Кошмары

Вечер музыканты провели в баре за выпивкой и разговорами. Завтрашний концерт на Download фестивале намечался во второй половине дня, поэтому никто особо не торопился ложиться спать. Когда все уже немного стали уставать, Адам вдруг вскочил и, сказав, чтобы его не ждали, унёсся в неизвестном направлении. Ребята ещё пропустили по стаканчику и собрались расходиться по номерам. Ханнес, начавший переживать за вокалиста, всё же позвонил ему, на что получил быстрый ответ «я скоро вернусь, иди в номер» и поступил, как сказано. Гитарист зашёл в их комнату, снова окинул взглядом двуспальную кровать, хмыкнул и улёгся на одну половину. Он включил телевизор, но не найдя ничего интересного, оставил какой-то фильм на французском с субтитрами и переключился на телефон. Не успел он пролистать и десяти постов в инстаграме, как дверь номера отворилась. — Действуй, — сказал Адам, бросив на кровать рядом с Ханнесом пачку презервативов и смазку. Тот оторвался от экрана телефона, и его брови поползли вверх, когда он увидел, что принёс вокалист. — Но я… ты… уверен? — спросил гитарист в замешательстве. — Ханнес. Я абсолютно точно на сто процентов уверен, что хочу тебя, — подтвердил Гран, уперев руки в бока. — Обычный анальный секс, только не говори, что никогда им не занимался, я тебе не поверю. — Не с мужчиной, — честно ответил Ханнес. — Не велика разница, если ты сверху, — сказал Адам. Ханнеса бросило в жар, от осознания, что ему предлагает Адам. Кровь мгновенно прилила к паху, а дыхание участилось. — Я сейчас вернусь, — сказал Адам, направляясь в ванную, но, развернувшись на полпути, забрал с кровати смазку и со словами «это мне пригодится», наконец, ушёл. Ханнес проводил его взволнованным взглядом и, встав с кровати, начал расхаживать по комнате. Он ещё не думал о таком развитии их отношений, как и о том, что вокалист может быть настолько напористым и безапелляционным, хоть это и было в его характере. Но отклик собственного тела заставлял гитариста осознать, что он совсем не против такого поворота событий, а очень даже «за». Когда Адам вышел из ванной в одном полотенце, Ханнес всё ещё расхаживал по комнате, вертя в руках пульт от телевизора, который выключил уже давно. — Ты не хочешь? — с волнением спросил вокалист, приближаясь к гитаристу. — Н-нет, не в этом дело, — ответил тот, наконец, откладывая пульт на столик. — А, ты нервничаешь, — догадался Адам. — Ничего, я тебе помогу. Тут он нежно взялся за подбородок друга, нагнулся и поцеловал. Ханнес заметно расслабился, положив руки на слегка влажные после душа бока вокалиста. Вскоре он потянул его за полотенце, обнажая до конца. Адам сразу же переключился на одежду Ханнеса, начав расстёгивать его клетчатую рубашку. — Кто придумал эти пуговицы, — возмутился он, возясь с ними. Ханнес улыбнулся и стал помогать с другой стороны. Они встретились на середине, и рубашка полетела в кресло, а за ней футболка. Пришёл черёд джинс, и вокалист присел, чтобы их расстегнуть. Гитарист прикусил губу, глядя, как длинные пальцы его раздевают. Сперва ремень, потом пуговица и вот уже замок. Адам стянул джинсы вниз прямо с трусами, являя своему взору наполовину возбуждённый член. Он лизнул головку, отчего у гитариста перехватило дыхание. Но продолжения не последовало, нетерпеливый Адам поднялся и потащил Ханнеса за руку к кровати. — Не удивлюсь, если эти придурки решили над нами приколоться. Но это и к лучшему, есть где разгуляться, — сказал он, подмигнув Ханнесу. Адам одним движением сорвал с кровати покрывало и прыгнул в неё, приняв соблазнительную позу. Он похлопал по пустому месту рядом с собой, приглашая гитариста. Тот пока просто присел рядом, не зная, что ему нужно делать дальше. — Да