77 Gunshots

Выходя утром на улицу из мотеля, ты почти физически ощущаешь вес мешков под своими глазами. Твои веки опухли от недостатка сна, и, когда ты замечаешь, что сегодня Леви не ждет тебя на улице, испускаешь длинный вздох облегчения. Не смотря на то, что ты провела всю ночь, пытаясь во всем разобраться, ты все еще не представляешь, как встретиться лицом к лицу с Леви. Надеешься на то, что твоя голова проветрится, когда ты запрыгиваешь на свой велосипед и держишь путь в кофейню. Когда ты осознаешь, что не можешь сегодня смотреть в глаза Леви, ты резко тормозишь у последнего поворота. Если ты его сейчас увидишь, то не уверена, если сможешь сдержать себя, чтобы либо не расплакаться, либо не пристрелить его. В порыве ты разворачиваешь велосипед и едешь в сторону поместья. Тебе не следует так расстраиваться. Ты с самого начала знала, что Леви бандит. Он убил несчетное количество людей. Он сделал много предосудительных вещей за всю свою карьеру. Но каким-то образом, то факт, что он пощадил тебя в детстве, отделяет его от остальных. Ты думала, у него есть какая-то мораль. Или хотя бы, что он хоть что-то пытается сделать с убийством детей. Но приходятся принять ужасную правду, что какая-то романтическая часть твоего сознания считала, что Леви может оказаться благородным человеком, подхватить тебя на руки и унести в закат. Когда ты приезжаешь к поместью, то оставляешь свой велосипед у стены и шагаешь прочь к заднему двору. К счастью, сейчас никто не стреляет, поэтому ты быстро выстраиваешь банки и начинаешь отстреливать их с изгороди. Чувство подавленности никак не покидает тебя. Ты успела сделать двадцать один выстрел, когда услышала, как кто-то подошел к тебе. - Следовало бы догадаться, что ты будешь здесь. Ты закрываешь глаза и делаешь глубокий вдох. Убираешь пистолет в кобуру и поворачиваешь к Леви, стараясь спрятать эмоции на своем лице. - Где ты все время пропадал? Сегодня не выходной, - говорит тебе Леви. Его взгляд раздраженный, руки скрещены. - Прости, - бубнишь ты и проходишь мимо него, - Я сейчас пойду работать. Леви останавливает тебя, хватает за руку и поворачивает лицом к себе. Он осматривает тебя и вместо того, чтобы стараться быть фальшивой, ты просто надеваешь каменную маску и скрываешь какие-либо эмоции. Твой взгляд мертвый, когда ты смотришь на Леви. - Что происходит? - спрашивает он, прищурив глаза. - Ничего, - отрицаешь ты и вырываешь свою руку, - Пойдем. Он хватает тебя и притягивает обратно. - Скажи, что происходит. Это приказ, - требует он, тон его стал резким. - Ничего, - снова отвечаешь ты. - Хватит мне лапшу на уши вешать. Мне достаточно. - Тебя никто не назначал знать все о моих делах, Капо. И не важно, как сильно тебе нравится делать вид, что ты владеешь мной, - сухо говоришь ты и снова вырываешь свою руку. Леви определенно сбит с толку. - Ты все еще злишься на меня, за то что я скинул тебя с кровати? - Нет. Серьезно, Капо. Забей. Пожалуйста. Леви смотрит на тебя мучительно долгим оценивающим взглядом и наконец цокает. - Ладно. Если ты плохо себя чувствуешь, возвращайся обратно в мотель и отдохни, пока не поправишься. Это заставило тебя остановится. Ты поворачиваешься к нему и удивленно хмуришься. - Что? - Если тебе нездоровится, отдохни, пока не придешь в себя. На этой неделе нет операций, нужно только работать в кофейне. Ты мне для этого не нужен. Почему-то от того, что Леви так внимательно к тебе относится, делает тебе только хуже. У тебя почти получилось убедить себя, что он плохой парень, но он снова сумел подобраться ближе к твоему сердцу. Ты не отрицаешь того факта, что несколько свободных дней помогут тебе разобраться в своих чувствах. Ты отрываешь от него взгляд, твои плечи опускаются. - Окей. Леви очередной раз останавливает тебя, когда ты пытаешься пройти мимо него. Он осматривается по сторонам, чтобы убедиться что вы одни, заводит тебя за широкий дуб и прижимает к его стволу. Ты тупо на него пялишься, пытаясь игнорировать, как твое сердце норовит выскочить из груди. - Что? Хочешь, чтобы я тебе отсосал? - тупо спрашиваешь ты. Он закатывает глаза и убирает прядь волос с твоих глаз. - Такой грязный язык, - он берет твое лицо в свои руки и целует тебя. Ты ненавидишь себя, когда понимаешь, что не можешь оттолкнуть его. Вместо этого, кладешь руки ему на грудь и позволяешь