворочались, видимо, огромные винтики, и поэтому он не слышал смеха. — Да, я своим примером хочу показать, что для мужчины не стыдно улучшать себя, — ведь за это ты меня и полюбила, верно? Катара закатила глаза, пока вся компания за спиной ерзала от смеха. Громила, кажется, был так поражен открывшимися для себя перспективами, что забыл и о пойманном малыше, и о восковых фигурках, и даже не смотрел на подозрительно молодую пару, грузно соображая. — А скажите, госпожа… Можно ли в вашем салоне что-то сделать с… — и мужчина торопливо начал развязывать рубашку. Зуко среагировал молниеносно: он закрыл второй рукой Катаре глаза и крикнул: — Стыдитесь! Вы собираетесь показывать свое голое тело моей жене? Я этого не потерплю! Он мог поклясться, что ее спина тряслась от смеха под его рукой. Громила был смущен так, что победа остроумия над грубой силой была очевидна. Аанг шмыгнул за спины друзей, ведь ему теперь ничего не угрожало. Зуко был уверен, что фигурки он прихватил с собой. — Я прошу прощения! Я… не знаю, что на меня нашло… Госпожа, скажите, как называется ваш салон? Катара убрала руку Зуко от своих глаз и произнесла величественно, словно действительно была госпожой: — «Сахарная королева». В разговоре срочно надо было ставить точку, и Зуко не придумал ничего лучше, чем наклониться к Катаре и запечатлеть на ее лице, в сантиметре от губ, наиневиннейший поцелуй. Отстраняясь, он увидел ее смущенной… Зуко поднялся, развернул Катару спиной к громиле и зашагал прочь с площади — туда, где они оставили Аппу в укрытии. Пару шагов спустя он снял руку с ее плеч. Команда догнала их. — Последняя часть была лишняя, — хмуро сказал Аанг. Катара раздраженно дернулась и отстала. Все шли в разном настроении: Тоф и Суки веселились от души, Сокка и Аанг были не в духе. Зуко чуть задержался, чтобы поравняться с Катарой, и в порыве шаловливости тихо шепнул ей в ухо: — Ну не знаю, последняя часть — моя любимая… Она обернулась, дико взглянула на Зуко и поторопилась, чтобы оторваться. — Надо признать, Сахарная королева, ты умеешь ввернуть словцо! И кто бы мог подумать, что благородный принц — такой притворщик? Да я вас совсем не знаю! — Тоф была, кажется, в самом лучшем расположении духа. Зуко до конца не знал, насколько он был доволен своей первой аферой в стиле сэра Нутто. С одной стороны, его репутация угрюмого и скучного принца точно начала рушиться, и команда Аватара с интересом посматривала на него — не выкинет ли еще какую шутку? С другой стороны: Катара. Она стала его сторониться, поглядывать, как дикая козочка, и избегать времени наедине даже на секунду. В конце концов он набрался смелости и извинился, спросив, было ли это лишнее. — Хм-м, мне понравилась твоя проделка в целом, Зуко. Довольно смешно. Но так вышло, что уже который раз меня целуют без моего спроса, и мне это надоело. В следующий раз я хотела бы сама выбрать, кого и где мне целовать. — Она скривилась. Зуко не спрашивал, хотя ему стало интересно, неужели не ему первому пришла в голову такая идея? — Я прошу прощения, Катара. Это было чересчур. Мир? Ему все же было стыдно, и не хотелось добытое таким трудом доброе отношение разрушить из-за игры. — Мир, Мир… Футто-Нутто… — она хмыкнула, похлопала его по плечу и ушла. Зуко застыл, пока до него доходил смысл его слов. Как ошпаренный, он рванул в гостиную на втором этаже, где только с утра читал книгу с чашечкой чая. «Я же отнес ее в комнату, я отнес ее в комнату, я отнес ее в комнату…» Конечно, она лежала на столе в гостиной на самом видном месте. И — это было очевидно — закладку переложили, потому что он закончил читать в другом месте. Она действительно намекала на эту книгу! Зуко пыхтел. Ах значит так! Значит, она не будет воспринимать его дальнейшие действия с чистой душой и за чистую монету, а это значит, что можно повеселиться…