Real Life Russian

       Они сидели вместе уже час, смотрели на звёзды, почти всегда молчали. Было как-то тяжело на душе, да и что говорить? Каждое слово причиняло боль, так бы было снова. Но это же не значило, что нужно прекратить разговаривать?        Маленькая девочка, лет девяти, вдруг проговорила самым светлым и искренним тоном, слабо косясь на друга постарше, лет двенадцати. На ней было нежно-голубое платьице. — Звёзды такие красивые... Почему мы так редко на них смотрим? А почему они сияют? Гений, ты же всё знаешь, расскажи!        Мальчик как-то упрямо хмыкнул. Он нахмурился и вгляделся в небо, будто пытаясь рассмотреть что-то в его глубине. Потом тягуче ответил, в словах читалась злость. — В них нет толку, хоть и красивые. Рано или поздно взорвутся и исчезнут. Погаснут, другими словами. Людское сердце тоже, как они. Гаснет и замирает. И ты рано или поздно погаснешь, Маргаритка. Другой вопрос, как долго продержишься...        Настроение в комнате вмиг изменилось. Мальчик криво улыбнулся и едва ощутимо погладил подругу по голове. Девочка наоборот стала серьёзной и проговорила, смотря на него с лёгким укором. — А я не хочу, чтобы ты гас! Я хочу, чтобы ты снова и снова приходил сюда. Без тебя я не смогу дальше...        Она вдруг замолкла, и в уголках детских, ещё наивных глаз, появились капельки слёз.        Мальчик немного смягчился, хотя в его глазах отразилось беспокойство, но вместе с тем увлечённое воодушевление. Если в разговоре появлялись темы, которые задевали того за живое, он становился похожим на одержимого. — Со мной или без меня - совсем не важно, глупенькая Маргаритка. Мы с тобой несчастны с самого рождения, и пути назад нет. Я надеялся, что ты запомнила это ещё с прошлого разговора...        Тут он сделал паузу, его голос внезапно стал максимально зловещим. Мальчик легонько приобнял подругу за плечи сзади и заговорил вновь. — Рано или поздно всё равно вернёшься на это место. Рано или поздно всё равно поймёшь, где твоя остановка. Мы обречены, и ты это сама прекрасно знаешь. Только вот... Мне всегда было интересно, кто из нас покинет этот мир раньше...        Девочка не удержалась и всхлипнула. Она боялась такого друга. Всегда не могла сдержаться, когда он говорил такие ужасные вещи, но верила тому безоговорочно. — Я знаю, Гений... Я знаю, что глупая... Но... Но... Как же так можно? Чтобы раз и всё? Чтобы больше никогда ничего не чувствовать? А если я... Если я не хочу, чтобы ты умирал? Ты скажешь мне, когда захочешь?        Девочка всеми силами пыталась успокоиться, но слёзы продолжали капать на подоконник. Друг обнял её крепче, стараясь привести в чувства. А сам отвечал, уже тоном помягче, вовсе не жутким. — Вся наша жизнь - цикл. Каждый несчастный человек рано или поздно вернётся к своему несчастью... И ты вернёшься, как бы ни старалась. И я вернусь. Я тоже не хочу, чтобы ты умирала... Но ничего не поделать. Мы бессильны перед судьбой...        Девочка выдыхает, снова устремляя взгляд в небо. Звезды никуда не делись, они всё так же красиво мерцают. Но мысли теперь забиты только словами друга. И они не сулят ничего хорошего. ***        Девушка не знала, куда бежит. Ноги передвигались сами собой, подгоняемые обидой и болью. Чаша эмоций была переполнена. Куртка почти сползла с её плеч, но на холод и крепчавший мороз Марго внимания не обращала. Она не бежала куда-то направленно, но знала, что бежит домой и знала, что же желает поскорее сделать. Оправдать теорию старого друга. Принять свою судьбу, сдаться. И чем быстрее, тем лучше. / Рано или поздно ты вернёшься к той же точке /        Виски сдавило тупой болью. Разве она сделала недостаточно? Она столько времени старалась и боролась... Ради чего? Но ничего осмыслить трезво сейчас бы не получилось. Голос разума отключился напрочь. Пробудился тот, который раньше указывал ей, как жить и куда направлять свои мысли. Впереди её ничего не ждало. Марго была уверена, что бежит в непроглядную мглу.        