Real Life Russian

       Руки мальчика что-то быстро и с большой точностью мастерили. Девочка тоже пыталась сделать что-то из бумаги, но у неё получалось гораздо хуже. Они сидели во дворе её дома, светило солнце, погода была наилучшая. — Гений! Мы сделали уже так много журавликов... Может, ещё что-то сложим? Ты же умеешь, я знаю..!        Мальчик, как только закончил складывать своего, обратил на подругу свой взгляд. Кажется, он думал над чем-то. — Тебе они не нравятся? Как же, это символ жизни!        Взгляд девочки сразу стал немного стыдливым. Его слова всегда так на неё влияли. Она чувствовала, что что-то сказала или поняла неправильно. Но придумать ответ девочка не успела, ведь её друг снова впал в своё пугающее состояние. — Или... Жизнь... Кому она нужна, правда? Всё равно мы с тобой умрём... Рано или поздно... Умрём...        В уголках глаз девочки заблестели слёзы. Она не понимала, почему же тема смерти и жизни всегда так задевает друга. Но мальчик и не думал останавливаться. — А знаешь... И вправду, ну их, много уже сделали! Давай, я научу тебя делать кое-что полезное... Рано или поздно тебе пригодится...        Девочка тихо выдохнула, её глаза даже блеснули интересом. Она опрометчиво успокоилась, думая, что припадок миновал. Но мальчик достал из кармана верёвку. Плотную, похожую на канат. Девочке оставалось лишь непонятливо и немного напряжно смотреть на друга. Он с энтузиазмом продолжал. — Гляди, Маргаритка. Сейчас я научу тебя вязать петлю... Ты не пугайся сильно, это лучший способ лишить себя жизни из всех, что есть...        Мальчик улыбнулся, а девочка даже ахнула от страха. Что происходит? Почему он это делает? Зачем это всё? Но ей оставалось лишь внимательно наблюдать и пытаться запомнить порядок действий. Друг действовал чётко и выверенно, будто делал это уже миллион раз. Девочка старалась повторить на другом конце верёвки. И у неё это на удивление получилось. Мальчик поспешил подметить. — Лучше, чем журавлики, Маргаритка...        Девочка улыбнулась. Ей нравилась похвала друга. Ей нравилось проводить с ним время. И нравилось, когда он её чему-то учил. ***        Никогда ещё в её комнате не было так тихо. Интересно, все уже разошлись или кто-то продолжает пребывать на дискотеке? Интересно, как там подруги? А что с Артёмом и Ромой? Они пошли домой? А... Толику помогли? Он в порядке?       Поток мыслей для ситуации был довольно странным. Девушка даже как-то напряглась, стараясь всё это отогнать. Она и не могла бы сейчас вспомнить, когда успела вновь спуститься и открыть окно, не пойми зачем. Ледяной ветер раскачивал петлю, отчего Марго на пару секунд замерла, внимательно вглядываясь в это действие. Но ничего больше не имело смысла. Только вот, за эти годы она слишком привыкла смотреть на качающуюся верёвку. Это всегда успокаивало, но только не сейчас.        Маргарита быстро вернулась в прошлое положение, будто вспоминая, что не закончила очень важное дело. На душе стало совсем паршиво. В окне сумасшедше завывал ветер, девушка начинала мёрзнуть. Но так и должно было быть. Никак иначе. Нутро Марго содрагалось от мыслей. Почему всё внезапно стало так сложно? Ей всё это время казалось, что как только петля окажется на её шее, то всё станет примитивно легко. Просто шагнуть. Мыло, вставить, немного затянуть, шагнуть. Точно, затянуть.        Друг учил её по-другому. У него была своя выработанная система. Интересно, жив ли он? А если жив, то где?        Слёзы полились из глаз с двойной силой. Что её останавливает? За что теперь держаться? Любимый человек её вовсе не любит, друзьям, наверняка, будет без неё только спокойнее. Она ведь такая навязчивая... /Чем больше я стараюсь, тем хуже всё становится/       Сердце будто защемило. Но почему тогда? Марго почувствовала, что начинает задыхаться. Она аккуратно сняла петлю и машинально опустилась на колени на пол, чтобы прийти в себя. Кажется, девушка начинала бредить.        