Лживый пророк
11 декабря 2024 г., 03:00
Примечания:
Основная выкладка сейчас идёт на автор тудей. Там глава идёт ещё и с иллюстрациями https://author.today/work/318417/edit/content.
Так что ваши отзывы, комментарии и тапки просьба адресовать туда. Здесь я сейчас бываю редко
— Х-ха-ааа...
Кулак Штыря, верного громилы Лукаса, врезался в живот Шина, заставив его резко выдохнуть и скорчиться в три погибели, пытаясь удержать в себе рвущийся наружу стон.
— Слышь, ты, япошка недоделанный. Ты, кажется, не понял, что выбора у тебя нет. Усёк?
Шин был бы рад ответить во всех смыслах, но Лукас был не один, а со сворой своих прихлебателей. Но даже если бы у Шина и получилось отбиться, то виновным и крайним сделали бы именно его, ведь отцом Лукаса была какая-то шишка, а для администрации местной районной школы это было всё равно что чёрная повязка на глазах с заранее выписанной индульгенцией сыночку. Они упорно не замечали, как банда Лукаса терроризирует учеников, вымогая у них деньги, обеды и распространяя наркотики. Правда, пока это были лёгкие сигаретки с травкой, которые во многих странах и за наркотики-то не считали, но до Шина дошли слухи, что в последнее время некоторые получили от Лукаса и более серьёзные вещества. Несколько человек пытались сопротивляться наездам, но были показательно избиты, а двое даже попали в больницу с серьёзными травмами. Родители пострадавших жаловались в полицию, но следствие ни разу не нашло никаких доказательств кроме «голословных утверждений» — Лукасу пока хватало ума устраивать свои разборки вдали от чужих глаз, без свидетелей. Это позволяло его отцу подавать встречные иски о клевете на его горячо любимого сына. То есть все всё знали, но никто ничего не хотел делать, опасаясь или за свою шкуру, или за своё место.
***
В последнее время в жизни Шина наступила одна сплошная чёрная полоса. Сначала их небогатую семью насильно и быстро выселили из родного и знакомого до последнего закоулка района, который просто взяли и то ли отдали, то ли продали пиратам из этого проклятого объявившегося неизвестно откуда Туманного Флота. Вместо их скромной, но всё же личной квартирки, предоставили не нормальную замену или там домик, а целое инновационное жильё будущего — так издевательски назвали самый обычный списанный морской контейнер, который изнутри обшили плитами прессованных опилок, а снаружи покрасили самой дешёвой, яркой и крайне вонючей краской, запах которой не выветривался уже месяц и, казалось, намертво въелся в кожу и одежду. Вдобавок этот контейнер стоял среди кучи таких же контейнеров-близнецов, зачастую в несколько слоёв, когда потолок одного контейнера был полом или террасой другого, где ютились иные семьи таких же неудачников. Вдобавок дядя, получив на руки некую неизвестную сумму на «обустройство» нового жилища, вместо попыток этого самого обустройства взял и уволился со своей работы водителя погрузчика в порту, которая хоть и не была пределом мечтаний, но приносила хоть какую-то копейку, позволяя как-то сносно существовать, взамен став завсегдатаем местных полуподпольных кабаков для работяг. Ну а мать... Шину от неё досталось в память только некое смутное воспоминание о вечно уставшей женщине, которая пропадала сутками на работе и однажды просто не вернувшейся домой. Уже позже он пытался выяснить, что с ней случилось, и так не смог ничего узнать, даже как её звали по-настоящему. Дядя отмалчивался, а прочие соседи знали её только по местному прозвищу. Одни говорили, что она работала уборщицей в одной из контор порта. Другие, что она занималась покраской судов в доках. Третьи, что она скрашивала досуг иностранным морякам и, подцепив одного из них, ушла в лучшую жизнь, без сожалений бросив позади ошибки прошлого. А четвертые, под большим секретом, утверждали, что её забил насмерть её тогдашний ухажёр, а труп скинул в море. То есть ничего конкретного он так и не узнал. За отца вообще никто ничего не знал и не слышал. Все только дружно сходились на том, что тот был, скорее всего, японским моряком с одного из судов, регулярно заходящих в порт. Хотя в Сингапуре могло быть всякое, каких тут только смесков не встречалось на каждом шагу, и удивить хоть кого-то своим видом или именем надо было очень сильно постараться. Так что жизненная ситуация у Шина на общем фоне не была чем-то такой выдающейся и особо интересной окружающим. Всем хватало своих сиюминутных проблем, чтобы пытаться ещё и вспомнить, что там происходило с кем-то посторонним несколько лет назад. Хорошо хоть троюродный дядя тогда согласился взять к себе на постой пару сирот, не позволив им сдохнуть от голода или попасть в государственный приют. Пару... Ведь единственной значимой фигурой в жизни Шина была его младшая сестра Айяно. Она была младше его на пару лет, и... ближе её у него никого не было. Благодарность к дяде за крышу над головой, которую Шин когда-то испытывал, давно исчезла под напором жизненных трудностей. Того мало что интересовало в этой жизни, кроме работы, отдыха от работы и алкоголя. Хорошо хоть, что он не был склонен к рукоприкладству, ограничиваясь бранью, предпочитая тратить своё время на более «достойные» мужские занятия типа просмотра спортивных передач под бутылочку местной разновидности соджу или встрече с приятелями в кабаках, а вся домашняя работа полностью висела на его сестренке. Почему, кстати, их так и не выгнали взашей, когда они немного повзрослели. Когда Шину исполнилось четырнадцать лет, ему прямо сказали, что он может уже официально подрабатывать и, если хочет жрать с сестрой и дальше, то должен сам искать себе средства на пропитание. Никто больше не будет тратить с таким трудом зарабатываемые деньги на двух нахлебников. Так что после окончания школьных занятий Шин бежал на местный аналог трудовой биржи и брался за любую подходящую работу: убирал помещения в закрытых конторах порта по ночам, работал курьером и тому подобное. В гигантском порту всегда требовались услуги людей без особых навыков. Правда, и платили за такую работу сущию мелочь, почему данные вакансии были всегда в наличии, но на простую еду пока хватало. К счастью, хоть за жилплощадь платить не было необходимости — даже за их старую дядину квартирку Шин не смог бы потянуть полную стоимость аренды. Пришлось бы тогда выбирать между учёбой, работой с перспективами и голодной смертью. Ведь бросить учёбу — это означало на всю жизнь гарантированно обречь себя на прозябание наподобие дядиного без малейших жизненных перспектив. Бросить работу — а есть тогда что? Это раньше можно было рассчитывать на дядину милость, но не сейчас. Ведь одно дело — выставить на улицу пару детей, только за слухи об этом действии можно сильно пострадать, и совсем другое — вполне себе трудоспособных индивидов, но Шину бы тогда волей-неволей школу пришлось бы бросить точно, обрекая себя тем самым на вечное нищенское существование. Так что, когда их переселили в новое место, он привычно начал искать места подработок, и так в первый раз столкнулся с Лукасом. Тот, услышав от одноклассников, что Шин ищет подработку и работал ранее курьером, какое-то время, видимо, присматривался, а сегодня сам перехватил Шина по дороге домой, когда тот привычно срезал путь через территорию складов, с предложением поработать курьером по доставке неких посылок заказчикам.***
— Чего ты кочевряжишься. За каждую доставленную посылку получишь по целой двадцатке. Плёвое дело — взял, где тебе будет сказано, отнёс, кому указано, получил бабки, лежи отдыхай. Не работа, а лафа! — Сам тогда почему не носишь? Или своим дружкам поручи, вон их у тебя сколько. Шин не был идиотом и прекрасно понимал, что стоит за «щедрым» предложением Лукаса. Различные виды травок, и не только, пользовались у работяг порта повышенным спросом. Ведь у простого люда было не так уж много возможностей быстро расслабиться после тяжёлой работы, а так «курнул», «нюхнул», «лизнул» — и до начала новой рабочей смены вся твоя серая жизнь перекрашивается в радужные тона. Шину уже предлагали пару раз присоединиться, попробовать, но он пока удерживался от соблазнов. Видел неоднократно, во что превращались те, кто не сумел удержать себя в рамках. А если он скатится, то кто будет заботиться о сестрёнке, дядя? Тот, скорее всего, лично продаст её в первый попавшийся портовый бордель, стоит ей только вступить в подходящий возраст. — Не твоё дело, сопляк. Ты меня не понял — я тебя не спрашиваю, чего ты хочешь, а говорю, что делать. Всё, что я желаю услышать от тебя в ответ: «Да, босс!». Усёк? — Да пошёл ты... — Штырь, поясни мальцу его роль в пищевой цепочке...***
Шин не был с рождения крутым бойцом, которые сплошь и рядом встречаются в фильмах. Не было у него и тайного наставника, обучавшего его секретам единоборств, позволяющим с лёгкостью победить многократно превосходящего по силе противника. Даже опыта уличных драк у него практически не было. Чего-чего, а на драки и полиция, и охрана порта реагировали всегда очень нервно, так как это могло привести к простоям и, соответственно, убыткам порта. Ну а бытовые стычки пацанов, никакого реального опыта почти не приносили, да и были поучительны лишь в том плане, что если получишь травму, то станешь обузой для семьи, сокращая её и так невеликий доход на своё лечение. Так что местные жители с драчунами разбирались быстро и жёстко, а то что неделю сидеть не сможешь, так это твои проблемы. Чего нельзя было сказать о Лукасе и его банде. Лукасу самому участвовать в драках не было нужды, а прихлебателям он мог спокойно приплачивать за «риск», так что те не боялись в случае чего остаться без средств к существованию. Правда и своих жертв они выбирали не наобум, а только тех, кто не мог оказать реального сопротивления, к каковым, к его сожалению, относился и Шин. — Слушай, придурок. Только за то, что я с тобой тут разговариваю, — перед лицом скорчившегося от боли на земле Шина присел на корточки Лукас, — ты уже торчишь мне сотню. Это минимум пять ходок по моим просьбам. Если будешь упорствовать дальше, то сумма будет расти — я очень ценю своё время. Не, я не живодёр, не хочешь отработать сам, можешь позвать на помощь свою сестрёнку. Насколько я знаю, ей недавно исполнилось тринадцать, так что по вашим ниппонским понятиям она уже готова... — Ублюдок, не трожь Айяно! — О-о-о, кажется, я вижу заинтересованность в твоих глазах. Ладно, так и быть, сделаю я тебе одолжение, и повторю своё щедрое предложение ещё раз...***
