Brugmansia sanguinea

      Всего спустя неделю после открытия музея, Драко уже отправляет Тео и Блэйзу письмо с приглашением прийти в гости. Рон о том же сам оповещает свою семью и друзей. Впервые за несколько лет стены особняка Малфоев слышат столько оживлённых, счастливых голосов разом. Уж тем более впервые слышат на столько искренний детский смех, от которого у миссис Малфой щемит в груди. Показывая племянницам Рона свою оранжерею, она уже мысленно прикидывает, как обустроить в будущем двор особняка.       Под бдительным, но, всё же, не слишком нужным, руководством Тео и Драко, Блэйз устанавливает в бальном зале отреставрированную люстру из холла. Хихикая, Рон объясняет растерявшимся старшим братьям, что все их изощрённые подначки на грани оскорблений – нормальное для аристократов дружеское общение. И не сдерживает смеха, когда Нотт и Малфой синхронно оглядываются, явно намереваясь прожечь в нём несколько дыр своими взглядами. Блэйз посмеивается кратко с ним в унисон, уточняя, что называть этих двоих друзьями жестоко. Ведь если они признают подобное, все потеряют возможность наблюдать за их играми.       Накрывавшие здесь же на большой стол, Молли, Флёр и Одри удачно прерывают едва не начавшуюся перепалку, уточняя, не сыграет ли кто-нибудь на рояле после обеда. Ведь инструмент стоял здесь и был в весьма хорошем состоянии, не смотря на то, что в зале редко кто-то бывал. Прикрывая мать, едва ли желавшую, чтобы о её небольших сеансах своеобразного успокоения узнали так сразу, Драко спокойно уточняет, что может вспомнить несколько композиций из юности. К удивлению Рона, Тео и Блэйз на это реагируют даже более чем одобрительно.       Увлекая его на перекур, в этот раз во двор, чтобы не мешать гостям запахом дыма, Рон, наконец, в полной мере выражает степень своего удивления. Конечно, о том, что Драко умел играть на пианино, он уже знал. Но тот ни разу не предлагал раньше показать свои навыки на практике. А реакция знавших о его умении парней куда больше будила любопытство. Блондин, в прочем, по секрету уточняет, что всегда играл хуже матери. Но не уверен, что Нарцисса станет играть на публику.       Однако, его теория вовсе не оправдывается. За обедом, узнав о предложении, женщина спокойно соглашается исполнить им несколько композиций. В прочем, глядя на сына даже несколько лукаво. Предлагая поменяться местами после этого. И если Рон не сразу понимает, в чём именно смысл, то Драко улавливает намёк очень хорошо и отвечает на её взгляд почти также хитро, соглашаясь на предложение.       Каково же удивление Рона, когда, оставив его после очередного танца, Драко спокойно уступает своего кавалера матери, уходя к инструменту. Позже, осуществив свою маленькую мечту и утащив парня из зала в галерею, Уизли смущённо уточняет, что это было ужасно. Он ведь едва не отдавил Нарциссе ноги от нервов! Но блондин лишь хихикает, потрепав его по макушке, сидя на перилах. Заявляя, что не считает себя особенно плохим учителем танцев. И, что маму явно всё вполне устраивало. В конечном счёте, последний раз она танцевала уже очень давно. И играла для кого-то – тоже.       Они возвращаются в зал после призывного жеста Блэйза. И скоро уже узнают причину. Нотт решает даже как-то официально заявить, что согласился на должность преподавателя по истории магии в Хогвартсе. Общее воодушевление этой новостью и поздравления его явно смущают. Но едва ли на столько же, на сколько смущает серьёзное поздравление Гермионы. Тем более, когда она уточняет, что на данный момент не представляет, кто вообще может подходить на эту должность лучше. И предлагает помочь с подбором полезной литературы, чем смешит Гарри и Рона, давненько уже не слышавших от неё этих слов.       Оказываясь не на долго после этого рядом с матерью, оставив Рона пообщаться с друзьями наедине, Малфой не скрывает довольной улыбки. Она не долгая, но столь искренняя, что Нарцисса моментально отвечает ему собственной. А юноша смотрит на неё чуть дольше и вздыхает, вдруг вставая ровнее, больше к ней лицом, чем к залу, и чуть кланяясь.       — Прости меня за…за всё, на самом деле. Я знаю, ты волновалась и заботилась обо мне каждый раз. Мне следовало ценить это куда больше.       Вздрагивая немного, женщина поджимает губы. Медлит, но совсем недолго. Следом уже сокращая столь привычную дистанцию между ними, что с самого начала диктовали нормы их общества. Обнимая сына и прижимая к себе.       — И ты меня прости, Драко.       Она хочет было дополнить эти слова. Сказать о том, что уже давно пожалела о всех тех правилах, что они навесили на него, запретах и условиях, что лишь сковывали юношу с самого детства. Но сама понимает, что это уже не важно. Отстраняясь друг от друга довольно скоро, они вновь смотрят на шумную компанию в зале. И Драко не сдерживает хихиканья, замечая разом всё. И какую-то шуточную перепалку Джинни с Джорджем, и гляделки Тео и Блэйза в сторонке, и довольный взгляд Рона, что явно заметил их общение с матерью. Замечает и то, как невероятно тепло на душе. Непривычно почти, ведь столько людей раньше его бы утомляло. А сейчас желания сбежать не возникало ни секунды.       — Мы дома.       Он переводит взгляд на мать несколько всё же печальную и чуть сжимает худое плечо. Даёт ей эту безмолвную поддержку, позволяя лучше взять себя в руки. Нарцисса кивает ему в знак благодарности, мягко улыбнувшись. Снова переводя взгляд на их гостей, но уже не ощущая столь явного кома в горле. И не видя мелькнувших призраков далёкого прошлого в зале.       — Нужно поговорить с Гарри. Быть может, на новую встречу… Андромеда захотела бы прийти.       Едва скрыв удивление, Драко кивает в ответ. На его памяти это был первый раз за очень много лет, когда мать упомянула кого-то из родственников. И это лучше всего доказывало, что она ощущает всё также, как и он сам. Спустя невероятно долгое время они, наконец, по-настоящему были дома. И для этого, кто бы мог подумать, не понадобилось ни золота, ни новых вещей, даже ремонта. Хватило лишь воли опереться на подставленное плечо, признавая, что всем людям свойственна слабость.