властвовать над собой. Он отстраняется, и ты замечаешь тонкую нить слюны, соединяющую ваши губы. Твой взгляд потяжелел, а на лице Леви появилась ухмылка. - Ты ошибаешься. Я не притворяюсь, что владею тобой. Ты - мой, - спокойно говорит он и надевает свою шляпу. - Возвращайся в кофейню, самое крайнее - в понедельник, - приказывает он и уходит. Ты осталась позади, опираясь о дерево. Кладешь свою руку на грудь и чувствуешь, как бешено стучит твое сердце. - Что я творю? - вздыхаешь и возвращаешься к своему велосипеду. - Следующие несколько дней прошли как в тумане. Ты не покидала свой мотель, за исключением чтобы купить что-нибудь поесть в магазинчике за углом. Ты пытаешься четко обозначить роль Леви в твоей жизни, и это очень сложно. С приближением субботы, ты рада, что наконец, можешь думать о чем-то другом. Ты провела почти весь день, подготавливаясь к вечеринке, которую посетит Дон Моретти. Ты надела парик с длинными, волнистыми волосами и каблуки. Макияж сдержанный, его много не надо, ведь ты всего лишь будешь официанткой. Ты выходишь на вечернюю улицу и направляешься к поместью. Удобнее было бы поехать на велосипеде, но, если по какой-либо причине Леви приедет проведать тебя, он сразу заметит, что тебя нет. Пробраться в поместье и смешаться с остальными слугами до ужаса легко. Все, что нужно - это незаметно пройти через заднюю дверь, пробраться через кухню к личным шкафчикам и стащить форму официантки. Эндрю Джонсон - хозяин вечеринки, успешный бизнесмен, поэтому у него много прислуги. Так много, что он всех не различает. Пришло время, наконец, узнать, кто в этом городе прогнил вместе с мафией. Хорошо, что тебе уже довелось работать официанткой недолгое время, так что, для тебя это все не в новинку. Ты бросила это дело через несколько месяцев из-за плохих чаевых, но примерно понимаешь, что нужно делать. Красивый большой зал заполнен людьми с подносами шампанского в руках. Джазовая группа в углу исполняет энергичную мелодию. Танцпол пока еще пустует, большинство людей заинтересованы в еде и алкоголе. За последнее, без сомнения, спасибо Дону Массимо Моретти. По залу сверкают маленькие огоньки от хрустальных люстр под потолком. Темные полы из красного дерева покрыты шелковым ковром, оставляя открытой часть в углу для танцев. Еда выставлена в линию на длинном мощном столе вдоль стены. Жареная ветчина, картофельное пюре, филе миньон, рататуи, цветной салат, свежевыловленная рыба и икра среди всего прочего. На другом столе стоит огромный торт со взбитыми сливками и свежей клубникой. Одна только еда наверняка стоит больше, чем ты можешь заработать за год. Все гости выглядят богато и радостно. На дамах коктейльные платья и небольшие сумочки. У многих на голове маленькая шляпка или своего рода украшение. Все мужчины в костюмах, многие курят толстые сигары. Ты смотришь за их общением и предлагаешь с улыбкой и поклоном шампанское, кто проходит мимо. Никто не обращает на тебя особого внимания. Дон Моретти еще не пришел. Когда тебе выдается возможность окинуть весь зал ленивым взглядом, ты понимаешь, что кое-что не учла: ты понятия не имеешь, кто все эти люди. Ты не светский человек, чтобы знать всех в лицо, поэтому никого не узнаешь. Наверняка, большинство этих людей - это бизнесмены, которые не появляются в газетах. Они дергают за веревочки за кулисами. Обращаешь внимание на других официантов и думаешь, если стоит немного посплетничать с ними, но так, чтобы не вызвать подозрения. Они-то точно знают, кто все эти люди, раз работают на Джонсона. Но потом, тебе придется объяснять, что ты новенькая, и ты не уверена, что стоит привлекать к себе такое внимание. Прошел уже почти час как ты находишься в зале и пытаешься придумать, как же узнать, кто все эти богатые привилегированные люди, и тут замечаешь группу мужчин в костюмах, зашедших в зал. Во главе их стоит пожилой мужчина, одетый по последней моде. Ты тут же узнаешь, что это Массимо Моретти, и прилив гнева пронзает тебя насквозь. Это впервые, когда ты видишь его в живую. Здоровенный мужчина: откормленный и крепко взбитый. По лицу он выглядит на свой возраст и, кажется, что ему слегка не здоровится. Не смотря на это, многие гости тут же забыли о своих делах и бросились приветствовать его. - Дон Моретти. Я польщен, что Вы смогли приехать, - мужчина в белом костюме