— Я дома... Дурацкое приветствие. Каким домом может быть самый обычный морской контейнер? Но Айяно требовала придерживаться традиций, так что ради редких улыбок сестры, Шин был готов говорить и не такую чушь. — Братик Шин?! — Из-за занавески, отгораживавшей кухонный уголок, выглянула головка сестры. — Я уже почти приготовила. Мой руки и садись за котацу. — Да-да. Шин послушно проследовал к раковине, зашипев слегка от боли, когда зацепил ладонью ссадину на лице. Нет, его не били по лицу, но когда ты валяешься на земле и тебе в живот прилетает с размаху тяжёлый ботинок, то стесать кожу о щебёнку — раз плюнуть. Это ещё сестра не увидела, и, как назло, в голову из объяснений ничего путного не приходило. Ладно, прорвёмся. Перед ним сейчас стояла гораздо более серьёзная проблема. Необходимо было попасть в район, который не так давно был родным, и найти там некую важную посылку, которую Лукас почему-то не успел забрать до того момента, как район передали во владение Туманного Флота. Не то, чтобы он верил в честность Лукаса, мол если вернёт посылку, то его оставят в покое, но ему отчаянно требовалось выиграть время. Он даже стал было подумывать о том, чтобы взять в охапку Айяно и дать дёру. На дядю надежды не было никакой. С вещами тоже было негусто, так что терять им особо нечего. Проклятье, ему бы ещё пару-тройку лет продержаться, после чего можно попытаться разорвать этот порочный круг и попытаться начать жизнь с чистого листа, оставив прошлое позади. Но... Айяно. Как бы он ни любил сестрёнку, сейчас она повиснет на нём мёртвым якорем, уволакивая их обоих на дно жизни без шанса всплыть на поверхность. Так что лучше один раз рискнуть своей головой и попытаться достать эту долбанную посылку, в которой наверняка хранятся наркотики. Ради чего-то другого Лукас не стал бы рисковать чужой шеей. Не станет он же таким образом устранять Шина, чтобы у Айяно совсем никого не осталось, да? Дело было в том, что район, отошедший Туманному Флоту, был официально объявлен запретной зоной, на которую не распространяются законы Сингапура, но при этом он не был пока оцеплен или как-то огорожен, и ходили странные слухи, что там происходит нечто... Мол, среди брошенных зданий иногда видели странных металлических животных, и те немногие, кто решил пробраться вовнутрь, поживиться невывезенным и брошенным барахлом, никогда назад не возвращались, чтобы рассказать о происходящем внутри. И жаловаться полиции на пропажи было бесполезно. — Ши-и-ин?! Упс. Он боязливо втянул голову в плечи. В голосе подошедшей сестрёнки явственно прозвучали отголоски надвигающейся бури. Заметила! — Да, не обращай внимания, споткнулся просто неудачно. — Точно? — Ага! — Ну-ка, подними руки. — Айяно, я проголодался. Я же говорю — всё нормально! Давай-ка лучше есть, ужас, какой голодный. — Суп не убежит, — сестра, поставив кастрюльку с супом на дальний край стола, шустро скользнула к Шину, задирая его футболку. — Ага, а это ты ещё пару раз неудачно упал, видимо, с первого раза не дошло, или это тебя так лестница избила? — прокомментировала она едким тоном кровоподтёки ушибов на его теле. — Я же сказал — всё нормально! — он недовольно одёрнул назад задранную футболку. — Я сам разберусь. — Братик, ты... — Айяно внезапно осторожно обняла его, так, чтобы не потревожить ссадины на теле. — Ты мне всё расскажешь, — нежный тон любимой сестрёнки внезапно сменился угрожающей ноткой шипения прямо в ухо. Шин честно сопротивлялся, но против виртуозной атаки глазками со слезами на ресницах и обещаниями не простить он не смог долго держать оборону. К тому же назвать Айяно наивной дурой было никак нельзя, ну не вырастали такие в их среде обитания. Это среди семьи она могла демонстрировать характерные ухватки полностью домашней девочки, а вот за пределами дома ситуация менялась кардинально. Нет, она не превращалась в этакую уличную оторву, но и не была беспечной дурёхой, каковых, кстати, всё же хватало. Да и брата своего читала влёт — обмануть её чуйку для Шина было всегда нетривиальной задачей. — Я пойду с тобой, — решительно произнесла она, когда он сдался под изощрённым прессингом со стороны сестры и всё же рассказал о произошедшем. Ну... почти о всём произошедшем, кое-какие подробности ему, кажется, удалось утаить. — Это опасно. Никуда ты не пойдёшь! Не слышала разве всех этих ужастиках из нашего района? — Именно потому, что слышала, я и пойду с тобой. Если ты пропадёшь там, то какой смысл мне тогда жить? — на Шина уставился спокойный до одури взгляд сестры, всё для себя решившей. — А вдвоём у нас вдвое больше шансов. К тому же я меньше тебя и смогу пролезть туда, куда ты сможешь только руку просунуть, жирдяй, — острый язычок сестры на мгновение показался на свет, и Шин в очередной раз не успел заметить, тот всё же раздвоен или нет. — Это кого ты назвала жирным? Да во мне нет ни капли жира, — ожидаемо возмутился он, хлопая себя по животу, радуясь возможности сменить тему. — Значит, против того, что ты не сможешь пролезть, а я смогу, у тебя возражений нет. Или ты так намекаешь, что я плохо готовлю? — глазки сестры подозрительно опасно прищурились. — Слушай — это нечестно! — Просто признай, что проиграл! — палочки сестры чуть не уткнулись Шину прямо в нос в утверждающем жесте, заставив его слегка отшатнуться. — Там не надо нигде лазить, — пробурчал он, возвращаясь к остывшему за время горячего спора супу. — По словам Лукаса, посылка спрятана под штабелем старых паллет у четырнадцатого пирса. Она внутри старой канистры. — Странно всё это. Почему нельзя было её забрать пока проводилась эвакуация? Ведь никакого контроля и досмотра не было. Тогда вообще все тащили всё подряд. — Не знаю, — пожал плечами Шин. — Может просто забыли, а когда вспомнили было уже поздно. Тогда столько всего было... — А ты с этим твоим Лукасом точно нигде раньше не пересекался? Может он так хочет от тебя избавиться? — Нет. Здесь же только обычные работяги обитали, да и зачем? — Не знаю. Ладно, сейчас доедим и сходим сами посмотрим. — Что? Ты прямо сейчас хочешь? — Глупый. Я не сказала — пойдём за посылкой. Я сказала — посмотрим. Раз в сам район заходить вроде опасно, то ведь смотреть нам никто не запрещает. Я сейчас... Сестрёнка задумалась, а потом вскочив, кинулась к единственному нормальному столу в доме, лихорадочно листая одну тетрадку. — По пути зайдем к Сью. У неё дома есть морской бинокль, а она должна мне за списанную домашку. Возьмём на вечер. — Эм-м-м... Проклятье, он вообще за бинокль не подумал. Да и где бы он его взял? Вначале понаблюдать, прежде чем лезть, это он и сам сообразил. Но вот то, что своими глазами он далеко не увидит... — Так, ты долго ещё будешь тут сидеть? Или думаешь, что ночью будет лучше видно? Глу-у-упый братик. Айяно уже нетерпеливо притопывала возле выхода из контейнера, поджидая задумавшегося Шина. И как она только успевает?***
Солнце клонилось к закату, но ещё было весьма светло, когда они смогли добраться до своего бывшего родного района на одной из окраин порта. — Ну и что дальше? — нервно уточнил Шин, опасливо косясь на яркий, никак не пропустишь, предупреждающий плакат на улице, вещавший о том, что они приближаются к «закрытой» территории Туманного Флота, и призывающий повернуть назад. Подобное уточнение было весьма настораживающим, но вот и повернуть назад, испугавшись, для них было чревато нехорошими последствиями. — Надо найти точку обзора получше, — авторитетно заявила Айяно, осматривая улочку, служившую границей запретного ныне района, и поправляя на плече ремешок футляра одолженного им бинокля. — Четырнадцатый пирс вон там, — она ткнула пальцем в нужную сторону, — а значит, нам лучше обойти стороной, через заброшенные склады, чтобы не пришлось затем пробираться через весь район насквозь. Я бы вообще предложила найти лодку и добраться по воде, но мы там будем как на ладони, и если есть тут кто-то из новой местной охраны, то нас тогда точно заметят. — Согласен. Шин кивнул в ответ, напряжённо пытаясь высмотреть в некогда знакомых улочках скрывавшуюся там неопознанную угрозу. Но не видел ничего, кроме груд мусора вдоль стен да тёмных провалов окон и дверей, будто выколотые глаза некоего поверженного монстра. Странным было ещё то, что в некогда оживлённых кварталах прилегавших в их бывшему району практически не было видно никаких людей. Понятно, что большая часть ещё на работе, но всё равно было какое-то давящее ощущение приближающейся невзгоды, от которой все местные попытались укрыться, надеясь, что пронесёт. — Тогда пошли. Там, если я правильно помню, вон там было несколько старых складов, с крыш которых должен быть неплохой обзор на нужный нам пирс. И они пошли. Благо идти тут было недалеко, к тому же они старались не отдаляться от границы района, надеясь во время пути рассмотреть некую скрытую угрозу о которой было столько слухов. Ведь если верить им, тут пропадали без вести решившие проникнуть вовнутрь. Но ничего опасного или необычного им на глаза не попадалось. Местные, живущие рядом, точно должны были что-то знать, но тратить сейчас время на долгие расспросы у них не было никакого желания. После всего произошедшего на бывших жителях и так повисло клеймо «неудачников», и многие местные, боясь подцепить неудачу, как некую заразу, старались держаться от них подальше. Может быть потом попробовать, если сейчас они ничего не узнают? Лукас же дал ему неделю времени, что тоже было странно, если ему так вдруг срочно потребовалась эта посылка, и тут до Шина вдруг дошел еще один мотив такой щедрости — а может, он не первый такой «курьер»? Он было попытался вспомнить даже не конкретику, слухи, пропадал ли кто из учащихся в школе в последнее время, но, увы, он ещё не успел обзавестись новыми дружескими связями, считая трату обязательного времени на поддержание таких отношений непозволительным расточительством. Но вроде бы ничего такого не обсуждали, чтобы кто-то из учеников внезапно пропал без следа. Уж полиция при всём нежелании вмешиваться в местные дела такое событие без внимания точно не оставила. Обязательно бы стало всем известно о неком происшествии. Эти выводы несколько подняли ему настроение, пребывавшее если не на самом дне, то не особо далеко от оного. — Ай! Ему в затылок ударил небольшой камушек, подарив пару мгновений острой боли и заставив споткнуться. Шин завертел головой, пытаясь понять откуда посреди пустой улицы ему прилетел болючий подарок, но никого сзади не увидел. — Брат, сверху! — подсказала сестра. И только подняв голову, Шин увидел сидевшую на крыше склада мелкую девчонку, ровесницу Айяно или даже младше, в совсем неподходящем для данной местности наряде — каноничной школьной матроске. — Ты чего кидаешься? — Да вот, смотрю, идут тут два смертника, высматривают чего-то. Дай, думаю, спасу их от смерти страшной, жуткой и неизбежной. Вы что, читать не умеете? — мелкая ткнула пальцем в очередной висевший плакат с предупреждением. — Умеем мы читать, — насупился Шин, а Айяно привычно скользнула ему за плечо, молчаливо поглядывая на незнакомку. — А-а-а, так у вас с пониманием прочитанного туго? Лечиться пробовали? — расплылась в широкой улыбке мелкая. — А ты кто такая? — Шин решил проигнорировать язвительные замечания незнакомки. Вот ещё, распинаться перед всякой саркастичной мелочью. — Я? Можешь звать меня Барб... Или Госпожа Барб?.. А может — Всемилостивая и Всемогущая Госпожа Гато Барб? Хм, какой же вариант выбрать? — мелкая с самым серьёзным видом задумалась, будто решая вселенски важную проблему. А у Шина слегка задёргался глаз, и почему-то захотелось кое-кого немного так придушить, или отвесить вразумляющую затрещину. Тоже мне, нашлась госпожа. Вот только сзади раздался сдерживаемый смешок сестры, которая явно развеселилась от абсурда ситуации. — Барб, может, вы спуститесь с высот вашего положения к нам? Так будет удобнее общаться. А на брата не обращай внимания, он всегда был тугодумом. — Айяно!!! — возмутился Шин на такой предательский удар сзади. — Хм, — оценила предложение сестры незнакомка. — Ладно, сейчас спущусь. Вскочив на ноги, она вместо того, чтобы воспользоваться лестницей, или как там она попала на крышу склада, просто и незамысловато сиганула рыбкой вниз. Но не успел Шин испугаться, что та просто разобьется, как она извернувшись в воздухе самым немыслимым образом, приземлилась на полусогнутые ноги, упёршись одной руки в землю, а другую показушно отведя в сторону. — Ну-у-у, как я выгляжу? Эффектно же, да? — Да-да, отлично, — захлопала в ладоши Айяно, выйдя из-за Шина и протягивая руку. — Давай знакомиться нормально. Я — Айяно! А это мой брат — Шин. — Ага, — Барб пожала руку Айяно. — Но всё-таки, что вы тут забыли? И не надо мне говорить, что просто так здесь гуляете. Шин переглянулся с сестрой. Вообще эта Барб была странной, даже на его непредвзятый взгляд и рассказывать первой попавшейся о его проблемах... Но так, видимо, не считала Айяно, которая, подхватив новую знакомую под руку, затарахтела девичьей скороговоркой, виртуозно раскидывая среди кучи использованных эмоциональных образов крупицы фактов о сути проблемы, но избегая какой-то конкретики. — Так погоди... — остановила тарахтение Айяно Барб. — Я правильно поняла, что вам надо забрать некий забытый во время эвакуации пакет и отдать владельцу? Вы вообще нормальные? — А что тут такого? — наконец-то смог влезть в девичий диалог (а скорее монолог сестры) Шин. — Пока мы тут бродили, ничего опасного не заметили. Быстренько проскочим по краю района, заберём и назад. Мы же не ничего опасного делать не собираемся. — Так, дайте я подумаю — Барб потёрла рукой лоб в глубокой задумчивости. — А вам не приходило в голову, что если вы ничего не видите, то это не означает, что там ничего нет? — Ты что-то знаешь? — вскинулся Шин. Возможно эта их знакомая сможет рассказать о происходящем внутри? Или ей самой что-то там надо — ведь не просто же так она сидела на крыше склада? — Чего там рассказывать, если не торопитесь, то скоро сами увидите. Только давайте отойдём подальше и спрячемся, чтобы охранник нас не заметил. И Барб потащила их через завалы мусора к чернеющему пролому в стене склада, с крыши которого она сиганула к ним, а внутри по слегка ржавой лестнице к небольшой металлической платформе с будкой у окна. — Вот здесь у стены станьте, и будьте очень осторожны. Хоть мы и за пределами запретной зоны, но всё равно — заметят наш интерес, поднимется тревога. Шин с Айяно послушно встали, где и было указано, а сама Барб, не проявив интереса, устроилась в кабинке, поглядывая на часы. Спустя пару минут Шин не выдержал: — Долго ещё? — Какой же ты нетерпеливый, — поморщилась Барб не отрываясь от циферблата часов. — Охранник будет через... пять... четыре... три... — тут она прервалась, скользнув вплотную к стоящей Айяно. — Ноль. Вон, смотрите! Одновременно с её словами из одного заброшенного дома в этот момент выскользнула... гигантская металлическая змея? Нет, поправил себя Шин, изо всех сил напрягая глаза в попытках рассмотреть, закрутившегося на улице юлой монстра. Это не змея, а нечто вроде гигантской сколопендры. Вот он, пытаясь получше рассмотреть таинственного монстра, переступил на месте ногами, издав еле слышный металлический лязг и чуть ли не целиком высунул голову в проем всего на пару мгновений, но монстр явно что-то услышал или заметил, так как тут же прекратил вертеться юлой и встал на хвосте торчком, став похожим на кобру готовящуюся к броску, развернув голову в их сторону. — Идиот! — прошипела еле слышно Барб, отталкивая от окна Айяно и грозя кулаком Шину. — Прячься! И тихо, даже не шевелитесь и лучше не дышите! Перепуганный Шин послушно отпрянул от окна, вжимаясь в стену, а девочки в обнимку так же замерли с другой стороны. И только спустя минуту Барб отмерла, отлипая от стены и Айяно. — Всё! Ушёл дальше по маршруту, — и, вытирая несуществующий пот со лба, добавила. — Фух-х. Думала, если не он, так я тебя сама прибью. Ты, придурок, чего высунулся? Если хочешь его рассмотреть поближе, так не стесняйся, вон она, граница, можешь перейти её, и скоро он будет прям перед тобой во всей своей красе. Только недолго, но тебя это волновать уже не будет. Встревоженная Айяно крутила головой, переводя взгляд то со смущённого справедливой отповедью брата, то на возмущённую и кипятящуюся Барб. — Брат... Барб... Успокойтесь. Ничего же страшного всё же не случилось? — и стараясь перевести тему, подольстившись к девочке, спросила. — Ты, Барб, похоже неплохо осведомлена о том, что там происходит? — Ну-у-у, — засмущалась та, сменив гнев на милость, чуть ли не шаркая ножкой. — Я же пророк, мне несложно предсказать некоторые события. Иначе откуда бы я знала, когда этот охранник тут появится. — Пророк? — изумлённо вытаращил глаза Шин. — Ты имеешь в виду, что знаешь будущее? — Не знаю, — поучительно подняла Барб палец кверху, — а могу предсказать события с большой долей вероятности. Вот если бы я вас не перехватила по дороге, то ваш жизненный путь мог быть уже прерван, так как траектория ваших линий жизни пересекалась с траекторией жизни охранника. Что было бы в результате, предсказать несложно даже без дара предвидения. Думаешь, я просто так сидела на крыше и поджидала именно вас? — Врёшь! — воскликнул Шин. Он не знал зачем им втирали явную ложь, но пророков и предсказателей не существует. Никто не может предсказывать будущее. Он ведь сам сегодня не планировал никуда идти, это была инициатива Айяно, а до обеда она и сама ничего не знала. А тут эта мелочь пытается им навешать какую-то чушь про предвидение. — Да-а-а-а?! — угрожающе протянула Барб, насупившись и глядя исподлобья на парня. — А ты за свои слова отвечаешь? — Да! — запальчиво воскликнул Шин, не обращая внимание на безуспешные попытки Айяно вклиниться между ними. — Ну ты сам выбрал свою судьбу. Помнишь, что я сказала вам при встрече: «Да вот, смотрю, идут тут два смертника, высматривают чего-то. Дай, думаю, спасу их от смерти страшной, жуткой и неизбежной. Вы что, читать не умеете?». Забыл? — Совпадение. Ты просто воспользовалась знанием ситуации, это никакое не доказательство! — Айяно, будь так добра, принеси, пожалуйста, из кабинки мой рюкзачок, а то если я сама пойду, то твой брат затем мне снова не поверит. Недоумевающая и встревоженная вспыхнувшей перепалкой между братом и новой подружкой Айяно немедленно кинулась в кабинку, вынося оттуда типичный ученический рюкзачок, который вместо обычных девчачьих наклеек с цветочками или слащавыми персонажами из мультиков, был украшен непонятной надписью «SS-220» и большой нашивкой в виде подводной лодки, перекусывающей пополам паровоз. — Хорошо, а теперь сама достань из внешнего карманчика запечатанный конверт, — продолжила отдавать приказы Айяно Барб. — Видите, он все еще запечатан и какое на нём написано время? — Девять шестнадцать утра, — послушно прочитала Айяно косые, через весь конверт, цифры. — Правильно, это я его запечатала в это время. Ведь знала же, что потребуется. А теперь сама вскрой, и прочитай, что