Дети Эртеса

      — Принц, если мы снимем с тебя заклятие, и ты все-таки усадишь зад на трон, то возместишь хозяевам подвала ущерб, — проворчал Грим, пиная сломанную доску, что когда-то была частью двери.       Боль в боку тут же напомнила о себе, он поморщился и больше резких движений не делал.       — Если я взойду на трон, у них будет хоть десять таких подвалов, а ты станешь богатейшим человеком в Элноре и будешь купаться в золоте, — уныло, без всякой надежды, произнес Лорген.       — Да. — Грим нашел силы, чтобы выдавить слабую улыбку, мечтая вовсе не о деньгах. — Но я предпочитаю медь.       — У тебя тоже в голове мутится. Медь?       — И изумруды. Два.       — Я тебе целый сундук подарю.       — Глупый принц, шевели ногами. Сколько идти?       Лорген лишь грустно вздохнул, плотнее кутаясь в плащ.       Они плутали по пропитанным бедностью и пороком кварталам Элнора. Старые, безобразные дома в округе разваливались под тяжестью времени. В узких проходах воздух был густым и спертым, а запах затхлости смешивался с едким дымом, клубами вырывавшимся из примитивно устроенных печей.       Земля под ногами была неустойчивой: грязь, оставшаяся после ливней, прилипала к ботинкам, а прохлада заставляла двигаться быстрее, чем хотелось бы. Издалека доносился тонкий запах моря и подтухшей рыбы, и с каждым новым поворотом сомнительные ароматы только усиливались.       Грим стиснул зубы, стараясь не обращать внимания на боль, пронзающую бок при каждом широком шаге. Однако он не мог позволить себе замедлиться — их преследовали, и необходимо было продолжать путь. Он бросил взгляд на Лоргена, который с трудом тащился позади, но все же пытался не отставать. Своим вялым шагом он тормозил их обоих.       — Ты когда-нибудь вообще представлял себе, что будешь торчать в таких местах? — с выдавленной усмешкой спросил Грим, в очередной раз поморщившись. Лорген только тяжело вздохнул. Было видно, как внутренние переживания за свое место в мире омрачали его лицо.       — Я даже никогда не думал, что обратная сторона Элнора… такая.       Грим мрачно усмехнулся и потер виски. На улице было тихо, по крайней мере в этой части города. Лишь изредка пробегали гвардейцы, раз за разом исчезая в переулках. Было на руку, что Дэтра не общалась с ними напрямую, лишь через запертую во дворце Эрин, и быстро их было не найти.       Когда они добрались до порта, холодный ветер стал пронизывать до костей. Туман стелился под ногами и окутывал собой покачивающиеся у причала серые корабли. Здесь тяжелое зловоние от рыбы и множества грузов не давало вздохнуть глубоко.       Они пытались не привлекать внимания, сливаясь с толпой грузчиков и торговцев. Грим знал, что если их заметят, то это может стоить обоим жизни. Он сбился со счету, сколько они шли: полчаса, час или больше. Пытался успокоить себя, что дальше идти будет легче, но вместе с этим знал, что большая часть пути еще впереди.       Когда они, наконец, выбрались за пределы города, то солнце, скрытое за облаками, начало медленно опускаться. Городские ворота остались позади, и Грим, почувствовав некоторое облегчение, выпрямился, перестав вжимать голову в плечи. Створки показались ему знакомыми. Это были те самые ворота, через которые он принес Эрин в город. Он быстро отвернулся, но Лорген зашелся в таком надрывном кашле, что пришлось остановиться и ждать его.       — Тут два года назад какой-то хмырь в доспехах сказал мне, что без грамоты не пропустит, — Грим почесал затылок, смутно припоминая первую жертву. — У меня был выбор: сгубить Эрин или солдатика, так что я не успел спросить, по какому поводу с меня эту грамоту требовали.       — Наверное, из-за празднования моего очередного дня рождения… — задыхаясь, ответил Лорген.       — Зараза ты, принц. Давай быстрее, каждый шаг приближает тебя к трону.       Впереди протянулся тракт, вымощенный камнями и покрытый грязью, а вдалеке виднелась первая линия деревьев начинающегося дальше леса. Иногда встречались странники и возницы, но никто не обращал внимания на двух прихрамывающих путников.       Грим чувствовал, что швы разошлись. Один или два — точно. Он сильнее схватился за бок, чувствуя проступающие мокрые пятна крови.       «Не смертельно, органы же не задеты, а то уже бы сдох…» — убежал он себя, но идти ровно становилось все тяжелее.       Принц иногда что-то пытался болтать, стремясь разбавить гнетущую тишину. Но сил поддерживать непринужденную беседу не было, ноги начинало все чаще заносить куда-то в сторону, а глаза слипались.       — Давай я понесу твою часть вещей! — донесся обеспокоенный возглас сзади.       — Нет, — коротко бросил Грим. У обочины он увидел пень, дохромал до него и с облегчением присел, бросая пожитки рядом. — Пять минут и идем дальше.       За спиной удачно нашлось молодое деревце. Грим выдохнул, прислушиваясь к боли в животе и прикрывая глаза. Всего лишь на минутку. Прохладный ветерок, конечно, не ласкал, но дышалось свободнее. Руки согревались, прижимаясь к израненной плоти через тонкую ткань. Вокруг — тихо и пока что безопасно.       Рядом присела Эрин. Начала что-то мурлыкать про теплые края, положив голову ему на колени. Стало так хорошо, что даже бок почти перестал ныть.       Показалось, что край плаща аккуратно поднимают. Ветер сразу обдал ногу легким холодом. Стало по-странному легко, будто меч вытащили из ножен. Надо бы проснуться, но пять минут еще наверняка не прошли, а Эрин пока сказку рассказывает. Вдалеке — голос Лоргена. Сначала спокойный, но наполняющийся отчаянием с каждым мгновением:       — Мы заплатим. Ему плохо!       Какое-то невнятное бормотание, потом грубый отказ, ругательства, между других слов проскочило что-то вроде: «Пусть эртесова чернь поскорее сдохнет». Лязг стали, и что-то с глухим стуком упало на пыльную грязную дорогу. Меч вернулся в ножны, и Грим ощутил, как его аккуратно трясут за плечи. Эрин дернулась и куда-то ушла, двигаться не хотелось, но попытки растолкать его становились сильнее.       — Грим, ты как?       — Нормально… — Грим едва раскрыл потяжелевшие веки и потер виски. — Идем, я восстановил силы.       — Не ври, — Лорген подхватил его под плечо и помог подняться, поддерживая за спину. — Ты спал не меньше часа.       — Ты торчал все это время на холоде? Лучше бы разбудил.       Грим едва не споткнулся обо что-то увесистое. В сумраке силуэт валяющегося на земле мужчины был едва-едва различим. А чуть поодаль — повозка, забитая свежим мягким сеном.       — Это ты его пришиб? — Грим изумленно поднял брови. — Я думал, что украденный меч был очередной галлюцинацией.       — У меня был хороший наставник по выживанию. Мечом я только угрожал, кулаков оказалось достаточно.       Грим откинулся головой на сено, в очередной поморщился и с облегчением задремал. Он почти чувствовал, как лежит на ее коленях. Как она гладит его по волосам и говорит, что все будет хорошо. Все вокруг было залито солнечным светом. Как он лениво смотрит на холм, где некогда стоял белокаменный дворец, а теперь — сплошь руины.       Когда повозка ударилась о камень и подпрыгнула на кочке, Грим нехотя вырвал себя из грез и проснулся. На шею легли два пальца — видно, Лорген проверял пульс. Грим скомкано пробормотал, что жив, и снова прикрыл глаза.       Кровь медленно сочилась из раны, а он лишь надеялся на долгий путь. Ее ладони коснулись его груди.