заискивается перед ним. Другой предлагает ему сигару. Ты следишь за сумятицей. Дона не сильно захватывает все это внимание, но он принимает его без слов. С ним пришли Мануэль Моретти, Советник Марко Росси и еще несколько высокопоставленных мафиози, которых ты до этого не видела. Когда твой взгляд падает на Леви, ты чуть не роняешь свой поднос. Твои глаза расширяются, и ты ощущаешь себя так будто кто-то вылил на тебя ведро холодной воды. Леви не кутежник, поэтому ты была уверена, что он не придет. И тем не менее, вот он здесь. Его взгляд гуляет по залу с недовольством, как будто он ненавидит каждую секунду, проведенную здесь. Видимо, Дон попросил его присутствовать. Ты видишь, как мужчина в блестящем костюме подходит к Дону Моретти и пожимает его руку. Эндрю Джонсон, хозяин вечеринки. Он указывает в сторону официантов, держащих подносы с шампанским в противоположной от тебя стороне, и ты облегченно выдыхаешь. Ты не можешь просто поставить поднос и уйти, не вызвав подозрения. Нужно дождаться, пока свободный официант пройдет мимо тебя, и попросить его встать вместо тебя, пока ты «отлучишься в уборную». Тогда ты сможешь скрыться незамеченной и вернутся в мотель. Этот план с самого начала был не идеальным. Нужно было послушать Майка. Пока подходящий кандидат не пройдет мимо тебя, нужно стоять неподвижно и не привлекать никакого внимания к себе. Мафиози нет никакого дела до рассматривания обслуги, так что, пока Леви не подходит к тебе близко, все в порядке, даже если он пару раз окинет взглядом весь зал. Ты успокаиваешь себя, делаешь глубокий вдох и возвращаешься к своим обязанностям. Стараешься не смотреть слишком часто на Леви, ведь знаешь, он может это почувствовать. Ты отлично справляешься с ролью обычной официантки, не изменяясь в лице несмотря на то, что в твоем теле бушует адреналин. Это знакомое чувство, и, заведомо известно, тебе оно нравится. Этот определенный кайф от осознания того, как ты близка к тому, что тебя раскроют. Проходит двадцать минут, когда тебе удается выхватить проходящую мимо официантку и попросить встать вместо тебя. Она соглашается, хотя и неохотно, и говорит вернуться в течении пяти минут, потому что у нее есть важные дела. Ты торопливо киваешь, конечно же, скрыв от нее тот факт, что собираешься сбежать из поместья и выходишь из зала. На последок, ты осматриваешь комнату, но не замечаешь Леви. Облегченно выдыхая, скрываешься в коридоре, готовая сбежать, и тут слышишь знакомый голос за тобой. - Стоять. Ты тут же замираешь и закрываешь глаза. Тебе не нужно оборачиваться, чтобы понять, что Леви держит тебя на прицеле. - Даже не думай о том, чтобы сбеж- Это все, что ты слышишь, когда открываешь ближайшую дверь и врываешься внутрь. К счастью, маленькая гостиная, в которую ты вбежала, была пустой. Ты закрываешь за собой дверь и ищешь другой выход. Ты выбегаешь через противоположную дверь в другой коридор, поменьше первого. Бежишь по нему и как только находишь следующую незапертую дверь и открываешь ее, то слышишь, что Леви добрался до коридора. Он поворачивает голову как раз в тот момент, когда кончики твоего длинного парика скрываются в одной из комнат. Он рычит и бежит за тобой, но ты успеваешь захлопнуть и закрыть на замок дверь прямо перед его носом. Комната выглядит, будто в ней живет прислуга. Маленькая, с простой кроватью, прикроватный столик у стены. Ты быстро определяешь окно и бежишь к нему. В движении срываешь с себя фартук. Чем меньше на тебе развевающихся тканей, тем меньше возможности за что-то зацепится. Слава Богу, это только второй этаж. Когда ты уже вылезаешь в окно, Леви вламывается в комнату. Его острый, раздраженный взгляд обращается к тебе, где ты сидишь на подоконнике, наполовину уже наружу. Он поднимает свое оружие. Ты бросаешь ему маленькую наглую улыбку. Андреналин бурлит в твоей крови. Как будто Леви по зубам поймать тебя. Однако то, как он гоняется за тобой, неожиданно весело. - Адиос! Ты отдаешь ему честь, приложив ладонь ко лбу, и с легкостью свешиваешь ноги из окна. Ты спрыгиваешь и перед приземлением группируешься, делаешь перекат и встаешь на ноги. Закинув голову вверх, видишь как Леви спрыгивает со второго этажа прямо за тобой, с полным намерением продолжать погоню. Он приземляется на согнутые ноги с тихим кряхтением почти так же изящно, как и ты. Не