Brugmansia sanguinea

      Всё действительно менялось. Драко с удивлением ощущал, что почти не концентрировался на течении времени последние пол года. Минуло самое необычное рождество в его жизни, наступил новый год, он уже давно не вспоминал, как раньше сидел в собственной комнате, утопая в гнетущем чувстве всеобщего отвращения. Такая малость, казалось бы, умение общаться, но стоило лишь научиться и время будто ускорилось, перестав давить своей тягучей медлительностью.       Рон не шутил, когда заявил, что хочет помочь Нотту. В числе комиссии, обязанной каждый год являться к нему с проверкой, кроме члена администрации были и авроры. К вящему удивлению Малфоя, заявление на желание быть в числе таковых написал и Гарри тоже. Он ещё и начал порой обедать вместе с Драко и Роном в министерстве, если не уходил на обед к Джинни. А спустя всего неделю после, к ним, совершенно неожиданно для всех троих, присоединилась Грейнджер. В прочем, больше по делу, а не ради совместной трапезы.       — Я подала заявление на участие в комиссии по делу Нотта. Пока не официально, но вас обоих одобрили в качестве наблюдателей. — Она кивает Рону и Гарри, недолго хмурясь и поджимая губы, в итоге хмыкая. — Раньше никто этого не делал. Комиссию собирали из тех, кто был свободен в нужный день.       Конечно, Рон уже успел рассказать им о том, почему так вцепился в необходимость изменения отношения к бывшим пожирателям. Пусть не сразу, но Гермиона признала правоту друга в отношении того, что, сидя взаперти в особняке, Нотт скорее не исправится, а озлобится. И вот, теперь показывала готовность также работать над ситуацией.       — Благодарю. — Драко, в повисшей ненадолго паузе, решается всё-таки озвучить мысли. — При твоём внимании к его делу можно рассчитывать на корректную оценку ситуации.       Поджав губы, девушка несколько мгновений смотрит на него как-то очень серьёзно. Пожимает плечами.       — Благодари Рона. Это он уже больше полугода открывает всем глаза на проблему.       Звучит вполне предсказуемо холодно и она отводит взгляд, принимаясь за принесённый с собой кофе.       — Поешь нормально.       Рон не может сдержать этого комментария, встречаясь с несколько недовольным взглядом подруги. Хотя она почти сразу после улыбается.       — Не беспокойся. У нас небольшие посиделки после работы, я поем.       Насмешливо фыркая, Рон вопросительно вскидывает брови.       — А «после работы» это по графику нормальных людей или трудоголиков?       Сдержать краткого хихиканья не могут ни Гарри, ни Драко. Очевидно, именно сдержанный смешок последнего заставляет Грейнджер среагировать несколько острее, чем если бы тут были лишь её друзья. Фыркая, девушка хмуро смотрит в глаза Уизли.       — Я всё ещё умею следить за временем и своим организмом, Рон.       Он спокойно переносит её лёгкое недовольство, улыбаясь и пожимая плечами, возвращаясь к еде. Искоса наблюдая за этим диалогом, Драко не в первый раз после рождества ощущает, как жжётся всё внутри. Постепенно его симпатия к Рону явно набирала обороты. Катализатором послужило небольшое сокращение дистанции. Порой Рон начал его касаться в последнее время. Мог кратко приобнимать за плечо на эмоциях, часто просто похлопывал по спине. Чисто дружеские жесты, которые он использовал и в общении с Поттером, и с другими аврорами, всё чаще были адресованы теперь и Малфою.       К этому прибавлялось и ещё одно изменение в их жизни. Нарцисса начала порой наведываться к Молли в Нору или прогуливаться с нею по городу. Драко это невероятно нравилось, учитывая то, как новое общение шло матери на пользу. Она почти не расставалась с подаренной миссис Уизли шалью в серо-голубых тонах. Учитывая то, что часто мёрзла в последние годы, это было более чем ожидаемо. Юноша едва мог сдержать довольную улыбку, когда отправляясь на прогулку, она повязывала подарок поверх пальто, когда-то подаренного покойным мужем.       