там написано. — «Совпадение. Ты просто воспользовалась знанием ситуации, это никакое не доказательство!» — скажет Шин в шесть часов семнадцать минут и сорок четыре секунды вечера, — послушно прочитала текст Айяно с круглыми от изумления глазами. И тут же кинула взгляд на свои наручные часы, на которых событие прочитанное с листка случилось всего лишь чуть более минуты назад. В голове Шина было пусто. Вот совсем. Все его действия, вся свобода воли, о которой так любят говорить с экрана телевизора, оказалась просто... мифом? Продолжать спорить сейчас, что и данное письмо было подделкой, мог только упёртый идиот, а он вроде бы таким не являлся. Но погоди, пришла ему в голову спасительная мысль, — если Барб утверждала, что им суждено было погибнуть, но она вмешалась в процесс, изменив будущее, то, значит... Оно может быть изменено? И он медленно, будто сам себе не веря, озвучил свой вопрос виновнице их мини-шока, которая всем своим видом показывала, насколько она довольна сложившейся ситуацией и теми взглядами, которыми одаривали её брат с сестрой. — О-о-о, — Барб самодовольно несколько раз кивнула головой, — неужели я получила намёк на то, что в твоей верхней округлости есть зародыш мозга? А так сразу и не скажешь, — но не успел Шин возмутиться очередным завуалированным оскорблением, как та спокойно продолжила. — Что же касается будущего, то некоторые его аспекты можно изменить, а некоторые — нет. Например, я смогла сейчас вас удержать от смертельной ошибки, но в одном из вариантов будущего, что я предвижу, вы всё равно полезете туда сами, и... в таком случае неизбежно исчезаете с линии существования мироздания. Поэтому в данном варианте ваше будущее не изменилось, а просто отсрочилось на некоторое время. — Сами? — вычленил один момент Шин. — А с кем у нас есть шансы на успех? Барб не скрываясь довольно потёрла руки. — К примеру, со мной. Думаю, я смогу вас провести через местные патрули так, чтобы они нас не заметили, но это будет непросто. Есть тут парочка подходящих вариантов, но вам придётся полностью мне доверять: если скажу «лежать», то будете лежать там, где вас застанет команда. Скажу «не дышать», хоть теряйте сознание, но не дышите. «Ползти» — будете ползти даже через грязь, мусор и отходы жизнедеятельности ваших бывших соседей. Вопрос в другом... — она сделала паузу с загадочной моськой на лице. — В чём? — сообразил вставить ожидаемую реплику Шин. — А зачем мне это надо? Зачем мне рисковать и помогать вам, рискуя нарваться на немалые неприятности? Ради чего? Я и так на сегодня перевыполнила свою норму добрых дел. Пока же я от вас даже «спасибо» не услышала. — Ой, Барб... Извини. Спасибо, спасибо, спасибо!!! — Айяно немедленно кинулась обнимать мелкую, а Шин слегка отвернулся, тоже буркнув «спасибо» — ему не пристало вести себя как глупая девчонка, и вообще, он бы и сам справился, только сестру не хотелось вмешивать во всё это. Это его проблемы. — Ну, всё — хватит, — довольная Барб принялась отцеплять от себя Айяно. — Ну так что, тогда прощаемся? Вы своим путём, я своим. Знаете, не люблю смотреть на ещё живых самоубийц. — Ладно, — не устоял перед нескрываемым вымогательством Шин, ну и совсем немножко из-за укоряющего взгляда сестры. — Чего ты от нас хочешь получить? Денег? Так их нет у нас. У нас вообще мало что есть, мы же ещё не взрослые, и родителей, готовых за нас расплатиться, тоже нет. Что, разочарована? Теперь просто развернёшься и уйдёшь? — Как говорила не так давно одна моя знакомая одному неудачнику, который так же рьяно убеждал её, что с него нельзя ничего взять: «Как человек с полным комплектом внутренних органов может говорить, что у него ничего нет. А если найду?». Да не дёргайся ты так, ваши внутренности мне неинтересны, я же не ремонтница. Давай рассказывай... те, — Барб поворотом головы включила в своё предложение не только Шина, но и Айяно. — Что рассказывать? — не понял Шин просьбы. — М-да, — картинно вздохнула наглая вымогательница, качая головой, сетуя на непонятливость парня. — О себе рассказывайте. Всё! Я же должна оценить, что с вас можно взять за свою помощь, чего вы стоите. И да — не врать, всё равно узнаю, а ваша ценность в моих глазах после такого сильно упадёт. Такого результата от своей вылазки он точно не ожидал. По крайней мере, что ему придётся выкладывать первой встречной всю подноготную собственной жизни. Правда, эту встречную обычной школьницей он тоже бы никак не назвал. Обычные школьницы не лазят бесстрашно в одиночку по заброшенным складам и не следят с непонятной целью за жуткими монстрами, которых вообще не должно существовать, параллельно предсказывая будущее парочке новых знакомых. Но эта же просьба-требование касается не только его одного? Шин с надеждой перевёл взгляд на сестру, пытаясь силой мысли передать мольбу о помощи или совете. И, о чудо, его поняли. По крайней мере, Айяно вздохнула, глядя на мнущегося в нерешительности брата, и, подхватив Барб под руку, поволокла ту в кабинку, бросив напоследок: — Братик, мы тут сейчас пошепчемся, а ты лучше проследи за улицей, вдруг ещё раз этот охранник появится. Барб было попыталась возмутиться, когда ее потащили силой прочь, но ей бесцеремонно закрыли рот рукой, а до Шина дошло, что ему просто дают повод остаться в стороне от процесса общения под предлогом занятия важным делом, и чтобы не мешался. Типа делать ему больше нечего, чем пытаться вникнуть в девчачью манеру общаться, лучше действительно понаблюдать за районом, они же за этим как раз и шли, хоть и не дошли до нужного места. Но снаружи ничего интересного не происходило — неведомый монстр бесследно исчез, будто его никогда и не было. Смотреть же на пустынные замусоренные улочки быстро надоело. Девочки о чём-то шептались в кабинке, а у него как раз появилось время обдумать происходящее и попытаться понять, как же всё происходящее вылилось... во всё происходящее. И самое главное, как из всего этого выпутаться? Проклятье, ведь всё, что ему надо, — это стабильная работа, чтобы обеспечить себя с сестрой, крыша над головой и немного определённости в будущем. Разве он многого просит у судьбы? Шин задрал голову к небесам, но никаких знаков судьбы не увидел, кроме местами проржавевшего и прохудившегося настила крыши склада. А ещё эта... непонятная Барб. Самоуверенная, наглая и умеющая такое, чего не должен уметь обычный нормальный человек, и не видящая в этом ничего необычного. А ведь если судить по форме и по типичному ученическому рюкзачку, она должна где-то учиться, и, возможно, даже не особо далеко, раз ошивалась здесь, хотя форма была ему незнакомой. Не из центральных же районов она припёрлась в промзону? Да и до Шина даже слухов не доходило о существовании такой необычной ученицы. Что-что, а слухи среди учеников, пусть даже из разных школ, разносятся быстрее ветра. Там приятель шепнул, там знакомый родителей рассказал, там знакомый знакомых лично видел. Да хотя бы... Чем занимается Лукас, он знал ещё до перевода в свою новую школу, это взрослым нужны различные там доказательства, и то зачастую они их игнорируют из своих соображений, а ученикам всего этого не надо, им важно просто знать. Вот только как факт этого знания может ему сейчас помочь? Как избавиться от Лукаса с его бандой и не подставить при этом ни себя, ни Айяно? Увы, но подходящего ответа он не видел. Не было у него и Айяно таких знакомых, которые могли за них заступиться. Кому охота решать проблемы двух фактических сирот, не дядю же просить вмешаться? Скорее сам огребёшь за отвлечение от супер важных дел, типа очередной встречи с приятелями в кабаке. — Ты посмотри, — донёсся до него возмущённый вопль Барб. — Мы тут, значит, думаем, как ему помочь, а он вместо несения караульной службы занимается мечтаниями. Вскинувший голову Шин увидел сбоку от себя стоявшую возмущённую Барб и досадливо качавшую головой сестру. Упс... Погрузившись в свои невесёлые мысли, он даже не заметил, как пролетело время и девочки прекратили шушукаться. — Да задумался просто, всё равно на улице никого нет, и скоро уже начнёт темнеть, — попытался оправдать он свою невнимательность. — Надо идти домой. Или ты решила нам всё же помочь? — последнее было адресовано конкретно Барб, стоявшей с ухмылкой, явно подразумевавшей, что она ему не верит ни на цент. — Ну-у-у, — задумчиво протянула эта мелочь, — Айяно мне кое-что рассказала о происходящем, и у меня появилось несколько вопросов, на которые она не смогла дать ответ. Вопрос первый: почему ты не обратился в полицию? Вроде бы она должна следить у вас за такими вещами? — Ха-ха-ха, — не особо деликатно рассмеялся он грустно-издевательским смехом. — Ты просто не знаешь реальной жизни. Да обратись я с таким заявлением в полицию, они же меня первым и сделают крайним. Думаешь, никто ранее не обращался? Они ведь не будут сориться с его папашей, им проще будет сделать вид, что поверили мне, а затем взять с поличным как курьера наркотиков. Рисков никаких, благодарность на работе получат, а затем ещё одну, за другого бедолагу, если тот будет настолько туп, чтобы довериться полицейским. Тебе этого не понять. — Допустим, — не стала возмущаться мелкая его не особо скрытым пренебрежением. — Тогда, собрать нескольких обиженных... — Да нас тогда сразу повяжут, — не стал дожидаться он окончания вопроса. — Пойми, чтобы полиция как-то вмешалась, и на нашей стороне, надо, чтобы этот ублюдок сделал нечто такое... что точно нельзя будет замолчать. Но он пока осторожен. Даже со мной он, скорее всего, общаться напрямую больше не будет, только через своих шестёрок. — Не сказала бы, что это так уж сложно организовать, — задумчиво прикинула Барб. Шин изумлённо уставился на мелкую, которая сказала это на полном серьёзе. Заставить Лукаса публично сделать нечто... Кто она такая вообще? Может, ему вместо спора