Но в этом почему-то была уверена не только она. Артём и Рома сошлись в секунду на одном и том же исходе. Уточнять, откуда оба знают, не стали, времени совершенно не было. Кто же мог подумать, что так в итоге всё сложится. Артём кинулся с аптечкой к Толику. Только без Марго, которая имела хоть маленький опыт в обработке ран, парень не совсем понимал, что делать. Но и тут им повезло.        Заметив, что лучшего друга нигде нет, Саня решил заняться его поисками. Конечно, был вариант, что их с Марго танец зашёл слишком далеко, но нужно было убедиться, что с ним всё в порядке, да и они даже не поцеловались, поэтому вряд ли эта теория могла быть правдой. Саша не хотел быть помехой, но им овладело по-настоящему нехорошее предчувствие. Александр решил, что если не найдёт того за дверьми зала, то оставит в покое. Но предчувствие себя оправдало.        Саша вышел из зала и сразу наткнулся на сею ужасную картину. Сцены с Марго он не видел, но ему быстро дали понять, что произошло. Александр много чего умел, поэтому дал Артёму указания, и они приступили к приведению Толика в чувства и ослаблению его мучений.        Рома же, почти сразу, кинулся вслед за Маргаритой. Парень решил, что там справятся и без него. Тем более, Роман чётко понимал, что в этот вечер может случиться что-то совсем плохое. Он видел девушку почти насквозь и понимал, в каком та состоянии. Бегать быстро больной парень не мог, поэтому скоро запыхался. Рома пытался кричать ей вслед, пытался остановить, но ничего не выходило. Девушка была в своих мыслях и не желала слышать или видеть кого-то или что-то кроме своих загонов и воспоминаний. — Ну подожди же! Марго! Пожалуйста! Не совершай ошибок! Это он не всерьёз!        Но все слова и призывы растворялись в морозном воздухе, не долетая до девушки. Рома был в отчаянии. Это всё было его виной, но он хотел совсем не так. Он хотел, чтобы всем было хорошо. Роман зарылся руками в волосы. Парень не мог её потерять. За это время общения, хоть внимание Марго концентрировалось чаще на Толике, для Ромы она стала самым близким человеком, хотя ни на что он не рассчитывал, понимая, что бороться с фанатически помешанным блондином не было смысла. Парень пытался бежать вновь, только его самочувствие с каждым порывом лишь ухудшалось. С этим ничего было не поделать. Рома ужасно побледнел. Он понял, что если не остановится, то потеряет сознание. С большим сожалением, им было принято решение идти обратно в школу.        Толик, тем временем, уже потихоньку возвращал трезвое сознание. Воспоминания тоже возвращались, вонзаясь в разум острыми осколками. — ₽&#@! #₽&%=! Какой же я #₽&_@*_!        Матерный поток не останавливался несколько минут. Толик был готов задушить себя прямо сейчас.        Артём, закончив помогать, быстро убежал, чтобы Толик не увидел его. Разговаривать всё ещё было тяжело. А Саня бы точно помог ему в полной мере.        К слову, тот смотрел на лучшего друга с большим удивлением. — Стол! Как ты напугал! Ты как?        Внутри всё разрывала злость на себя. Но нельзя было сейчас её показывать. Толик отчаялся. Окончательно. Неужели теперь вся жизнь будет состоять из судорог, мучительной боли, скандалов и потерь? Всё это из-за веществ? Всё из-за его глупости? Анатолий впал в состояние транса, не желая мириться с действительностью. Ну а на деле, Толик всё больше внушал себе, что на этом жизнь кончается. От биомусора надо избавляться, пока он никому снова не навредил.        Но остальным об истинных мыслях Анатолия знать было не нужно. Он не хотел больше заставлять никого волноваться. — Гораздо лучше, Сань... Спасибо, что помогли. Только, я, наверное, домой пойду. Сейчас лучше отдохнуть.       Толик улыбнулся. Почти никогда раньше он не делал это притворно. Особенно перед Александром.        