Из-за её отсутствия в доме могло бы когда-то стать пусто, однако, теперь здесь ещё чаще бывал Рон в выходные, изучая самоучитель и перебирая гитарные струны. Наличие музыкального слуха у Драко шло обучению на пользу, он тоже явно осваивал новый инструмент не без интереса. Скоро его гость попросил пустить с собой Джинни. Драко был совершенно не против, показал ей дом, впервые ощущая теперь не равнодушие, а даже некоторую долю стыда от того, в каком запустении и пыльности пребывали некоторые комнаты. У них ведь больше не осталось домовых эльфов, тем более не осталось слуг. Уборка имела смысл в помещениях частого пользования, но большой зал, вторая гостевая спальня, соседствовавшая с комнатой Драко, кабинет отца и библиотека были весьма запылёнными.       То, что теперь с ними порой проводила время Джинни, на практике демонстрируя когда-то упомянутую способность к пению, стало стимулом серьёзнее задуматься о ремонте и изменениях в доме. Однако, сейчас было немного не до этого. Драко несколько нервничал в ожидании «дня X», который, отчего-то, его ужасно волновал. Хотя сам юноша очень старался делать вид, что судьба Нотта его никак не волнует, но Рон явно замечал его нервозность. Разумеется, когда день визита комиссии к Нотту наступил, к нему ещё и наведались несколько авроров, чтобы провести новый обыск и проверить оставленные в доме артефакты на опасность. Как Драко и предвидел. Сам блондин там присутствовать никак не мог и ждал после работы в малой гостиной мэнора появления Рона. С большей вероятностью тот мог прийти не один, они уже обсуждали это и Малфой не отказался от возможного визита Поттера и Грейнджер. Пусть даже с трудом понимал, зачем бы им приходить к нему всем вместе.       Золотое трио переступает каминную решётку уже после ужина. Быстро оценивая лица всех гостей и вежливо здороваясь, Драко хмыкает. Парни явно были спокойны, Рон даже выражал довольство, но вот Гермиона казалась слишком уж серьёзной. Она кратко, явно на автомате, роняет ответное приветствие и извинение, отходя к стоявшему здесь обеденному столу. Не изучает интерьер, в прочем, оправданно, учитывая её прошлое. Раскладывает на столе тот самый ежедневник, что подарили Малфои, принимаясь что-то вычитывать и дополнительно записывать. Недолго понаблюдав за ней, Драко смотрит на Рона и тот не сдерживает самодовольной усмешки, кивая в сторону выхода из гостиной.       — Пошли перекурим пока.       Гарри остаётся с подругой, прислоняясь к столу рядом с ней. Но из-за беззаботного вида Рона Драко уже не так волнуется, поднимаясь за ним в галерею, где они теперь оставили на перилах пепельницу.       — Что там такого случилось? Грейнджер выглядит так, словно... не знаю как описать.       Кратко хихикая, Рон закуривает, разводя руками после.       — Ха-х, это её нормальное состояние, если осознаёт свою неправоту. Нужно подождать, пока она переставит что-то в голове. Думаю, у неё там какая-то библиотека и внесение правок в некоторые отделы требует времени.       Подобное объяснение достаточно даёт Драко понять общий итог посещения Нотта. Очевидно, предполагавшая худшее, Гермиона была озадаченная чем-то в общении с бывшим пожирателем. И это при условии, что список членов комиссии был засекречен, чтобы избежать вероятности особой подготовки Тео к общению. Блэйз, в прочем, при новой встрече в роли посыльного для парня, упоминал будто невзначай, что ему в любом случае не интересно, кто явится с проверкой. Он считал, что от этого суждения парня не изменятся. Вероятно, был прав.       