надо сейчас только самые уважительные поклоны отбивать и надеяться, чтобы о нём побыстрее забыли? — Но раз ты сам не хочешь или боишься что-то делать... Кстати, а ну-ка скажи, ты ничего больше не скрываешь? А то мне Айяно рассказала, но она знает только то, что ты ей поведал. Но меня смущает, что несмотря ни на что ты упорно хочешь это нечто спрятанное достать, даже с риском для собственной жизни, а ведь откажись ты, ну побили бы тебя ещё раз, но не стали бы убивать. Слишком мелкий повод. Сам же говоришь, что этот Лукас избегает огласки, значит, нашёл бы кого-то другого вместо тебя. Но ты всё равно хочешь лезть сам. Значит, есть что-то ещё в качестве мотивации! Просто скажи «да» или «нет». Засада! Шин аж вздрогнул, мелкая как-то сумела сообразить, что дело не только в наркотиках. Хуже всего было то, что он сам был практически уверен, что этим дело не ограничится, даже если он сейчас справится с задачей. — Да какая разница, — попробовал было он соскочить со скользкой темы. — Ага, значит есть что-то ещё, — удовлетворённо кивнула Барб. — Айяно, ты его будешь держать или я? Спелись. Шин затравленно переводил взгляд с предвкушающего развлечение лица Барб до озабоченного, но постепенно мрачнеющего лица Айяно. — Девочки... Айяно... — он отчаянно пытался придумать, как выскользнуть из расставленной ловушки. Не драться же с собственной сестрой? — Да, — отступая и прижимаясь спиной к стене, сдался он. — Там было ещё кое-что, почему я вынужден попытаться достать этот проклятый пакет, но я вам не скажу! — Если ты думаешь, что ничего не скажешь, это тебя просто никогда не спрашивали профессионалы, — деловито и с самым серьёзным видом констатировала Барб, активно роясь в своём рюкзачке. — Да где же он?.. Ага, вот! И она с довольным видом продемонстрировала извлечённый из недр рюкзачка продолговатый предмет, в котором Шин, приглядевшись, с изумлением узнал самый обыкновенный паяльник, только почему-то без провода. — Это что такое? — а вот Айяно сразу не сообразила. — Это? Это самая последняя разработка, которой со мной поделился наш научный отдел — Автономный Персонализированный Анальный КриптоАнализатор. Если сокращённо — АПАКА! Версия 1.0. Предназначен для стимулирования памяти реципиента, оперативного вскрытия самых сложных придуманных паролей и обеспечивает доступ к самым сокровенным знаниям объекта. Согласно инструкции, способ применения очень прост: вставить в подходящее контактное отверстие, нажать кнопку «Вкл» и немного подождать до готовности объекта, после чего можно задавать уточняющие вопросы. Из возможных побочных эффектов указаны: бессмысленные угрозы, ускоренный вербальный поток неструктурированных данных, термические повреждения различной тяжести контактного гнезда. Для разработки более совершенной версии необходимо собрать больше информации при практических испытаниях. — Ба-а-а-арб!!! — возмущённый вопль покрасневшей до корней волос Айяно, вставшей перед братом стеной, раскинув руки в стороны, подарил Шину надежду на счастливый исход, ну и понимание того, что его сестрёнка не попала под тлетворное влияние этой сумасшедшей. — Ой, да чего ты боишься? — сдала назад мелкая. — Подумаешь, пошутила немного. Я же заранее знала, что ничего не выйдет. Всё равно он не работает, — она демонстративно взялась за жало паяльника второй рукой и пощёлкала кнопкой включения. — Видишь? Зато я узнала о вас много чего интересного. Шин даже не думал, что его сестренка знает столько различных выражений, но хуже всего было то, что Барб вместо того, чтобы обидеться или там возмутиться, просто достала блокнот и принялась записывать. — А можешь повторить снова? Я хочу убедиться, что ничего не пропустила, — заинтересовано попросила она, когда Айяно выдохлась. — Так, — вмешался Шин, подозревая, что ещё чуть-чуть и всё повторится снова. Эта Барб похоже совсем не имела тормозов. — Раз ты всё уже поняла, то чем ты можешь нам помочь? Или твои слова о помощи были всего лишь простой болтовнёй? — Ну, — повелась мелкая на его провокацию. — Я много чего могу. Могу устроить так, что вашего Лукаса со всеми приспешниками совсем случайно, а может, и не случайно, не станет в живых. Могу не лезть в это сама, а натравить на него своих старших, и уже они устроят ему и его такому грозному отцу похохотать. Могу вас отсюда увезти, да так что никто и никогда не найдёт. Могу... Он с Айяно со всё возрастающим изумлением слушали перечисление возможностей, и с каждым мгновением у Шина рос вопрос, кто же такая их новая знакомая. Он не сильно верил, что та способна осуществить озвученное с той же лёгкостью, какой им говорилось, да и не хотелось никак связываться с... уголовщиной. Эта Барб, похоже, была дочкой какого-то криминального босса, раз с такой лёгкостью рассуждала о пытках и убийствах, но он-то не входит в никакой клан якудза или триады. Хотя, с учётом имени и внешнего вида Барб, она, скорее всего, из европейской или американской мафиозной семьи. Как бы то ни было, но традиция криминала «повязать кровью» ему была хорошо знакома, пусть только по байкам. Согласишься раз, будешь должен им до конца жизни. Странно только, что она тут была в одиночку, ведь если она настолько важная особа, то должна быть и охрана. Если судить по слухам, то детей важных членов клана в одиночку никуда не отпускают. Сбежала? И тут... — Погоди, — перебил он Барб. — Ты сказала, что можешь увезти нас отсюда? — Не совсем я. Я же не пассажирская баржа, — тут же заюлила та, вызвав у Шина чувство досады. — Я просто знаю одного капитана с которым у меня есть дела, и если попрошу, то он мне не откажет. — Просто попросишь? Барб тяжело вздохнула и без всякой обычной насмешки на лице, предельно серьёзно, посмотрела на брата с сестрой. — Скажем так — я могу его и попросить, и даже заставить выполнить мою просьбу. Вопрос не в том, что я могу, главный вопрос в том, что вы можете предложить взамен? Образования у вас нет, навыков нет, каких-либо полезных связей у вас тоже нет, а прочее уже нам не интересно. Шин переглянулся с сестрой, всё глубже погружаясь душой в пучины чёрной меланхолии. Как и всегда, за всё следовало платить. У них действительно ничего из перечисленного не было. У них вообще ничего не было, кроме себя самих. Не предлагать же себя в оплату? Да и у него до сих пор не было никаких подтверждений, что слова Барб не расходятся с делом. Может, им наплели тут всякого, а они уши как слоны развесили. Что он и озвучил. — То есть ты утверждаешь, что я вру? — опасно прищурились глаза Барб. — Да за такое ты меня всю будешь одной зубной щёткой драить! Сверху донизу. — Барб!!! — тут же возмутилась снова покрасневшая помидоркой до корней волос сестра. — А-а-а, что вам тут сейчас пояснять! Вечно вы только об одном и думаете, даже маленькие, — махнула рукой Барб и снова нырнула в свой рюкзачок. — Прикиньтесь тут статуями и ни слова! Иначе, клянусь, я разворачиваюсь и ухожу, будете сами разбираться со своими проблемами. Наружу был извлечён некий предмет, в котором Шин с изумлением узнал новомодный беспроводной телефон. Весьма дорогую новинку, которую иной раз рекламировали по ТиВи. Только цена на него была безумной для простых смертных, а стоимость разговора вообще вводила в оторопь. Да за такие деньги он лучше курьером будет письма бегом туда-сюда носить. Вот только у богачей свои причуды и Барб не видя в своём поведении ничего необычного уже вызванивала кому-то. — Капитан! Да, это я... Что?.. Никуда я не пропадала. — Ага, кивнул про себя Шин, всё же сбежала от присмотра. — Если обернётесь назад и мысленно пронзите своим ясным взглядом водную гладь в ста сорока четырёх метрах от кормы, и тридцати глубины, то увидите, что я спокойно лежу на дне пролива, никого не трогаю... — Что он только что услышал? — Ах, вы просто не так высказались?.. Ну вам простительно. Возраст, понимаю... Дела у меня тут... И ничего я не издеваюсь... В общем, я тут на днях услышала, что вы ищете пару молодых рабов, — челюсть Шина внезапно налилась свинцом, устремляясь к полу. — Что?.. Не рабов? А кого тогда?.. Юнг?.. А какая между ними разница?.. Нет, не издеваюсь, мне, честно, интересно!.. Нет, не пытала, только и успела, что паяльник показать... И родственников не угрожала на ломтики порезать... Да за кого вы меня вообще принимаете? Они сами горят желанием... Нет... Тоже нет... Хм, а вы фантазёр однако, но тоже нет... А может не надо?.. Да ничего я не боюсь, мне просто вас жалко!.. Не нужен им психиатр… Точно… Хорошо, вы сами захотели... Будем через полчаса. До встречи. Конец связи! Барб убрала от головы телефон, с хищной ухмылкой оглядывая две биостатуи напротив. — Вот видите, я договорилась. Нас уже ждут. Так что приглаживайте пёрышки — отправляемся на встречу с капитаном, а то он хочет вначале с вами лично поговорить и убедиться, что вы в порядке, — она внезапно жалостливо шмыгнула носом. — И почему он думает, что я вас тут запугала до онемения и заикания? Я что, такая страшная? Как только Шин удержался от согласного кивка, он и сам не понял. Дело было даже не в том, что Барб страшная, на лицо она была весьма и весьма симпатичная, но вот её слова и поведение важной особы, не привыкшей к отказам, вводили в ступор. Спорить с такими — себе дороже, это он вполне усвоил за недолгое время своих подработок. Так что рвущиеся наружу возражения, что, мол, никаких согласий они ещё не давали, были засунуты куда поглубже. Попытаться напомнить, что они вообще-то сюда пришли понаблюдать за запретным районом, даже не стал и пробовать. Их с сестрой жизнь совершила очередной непредсказуемый зигзаг.***