теряя ни секунды, он встает и направляет на тебя пистолет. - Скользкая же ты штучка, - подмечает он спокойно, однако, его глаза стреляют тихим негодованием. Он не одобряет то, что ты тут заставляешь его гонятся за тобой по всему поместью. Ты безоружна, но не значит, что еще готова сдаться. - Ты не пристрелишь меня, пока не узнаешь, кто я такая и что задумала. Я знаю тебя, Капо, - самоуверенно говоришь ты, - Так что, поймай меня. Если сможешь. Ты разворачиваешься и бросаешься бежать. За спиной послышалось, как Леви низко прорычал и кинулся за тобой в погоню. Побег уже давно бы закончился успехом, но вот только ты привыкла бегать в мужских ботинках, а не на высоких каблуках. Ты успела добежать до темного заднего двора, где гости припарковали свои автомобили, когда Леви схватил тебя за руку и повалил на спину. С твоих губ сорвался тихий разочарованный возглас. Ты смотришь на него снизу вверх. Одним своим ботинком он прижимает твое плечо к земле. Пистолет все еще направлен на тебя, и ты замечаешь, что он не снял его с предохранителя. Ты была права, он не собирался в тебя стрелять. Солнце садится, и у вас осталось всего несколько минут, пока не стемнеет. Он осматривает тебя, твой парик, платье до колен, каблуки на ногах, немного румян и помады на лице. - Очевидно, ты не привыкла бегать на каблуках, - подмечает он с поднятой бровью. - Когда ты меня заметил? - Как только вошел в зал, - говорит он тебе, - Я хотел сделать вид, что не замечаю тебя, и встретиться с тобой в понедельник, но то, как ты резко решила уйти, указало мне на то, что ты можешь сбежать. Насовсем. К твоему удивлению, он убирает пистолет. Должно быть догадался, что ты безоружна. - Могу я теперь встать? На гравии довольно не удобно лежать, - бубнишь ты. Он убирает ногу с твоего плеча и встает. - Пожалуйста. Как только ты поднимаешься на ноги, делаешь тщетную попытку схватить его пистолет, но он бьет тебе по руке и быстро отталкивает от себя. - Разве так можно обращаться с леди? Он усмехается. - Говорит недоросток с огромным числом жертв на совести. Не важно, что у тебя между ног, ты все равно не леди. Ну, стоило попробовать. Ты понимаешь, что больше нет смысла убегать. Леви гораздо лучше бегает, чем ты в этой обуви. - Что ж, значит, вот оно что, в конце концов, - хмыкает Леви. - В конце концов? - У меня было несколько теорий насчет тебя. Первая, что ты женщина, вторая, что ты евнух, и третья, что тебя подослали, чтобы втереться ко мне в доверие, но ты не по мужикам, поэтому никогда не подпускала меня дальше, чем минеты. - На какой из вариантов ты больше всего рассчитывал? - Третий. Я не встречал ни одной женщины, у которой хватило бы духу так врать, чтобы присоединится к мафии. - А ты расслабился, - подтруниваешь над ним немного. Он хмыкает, слегка веселый. - Может, ты и хорошо выглядишь в юбке, но ты не сможешь накокетничать и нафлиртовать выход из этой ситуации. Говори. Ты вздыхаешь и поправляешь юбку своего платья. - Хорошо. Я девушка. Всегда умела лучше стрелять, чем быть настоящей леди. Я подрабатывала в Алабаме, посещая соревнования по стрельбе. Мой отец умер, когда мне было пятнадцать, и мать перевезла нас сюда, думала в городе женщине будет легче найти работу. Однако, ее сразила деменция. Леви молчит, пока ты рассказываешь свою свеже придуманную историю жизни. - Она уходила, проигрывала большие суммы и потом совершенно об этом не помнила. В итоге, у нас образовался огромный долг. Я старалась заработать денег официанткой и разносчиком газет, но все тщетно. И потом я узнала, что можно поднять хорошие деньги, если работать на мафию и то, что Семья Моретти набирала людей после последней стычки. - Значит, ты утверждаешь, что присоединилась к мафии из-за денег. Тогда что ты сегодня делала здесь? - Подработка, - объясняешь ты, - Я думала, ты вряд ли сюда придешь, и решила рискнуть. До меня дошли слухи, что Джонсону нужны были дополнительные люди на эту вечеринку. - Ты не достаточно зарабатываешь? - Я выплатила большую часть долга, но мне все еще нужно кормить мать и платить одинокой старушке, которая следит за ней. Я решила остановиться в мотеле, чтобы не втягивать мать в дела мафии. Леви молча взвешивает все, что ты сказала. И, наконец, вздыхает. - И ты настолько беспечна, что записалась в ряды бандитов, чтобы кормить мать? Ты вообще понимаешь, что