Из школы все уже и вправду ушли. Время близилось к полночи. Так быстро летят минуты... В подобные моменты радости юнешеской жизни это всегда так. Кто-то потянулся продолжать праздник, в основном это были шумные группы друзей или парочки, старые или новообразовавшиеся в течение бала. Всё-таки, медленный танец сегодня много кого сблизил. Артём тоже пошёл домой. На душе было противно и как-то неопределённо. Сделать тот ничего не мог и прекрасно это знал, но при том было слишком плохо, чтобы просто не думать о происшествии. Парень ввалился в свою квартиру, даже не вспомнив о ещё недавней опасности. Сейчас было не до себя. Артём быстро открыл чат с Марго и начал писать ей, хотя уже заранее предполагал, что результата это не даст. Попробовать всё равно стоило, ведь больше идей у парня не было, а уверенность в том, что случится что-то плохое, была. «Рита, я понимаю, что вся ситуация из ряда вон, но ты не должна падать духом. Послушай, всё по-другому. Знаешь, я не прощу себе, если ты умрёшь. Я хочу, чтобы ты продолжала говорить. Я привязался к тебе. Верил, когда ты говорила, что всё будет хорошо. Но если тебя не будет, то не будет и хорошо.»        Конечно, сообщение никто не читал, но Артём вложил в него всю малую часть души, что ещё была жива. Парень так и не успел её нормально за всё отблагодарить. Да и забота, что она проявляла по отношению к нему... Очень ему понравилась. Можно сказать, нашлась замена заботе и вниманию Толика.        Мысль о нём тоже оказалась пронзительной. Может, стоило проводить его до дома? Или попросить кого-то из ребят проводить? Да какая теперь разница? Писать Толику нельзя, а более никак узнать о нём и его самочувствии не получится. Вот и сиди, думай и мучайся.        Но Рома и не думал о бездействии. Первое время у парня тоже совсем не было идей, но вариантов оставалось не так много, отчего тот соориентировался достаточно быстро и чётко. Рома держал курс прямиком к дому Марго. Думать об удаче времени не было. Дверь подъезда, ожидаемо, была закрыта. Людей не было, как будто всех сдул ветер, или завалил снег. Взламывать дверь не было смысла, но и ждать посреди ночи прохожего жильца тоже казалось странным. Рома стал перебирать в голове все возможные способы для открытия дверей, но ничего исполнимого в голову не приходило. Искать коды? Кто гарантирует, что сработает? Оставалось только сильно дёргать. Но откуда у больного уставшего парня силы? Отчаяние поглощало его всё больше с каждой минутой. Он не может остановиться просто так.        Роман собирает всю свою силу в кулак и решает, что терять уже нечего. Зачем жалеть себя, если всё его существо приближается к концу? Парень крепко ухватился за ручку двери и потянул, как только мог потянуть.        На деле, эта затея и не могла бы увенчаться успехом. Парень явно не смог бы осилить такую нагрузку. Но как раз в тот момент, когда данная попытка была осуществлена, с той стороны послышались шаги. Какие-то молодые люди шли на ночную прогулку, поэтому, как только дверь распахнулась, Рому отбросило в кусты. Жильцы даже не обратили на него внимания.        Парень еле успел вставить ногу в дверной проём, чтобы всё это не стало напрасно. Проход был открыт, но даст ли это что-то? Неизвестно... Но вот Рома вызвал лифт. Пятый этаж, но что поделать, парень не был уверен, дойдёт ли он потом до своего дома.        Было очень тихо. Когда он подходил к двери квартиры, стояла даже слишком мёртвая тишина. А что, если он не успел? Если всё уже кончено?        Роме было всё равно, спят ли её родители, парень с остервенением стал звонить в звонок, ожидая хоть чего-нибудь.        