* * *

Пол года спустя.

Бораго.

      За неделю до начала учебного года Драко и Рон собрались в особняке Нотта, провожая его на новую работу вместе с Блэйзом. И, после очередной шуточной перепалки кивнув ему, уже стоявшему в камине, Драко никак не ожидал, что уже к Рождеству окажется втянут в весьма неожиданный разговор с вернувшимся на каникулы другом.       — Ты ещё что-то помнишь из курса зелий?       — Смеёшься? Моим крёстным был лучший преподаватель в истории школы, да простит меня Слизнорт.       — Хочешь на его место? — Миг Драко думает, что он шутит. Но серьёзный взгляд Тео никак не располагает к подобным мыслям. И он это подтверждает. — Я ещё ничего не обсуждал с МакГонагалл или другими. Но мне нужна будет твоя помощь.       Блондин уже вовсе не может скрыть удивления, глядя на бывшего сокурсника.       — Какого дьявола там у вас происходит, что из всех людей в мире о помощи меня просишь ты?       — Если не вдаваться в подробности... Скажем так, чтобы решить ситуацию в стенах школы, не хватило бы и всей семьи Уизли.       Хмурясь, Малфой откидывается на перила балкона в ресторане. Рассматривает витраж перед собой какое-то время, в итоге вздыхая.       — Недели на это мне не хватит. Но к концу учебного года я дам тебе ответ.       — Договорились. Но сразу предупреждаю, просто не будет. И дело далеко не в лекциях.       Блондин морщит нос несколько недовольно покосившись на собеседника.       — Давай только сразу условимся, Нотт, переставай уже считать меня идиотом. Тем более, раз снизошёл до просьбы о помощи.       В ответ Тео лишь хмыкает, пожимая плечами. Однако, одно только то, что не попытался никак перехватить инициативу их оскорблений, уже говорило о том, что услышал и понял просьбу. А ещё это говорило о том, что нужно будет серьёзно всё обдумать. Едва ли просто будет пресечь годами тлевшую и раньше неприязнь между факультетами. Да ещё после того, как у одних появились весомые доводы против других.

Продолжение следует.