с тобой произойдет, если кто-то узнает, что ты женщина? - Дай угадаю, меня пристрелят, да? - ты закатываешь глаза, - Я понимала все риски, когда зашла в тот день в кофейню. Я застраховала жизнь перед этим, понимая, что меня могут обнаружить и убить. Леви стиснули зубы, что-то обдумывая. Затем он достает свой пистолет, направляет на тебя и заводит курок. - Уходи. Забирай свою ма и уезжай из штата. Никто не узнает тебя в женском обличье, у тебя получится. Я скажу остальным, что Исаак ушел и, тем самым, поставил на себе крест. - Нет. Мне нужны деньги, - споришь ты. Леви подходит ближе, нависая над тобой. - Уходи. - Нет. Ты придвигаешься к нему, ни капли страха в твоем взгляде. Как будто Леви пристрелит тебя после твоей истории. Если бы он хотел это сделать, то сейчас не спорил бы с тобой. Он рычит. Этот угрожающий рык, от которого у тебя мурашки бегут по телу. Последние лучи солнца заходят за горизонт, оставляя вас приближающейся темноте. Ты чувствуешь ствол его пистолета, который прижимается к твоему виску, и сглатываешь. - Стреляй, если должен, но я не уйду, - говоришь ты, глаза прикованы к нему. Ты не можешь сдаться сейчас. Административная встреча уже скоро. Возможно, ты ослеплена местью, но словно на мельнице, тебя подхватило на веретило, и твоя воля уже тебе не подчиняется. Призраки твоей семьи преследуют тебя уже более десяти лет, и это единственный способ отвоевать себе спокойный сон обратно. Снова чувствовать себя человеком. Леви пытается прочитать твои эмоции, и когда он замечает боль, в его взгляде мелькает забота. - Как тебя зовут? По-настоящему. - Джесси, - быстро придумываешь ты, - Джесси Уильямс. - Тебе не восемнадцать, да? - Двадцать. Леви немного расслабляется после твоего ответа. Ты хотя бы уже не подросток. - Что ж, Джесси, - имя звучит странно, когда его произносит Леви. О, как бы ты хотела чтобы он назвал тебя Ида, - Если ты не соглашаешься уходить, я обязан тебя пристрелить. Позволить женщине работать в наших рядах было бы слишком рискованно и это обесчестит всю Семью. - Тогда стреляй, - спокойно говоришь ты, - Я не боюсь умереть, Леви. Жаль лишь, что это ты меня пристрелишь, - после стольких раз, когда он сохранил тебе жизнь. Он придвигается ближе, так близко, что ты чувствуешь его дыхание на своем лице. Он на взводе. - Последнее предупреждение. Я выстрелю. - Давай, - берешь его на слабо. Леви сжимает зубы и ловким движением убирает пистолет на место, хватает тебя за шею и притягивает в поцелуй. Маленький, испуганный всхлип вылетает у тебя изо рта, и вот ты уже обвиваешь свои руки вокруг его шеи и притягиваешь ближе к себе. Раз тайное стало явным, тебе нет смысла сдерживаться. Если тебе суждено умереть в скором времени, ты хотя бы хочешь узнать, каково это быть с мужчиной, который вызывает в тебе столько чувств как Леви. Он обхватывает своей собственнической рукой твою талию. Другой достает ключи от машины, находит ее и открывает дверь задних сидений. Запихивая тебя внутрь, он следует за тобой и захлопывает дверь. Даже если кто-то придет на задний двор, полумрак вечера отлично вас скрывает. Он останавливается и рассматривает тебя, твою форму официантки, каблуки, парик. Его глаза темные и возбужденные. Ты ожидаешь, что он сразу накинется на твою форму и разденет тебя. Однако, он хватает твой парик и кидает его на переднее сидение. - Тебе больше идут короткие волосы, - отвечает он на твой вопросительный взгляд. Ты смеешь немного улыбнуться на это. Пульс бешено отдается у тебя в ушах, потому что ты понимаешь, что теперь тебя ничего не останавливает. Ты берешь свое достоинство и откидываешь его в сторону. Лицо Майка Захариуса всплывет у тебя в голове, но только на секунду. Твой взгляд прикован к Леви, и ты лишь прогибаешься в спине и раздвигаешься нетерпеливые ноги, когда чувствуешь требовательную руку, движущуюся вверх по внутренней части твоего бедра под подолом платья. Взгляд Леви твердый. Он встает на колени перед тобой, его глаза следят за каждой эмоцией на твоем лице, когда его рука ласкает твое бедро. Ты хочешь его, и погоня, и пистолет у твоей головы только разожгли в тебе больший огонь. - Капо, - выдыхаешь ты, дыхание сбивается. Он близок к тому, чтобы узнать, насколько ты уже мокрая. Твое нижнее белье почти хлюпает. Леви ухмыляется и убирает свою руку. Он наклоняется над