Все эти события происходили до начала бреда Марго. Можно сказать, он пришёл ещё в самом начале её истерики, на моменте подготовки. Сначала девушка подумала, что это к родителям. Позвонят и уйдут! Ей какое дело! Она уже успела забыть, что закрыла дверь, но, может, это было и к лучшему.        Только этот назойливый звук мешал сосредоточиться, отвлекал от мыслей, что сейчас были так важны и трепетны. Марго начала выходить из себя. Она метнулась в коридор, всё ещё давясь слезами. Не открывая дверь, девушка закричала. — Их нет дома! Уходите!!        У Ромы даже от сердца отлегло. Жива... Значит, ещё не всё потеряно! Парень тоже стал кричать, так громко, насколько мог. И было всё равно, что он может мешать соседям. — Нет! Стой, Марго! Это я, Рома! Открой, умоляю тебя..!        Голос и тон сбивались, парень путался. Он совершенно не продумал свою спасительную речь. Но в этом не было необходимости, ведь Марго в любом случае не стала бы её слушать. Девушка разозлилась ещё больше. — Тогда тем более уходи! Нечего тебе по ночам шляться!        В словах девушки чувствовалась забота, но сейчас она слишком грубо мешалась со злостью и истерикой. Рома уходить не собирался. — Послушай меня! Я никуда не пойду. Хватит уже, плохо так. Прошу тебя, не делай глупостей. Толик это не всерьёз, помутнение было. Может, я не такой хороший друг, но хотя бы ради него, ради остальных... Не нужно...        На глазах парня выступили слёзы. Может, они просто придают всему слишком большое значение? Возможно... Но сейчас всё казалось серьёзнее некуда.        Марго вдруг смягчилась. Они всё поняли, да? Почему тогда один Рома? Девушка вновь зашлась рыданиями, но её голос уже звучал спокойнее. — Прости меня, Рома... Рано или поздно это должно было случиться... Так зачем это оттягивать... Так правда будет лучше... Иди домой, Рома... Ещё заболеешь, на улице такая холодень... Да и спать нужно, ты, наверное, устал... Выздоровей пожалуйста, Ром... Я не прощу тебе, если так и будешь болеть...        Её руки тряслись. Никогда не было такого тона голоса, никогда её никто такой не слышал. Поэтому Роме стало вдвойне страшно. Вот как всё было по-настоящему?        Парень окончательно запутался. Он совершенно не знал, что на это ответить. Впрочем, Марго уже ушла от двери, продолжая захлёбываться слезами. Рома шумно выдохнул. Похоже, конец...        Снег падал ему на лицо, но Толик будто этого не замечал. Ему уже стало всё равно, замёрзнет он или нет. Просто не хотелось никуда идти и ничего делать. В снегу даже было не так плохо. Всё же лучше, чем дома. Парень думал обо всём и сразу. О команде, о матче, о Марго... Интересно, они выиграют в воскресенье без него? А был ли от него вообще толк в таком состоянии? Нельзя сейчас сказать наверняка. Но удалить мысли было невозможно, поэтому Толик быстрее изводил себя изнутри, чем снаружи...        Бред Маргариты заключался в каком-то неопределённом состоянии. Сначала приступ одышки, головокружение. Возможно, это от эмоций, нервов или переутомления. Девушка отключилась от реальности, пребывая в своей голове. И вот перед ней то ли сон, то ли видение.       Марго видит маленькую себя. Милая девочка в голубеньком платье. Ещё с натуральным цветом волос, без линз, лишь с неизменной столько лет красной чёлкой. Она идёт по пустоте и немного испуганно озирается по сторонам. Но этот сон отличается от остальных. Нервная система девушки на пределе, поэтому не стоило ожидать чего-то обыденного. Маленькая версия вдруг подбегает к Марго и быстро говорит. — Извините, я заблудилась, кажется... Я бы не стала Вас напрягать, если бы тут не было так пусто...        У Марго встал ком в горле. Как же так? Она тут ещё такая наивная и простая. Совершенно не думает о том, что её ждёт, безропотно слушает Гения и не хочет других истин.        