Спрашивать больше Драко не спешит. Хотелось, вообще-то, узнать реакцию и Поттера с Грейнджер. Хотя Рон всё равно делится впечатлениями от увиденного в доме. В первую очередь от того самого «музея» на втором этаже, явно малость опустевшего, но всё ещё весьма впечатляющего коллекцией явно не дешёвых вещей. Драко дополняет его эмоции рассказами о паре особых артефактов, уже изъятых, но тем не менее просто красивых.       После перекура вернувшись в гостиную, Малфой сразу сталкивается с сосредоточенным взглядом девушки. Она так и сидит за столом, лишь повернувшись на стуле к двери.       — Могу я спросить тебя кое о чём?       — Конечно. — Блондин привычно держит маску спокойствия, но ощущает, как занервничал под карим взглядом.       — Что ты сам думаешь об идее этого музея?       Вопрос для него оказывается более чем лёгким и, подойдя к длинному столу ближе, Малфой прижимается к тому бедром, находясь довольно далеко от Гермионы. Скрещивает руки на груди, пожимая плечами.       — Я не верил в реалистичность и не спрашивал у Блэйза подробных идей Нотта на этот счёт. Если говорить об этом, как о сохранении истории, идея хорошая. На данный момент большинство родов магической Британии хранят семейные традиции и историю лишь для себя. Остальные, порой, могут только гадать о том, что происходило в разные периоды их истории. Однако, это хранение традиций лишь в рамках семьи уже приводит к проблемам. Сколького мы можем никогда не узнать о роде Блэков? Даже я, будучи их потомком, знаю крайне мало. А ведь они вели семейное древо от далёких времён, являлись свидетелями и участниками многих важных для всего нашего сообщества событий. Хороших и плохих. Я могу понять идею Нотта. Его род, как и мой, закончатся на нас же самих. В мире магов наступает новая эпоха, в какой-то мере. И оставить будущим поколениям напоминание о том, что важно, имело бы смысл. Не только в виде книг и учебников, но чего-то более вещественного, содержащего попросту подкрепление всех историй.       Этот монолог Драко произносит не громко, спокойно и при этом часто смотрит в глаза внимательно слушавшей Грейнджер. К его окончанию девушка вздыхает, кивая.       — Утром я подам подробный отчёт в администрацию Визенгамота. — Чуть помедлив она подпирает подбородок глядя в сторону, поджимает губы, но вдруг порывисто поднимается, подходя к Драко вдоль стола и протягивая ему руку. — Прости меня за недоверие и пренебрежение вашей ситуацией. Это было непозволительно.       Опешив, блондин лишь кивает, пожимая тонкую ладонь бывшей сокурсницы. Та следом уже смотрит на Рона, ему даже чуть улыбаясь.       — Ты молодец, Рон. Спасибо за это вмешательство. Ты был с самого начала во всём прав и мне следовало прислушаться раньше.       Очевидно, что Уизли эта похвала не смущает и не удивляет. Улыбнувшись в ответ подруге, он игнорирует её протянутую руку и просто обнимает за плечи, похлопывая по спине не долго.       — И тебе спасибо, что постаралась понять.       Подойдя к ним ближе, Гарри ободряюще сжимает плечо Гермионы не долго, следом кивая Малфою. Очевидно, выражая солидарность со всем, что она сама успела сказать.       К обеду следующего дня по министерству уже начинают ходить слухи о ситуации вокруг Нотта. Многие строят теории о том, выпустят ли его, и что вообще он такого сказал Грейнджер, что на стол администрации лёг отчёт на несколько листов. Ещё через неделю Рон получает указание за подписью министра магии, быть в числе сопровождающих для Теодора на заседание суда.       Ожидая в небольшой библиотеке на первом этаже особняка, Рон даже не нервничает. Это в прошлый визит сюда, после всех слухов и о злоупотреблении алкоголем, и агрессивности, он ожидал, что Теодор выглядит пугающе. Но за время первого общения Уизли успел не мало изменить мнение о последнем Нотте и его верном спутнике.       