тобой, его рука хватает твое горло, и вот он так близко, что ваши дыхания переплетаются. - Это ничего не меняет. Ты все еще моя, - говорит он с безжалостными, собственническим тоном в голосе. - Да, - шепчешь ты, прежде чем успеваешь остановить себя, - Не смей быть мягче со мной, только потому что ты узнал мой секрет. На это Леви стонет и сталкивает ваши рты вместе. Его язык врывается глубоко в твой рот, крадя воздух, и его руки хватают перед твоего платья и разрывает его. Ты слышишь, как пуговицы разлетаются по салону, и тебе все равно. Ты стонешь от наслаждения, открываешь свой рот для его языка и держишься за его плечи для поддержки. Ты испытываешь трепет под нетерпеливыми руками Леви, которые расстегивают твой бюстгальтер. Он стягивает с тебя тонкую ткань и берет в руки твою грудь. Он один раз сжимает ее, прежде чем дотронуться кончиками пальцев до сосков. Ты снова стонешь в его рот. Для тебя все это в новинку. До этого ты всегда фокусировалась только на том, чтобы удовлетворить Леви, все, что он сделал однажды - это засунул пальцы тебе в зад. Теперь, однако, он зацикливается на твоем теле. Его пальцы дразнят твои соски, пока те не затвердевают. Тогда он разрывает поцелуй, оглядывает тебя и бросается на твой сосок. У тебя сбивается дыхание, твоя рука по инстинкту тянется к его голове, и ты почти хнычешь, когда чувствуешь его язык вокруг чувствительного ореола. - Капо, - ты немного взволнована, потому что никогда не испытывала такого интимного наслаждения. Тебя что-то пугает в этом. - Все хорошо. Ты принадлежишь мне, поэтому позволь мне взять, что мое, - отвечает он, его голос раздражающе ровный. Он отодвигается, его влажное дыхание обдает кожу на твоей груди и отправляет мурашки по всему телу. Он поднимает взгляд на твое взволнованное лицо, и ты краснеешь еще сильнее . Он берет твою руку и кладет ее на бугорок на своих штанах. - Трогай меня, - приказ, и ты моментально подчиняешься. Такая знакомая длина его члена, уже полностью эрекцированная в его штанах. Столько раз ты трогала его и удовлетворяла, но сейчас чувствуешь себя взволнованной больше обычного. Леви рыщет зубами по твоей шее, пока не находит пульсирующую точку. Он кусает ее, затем посасывая укус, а его рука бесцеремонно задирает твой подол и ложится на твой чувствительный пах. - Ты мокрая, я уже чувствую это, - он шепчет в твою шею. - Такой грязный язык, - шепчешь ты, твой голос слегка дерганый. - Тебе это нравится. Ты только что стала еще мокрее, - подмечает Леви. Он отстраняется от тебя и помогает присесть. Ты убираешь свою руку от его члена и снимаешь пиджак с плеч. Потом начинаешь расстегивать его жилетку. Он позволяет тебе раздеть его верхнюю часть тела и обезоружить, однако, он оставляет пистолет в легкой доступности, если он вдруг понадобится. Ты восхищаешься его подтянутым телом, твои руки движутся вниз по мраморно белой коже. По собственной прихоти, ты наклоняешься и целуешь его грудь, боготворя его тело своим ртом. Леви запускает руку в твои волосы и сжимает их. Такой знакомый жест заставляет тебя расслабиться. Чем больше времени ты проводишь с Леви, тем больше убеждаешься, что тебе нравится, когда с тобой обращаются настойчиво. Ты совершенно не знаешь, что ожидать от него, но тем не менее, даешь полный контроль над своим телом, когда вы вдвоем таким образом. Твой рот, жадный и влажный, покрывает каждый сантиметр его обнаженного тела, твои руки обхватывают его сзади, и ты царапаешь его вдоль позвоночника. Он издает стон и хватает твои трусы. Ты послушно приподнимаешь бедра и позволяешь стянуть их с себя. Твое сердце стучит так громко и быстро, что ты испытываешь небольшое головокружение. Рукой в твоих волосах он оттягивает твою голову назад и наслаждается видом твоей меченной шеи. Его бушующие и властные глаза сверлят твои. Ты знаешь этот взгляд. Сколько раз ты уже видела его на себе? - Раздвинь ноги. Ты сглатываешь, дыхание сбито, и подчиняешься. Леви толкает тебя обратно на сидение и с удовольствием наблюдает, как ты удивленная, но, бессомненно возбужденная, стонешь в ответ на грубое отношение. Он хватает твои бедра и поднимает их вверх, прижимая к твоей груди и наклоняется посмотреть на твою промежность. Ты тут же чувствуешь себя неуверенно. Ты никогда не раскрывалась так перед чьими-либо глазами и начинаешь переживать. Ты достаточно