Девушка села на корточки и протянула руки к себе маленькой. — Иди сюда... А я тебе никого не напоминаю?        Девочка немного напуганно подошла, вглядываясь в лицо незнакомки. Маленькая версия достаточно долго не могла ничего понять. — Мы с Вами похожи, только Вы совсем другая... Я хотела бы быть, как Вы...       Взгляд девушки переменился. В нём отразилась неподдельная боль и удивление. Как это было давно... Сколько произошло за это время... — Как я? Ты будешь такой как я, солнышко, обязательно будешь... Но лучше тебе стать ещё лучше, чем я...        Не удержавшись, Марго всё-таки обняла девочку. Девушка уже понимала, что всё это не взаправду, но всё равно действовала по сердцу.        Девочка обняла её в ответ, но этой идиллии не было суждено продлиться долго. Со всех сторон начал наползать туман. Пространство заполнилось мглой, маленькая версия вжалась в старшую сильнее. Из мглы послышались голоса, и снова тупая боль в висках. — Старшая, что происходит?        Девочка испуганно оглянулась в темноту, но там абсолютно ничего нельзя было разглядеть. А услышать вполне можно было. — Не приходи сюда больше! Глупый ребёнок! Лучше бы не рожали, как же ты надоела! — Ну же, Маргаритка! Почему ты ещё жива? Я разве не говорил тебе? Я разве не говорил? Видимо, я не имею смысла, и мне нужно перестать приходить...        Со стороны маленькой девочки послышался вскрик, но она пока что держалась без слёз. Тьма только сгущалась с каждой секундой, намекая, что естественного просветления не будет и ждать им нечего.        И тут Марго начала соображать. Даже если она просто сошла с ума, и это всё не сон, то происходящее всё равно имеет направление борьбы с собой, с травмами и той болью, что крылась в прошлом. Но что делать? Если она не смогла шагнуть, не смогла покончить с собой, значит есть ещё что-то, что-то, за что можно зацепиться... Место, где теория Гения дала сбой...        Марго вдруг выпрямляется, продолжая обнимать девочку, но закрывая её собой. Голова поворачивается к наступающему мраку, девушка начинает кричать в темноту. — Убирайтесь! Она ни в чём не виновата! Всё это глупости! Если бы не вы, всё могло бы быть по-другому! Я жива, видите? Жива! Вопреки всему, назло вам всем! Жива!        Голос срывается, всё это похоже на истерику. Но тут наступает полная темнота. У неё получилось? А что получилось? Что это вообще было? Марго начала надеяться, что теперь очнётся и сможет продолжить своё дело, но разум точно не был намерен её отпускать. Тем более, травм было гораздо больше, чем хотелось бы.        Снова пустое пространство. Всё точно так же, как и в первый раз. Отличен только образ. И он отдаётся в сердце с особой болью.        Кирилл возвращался домой с дискотеки в странном расположении духа. Казалось бы, всё прошло неплохо. Только эта выходка с Евой отдавалась в мыслях неприятно. Он немного выпил, но веселья не ощущал. Парню даже предлагали задержаться и продолжить развлекаться у кого-то дома, но он отказался. Настроения совершенно не было, тем более, там турнир на носу, а его тиммейт обещала сегодня поиграть подольше. Только вот, надо было уточнить время, для чего Кирилл и поспешил открыть чат. Там его ждал не самый приятный сюрприз. И как понимать это сообщение? Что оно значит? Почему его преданная сокомандница вдруг решила его кинуть? Что-то странное, наверняка... Парень напрягся и сразу отправил ответ, крупно негодуя. «Я всё понимаю, G, но это уже перебор. Времени мало. Потом будешь выделываться. Если у тебя что-то случилось, то напиши нормально.»        Кирилл злился, но в его душе преобладало волнение и подозрение. Тем более, если возвращаться к теории, кто G в реальности, становилось ещё более не по себе. Оставалось лишь ждать ответа, если он вообще будет.        