расслабься ты, — Адам повалил Ханнеса на спину и закинул на него одну ногу. Гитарист тут же легко провёл по ней кончиками пальцев, а потом потянулся к вокалисту за поцелуем. Пока они целовались, Адам обхватил член Ханнеса ладонью, доводя его до твёрдого состояния. — Пора, — оторвался он от губ, озираясь в поисках смазки и презервативов. Последние нашлись на полу, сброшенные вместе с покрывалом, а смазку Адам забыл в ванной, за ней пришлось сбегать. Вернувшись, он снова забрался на кровать, оседлав Ханнеса, и принялся вскрывать презервативы. Вытащив один из упаковки, он заметил взгляд Ханнеса — гитарист неотрывно наблюдал за его действиями. — Снова напрягаешься? Я сам всё сделаю. Вот, — прокомментировал он, надев на Ханнеса презерватив, который оказался весёленького розового цвета. Адам навис над Ханнесом, уперевшись одной рукой рядом с его головой, тот положил ему руку на затылок и, притянув к себе, начал нежно целовать. Губы обоих снова раскраснелись от трения растительности на лице. Ханнес провёл ладонями по лопаткам Адама, а потом вдоль по спине и, слегка помедлив, решился пойти дальше и переместил руки на ягодицы. Сжав мягкие, но одновременно подтянутые мышцы в руках, он вызвал стон Адама прямо в свои губы. — Сделай так ещё раз, — попросил он, довольно прикрывая глаза. Гитарист исполнил просьбу, несколько раз погладив и сжав. Ещё раз быстро поцеловав Ханнеса, Адам открыл пузырёк со смазкой. Он щедро выдавил её на пальцы и смазал твёрдую плоть гитариста, после чего, помогая себе рукой, начал медленно опускаться на член. Ханнес в который раз не мог поверить в происходящее, ему казалось, что всё это какой-то сон, в котором картинки мелькают так быстро, что он не успевает обработать информацию. Но зрелище, которое перед ним сейчас открывалось, вышибало все мысли из головы. Полуприкрытые веки Адама с подрагивающими ресницами, приоткрытый рот, из которого вырываются тихие стоны, капли пота, выступившие на его коже. Вокалист облизнул верхнюю губу, опустившись, наконец, до упора. — Вот и всё, дальше будет легче, — сказал он, улыбаясь Ханнесу. Он сделал пару пробных движений вверх-вниз, привыкая, и навис над гитаристом. — Дальше сам, — сказал Адам, снова улыбаясь. — Сделай мне хорошо. Ханнес уже сам облизнул пересохшие от дыхания губы, и начал двигаться, снова положив ладони на приятные округлости. Он не знал, куда ему смотреть, потому что куда бы не посмотрел, везде открывался такой вид, что бросало в жар. Вскоре Адам стал стонать громче, а потом, схватив одну руку Ханнеса, переместил её на собственный член. Гитарист хотел добавить смазки, но не успел — вокалист уже вскрикнул, изливаясь ему на живот. Оргазм Ханнеса тоже не заставил себя ждать. Обессиленный Адам почти упал на Ханнеса, вовремя остановившись на локтях. Он лениво потянулся за поцелуем, а потом сказал «Спасибо». — Не нужно за это благодарить, это по обоюдном согласию было, — хмыкнул Ханнес, погладив Адама по щеке, и тот сразу же прижался к ладони. Оба нашли в себе силы сходить в душ, а потом упали в кровать спать. Ханнес сонно разлепил глаза и тут же зажмурился. Из не до конца зашторенного окна пробивался луч солнца и падал ему прямо на лицо. Видимо, это и разбудило его. Он повернул голову и увидел Адама, мирно посапывающего на соседней половине кровати. Вокалист обеими руками обвивал гитариста за предплечье, отчего его рука немного затекла. Ханнес улыбнулся, но не стал вытаскивать руку, не желая нарушать мирный сон друга. Нет. Любимого человека. После всего, что произошло в последнее время, трудно было назвать Адама просто другом. Друзьями они быть, конечно же, не перестали, но пора примерить и новый статус. Размышления Ханнеса завели его очень