𓂁𓂄 𓂁𓂄 𓂁𓂄

      Грим громко чертыхался. От отчаяния пытался плотнее перебинтовать себя в темноте, пережимая торс до боли в органах. Когда повозку опять тряхнуло на очередной рытвине, то захотелось кого-нибудь прирезать: поспать как следует он так и не смог, бок болел, голова от волнения шла кругом. — Останови, мать ее, повозку, — рявкнул он Лоргену.       Тот обернулся, пытаясь рассмотреть что-нибудь. Зрение в темноте подводило, поэтому приходилось слушать про «шлюший тракт», «ссаное тряпье» и «проклятых гвардейцев, чтоб перерубить их еще раз». Некоторых слов Лорген даже не знал, и особые подробности просветительского урока показались ему излишними.       — Ты можешь потише? — мягко попросил Лорген.       Послышался шорох. Лорген не видел, как Грим бросил на него злобный взгляд, но был уверен, что тот так и сделал.       — Мы уже близко, — добавил принц в оправдание, кивая на пляшущие огоньки вдалеке. Хотя бы их было видно отчётливо.       — Там что, деревня? — Грим нахмурился.       — Военный лагерь. Дом Торака рядом с рекой, да и сам он человек с севера, поэтому…       — Ясно, не продолжай. Ты раньше сказать не мог, что северяне остановятся прямо здесь?       — Я и сам не знал. В прошлый раз хижина одиноко стояла в чистом поле.       «И почему Дэтра не развернула войска обратно?» — подумал Грим указал Лоргену на холм чуть левее от дороги. Как будто тот мог увидеть. — «Придется забраться, чтобы все получше рассмотреть». Грим страдальчески простонал, хватаясь за пережатый бок, но нашел в себе силы выдавить:       — Брось повозку и пошли.             Над долиной, где раскинулся длинной узкой полосой лагерь северян, клубился сизый дым, источаемый десятками походных костров. Земля, уставшая от тысяч шагов и тяжести колес, превратилась в сплошную глинистую кашу, перемешанную с клочками соломы. Палатки из грубого сукна и кожи стояли рядами, образуя широкие проходы. Подле каждого ряда — пестрые знамена множества разных кланов.       Редкие неспящие ещё воины, переговариваясь между собой, хаотично сновали между палаток. Их светлые волосы блестели в слабом свете костров.       Грим невольно тронул свои, забранные в хвост. Он все равно не сойдет за своего: кровь Эртеса хоть и не накличет здесь беды, но привлечет слишком много ненужного внимания. Надо было скорее найти укрытие и отдохнуть. Любезности — потом.       — Где нужный нам дом? — спросил Грим.       — Хижина чуть поодаль, на самой окраине. — Лорген кивнул куда-то налево. — Давай мы немного отдохнем. Ты бледен.       — Я всегда бледен. Мелочь. — Грим едва коснулся бока, как Лорген перехватил его ладонь, с усилием развернул к себе и, кажется, теперь заметил размытые следы крови.       — Ты можешь сейчас с этим что-нибудь сделать?       — Перештопаю в тепле, там же хорошо промою. Уймись, я отдохнул, а это сущая ерунда.       Они шли в тени, кутаясь в плащи и стараясь не привлекать внимания. Грим чувствовал, как его сердце бьется быстрее, но старался держаться спокойно. Пусть, если и заметят, то не придадут значения. Знакомство с армией родственников — худший из исходов, когда истекаешь кровью. Они избегали людей и слабого света, что прорывался через щели в палатках и шёл от костров. Не хотелось задерживаться ни на секунду.       Когда они добрались до трехэтажного белокаменного дома, расположенного у самой реки, Грим почувствовал облегчение. Стены были украшены сложными резными узорами, а вокруг раскинулся небольшой садик с увядшими цветами и поредевшими желтыми кустами. Окна отражали свет, падающий на водную гладь узкой извилистой реки, протекающей прямо за домом.       «Хижина?» — он покосился на принца, оглядывающегося по сторонам.       Грим аккуратно подошел к двери. Он приложил ладонь к холодному резному дереву и постучал несколько раз.       Никто не открыл.       Окровавленная рука потянулась в карман, и он со скорбным лицом вытащил пару тонких девичьих заколок.       — Это — Эрин, — оправдался Грим, увидев неуместную кривую улыбку Лоргена, указывающего на его волосы.       