Оказалось, с обоими, как и с Малфоем, вполне можно спокойно общаться, не ощущая себя грязью. Пожалуй, с Забини он мог бы даже подружиться. Когда тот перестал излишне изображать закрытость, стал куда больше походить на нормального человека, чем обычно. К Нотту же явно требовался какой-то особый подход. Единственным, кто улыбался некоторым его словам, словно считал шуткой, и общался с парнем непринуждённо, был именно Блэйз.       Ещё, как оказалось, был и личный дворецкий, получивший полное разрешение оставаться в доме, где прослужил более сорока лет, в тот же день как Тео отправили под домашний арест. Нотт на удивление спокойно уточнил на вопрос о Бенджамине, что именно он научил его готовить ещё в первые месяцы заточения. Сам пожилой, худосочный мужчина, выглядел так, что Рон едва ли мог подумать, что он – не выходец из знатной семьи, а только дворецкий. С такими-то манерами и сдержанностью...       Именно он впустил посланников министерства в дом и ушёл предупредить владельца, что его ждут. На первый этаж к аврорам спускается, в сопровождении Забини, вполне, в общем, обычный молодой человек. Серьёзный, суровый даже, не менее бледный, чем Малфой. Вероятно, лишь немного выше того и крепче. Хотя Рон мог допустить, что это – эффект от правильно подобранного костюма. Если не трогать, Драко тоже не казался худым. Тёмные волосы Нотт со времён учёбы отпустил до плеч и завязывал передние пряди на затылке, чтобы не лезли в глаза. Причёска ему весьма шла и только каким-то образом добавляла образу горделивости.       Кивая выходцам аристократии, Рон пожимает обоим руки, кратко представляя своих коллег. После они отправляются в министерство через каминную сеть и скоро Рон присоединяется к Драко среди наблюдателей заседания. Они предусмотрительно устроились так, чтобы, при необходимости, выйти свидетелями. Судьям могло понадобиться больше источников, подтвердивших бы благонадёжность бывшего пожирателя. Хотя, после развёрнутого доклада Гермионы в самом начале, Рону кажется, что вызывать даже Драко было бы лишь формальностью. В прочем, ей следуют, для Малфоя, вполне ожидаемо.       Он отвечает на все вводные вопросы судей. И не менее спокойно подтверждает звучащий вопрос о причастности Тео к сторонникам Тёмного Лорда, нужный для протокола, очевидно. Это, предсказуемо, заставляет наблюдателей, коих было даже слишком много, начать шептаться. Но Малфой удивляет даже Рона, когда чуть покашливает, привлекая к себе снова внимание.       — В докладе мисс Грейнджер есть одна важная формулировка, которую я считаю нужным подчеркнуть. Мы бывшие Пожиратели. Это имеет важное значение, потому что, как многие могут помнить, подобная формулировка не присутствовала в делах многих других, осуждённых на заключение в Азкабане, магов, таких, как Барти Крауч младший, Теодор Нотт старший или Люциус Малфой. И, если суд не затруднит, я бы хотел просить использовать именно эту формулировку в делах тех из нас, кто признал свои прошлые ошибки и желает исправить последствия второй магической войны. Как и все здесь присутствующие, мы с Теодором хотим мира без радикальных идей авторства Тёмного Лорда или его предшественников.       Зал притихает с самого начала этой недолгой речи. Рон не может сдержать улыбки, когда где-то за спиной слышит озадаченное «а он прав» от кого-то из зрителей. Все постепенно вновь оживляются, хотя явно есть риск, что это выльется в спор. Являющийся пока что исполняющим обязанности верховного чародея, министр Бруствер некоторое время внимательно смотрит на Драко, прежде чем хмыкнуть и кивнуть, кратким стуком деревянного молоточка призывая собравшихся к порядку.       — Это замечание разумно и оправданно, мистер Малфой. Мы вас услышали. Теперь продолжим.       