далеко, и он уже полностью осознавал свои чувства к вокалисту, но не был уверен, насколько они взаимны, и мог только догадываться. Адам что-то сонно пробормотал и ещё сильнее притянул руку Ханнеса к себе. Тот не смог сдержаться и свободной рукой легко погладил вокалиста по растрёпанным волосам. Он тут же открыл глаза и сонно улыбнулся. — Прости, что разбудил, — сказал Ханнес. — Это даже хорошо. Потому что мне снилось, что я тебя обнимаю. А теперь я могу сделать это по-настоящему, — ответил Адам и сгрёб его в объятья, прижав к груди и уткнувшись носом в макушку. — Мне кажется, что я тебя люблю, — продолжил он. — Надеюсь, ты не против. — Шутишь? — Ханнес оттолкнул его ладонями в грудь и посмотрел в глаза. — Я только «за». Внезапно в дверь постучали. Оба напряглись, но не отпрянули друг от друга. — Эй, ребята? Вы проснулись? — из-за двери послышался голос Пера. — А чего он на телефон не позвонил? — тихо спросил Адам, обращаясь к Ханнесу. — У вас телефоны недоступны, разрядились что ли? — ответил Пер на интересующий вопрос. — Э-э-эй! — Стук в дверь продолжился. — Пер, мы проснулись, сейчас встанем, — вокалист крикнул, наконец, в ответ. — Давайте быстрей, уже почти обед, скоро выступать, — сказал барабанщик. — Уже бежим! — добавил от себя Ханнес и начал вылезать из кровати. — Ждём вас в холле тогда. *** Концерт прошёл отлично. Адам был как обычно на высоте, бодро зажигал публику и она благодарно отвечала. В дневное время народу было не так много, как в вечернее, но этого хватило, чтобы получить удовлетворение от выступления. Собравшись после концерта в баре, ребята подняли бутылки-бокалы-кружки за очередные успешные выступления. — Ты держался как всегда прекрасно, — сказал Пер, обращаясь к Адаму. — Когда Ханнес рассказал про твои кошмары и что на тебе лица нет, я боялся, что тебя надолго накроет. — Быстро выкарабкался, молодец, — с уважением добавил Юнас, хлопнув вокалиста по плечу. — Скажите спасибо Ханнесу, — с довольной улыбкой ответил Адам. — Это он меня починил. — Будем знать, к кому обращаться в случае чего, — сказал Пер, отпивая пиво из своей бутылки. — Лучше не стоит, — со смехом ответил Ханнес, чуть не поперхнувшись своим пивом. — Меня на всех не хватит. — Да, ребят, эта привилегия не для всех, — с улыбкой добавил Адам, на всякий случай хлопнув пару раз кашляющего гитариста по спине. — Честно говоря, я даже рад, что случилась та авария. И рад, что были кошмары. Юнас и Пер с непониманием переглянулись. — Это очень нас сблизило, — продолжил он, глядя на Ханнеса, а потом взял его за лежавшую на столе руку и переплёл пальцы. Глаза басиста и барабанщика округлились, а рты приоткрылись в удивлении. — Я всегда знал, что этим всё закончится, — Пер вытянул руку и указал пальцем на переплетённые руки гитаристов и довольно улыбнулся. — После всех этих ваших гляделок, поцелуев и прочей фигни, что Адам творил на репетициях. — Что ж, — сказал Юнас и стал хлопать себя по карманам брюк. Он вытащил, наконец, кошелёк, достал оттуда 300 евро и хлопнул ими по столу рядом с Пером. — Держи, заслужил. — Вы что, спорили на нас? — Ханнес поднял брови. — Так и знал, что номер с одной кроватью был не случайный, — выдвинул свою догадку Адам. — Твоя идея? — он слегка пнул Пера под столом. — Моя, — гордо заявил тот. — Тогда спешу тебя разочаровать, всё случилось раньше, — вокалист злорадно, но в шутку расхохотался. — Тогда это был мой вам подарок, — нашёлся что ответить барабанщик, лучезарно улыбнувшись. — Ах ты, чертёнок, — Адам протянул длинную руку через стол и растрепал волосы Пера. Остаток вечера прошёл за разными разговорами, морем смеха и алкоголя. Всё самое страшное было позади, а впереди ожидалось только светлое будущее.