Они услышали шаги вдалеке и оглянулись. Низкорослый воин подхватил ведра, стоявшие у одной из палаток и уже развернулся в их сторону, как его кто-то окликнул. Незнакомец не заметил их, и Грим с Лоргеном прильнули к двери дома, вслушиваясь в происходящее, но внутри было тихо.       — Ты вообще умеешь взламывать замки?       — Нет, — с истеричным смешком шепнул Грим.       — Давай подождем, когда кто-нибудь придет, зачем врываться в чужой дом…       — Мне боязно, что мы опоздали. — Грим, едва не застонав от боли, присел, пытаясь рассмотреть замочную скважину. Он приложил руку к ручке, и дверь легко поддалась.       От неожиданности не удержал равновесие и с грохотом очутился уже за порогом. В сенях они были одни. Он оглянулся на Лоргена и рывком затащил его за собой. Вдалеке послышался плеск воды.       В прихожей стоял массивный обеденный стол из темного дерева с несколькими резными стульями. На столе валялась серебряная утварь, рядом — пучки северных трав и мхов. Грим бегло окинул их взглядом, но не позволил себе задержаться больше, чем на пару секунд. По бокам, вдоль стен — два камина: один для обогрева, второй для приготовления пищи. Они были простыми, но прочными, из серого камня, с металлическими решетками и маленькими полками для угля.       «Два камина? Богато…»       Возле каждого камина стояли высокие решетки для сушки одежды. Рядом, на одной из стен, висели простые деревянные полки с утварью: глиняные горшки, чаши, медные кастрюли и несколько бутылок. Хмельное?       Они миновали обеденную комнату и поднялись на второй этаж по крепкой деревянной лестнице. Открытой была одна единственная из множества дверей: из щели в проходе виднелся рыжеватый свет. Грим зашел туда, держа руку на клинке, и, не успев молвить и слова, встретился взглядом с лежащим на кровати мужчиной, укрытым двумя одеялами и шкурами в довесок.       — Это Торак, — шепнул Лорген, зайдя в помещение следом.       Торак лишь грустно смотрел на них, не выражая никакого интереса. Наружностью он был приятен, и возраст добавлял ему мужественности — и без того светлые волосы тронула первая седина, благородно отливая серебром, а борода была заплетена в аккуратные косы, сходящиеся в хвост посередине. Крепкий огромный воин с мускулистыми руками и исполосованным шрамами лицом с безразличием к окружающему миру просто лежал в кровати.       — Торак? — голос Лоргена тронуло сомнение.       — Да? — вяло ответил тот.       — Простите за столь поздний визит, вижу, вы не ждали гостей, это наша вина… Вы меня помните? — неуверенно начал принц, пытаясь разглядеть его получше.       Торак отрешенно лежал на кровати и ничего не ответил.       — Торак, вы были во дворце? — спросил его Грим.       — Был.       — С ним что-то не так, — Грим склонился над мужчиной и помахал рукой перед его лицом.       Он открыл его рот и посмотрел в глотку, про себя молясь Эртесу, чтобы это просто были проказы хвори, какая обычно буйствует в это время года. Кажется, Тораку было все равно. Серые потухшие глаза будто покрыла пелена. Грим обхватил запястье мужчины и потянул его на себя, чтобы посадить. Но обмякшая мускулистая рука мертвым грузом повисла в воздухе. Он не поддавался, но и сопротивления не оказывал.       Бок пронзила резкая боль.       От зрелища передергивало. Под взволнованные вопли Лоргена Грим пытался найти хоть одну зацепку, которая указывала бы на непричастность Дэтры.       На первом этаже раздался тихий скрип двери. Но в сей момент Гриму не было дела до гуляющего ветра.       Он скинул с Торака одеяла и стал руками прощупывать органы, не встречая никакой ответной реакции. Лорген возился за спиной, раздражающе шумел и издавал странные звуки, еще больше выводя из себя.       — Грим… — испуганно протянул Лорген слегка сдавленным голосом.       — Стой рядом и заткнись уже! — Грим хотел обернуться, но от вырвавшегося крика рана вновь напомнила о себе, и он стиснул зубы, подавляя стон.       Лорген послушно замолчал и что-то уронил на пол.       — Да мать твою королеву, не мешай! — еще сильнее разозлился Грим, медленно оборачиваясь на принца.       Краем глаза он увидел Лоргена, что лежал на полу без сознания. Грим быстро достал из-за пояса нож, но опоздал: некто с размаху ударил его по голове тяжелым стулом.