Спустя пол часа заседание, наконец, завершается. Итогом его становится разрешение выпустить Теодора Нотта из под домашнего ареста. Палочку ему, в прочем, не возвращают, запрещая использовать магию ещё год. Однако, парень явно не слишком против. Куда важнее то, что после озвучивания итогов говорит Кингсли, снова призвав всех к тишине и глядя на Тео.       — Также я хотел бы, чтобы в ближайшее время вы, мистер Нотт, предоставили в администрацию подробный план по созданию музея истории магии. С учётом всего выше озвученного и выводов суда, я считаю оправданным доверить вам реализацию вашей же идеи. Заседание на этом окончено, всем спасибо.       Впервые блуждание по коридорам слухов о музее получает официальное подтверждение из уст самого министра магии. Зал снова оживляется после этого уже окончательно. Рон переводит восхищённый взгляд на Драко, тыкая его локтем. Блондин, кажется, несколько истратил запас абсолютной уверенности после своей небольшой речи и старался восстановить сдержанную маску. Но переводит немного растерянный взгляд на друга.       — Извини, я просто... Удивлён, наверное.       — Всё нормально. Предлагаю поймать Забини и Нотта, а то они, наверное, прихуели с оправдания ещё больше тебя.       Фыркая и усмехаясь, Драко поднимается с места, наконец, выпрямляясь и следуя ниже, туда, где на скамье подсудимых до этого сидел Тео. Сейчас они с Блэйзом уже стояли поодаль и Забини довольно что-то выговаривал Нотту, придерживая за плечо. Будто бы опасался, что иначе тот может упасть, например. Замечая появление Малфоя и Уизли, оправданный юноша явно лучше берёт себя в руки, кивая блондину. Да и Блэйз немного скрывает видимое до этого довольство, глянув на заговаривающего первым Тео.       — Спасибо за твою речь. Звучало впечатляюще. Хотя я не ожидал, что ты и впрямь смог вырасти из отцовских убеждений.       Драко морщит острый нос, глядя на бывшего сокурсника надменно настолько, что Рону становится даже смешно. Очевидно, они ещё какое-то время будут использовать аристократичные маски друг перед другом просто по привычке.       — А ты всё ещё считаешь себя такой индивидуальностью, что мог лишь единственный сделать верные выводы из ситуации. — Это не звучит и капли вопросительно. Словно Драко более чем уверен в своей правоте.       — По крайней мере, я сделал их самостоятельно. — Мигом парирует Тео, усмехаясь в ответ, но вовсе от этого не теряя горделивого вида.       — Правда? — Драко переводит надменный взгляд на Блэйза коротко, и снова смотрит на Тео. — Я сделаю вид, что поверил, чтобы не уязвлять твою гордость.       — Какая щедрость, Малфой. Думаешь, я нуждаюсь в твоём снисхождении?       Этот диалог на грани каких-то филигранных оскорблений, кажется, мог бы продолжаться ещё несколько минут. Но парней перебивает своим фырканьем Блэйз, глянув как-то хитро на стоящего рядом с Драко, малость напрягшегося, Рона.       — Мальчики, давайте вы продолжите играть в мячик где-то вне здания суда, чтобы взрослые дяди тоже могли хоть чем-то себя занять.       — Пошёл бы ты нахуй, Блэйз.       Драко шикает на это, недовольно поджав губы. И Рон даже не уверен, что веселит его больше в этой ситуации. То, что со стороны теперь всё и правда выглядит так, словно Забини только что отнял у них с Тео игрушку, или то, как совершенно меняется лицо Нотта после звучания нецензурной лексики из уст Малфоя.       — С радостью схожу, Драко, но тебе не светит.       Парень уже отправляется на выход. Шикнув возмущённо, Малфой следует за ним, явно не находясь, что ответить. Рон успевает заметить при этом, что краснеют от смущения после этой прямолинейности Забини и Тео, и Драко. А сам про себя разве что пока удивляется. Просто догадываться о чужих не совсем привычных предпочтениях в выборе партнёров – одно. Но совсем иное – видеть проявления. И за остаток дня Рон этих проявлений может увидеть ещё больше. Не взирая на то, как странно он общался с Драко, Нотт всё равно серьёзно предлагает зайти к нему. Изначально приглашение звучит как попытка выразить благодарность им с Роном, но Драко и тут не может не съязвить.       — Благодарить будешь Грейнджер с её докладом. Мы можем просто отметить.       Он оглядывается при этом на Рона, желая убедиться, что тот не против. Парень хихикает.       — Но я не одет к званому ужину с аристократами.       Все трое парней перед ним насмешливо фыркают. Блэйз, уже почти не использовавший свою непроницаемую маску с ними, хлопает его по плечу.       — Не волнуйся на этот счёт даже в шутку. На самом деле, среди всех нас единственными, кто правда носят вот эти вот прикиды и считают их удобными до сих пор, всегда были Тео и Драко. Лично я вообще познал удобство джинсов.       Посмеиваясь в ответ, Рон кивает.       — Попробуй кеды как-нибудь. Закачаешься. Я настаиваю, что при работе в аврорате они должны стать нормальной частью униформы. В лакированных ботинках шастать целый день – никаких денег не хватит.       Именно уже расположившись в обеденном зале особняка Нотта, Рон и становится свидетелем того, как можно вообще проявлять симпатию к парню. И если первый час на удивление тактичные, вообще-то, ухаживания Блэйза за Тео, кажутся даже не особенно очевидными и понятными, то вот после нескольких бокалов вина юноша явно окончательно расслабляется. А Рон, в свою очередь, неожиданно ловит себя на том, что просто скопировал часть чужих повадок. Сам подливал Драко вино, подталкивал закуски, что они купили перед приходом. Разве что не сам с рук его кормил, хотя Блэйз с абсолютным спокойствие порой подсовывал под нос Нотту еду на вилке.       Но вот после становится несколько неловко. Они перебираются в соседнюю с гостиной библитеку. Не большую, как и весь особняк, но уютную, где у окна стояли стол с шахматной доской, диван и пара широких кресел. Диван занимает именно Блэйз, Тео с вызовом кивает Драко на доску и тот фыркает, садясь напротив.       Наблюдая за игрой, Забини не редко касается Тео, вынуждая наклониться к себе, пытаясь что-то шептать. Нотт явно не реагирует на его подсказки, и демонстративно морщится всякий раз, как парень требует его внимания. Но при этом никогда не игнорирует это требование. Очевидно, он морщился вообще только для вида. Неловко Рону именно от возникающей мысли, что Драко касаться, вообще-то, больше тоже хотелось. Да и подсказка в игре ему бы не помешала точно. Кто бы вообще мог подумать, что он так скверно играет в шахматы?       В какой-то момент, осознавая плачевность ситуации, Уизли всё-таки забывает о неловкости. Но не тянет Драко к себе, а сам приподнимается из кресла рядом, почти тыкаясь носом другу в висок и шепча краткую подсказку. И уже в процессе ощущает, как при этом сбилось с ритма сердце.       Малфой чуть поворачивает к нему голову. Смотрит в глаза ужасно близко, следом кивая и отворачиваясь. Сев назад, Рон едва держится чтобы не спрятать лицо за ладонью. Блондин довольно забавно и мило краснел, даже не смотря на попытки оставаться собранным. Впервые за долгое время Рон вспоминает, что нравился ему. И о том, что сам явно испытывал не меньшую симпатию. А сейчас очень ярко проявилось желание касаться больше, чем просто дружески. Впрочем, Уизли не так много выпил, чтобы не понять – так действовал на него пример Блэйза и Тео. Раньше он не спешил как-то сближаться и проявлять отношение. Не то чтобы вообще думал о том, как это можно сделать. Просто следовал велениям сердца и делал то, что хотелось. Очевидно, появление в зоне видимости примера иных вариантов взаимодействия как раз и вызвало желание попробовать самому.       