На лице Сани отразилось беспокойство. Парень был умён, поэтому сразу понял, что тот не может быть в порядке после всех событий. Но ничего не оставалось делать, кроме как оставить Толика одного. Всё равно он сейчас ничем не поделится. — Давай тогда... Отдыхай... Пиши, звони, если что... Я прилечу...        Голос Сани звучал грустно. Беспокойство съедало его изнутри.        Толик криво улыбнулся и кивнул. Он вдруг подошёл к Александру и порывисто его обнял. — Спасибо тебе за всё, Легенда. Мне очень повезло с лучшим другом. Не злись на меня сильно, если я натворю какую-нибудь дрянь... Сам же знаешь, как всё обычно глупо выходит. И знаешь... Я верю в победу нашей команды в воскресенье. И... Что бы не случилось... Всё у... Команды получится!        Напоследок Толик похлопал Сашу по плечу. Фальшивая улыбка почти раздражала Александра. И эта речь звучала очень странно. Но Саша не верил в плохой исход. В голове парня ему просто не было места.        В конце концов Толик вышел на улицу, не сбрасывая с губ фальшивой улыбки. Парень чувствовал себя настолько паршиво, что было не описать словами. / От биомусора нужно избавиться /        Анатолий никогда не верил в речи, что наркотики разрушают жизнь. Парень всегда думал, что говорится это для красного слова, не более. Но на деле всё было гораздо сложнее. За эти несколько дней вещества действительно разрушили всё то, что он строил так долго. Толик поставил под угрозу свою команду и место лидера, в конце концов свою спортивную карьеру, к которой он стремился с самого детства. Лишился друга, рассорившись из-за веществ... И поднял руку на свою возлюбленную, лишаясь всех шансов на взаимность.        Анатолий больше не считал себя собой. Было трудно мыслить. Парень понял, что это никогда не закончится, раз так стремительно началось. Он лишь обуза для своих друзей, обуза для всего человечества. Когда нужны вещества, нет моральных принципов. И рано или поздно... Его личность разложится до такой степени, что... — Я стану, как отец...        Толик прошептал это под нос почти машинально, но на его лице вмиг отразилось такое отвращение к себе, что сомнений не осталось. Парень даже ужаснулся поначалу. Он думал, что никогда подобными мыслями не обладал, но оказалось, что этот исход начал обдумываться в его голове ещё давно. Такой слабак, как он... Такой трус... Должен же хоть раз... Сделать хоть что-нибудь смелое. Поступок.        Но достойно нынешнего Толика было только одно. Конец. Темнота. Мгла. Но что он может? Парень начал судорожно перебирать в голове варианты. Повеситься? Не умеет связать петли, да и... Где? Домой точно идти не хотелось. Там мог быть он. Магазины были закрыты, так что и острое взять неоткуда, да и кто гарантирует, что он сделает всё правильно. Лезть на крышу? Заметят, поздно. Таблетки? Только дома, значит отпадает.        Перебирая всё новые и новые способы, он чувствовал себя всё хуже. Парень проходил по городу в поисках идей около часа, но так и не смог ни на чём остановиться. Почему так сложно? Почему так сложно устранить биомусор? Он ведь никчёмен, приносит только вред обществу. Толик был изнемождён. Он старался не думать ни о чём, это бы только усугубило ситуацию. Сердце сжала тоска. Ведь только всё вроде стало более чем хорошо. Он станцевал с любимой девушкой, даже почти смог её поцеловать, нашёл старого друга... Борис...        Толик зарылся рукой в свои волосы. А ведь у него мог быть пистолет. Только ни за что бы тот без причины не дал. Какая стыдоба... Парень очень жалел, что они многое не успели обсудить и сделать. Он знал, что Борис будет злиться, очень сильно. Парень решил, что останется последним мудаком, если не напишет ему прощальное сообщение.        Ветер усилился. Снег тоже стал падать более крупными хлопьями. Лёгкая ветровка уже слабо спасала от холода. В этот момент Толика осинило. Он не знал, сработает ли это, но сейчас его расшатанному разуму показалось, что нет ничего лучше. Он без раздумий стал набирать сообщение для Бориса.        