чистая там? Все выглядит нормально? Вдруг влага слишком отталкивающая? Тебе не нужно волноваться. Леви отпускает твои ноги. - Держи их там, - приказывает он, и, не смотря на твое волнение, ты киваешь и тянешься своими руками придерживать ноги, чтобы они ему не мешали. Ты не представляешь, что ожидать, но когда чувствуешь, как несколько тонких пальцев нежно двигаются вверх и вниз между твоих складок очень легким касанием, то не можешь сдержать страстного стона. Леви собирает немного твоей влаги и каждый раз, когда он проводит по чувствительному узелку твоего клитора, ты забываешь, как дышать. После нескольких дразнящих касаний, Леви останавливает свое внимание на клиторе. Ощущения одновременно чудесные и выбивающие из колеи. Ты никогда ничего подобного не испытывала. Как и для любой другой женщины твоего времени, мастурбация - это предосудительное действие. Поэтому это первый раз, когда тебя ласкают так. Леви двигает голову к твоей груди, ртом накрывает сосок, и язык стремится подразнить его, ты издаешь приглушенный стон. Он начинает двигаться целенаправленно. Его пальцы делают стабильные круги вокруг твоего клитора, он осыпает поцелуями всю твою грудь, облизывая и покручивая твои соски по очереди. Тебя накрывает прилив ощущений: твое тело начинает немного трястись, ты дергаешься каждый раз, когда он дотрагивается до тебя определенным образом, ты стонешь и еще больше сбиваешь дыхание. - Капо, - шепчешь ты своим дрожащем голосом. Его ответ - схватить твое горло и прикусить сосок, достаточно сильно, чтобы вырвать из тебя внеочередной всхлип. Твое тело напрягается под умелыми пальцами Леви, которые ловко лишают тебя какой-либо связанности. Странная волна спокойствия накрывает тебя, твои глаза слегка наполняются слезами, и сознание как будто ускользает от тебя. Ты приближаешься к чему-то, но ты не знаешь, что это, и если бы не спокойные, властные руки Леви, держащие тебя и касающиеся твоего тела, ты, скорее всего, была бы в истерике. Сейчас, однако, ты просто закрываешь глаза и все отпускаешь. Искра сбегает по твоему позвоночнику, ты видишь вспышки, и все твое тело напрягается, когда он еще раз касается твоего клитора. Твои мышцы сокращаются несколько раз и потом расслабляются. Ты невольно отпускаешь свои ноги и тянешься к Леви, твое тело слегка дергается на сидении, как осенний лист, пока проходит твой первый оргазм. Леви отвечает на твое безмолвное приглашение и целует тебя, немного нежнее, чем обычно. Он дает тебя успокоиться, прежде чем разорвать поцелуй. Его глаза все еще темные и полны желания, и когда ты чувствуешь его стесненную в штанах эрекция, надавливающую на твою чувствительную промежность, твои веки дрожат. Ты видишь, что он смотрит на тебя с вопросом. Позволишь ли ты ему трахнуть себя? Леви помогает тебе стянуть с него штаны. Он следит за тобой, как ты обхватываешь его талию ногами, и он неожиданно хватает твою шею, его большой палец поглаживает горло. - Ты уверена, что хочешь этого? - спрашивает он, его голос тяжелый, - Если ты отдашься мне, я никогда больше не отпущу тебя. Не позволю кому-то другому к тебе прикасаться. Я убью их. Предашь меня, и я убью тебя. Твои глаза прикрыты от возбуждения. Где-то далеко в сознании ты понимаешь, что собираешься убить Леви через две недели, и неважно, какой сейчас дашь ответ, это ничего не изменит. Через две недели или ты убьешь его, или он тебя. Несмотря на это, мысль о том, чтобы поклясться ему в верности на вечность, будоражит тебя. Может, стоит быть напуганной? Он безумен. Но потом, ведь и ты тоже. - Возьми меня, Капо. Я твоя, - отвечаешь ты. Он проводит большим пальцем по твоим губам и запечатывает поцелуй, такой требовательный, что сложно дышать. Он пристраивается поудобнее и входит в тебя одним толчком. Это далеко от худшей боли, которую ты испытывала, но все равно сжимаешь глаза и вскрикиваешь в его губы, когда чувствуешь, как твои стенки растягиваются вокруг него, стремясь подстроиться под его толщину. Он останавливается, томно целует тебя, пока ты медленно расслабляешься под ним и привыкаешь к его члену. Боль в итоге отходит, и ты расслабляешь мышцы. Леви не двигается еще секунду, а, затем, отводит свои ягодицы, только чтобы снова вернуться обратно, выбивая из тебя последнее дыхание. - Черт, - выдыхаешь ты и облизываешь свои губы. - Разве