Во втором видении перед Марго предстала следующая её версия. Девочка была уже взрослее, чёрные брюки и чёрная длинная кофта. Вечно злой взгляд, вечно сдвинутые брови, тёмные круги под глазами, нервозность в движениях и боязнь всего подряд. Да, период буллинга. Из простой нелюдимой и пугливой девочки она стала озлобленной, обиженной и ещё более одинокой. Но тогда появился её тиммейт. Всё время посвящалось учёбе и компьютерным играм. Тяжёлое время.        Маргарита сама впала в ступор. Что она скажет ей? Будет ли она её слушать? Сможет вынести это сама? — Эй, тут может быть опасно! Подойди ко мне!        Теперь девушка уже знала, что рано или поздно начнётся, но сильно ситуации это не спасало. Ведь девочка, ожидаемо, отреагировала агрессивно. — Не лезь ко мне! Ты тоже обманываешь! Хватит уже!        Голос был на грани истерики. Интересно, эта версия могла бы без лишних мыслей шагнуть? Наверное, да.        Марго не знала, что делать, поэтому решила, что надо брать всё в свои руки и не ждать от этой версии сговорчивости. Девушка сама подошла к младшей и легонько взяла её за плечи. — Послушай, я правда не хочу тебе навредить... Я не такая, как они... Посмотри в мои глаза...        Марго немного наклонилась, давая девочке вглядеться в себя. В этот раз она уже не пыталась вырваться, лишь настороженно всматриваясь в лицо незнакомки. Внезапно младшая расслабилась. — Почему тогда они желают мне зла? Я же ничего не сделала... Гений никогда не говорил, что может быть так... Я совсем недавно связала петлю, как учил этот предатель... Надо ещё многое подготовить... Почему ты жива?        Эта версия, видимо, уже поняла, кем является собеседница, отчего у той внутри будто что-то треснуло. Что сказать? Марго ведь сама до сих пор не знает, как с этим справляться... После перевода в другую школу у девушки не было больше таких проблем, да и она находилась под защитой Толика. — Тут тебя никто не обидит... И в будущем тоже... Потерпи немного, ты будешь счастлива хоть сколько-то...        Глаза девочки блеснули, но на её лице всё равно отразилось недоверие. В этот момент снова стала наступать мгла. Марго вздрогнула и машинально прижала к себе младшую. Она сама была не готова к этому кошмару. Только вот, сейчас была важна не она. Для девушки это было всего лишь бредом, кошмаром... А вот для девочки... — Я тебя защищу...        Это вырвалось само собой. Если было бы можно, она бы упрятала эту версию далеко отсюда, чтобы никто больше не смог ей вредить. Ведь Марго сама всегда мечтала, чтобы в один из дней её кто-то наконец защитил.        Голоса бывших одноклассников, что доносились из мглы, смешались в общий балаган. Ничего было не разобрать в этом месиве из оскорблений, придирок и издевательств. Из глаз девочки полились слёзы. Марго замерла. Смелость. Ключевой фактор, которого не было никогда. Но у неё новой он есть? Может и нет, но... Ради других всегда было легче. Всё равно, что этой измученной девочки не существует. Уже не существует. Может, только где-то внутри...        Раздумия заняли достаточно большое время. Это было то, с чем девушка до сих пор не смирилась. Мгла обволокла их почти полностью, голоса стали громче, младшая версия уже стала заходиться рыданиями и самостоятельно прижиматься к старшей. Но больше так продолжаться точно не могло. Смелость - тот фактор, который решит всё на свете. Только тогда у неё этой смелости не было. А сейчас что есть? Но ради других всегда было проще переступать через себя...        Марго наконец закрывает собой младшую, когда руки из мглы уже тянутся к ней. Колени девушки немного дрожат. Но защитить ту, ни в чём не повинную...        