То, что, когда они вышли к нормальному району, и их там уже ждало заранее вызванное неизвестно кем такси, Шина уже не удивило. Тут больше следовало удивляться именно обычному такси, а не, допустим, лимузину с эскортом. Но Бабр, не сомневаясь ни секунды и не брезгуя плебейским транспортом, спокойно полезла на переднее сидение, да и водитель был, видимо, предупреждён заранее, так как не стал удивляться и переспрашивать троих детей, а точно ли они его вызывали. Просто, дождавшись, пока все усядутся и пристегнутся, ничего не спрашивая, тронулся и плавно повёз их в сторону центра города. Но, вопреки ожиданиям Шина, их везли не к какому-то особняку или офису, а, чуть попетляв по центральным улицам, снова свернули в сторону той части порта, которая была предназначена для местных богатеев и прибывающих туристов. Ещё бы, всяким богатым бездельникам, прибывающим в Сингапур для развлечений, неохота видеть перед собой простой рабочий люд. Им подавай вышколенных лакеев и слуг с извечными «чего изволите». Да что говорить, здесь даже банальные грузчики выглядели куда представительнее, чем руководство некоторых контор в их части порта. Но такси проехало, не останавливаясь, пассажирские терминалы, где стояло несколько белоснежных громадин круизных лайнеров, и свернуло по небольшому серпантину к огороженной забором территории частного яхт-клуба. Стоило такси остановиться у автоматических ворот, как к ним вальяжно вышел местный охранник и, едва скользнув взглядом по продемонстрированному Барб пропуску, не стал ничего спрашивать насчёт пассажиров на заднем сидении, просто нажал кнопку дистанционного открытия ворот, пропуская такси внутрь территории клуба. Только далеко им ехать не пришлось, практически сразу за воротами дорога оканчивалась небольшой парковкой, и таксист высадив своих пассажиров, тут же умчался прочь. — Вон, нужная нам лоханка стоит! — Барб махнула рукой в сторону одного из причалов, где была пришвартована не прогулочная, а самая настоящая океаническая яхта. Всё-таки, живя и работая в порту, любой быстро научится разбираться в судах. Даже Шину пару раз приходилось доставлять послания и посылки на подобные яхты. Так что для него окружающая роскошь не была чем-то совсем незнакомым. — Вау, это твоя? — а вот Айяно в таких местах ранее не бывала, и поэтому вертела головой во все стороны, пытаясь рассмотреть всё в подробностях. — Обидеть хочешь? — непонятно на что надулась Барб. — Это нам на месяц в аренду дали. Если бы не приказ флагмана, да не важность порученной задачи, меня на этом убожестве даже близко не увидели бы. Брони нет! Вооружения нет! Вообще ничего нет. Я же говорю — лоханка. Поскорей бы закончить миссию и вернуть это недоразумение обратно, а ещё лучше утопить, пока капитану нормальную представительскую яхту не сделают по нашим стандартам. Шин на такую экспрессивную отповедь только недовольно покосился, но счёл благоразумным промолчать. У этих богатеев постоянно куча глупых капризов и требований, сразу видно, что они никогда не задумывались даже не о том, что выбрать поесть, а получится ли сегодня поесть вообще. Видите ли, яхта ей не такая. Пассаж про броню и оружие он предпочёл пропустить мимо ушей. Да эта яхта стоит больше, чем весь их район вместе взятый, включая жителей и их заработок за всю жизнь. — Ладно, не будем о грустном, — Барб с видом великомученицы закинула свой рюкзачок на спину. — Пойдёмте, капитан уже ждёт. И не став дожидаться ответа, направилась по аллейке к яхте. Шин переглянулся с сестрой, но особого выбора у них не было. Так что им пришлось поспешить за уже отдалившейся Барб, и надеяться... Вот только на что надеяться, Шин сам не мог никак определиться. Что будет лучше: сделать так, чтобы от их «услуг» сами отказались, или, наоборот, стоит сделать всё, чтобы схватить удачу за руку и не отпускать? Яхта вблизи казалась гораздо крупнее и представительнее, чем издали. Ну это-то понятно, мелкое судёнышко в океане будет волнами швырять как скорлупку, о каком удовольствии от круиза может тогда идти речь. Вот только на борту их никто не встречал. Яхта вообще казалась покинутой экипажем, но Барб, не сомневаясь ни секунды, легко пробежала по трапу на борт и, сбросив с плеч рюкзачок, прислонив его к стене рубки, обернулась к зажатым Шину с Айяно, с некоторой опаской взошедшим вслед за ней на борт. — Так, ждите здесь. Капитан сейчас подойдёт. — А ты? — еле успел задать вопрос Шин, намылившейся куда-то бежать Барб. — У меня дела, надо успеть кое-что сделать, — лицо Барб озарилось предвкушающим оскалом, и их знакомая шустро нырнула в недра яхты оставив их одних на палубе. — Брат? — сестра потеребила его за рукав с немым вопросом в глазах. — Да, Айяно. Пока просто стоим, ждём и никуда не лезем. Ответил он сестре со вздохом, уже жалея, что не набрался смелости отвергнуть эту авантюру с самого начала. Ситуация с Лукасом была хоть и неприятной, но, по крайней мере, понятной и предсказуемой, а тут сам не знаешь, что будет через секунду. Особенно когда в голове набирает силу мысль, что над ними так зло подшутили, и их сейчас просто вышвырнут вон, как бесполезный мусор, а то и обвинят в намеренном проникновении на частную собственность. Айяно-то ничего, а ему из-за возраста могут уже впаять по полной. Ну да, согласно кивнула вторая мысль, а затем, чтобы не попасть в тюрьму, сделают предложение добровольно заключить рабский контракт, если не по условиям, то по смыслу. Слегка лязгнула, открываясь дверь: — Я так понимаю, Шин и Айяно? Из рубки наружу к ним вышел представительный седой мужчина лет пятидесяти в белоснежной форме капитана и тщательно выбритым подбородком. Оглядев вытянувшихся перед ним и слегка прильнувших друг к другу подростков, его взгляд приобрёл какую-то настороженную опаску, и он закрутил головой, осматривая округу. — Да, сэр, — успел ответить автоматом Шин, когда до них донёсся дробный топот и из-за поворота рубки вихрем вылетела Барб, на ходу поправляя складки одежды. Но какой... Типичная школьная матроска с классическими туфельками сменилась на настоящие кожаные чёрные сапожки, синюю юбку ниже колен, зелёную форменную рубашку с малиновыми петлицами, перепоясанную ремнём с портупеей и большой квадратной сумкой на поясе, а сверху всё это венчала синяя фуражка с малиновым околышем. Не добежав до них пару метров, она резко притормозила и, сделав три строевых шага, вскинула в конце руку к фуражке в воинском приветствии. — Tovarishch kapitan. Konvoy v sostave dvux edinic ludey jelaushix sotrudnichat` dostavlen na bort bez proisshestviy. Muzhskaya edinica imeet le`gkie telesnye povrejdeniya poluchennye im do vzyatiya pod oxranu. Dlya jizni ne opasny. Nikakix popytok vstupit` v kontakt s vrajdebnymi elementami za vremya konvoirovaniya ne zafiksirovano. Lichnye dela konvoiruemyx, — Барб чётким движением расстегнула болтавшуюся сбоку сумку, извлекая оттуда две тонкие папки, протягивая их капитану у которого задёргалась щека в нервном тике. — Starshaya konvoya - Gato Barb! На какое-то время на борту яхты наступила полная тишина, казалось, даже волны за бортом стали плескаться тише: Барб стояла навытяжку с самым серьёзным выражением на лице, Шин с Айяно, не поняв ничего из произнесённого, недоумённо хлопали глазами, пытаясь сообразить, что тут только что произошло, ну а капитан, для которого эта сцена оказалась, видимо, таким же сюрпризом, как и для них, медленно багровел лицом. — Барб! — наконец рявкнул капитан, придя в себя. — Что ты тут за цирк устроила? Но мелкая провокаторша совершенно не испугалась грозного вида мужчины и немедленно расплылась в довольной улыбке. — Я просто хотела сделать вам сюрприз. Вам понравилось? Капитан прикрыл на мгновение глаза, громко выдыхая с видом приговоренного к казни. — Очень. А теперь исчезни с глаз моих. Ты с этими детьми сколько общалась? Час? Два? Их ещё можно спасти? — Капитан... Как вы можете так говорить? — на краю глаз Барб заблестела влага. — Я же так старалась, — она шмыгая носом метнулась к так и стоявшему у стены рубки рюкзачку, извлекая оттуда перевязанный верёвкой булыжник с верёвочной петлёй на конце, которую немедленно накинула себе на шею. — Злые вы. Вы ещё пожалеете, что не ценили меня! Прощайте! Короткий рывок к борту, и Барб со звуком водяного плюха исчезла под водой. Шин было на автомате попробовал перехватить внезапно сошедшую с ума девчонку, но не успел, а вот капитан даже не дёрнулся. Только спустя несколько секунд он подошёл к краю и посмотрел на расходящиеся концентрические круги по воде. — Хорошо, теперь можно спокойно поговорить и с вами, — будто ничего особенного не случилось, сказал он обернувшись к шокированным Шину с Айяно. — Капитан, сэр... В голове Шина был сущий кавардак. То, что только что произошло, никак не воспринималось сознанием. А ещё это каменное спокойствие капитана, будто ничего необычного не случилось. По лицу Айяно было видно, что и она испытывает нечто похожее. — Да не волнуйтесь вы так за неё, — понял капитан их состояние. — С этой провокаторшей всё в порядке. Пошутить она так решила. Привыкните, — тут он немного задумался и уже тише добавил. — Наверное. Знать бы ещё, где она свои идеи берёт. Так что вас ждут ещё и не такие сцены. — Как это с ней всё в порядке? Но ведь, — неверяще уточнила Айяно с круглыми глазами, косясь на воду за бортом. — Можете даже не сомневаться, — заверил её капитан. — Завтра объявится как ни в чём не бывало. Ты меня поняла, Барб? — добавил он гораздо громче, будто та могла его услышать из под воды. — И обязательно извинишься перед детьми за свои выходки! Пойдёмте в салон, пообщаемся нормально, — обратился он уже к брату с сестрой. — Чаю хотите?***