Маргарита остановилась только у двери подъезда своего дома. Сердце стучало в висках от быстрого бега и психического напряжения. Разум девушки был затуманен. Ей стало вдруг очень горько. Всё-таки, она столько всего не успела в этой жизни сделать... Ни разу не поцеловала Толика, не состоялась в жизни, не получила образования, не выиграла турнир с тиммейтом, не купила электрогитару, не наладила отношений с родителями... Вообще в такие моменты казалось, что всё прошлое существование было будто бы потрачено в пустую. Может, это потому что Гений был прав? Может она и не могла бы ничего сделать другого?        Вот Маргарита уже поднималась по лестнице домой. Она будто невольно оттягивала момент решения, момент конца. Примирилась девушка с этими мыслями уже очень давно, только вот в голове звучало назойливое напоминание, что так не должно было случиться. Жизнь заиграла для неё новыми красками в новой школе, с новыми людьми. Маргарите очень хотелось быть с ними рядом, продолжать помогать, но... Чем больше она старалась, тем хуже всё становилось.        Дверь в квартиру пришлось открывать ключом. Родителей дома не было. Уехали к друзьям, наверное... Да даже если бы были... Какая разница? Её никто бы не стал останавливать. Девушка слабо ухмыльнулась, закрывая дверь на ключ и проходя в свою комнату. Вот непорядок... Из-за Артёма петлю пришлось снять. — Хаха... Гений, ты чувствовал себя так же, когда тебе приходилось снимать её и прятать от родителей?        Девушка говорила это в пустоту. Конечно, никто её не слышал. Марго начинала потихоньку бредить. Петля лежала за шкафом, и девушка быстро начала возвращать всё на место. Пододвинула заготовленную табуретку и быстро повесила верёвку на специальный крючок. Всё было рассчитано до мелочей. Похоже, в своё время этому делу придавали особое значение.       Пальцы очень быстро стучали по экрану, несмотря на холод. Парню казалось, что они даже не немеют. Наконец, сообщение было закончено. Оно получилось гораздо короче, чем могло быть. Казалось, Толику не терпелось поскорее избавить мир от биомусора. «Привет, Боря. Прости, что так поздно тебя беспокою, просто дело не требовало отлагательств. Ты жёстко злиться будешь, я уже точно это знаю. Но ты бы злился ещё больше, если бы не получил этого сообщения, думаю. Никогда не думал, что до такого опущусь, но тем не менее, сегодняшний вечер закончился далеко не так, как хотелось бы, и как я планировал. Понимаешь, мы даже с ней медляк танцевали. А я всё угрохал по итогу. С тобой уже не тот Трус или Неудачник, какого ты знал, разговаривает. С тобой говорит уже не тот Толик. Причины мои на то, что сделаю, обоснованные. Я веду себя как дурак и знаю это, но я хотел сказать тебе, так как ты один из самых близких мне людей, которым я пока что не навредил, что я благодарен тебе за всё, что ты для меня сделал. Борь, ты мне как старший брат, и всю жизнь таким был. Ты бы сам не одобрил того, кем я по итогу стал. Так что не ругайся на меня сильно. Я говорю это потому, что пока что жива хоть крупица того Толика, который вёл свою команду к успеху, который отстаивал свою и честь друзей в драке, который добивался любимой девушки, и который не считал главным в жизни наркоту. Я не вынес той черты, за которую пал. И высшей наградой и уважением для меня будет твоё прощение. Будь счастлив, Боря. И пусть Катя тоже будет с тобой счастлива. В случае чего, пригляди за Марго. Дам её номер, с зелёными волосами, красивая такая, в линзах цветных ходит, узнаешь, не ошибёшься. Бывай, Сокол. Я выбрал этот путь, потому что он хоть и всё равно трусливый, но путь достоинства. Биомусор нужно устранить.»        Толик нажал кнопку отправления. Это был последний этап. Конечно, Борис позже прочитает это, начнёт звонить и писать, с просьбой ответить, что происходит, и где парень находится. Но никто на его призывы не откликнется.        