На этом всё кончается. Кончается терпение и страх. Остаётся только надобность. Раздаётся крик, но уже более отчаянный. Самопожерствование - это то, что действительно появилось у неё не так давно. Это точно не маска? — Я вам её не отдам! Хотите, бейте меня! Но её вы больше не тронете! Потому что... Иначе, я из вас всё дурное выбью! Меня научили драться немного... И ещё научат! Я Бориса Андреевича попрошу!       Марго осознавала, что, возможно, узнав о произошедшем Борис и не стал бы с ней общаться, всё-таки связующим звеном для них был Толик. Но его имя показалось девушке наиболее авторитетным сейчас, да и... Какая разница, если сегодня всё кончится?        Девушка поняла, что начинает просыпаться. Последнее напоминание о том, что она вообще была в бреду, пришло к ней в последние секунды. Будто голос в голове. — Ты такая смелая...        Марго даже усмехнулась. Какая же она смелая, если даже не может сделать последний шаг?        Девушка слегка испугалась, когда осознала, что проговорила эту фразу собственными губами несколько раз.        Маргарита оглянулась. Ничего в комнате не изменилось: всё та же петля, всё та же табуретка, всё то же открытое окно. Но почему-то на душе потеплело. Девушка поднялась с пола и снова подошла к табуретке, взбираясь на неё. Почему она замешкалась? Надо быстрее закончить.        Но теперь к Марго стали приходить некоторые догадки. Мысли, почему же она не смогла шагнуть. Петля уже снова была надета на шею и даже затянута, только... Девушка и не думала двигаться.       Причина, по которой теория Гения всегда так хороша работала. Причина, по которой та самая теория дала сбой. Причина, по которой не было возможности шагнуть. / Я больше не одинока... /        Ведь всю жизнь Марго дичилась и боялась общества. В детстве был один Гений, потом только Plane, а сейчас... Все близкие ей люди, они же... Не смогут без неё.        В этот момент снег перемешался с дождём. Мокрые капли заносило ветром в комнату. Кажется, Маргарита всё уже решила.        Может, Отставник был провидцем? Толик сейчас подумал о том, что никогда ещё столько не размышлял, тем более над очень странными вещами. Сейчас парню казалось, что его исход был известен ещё давно. Задолго даже до наркотиков. Когда ушла мать. Но это уже были настолько углублённые мысли, что лучше было не разбираться.        Больше всего Анатолию стало интересно, простит ли его команда за содеянное, как они все отреагируют на его конец... Будет ли Марго его вспоминать... А Борис?       Парень уже чувствовал, что всё его тело онемело. Это, наверное, хороший знак. Но скоро ведь начнутся мучения. Нужно быть готовым. Интересно, как там Марго? Наверное, страдает из-за такого придурка, как он... Да, Толик точно порешил, что наказание, что тот для себя выбрал, слишком лёгкое...        Марго смотрела на равномерные капли дождя на стекле и продолжала думать. Но ведь если она умрёт... Никто больше не обработает Толику раны после драки, никто не позаботится об Артёме, никто не поможет Роме купить таблетки, никто не поддержит Еву, никто не поговорит по душам с Юлей... Никто не выиграет турнир с Plane... Никто не будет решать проблемы класса...        Даже если Толик её не любит, даже если она всех раздражает и не достойна жить... Умереть же всегда можно успеть... А начать жить... Заново не получится!        И вот, когда уже всё, казалось бы, было решено... И когда рука уже тянулась к шее, чтобы ослабить и снять петлю... Порыв ветра, головокружение... Непроизвольно, но шаг сделан... Марго не успевает даже вскрикнуть, когда табуретка уходит из под ног, а дальше... Только пустота...        Рома так и не пошёл домой. Он ещё долго бродил под её окнами, надеясь хоть на малейший знак, малейшее движение в окне. Свет, хлопок створки... Но ничего...        Парень, буквально несколько метров не доходя до места, где лежал Толик, упал на скаймеку и разрыдался...