Салон яхты полностью соответствовал своему предназначению — много отделочного дерева, мягкой мебели, ковры. Возле одной из стен стоял письменный стол резного дерева, за который уселся капитан, положив перед собой папки переданные Барб. — Давайте я хоть представлюсь нормально, а то на палубе кое-кто прервал нас в своей обычной манере. Я — Миронов Максим Максимыч! Я понимаю, что для вас это может быть сложно сразу правильно произнести, так что просто «капитан» будет достаточно. Шин с сестрой автоматически отвесили низкий вежливый поклон от младшего к старшему. — Чайник и заварки вон там, — кивнул капитан на небольшой стеллаж-уголок в другом конце салона. — Наливайте, не стесняйтесь, да и располагайтесь свободно. А я пока ознакомлюсь с тем, что мне тут написала ваша... — тут он слегка скривился, как от зубной боли, — поручительница. — Спасибо вам, капитан, — снова отвесила традиционный поклон Айяно. — Позвольте мне поинтересоваться, какой чай вы предпочитаете? — Что? — непонимающе вскинул голову Миронов, отрываясь от просмотра листков в папках. — А! Чёрный, пожалуйста. Крепкий. Зелёный чай у нас тут как-то не жалуют. Только для гостей и держим, — и снова вернулся к чтению. Аяно «привычно» направилась готовить чай, а вот Шин оказался не у дел. Капитан читал, что там подготовила ему Барб. И когда только успела? Хотя, если принять на веру, что она «пророк» и всё знала заранее... Но тогда почему бы не отдать капитану эти папочки тоже заранее? Неужели только ради того, чтобы разыграть ту сцену на палубе? Вот бы в них заглянуть хоть краешком глаза, но нельзя. За последние пару часов случилось столько, что у Шина всё это просто не укладывалось в голове. Каждое по отдельности случившееся событие было настолько маловероятно и невозможно, а когда ещё столько и всё вместе. Он с силой ущипнул себя за ногу, и с трудом удержался от злого шипения. Не сон! — Капитан?! — Аяно поставила на стол перед капитаном небольшой поднос бумажным стаканом ароматного чая. — А? — снова оторвался тот от чтения. — Спасибо, Айяно. Вы себе налили? — Мы не можем... — начала было она, и мгновенно прервалась увидев нахмурившееся лицо капитана. — Простите, я сейчас. — Брат, — спустя минуту Шину предложили такой же стакан, и, несмотря на то, что ему сейчас ничего не хотелось пить, он с благодарностью взял протянутый чай и более удобно расположился на диване, раз капитан не возражает. Айяно тут же уселась рядом, слегка придвинувшись к нему боком, держа в руках аналогичную емкость. Отхлебнув первый глоток, Шин констатировал, что чай у капитана один из самых лучших, что он когда-либо пробовал. Терпкий, пряный, с очень насыщенным вкусом. Кто бы сомневался, тут деньги по ходу вообще не считают, а ему никогда не приходилось пробовать чего-либо лучше, чем пакетированный или ширпотреб из обычных магазинов, который настоящие ценители и за чай-то не считали. Капитан, отпивая эпизодически небольшие глоточки из своей чашки, быстро просматривал их дела, делая у себя какие-то пометки ручкой, пока наконец-то не вздохнул, закрывая папки и отодвигая их от себя. — В общем, ваша ситуация мне теперь, более менее, понятна. Он, задумавшись на пару мгновений, побарабанил пальцами руки по столешнице, Шин с Айяно напряжённо замерли в ожидании продолжения. — Значит так, ребята, скажу вам честно — сейчас вы из себя ничего интересного не представляете. Выдающихся знаний у вас не имеется, уникальных навыков нет, перспектив в обычной жизни для вас я тоже не вижу. Если оставить вас как есть, то ваша судьба — это прозябание в самом низу местной социальной пирамиды, по типу вашего дяди, без малейших шансов выбиться даже в средний слой. Разве что у Айяно может получиться удачно выйти замуж. Как тут пишет наша знакомая провокаторша, согласно её анализу, к совершеннолетию Айяно имеет все шансы развиться в настоящую местную красавицу, и тем самым появляется вероятность выбраться из нищеты за счёт мужа. Но, немного зная ваши порядки, это будет всего один, максимум два шажка вверх по ступеньке. И даже это может случится, только если сильно повезёт, а в обычном порядке, скорее всего, её тоже будет ожидать судьба, которую обычно не принято озвучивать вслух. Как-то так. Шин ошарашено переглянулся с сестрой. Как-то не такого он ожидал. Нет, можно было подумать, что это говорится специально, чтобы показать им их место и что они ничего не стоят — в конторах порта частенько встречались такие личности, которым доставляло немалое удовольствие унижать всех нижестоящих и тем самым типа показывать, насколько они лучше всяких черноногих босяков. Но вот то, каким тоном это говорилось... Словно капитан констатировал рядовой факт, как мастеровой, глядящий на бракованную деталь, одновременно прикидывая — безжалостно выкинуть или всё же можно пристроить к делу. — Мы это знаем, капитан, — взяла слово Айяно с поклоном, грубо нарушая одно из базовых правил, когда женщина в присутствии старших родственников и старших по положению должна смиренно молчать, пока к ней не обратятся напрямую. Но капитана эти местные традиции видимо мало волновали, так как он только кивнул на комментарий Айяно. — В отличие от вашей, — лёгкое покачивание головой куда-то в сторону моря, — знакомой, я прекрасно понимаю ваши чувства, как и то, что помочь всем нуждающимся мало того что нельзя, так ещё то, что это ни к чему хорошему не приведёт. Пример вашего дяди весьма показателен. — Что? — воскликнул Шин. Какой-то залётный богатей знает о их семье то, чего не знают они? — Все жители вашего бывшего района, которых выселили оттуда, получили на руки весьма достойную денежную компенсацию, в зависимости от стоимости утерянного имущества. Кстати, как тут написано, за вас, вашу долю получал ваш дядя, как официальный опекун, так как по местным законам у вас нет ещё права нести за себя полную финансовую и юридическую ответственность, — капитан снова открыл папку и пролистал в самый конец. — Как тут пишет Барб, только тебе парень полагалось... — и капитан озвучил сумму не то чтобы шибко великую, но вполне достаточную для аренды примерно аналогичной их прошлой квартиры на несколько лет. А если такую же сумму должна была получить Айяно... Шину в этот момент стало очень многое понятно: и упорное нежелание дяди говорить об этом событии, мол, они люди маленькие и негоже мешаться под ногами у больших людей; и его внезапное увольнение с работы (да с такой суммой на руках он может кутить несколько лет подряд); и его участившиеся намёки, что кое-кто засиделся на его шее. Мразь. Шин непроизвольно сжал кулаки и стиснул в гневе зубы, и только замеченный заинтересованный взгляд капитана привёл его в чувство. — Спасибо, сэр, — кивнул он капитану, не желая далее вдаваться в щекотливую и неприятную тему. Он вполне подозревал, что им сейчас могут попытаться предложить помощь по возврату принадлежащей им компенсации, а вот взамен... — Мы сами разберёмся. Хотя что они могли с сестрой сделать? Сказать дяде, что в курсе, и чтобы он вернул причитающееся им? Ну-ну. К тому же не факт, что им сейчас не соврали, а это значит, что вначале надо выяснить действительно ли все было именно так. Но у них нет сейчас никаких прав что-либо требовать. Да и у кого? Любой чиновник от них просто отмахнётся и направит... к дяде. Шин постарался усмирить бушующую в груди злость. Бессильным самобичеванием тут делу не поможешь. К тому же до сих пор непонятно, чего от них хотят. — И что же вы хотите от нас, капитан? — Забавно всё-таки, насколько история циклична, — с внезапной усмешкой ответил ему мужчина, откинувшись на спинку стула. — Несколько месяцев назад я так же, внезапно для себя, встретился с одной юной особой, кстати, коллегой вашей Барб, которая чуть ли не силой заставила меня обратиться к одному человеку. Я был тогда на грани потери работы с перспективой остаться полунищим и никому не нужным на старости лет. И когда я встретился вместе со своим помощником с тем человеком, на которого я сейчас, кстати, официально работаю, он встретил нас показавшейся мне тогда очень странной фразой, что узнал о моём существовании только за тридцать минут до нашей встречи. Это при том, что приглашение к нему я получил почти за две недели до. И вот сейчас та ситуация развернулась на сто восемьдесят, и уже я узнаю о вашем существовании всего за тридцать минут до встречи. Традиция! — Та девочка, с которой вы встретились, тоже была пророком? — Чего? — не по-детски удивился Миронов. — Пророком? Та-а-ак, мне кажется, кое-кто решил немного развлечься и утаить информацию. А ну-ка, ребятки, расскажите мне подробно, как вы познакомились с Барб. Только постарайтесь не упустить ни малейших деталей. В таких вещах именно мелкие детали играют важнейшую роль. Шин непонимающе переглянулся с Айяно. Что-то он вообще перестал понимать смысл происходящего. Постоянные недомолвки, иносказания, будто они присутствуют лишь зрителями при разыгрываемом непонятном противостоянии между капитаном и Барб. Но он не видел в такой просьбе ничего страшного или опасного, и они с Айяно, дополняя друг друга, принялись рассказывать Миронову недолгую историю их знакомства с Барб. — Понятно, — еле сдерживая смех, дослушал капитан их историю. — Растёт девочка, набирается мастерства. Мне даже становится уже немного страшно, в кого они вырастут с таким-то подходом. — Капитан? — удивился Шин. Для него сами события были удивительны, но судя по реакции капитана, там было что-то иное, чего они с Айяно так и не поняли. — Да никакой она не пророк, и будущего не знает. Точнее, она вас запутала своими словами и заставила поверить, что знает будущее. Вы сами себя обманули. — Что? Но ведь она написала ещё утром то письмо. Мы же его сами видели, а Айяно читала. Барб к нему даже не прикасалась. — Вот на этом вы и попались. Как ты думаешь, что будет, если я сейчас возьму и уроню этот стакан? — капитан приподнял пустую емкость из-под чая. — Думаю, он упадёт на палубу. Вау, я тоже, оказывается, пророк? — Издеваетесь? — насупился Шин. Взрослые вечно детям не верят. Правда если бы он сам не видел своими глазами, то тоже не поверил бы. — Да нет, — усмехнулся мужчина. — Согласен, на первый взгляд то, что вам продемонстрировали, просто невозможно