Всё равно проигрывая партию, не смотря на подсказку, Драко фыркает, закуривая. В доме Тео это можно было делать, где угодно. У Нотта при себе была карманная пепельница, которую он сразу и выставил на стол, как они начали игру. Юноша тоже достаёт сигареты и вставляет одну в длинный мундштук, вторую протягивая Забини. Тот благодарно кивает, улыбаясь. А Нотт переводит взгляд бледно-зелёных глаз на Рона.       — Сыграешь? Мне всегда было интересно, что же это за самая успешная шахматная партия в истории Хогвартса.       Напоминание о настолько далёких днях почти беззаботной юности заставляют Рона усмехнуться. Они меняются с Драко местами и он сам принимается расставлять фигуры. Рассказывает парням о том самом первом приключении, шокируя их причиной исчезновения профессора Квирелла. Хотя замечает, как во время упоминания истории с единорогами Драко хмурится, следом вовсе морщась. Но не спешит спрашивать о том, что же именно там случилось в ту ночь. Малфой с Забини следят за игрой неотрывно, пока Рон, не отвлекаясь от партии, ведёт свой рассказ. После своего поражения Нотт хмыкает, склоняя голову к плечу. Явно не расстраиваясь из-за этого и лишь покручивая в пальцах мундштук.       — С такими навыками в тактике тебе бы, конечно, не в аврорате работать.       Озадаченно хмыкая подобному весьма очевидному комплименту, Рон поднимает взгляд на юношу, усмехаясь.       — А где?       Тео пожимает плечами.       — Где-то, где нужна гибкость и открытость мышления. Работа с людьми, например. Дипломатия, торговля, управление в целом. Но не аврорат. — Глянув на Драко, Нотт, словно понимая, о чём тот хочет спросить, усмехается высокомернее. — Они – исполнительный орган. Там редко требуется проявление тактических навыков, чаще важно точно следовать инструкциям и законам.       Подобное объяснение заставляет Рона задумчиво глянуть в потолок. Вспоминается разговор с Джорджем, как раз тогда, когда он позвал его работать в магазин. В то время Рону было несколько тяжело на работе. Масса отчётов, вовсе не так много увлекательных дел и возможностей проявить себя, как хотелось бы.       — Мой брат держит магазин в Косом переулке. — Он не может сдержать улыбки, замечая, как быстро на это кивают Тео и Блэйз, очевидно, знавшие о магазине. — И пару лет назад звал меня работать с ним. Но тогда это показалось неудачной идеей. Побег от трудностей, все дела.       В ответ на это Забини фыркает раньше друга.       — Смена деятельности на более комфортную никогда не является побегом. Да и отступить, если понимаешь, что не справляешься, тоже.       Слушая их, Драко задумчиво посматривает на Уизли. Примеряет к его образу иную работу и мысленно отмечает, что ему бы так было, пожалуй, лучше. Но следом соотносить озвученное время. Выходит, прими тогда Рон приглашение брата... Думать о совсем иной своей судьбе даже немного жутко сейчас. Юноша задвигает эти мысли подальше, возвращаясь к общению в полной мере. И весь оставшийся вечер, пока они обсуждают школьные годы и вспоминают немногочисленные истории из детства аристократов, не может не замечать, как порой Рон оказывается ближе.       Это было и невозможно не заметить. И также совершенно невозможно остановить. Драко даже не пытается, хотя ближе к уходу домой через открытый теперь камин в доме Нотта, думает, что, вероятно, следовало. Потому что, проводив его, Рон обнимает Малфоя, а после отправляется домой, кормить Живоглота. Хозяин дома же так и стоит несколько долгих мгновений посреди холла, освещённого новой люстрой, глядя в пол, откуда пропал, аппарировав, друг. Если Уизли будет продолжать сокращать дистанцию, это могло стать проблемой. Раньше Драко мог не заботиться о сдерживании чувств, те не рвались к объекту его симпатии и лишь грели изнутри. Но стоило самому Рону начать как-то приближаться, как этот огонёк принялся разрастаться в груди. Теперь сдерживать его, очевидно, могло потребоваться.