Более никому писать Анатолий не счёл нужным. С Саней он попрощался вживую, Артём, наверняка дулся на него, Марго уж точно не хотела видеть и слышать, команду расстраивать не хотел, тем более, парень и так очень сильно подводил их, выбирая такой исход. На том он и решил закончить прощальные послания, убирая телефон в карман.        Артём, Рома и Саня ещё какое-то время были в школе. Александр не мог выдержать потока мыслей, поэтому сдавленно и быстро попрощался со всеми и ушёл домой. Парни понимали его состояние, сами чувствовали себя не лучше. Этот вечер закончился очень странно и даже, можно было сказать, что плохо, хоть они и не знали, что может произойти. Рома с Артёмом просто потерянно смотрели друг на друга. На обычно спокойном лице Романа отразилось беспокойство. От Толика никто выходок не ожидал, поэтому все их волнения сводились к Маргарите. Первым начал Артём. — Думаешь, им можно как-то помочь..? Ну хотя бы Рите... Мне не по себе как-то, даже когда о Толике думаю... Он же её не всерьёз ударил...        Рома быстро кивнул. На душе ему стало ещё тяжелее. Как всё исправить, как её спасти... Не было ни одной идеи. Он же эту кашу и заварил. Ведь если бы не вещества... — Я ничего не могу сказать. Я хочу, чтобы она жила... Дальше...        Голос немного трясся. Рому таким увидеть было очень сложно. Заминка была не случайной. Всё-таки, парни не зря укоренили в себе предчувствие беды. Артём лишь согласно кивнул. Через некоторое время, они тоже покрнули школу, разойдясь в разные стороны. Артём держал путь домой, а вот Рома далеко не туда.        Место выбирать долго не пришлось, да и морально готовиться тоже. Толик понимал, что весь процесс достаточно долгий, а потому подумать обо всём время ещё точно будет. Парень скинул куртку и рухнул в снег, сначала вниз лицом, с полного роста, к слову, высокого, чтобы прочувствовать максимум боли, а потом планировал перевернуться, чтобы снег засыпал его грудь, но потерял сознание при падении, сильно приложившись о тратуар по неосторожности.        Марго провела пальцами по петле. Приятная фактура верёвки слегка оцарапала пальцы. Девушка поёжилась, и её глаза затуманились. Чего это она так спешит? У неё есть целая ночь, можно и растянуть мгновение, к которому она так долго шла. Из глаз Маргариты снова потекли слёзы, в таком состоянии она себя совершенно не контролировала, как и свои эмоции. Она слезла с табуретки, поправила платье, непонятно для каких целей, посмотрела в зеркало, смеясь над тем, как хорошо сегодня выглядит, а потом села на кровать, начиная писать прощальные сообщения, не забывая ставить на отложенную отправку, чтобы никто сейчас ей не помешал. Девушка могла сорвать с себя маску, стать собой. Хоть она и не знала, какая на самом деле, не знала, каким обладает характером и что хочет выражать. Толику так и не смогла ничего написать. Конечно, девушка была за многое ему благодарна, но этот парень и оказался по итогу её последней каплей. Марго во всём подряд себя винила. Особое сообщение предназначалось тиммейту, было очень стыдно кидать его перед турниром, но ничего не поделаешь. «Добрый вечер, Plane. Мне жаль, но тебе стоит заняться поиском нового тиммейта. Прости, что оставила тебе так мало времени, сама не думала, что так выйдет. Вряд ли снова спишемся. Ты был отличным напарником. Хорошей аппаратуры и лёгких каток, Dark Plane.»        На этом телефон был выключен и брошен куда-то на кровать, впрочем, девушка даже не глянула в его сторону. Далее, как и по всем канонам, шла предсмертная записка. Марго написала что-то невнятное. К примеру, зачем-то расписала, кому какие её вещи достаются. Компьютер Роме, шмотки Еве с Юлей, накопленные деньги Артёму. Снизу карандашиком было дописано почти незаметно: «А Толику сердце.» Когда с приготовлениями было покончено, Марго поднялась на табуретку и надела петлю на шею. Осталось только шагнуть. На улице усилился ветер. Снег сыпал с двойной силой. Началась даже маленькая буря. Совсем перестали быть видны звёзды. Всё пространство поглотила мгла.