объяснить с обычной точки зрения, но вы просто не знаете некоторых деталей, которые всю ту ситуацию выворачивают наизнанку. Для начала поясню с конвертом и всем что с ним связано. Сделаю такую гадость нашей общей знакомой провокаторше. Но дальше сами будете разбираться в её недомолвках, иначе в вашей жизни может быть очень много сюрпризов, и не всегда приятных. Так вот, Барб сказала вам, что написала и запечатала его сегодня утром, так? — Да. — А открывали вы его где-то с час назад по местному времени, так? Так вот, у меня вопрос - в каком часовом поясе было то самое утро, когда она его подписывала? — Что? — не понял вопроса ни Шин, ни Айяно. — Смотрите, — капитан сложил руки перед собой на столе. — У Барб и её, ну-у-у, скажем так - коллег, есть одна характерная особенность — они не врут. Никогда не врут! Особенно когда дело касается важных для них вещей. Но вот в обычной житейской ситуации или повседневной беседе с ними почти всегда надо учитывать один нюанс. Зачастую важно знать не то, что было сказано, а что было НЕ сказано. Я могу почти со стопроцентной вероятностью сейчас сказать, что это письмо было создано буквально за несколько секунд до того, как Айяно его достала из рюкзака. Но вот если там указать настоящее время, то это выбивалось бы из планируемого впечатления. Значит, если нельзя врать, то можно тогда честно сказать, что оно подписано утром, но не уточнить, какому часовому поясу принадлежит это утро. А дальше вы уже сами себе додумали, что это было утро именно Сингапура, потому что вам даже в голову не приходило, что может быть по-другому. Шин беспомощно посмотрел на Айяно. Вроде бы капитан говорил понятные вещи, но всё равно было ничего непонятно. — Потом берём содержание письма. Главный момент там был в том, что было описано УЖЕ прошедшее событие! Ключевое слово «прошедшее». Если бы вы попросили Бабр описать реально будущее событие, то она наверняка отказалась, ссылаясь на его неопределённость, если только это не будет событие, аналогичное моему примеру со стаканом, то есть там, где будет практически однозначно предсказуемый результат после определённого действия. — Типа, если бы мы в одиночку полезли в запретную зону, то там и погибли? — сдавленным голосом уточнил Шин, а капитан слегка недовольно нахмурился, но после непонятной запинки всё же отрывисто ответил. — Типа того. — Но как тогда она смогла написать это письмо прям у нас на глазах? Она же к нему даже не прикасалась? — А это как раз то, что вам, да и мне, сейчас сделать не под силу. К настоящей правде вы ещё не готовы, но пусть это будет... — он хитро улыбнулся, нагнетая драматизм, — магия!!! Шин почувствовал в душе самую настоящую обиду. Вроде бы капитан такой, казалось, серьёзный человек, а рассказывает им всякие сказки, как для совсем маленьких детей. — Что, не верите? — развеселился мужчина, глядя на кислые лица напротив. Айяно тоже не сумела скрыть своего разочарования. — Айяно, вы уже чай допили? — задал он внезапно неожиданный, выбивающийся из беседы вопрос. — Да, господин капитан, — на автомате ответила сестра. — И ваши стаканы сейчас грязные? — Ой, простите. Я сейчас, — сестра сделала попытку забрать у брата чашку, вскочить с дивана и побежать выкинуть их в мусорку. — Сидеть! — громыхнул внезапно приказ капитана, после которого Айяно рухнула на диван обратно, растерянно хлопая глазами, не понимая, какую ошибку она совершила. — Не надо с ними ничего делать. Теперь смотрите на свои стаканы внимательно. Очень внимательно, — он извлёк из пенала на столе внешне самую обычную деревянную указку и, указав ей на него с сестрой, тихо что-то прошептал. Шину захотелось протереть глаза или ущипнуть себя ещё раз. Чайные потёки на стенках его чашки и несколько оставшихся капелек на дне медленно, но прямо на глазах побледнели и полностью исчезли. Он неверяще провёл пальцем по внутренней стенке — и ни малейшего следа. Стакан был абсолютно сухой и чистый, будто его только достали из ящика. Рядом сидящая Айяно неверяще даже перевернула свой вверх дном и потрясла, но на результат это никак не повлияло. — Это что такое? — он поднял взгляд на таинственного капитана, отчаянно пытаясь сохранить самообладание. Количество необычного за этот вечер уже перевалило за порог адекватного восприятия. — Это самая обычная магия, — на полном серьёзе ответил капитан. — Я ей только учусь, но кое-что уже могу. В ваших делах указано, что вы с сестрой являетесь сквибами, как и я. Поэтому Барб вами и заинтересовалась. — Сквибы? — это еще что такое. — Сквиб — это что-то вроде мага-инвалида. Вроде бы и способность к волшебству есть, но из-за различных дефектов колдовать он не может. — Но вы же только что колдовали! — Ну да. Барб и её родственницы могут, скажем так, «исправлять» данные повреждения. — Они тоже сквибы или маги? Он что, действительно готов во всё это поверить? Короткий косой взгляд на впавшую в оторопь Айяно ясно дал понять, что поверил в услышанное не он один. — Нет. Они не маги, и не сквибы. Они совершенно другие, — непонятно ответил капитан. — Но вам сейчас этого знать не надо. Я и так вам много чего рассказал, лишнего. Время идёт, и давайте поговорим сейчас серьезно и без шуток. Вот ваши возможные пути. Шин внутренне подобрался и даже в реальности непроизвольно уселся на диванчике максимально прямо. Аналогичная метаморфоза настигла и Айяно, которая дополнительно зажала в кулачках подол своего платья. — Раз вас сюда привела Барб, то значит она посчитала, что вам стоит дать шанс изменить свою судьбу. Но к нам на службу попадают только добровольно, и выхода с неё нет. То есть совсем нет. Так что вариант первый: вы считаете, что ввязываться в непонятные дела с сомнительными личностями вроде нас для вас очень... неоднозначно, и вы отказываетесь от сотрудничества. Нет, никто вам причинять вред не будет, — заметил он испуг на их лицах. — Вы просто забудете всё происходившее с вами и будете только помнить, что пошли на разведку запретного района, после чего, не узнав ничего интересного, вернулись домой. Не было у вас ни встречи с Барб, ни со мной. Что с вами будет дальше, девочек интересовать уже не будет. Они не вмешиваются в судьбы людей, отказавшихся от сотрудничества, это будет полностью ваша жизнь, какой бы она ни была дальше. Но с учётом ваших текущих проблем и непонимания сути происходящего, думаю вы опять полезете в запретную зону и на этом ваша история может закончиться. Мне бы очень не хотелось такого развития событий. Капитан сделал паузу, пристально, без уже привычной усмешки на лице, глядя на брата с сестрой. — Вариант второй, сложный. Вы поступаете к нам на службу. У вас не будет дома! У вас не будет связи с родными и друзьями, если они у вас сейчас есть. По крайней мере до тех пор, пока девочки не убедятся в вашей надёжности и умении держать рот на замке. У вас не будет проблем с деньгами и возможностями, ими предоставляемыми. Все ваши текущие проблемы не будут иметь никакого значения. Перед вами будет лежать весь мир. Как я уже говорил чуть ранее, сейчас вы сами по себе мало чем можете представлять интерес. Так что, цинично говоря, пока вы просто перспективные заготовки, и чтобы стать чем-то действительно полезным и стоящим, вам придётся даже не работать — пахать. Эти девочки не терпят дилетантов, так что никаких поблажек и снисхождения к вам не будет. Та же Барб, с который вы так быстро подружились, будет гонять вас в хвост и в гриву без малейшей жалости, так как ваша успеваемость будет сказываться на её рейтинге раз она за вас поручилась. Поэтому в новой жизни в первое время у вас будет всего одна проблема, но глобальная — учиться вам придётся не много, а очень много и очень хорошо. Чему конкретно будут учить я вам сейчас не скажу, это уже определят ремонтницы, когда вас протестируют и выяснят к чему вы более склонны, но скучать вам точно будет некогда. Как иносказательно намекала вам в разговоре со мной Барб, работать придётся, как рабам на плантациях, от рассвета и до заката. Первые пару месяцев я сам мечтал только о том, как бы добраться до кровати, и это несмотря на весь свой жизненный опыт. Миронов то ли грустно, то ли мечтательно покачал головой. — Но если вы не готовы к таким ограничениям или прикладывать все усилия для собственного развития, большая часть живущих людей к такому типажу и относится, то есть и третий вариант — вы устраиваетесь ко мне на яхту юнгами, всё равно мне здесь нужен кто-то из обслуживающего персонала для гостей, почему бы эту вакансию не заполнить вами, пока не найдём более подходящих кандидатов. Из плюсов — вы избегаете текущих своих проблем. Шин получит на яхте практику вестового и юнги, а Айяно будет у нас за горничную. По окончанию сотрудничества, если с вашей стороны не будет проблем, можем устроить на другую работу и дать соответствующие рекомендации. Из минусов… Никакой магии, никаких тайн. Память, извините, но в этом случае вам слегка подчистят, так что будете считать и Барб, и меня самыми обычными людьми. В деньгах обижены не будете, а там посмотрим, как оно сложится. Выбор только за вами. — Капитан... — беспомощно пролепетала Айяно, растерянно глядя на брата. Как-то всё стало слишком жёстко, и Шин выдохнул. — Сколько у нас есть времени на раздумья? И что нам делать со школой, мы же ещё учимся?.. Дядей? — В своё время мне дали на раздумья ровно десять минут. Тогда показалось издевательски мало, но сейчас я понимаю, почему именно так. Так что могу предложить вам столько же. Если вы выберете второй или третий вариант, то документы и прочая бюрократия пусть вас не волнуют, это будут уже наши проблемы. В любом случае ещё несколько дней нам придётся тут простоять, сможете спокойно собраться и попрощаться, если есть с кем. Ну так что, готовы принять решение или ещё подумаете? Могу оставить вас одних посовещаться.