леди могу так выражаться? - подначивает тебя Леви. Ты стреляешь в него взглядом. - Ты сам сказал, никакая я не леди. Если ожидаешь, что я начну вести себя по-другому, как пафосная девица, потому что ты теперь знаешь мой секрет, ты сильно ошибаешься. Я все равно буду безумным сквернословящим сукиным сыном. - Отлично. Ваши губы соприкасаются снова, он хватает твои бедра и начинает толкаться в твой жар медленными уверенными толчками. Ты настолько мокрая, что он без проблем проникает в тебя и каждый раз все глубже и глубже. В самом начале, ты не испытываешь удовольствия, но оно потихоньку нарастает с каждым новым толчком. Ты кусаешь его нижнюю губу, царапаешь его спину и сжимаешь ногами так сильно, как только можешь. - Продолжай, - выдыхаешь ты. Леви последний раз входит в тебя до конца, а, затем, меняет движения на короткие толчки. Это срабатывает как магия. Ты тут же закидываешь голову назад. Все еще чувствительная после своего первого оргазма, ты действуешь по наитию, когда тянешь свою руку ниже. Леви приподнимается на свои колени и смотрит зачарованный, как ты легко отбрасываешь в сторону порванный подол своего платья. Он продолжает проникать в тебя небольшими, точными движения и в момент, когда ты касаешься своего клитора, твое дыхание замирает. Эти ощущения прекрасны. Мысли переплетаются, и ты открываешь глаза, чтобы посмотреть на его неистовое выражение. Он прекрасен. Его место над тобой, в тебе, повсюду. - Леви, - шепчешь ты, услышав свое имя, он стонет, его хватка на бедрах усиливается, наверняка останутся синяки после и начинает двигаться быстрее. Лаская твои стенки под тем невероятным углом, от которого тебе так хорошо, он вдалбливает тебя в сиденье, наблюдая с открытым возбуждением и восхищением, как твоя рука исступленно двигается на клиторе. Твое распутство велико, даже для него. Женщины, с которыми он обычно спит, тихие и скромные, зацикленные на том, чтобы выглядеть красиво. Ты, однако, очень соблазнительное сочетание бессовестной мокроты и преданного подчинения, от которого он не в силах оторваться. Ты близка, и в этот момент ты не медлишь. Ты хочешь этого чрезмерного удовольствия, ты гонишься за ним как безумец, и когда ты, наконец, у края, то скидываешь себя без раздумий, твое тело извивается. Леви сжимает зубы, когда в один момент ты становишься невыносимо узкой вокруг него. Твои мышцы как будто хватают его, и трение сводит его с ума. Когда ты перешла пик наслаждения, то расслабляешься вокруг него, он продолжает двигаться. Наклоняясь, он опирается на локти с обеих сторон твоей головы, не давая тебе отодвигаться от него, пока его бедра вбиваются в твой ослепительно жаркое тело. Ты смотришь на него снизу вверх с преданными, полуприкрытыми глазами, твое тело поддается вперед, встречая его требовательные толчки. - Я твоя, - говоришь ты, и твои слова заставляют его двигаться еще жестче. Он хватает тебя за шею, целует тебя, и ты чувствуешь, как его тело напрягается. Ему хватает достоинства вытащить в последнюю секунду, едва-едва. Ты чувствуешь, как что-то теплое растекается по твоим ляжкам. Вы оба замираете, чтобы перевести дыхание. Затем, Леви отодвигается от тебя и начинает собирать свою одежду, как будто неожиданно понимая, где вы находитесь. Ты одеваешь обратно свой бюстгальтер. Леви застегивает на себе кобуру, заканчивает одеваться и достает платок, чтобы вытереть сперму с твоих ног. Он подает тебе твои трусы, и ты натягиваешь их. Платье полностью испорчено, ничего не сделать с этим. Леви понимает это, поэтому он накидывает свой пиджак на твои плечи. - Прикройся этим. Он выходит из машины, чтобы обойти ее и сесть на водительское сидение. Ты перелезаешь на переднее пассажирское сидение, чувствуя себя лишь немного озадаченной. Ты не можешь прочитать выражение Леви. Позволит ли он тебе работать на мафию? - Я отвезу тебя обратно. Перестань искать подработки. Если кто-то тебя узнает, это конец. - Леви смотрит вперед и начинает ехать. Ты безмолвно киваешь. - Если тебе понадобятся деньги, скажи мне. Ты опасливо смотришь на Леви. - Хорошо. - Если тебя разоблачат, ты сама по себе. Я не буду защищать тебя. - Я знаю. - Все еще не поздно убежать. - Не буду. Леви вздыхает. - Слушай.. - Ты можешь продолжать докучать мне этим, но мой ответ всегда будет нет. Мне нужны деньги, и никакая другая работа не платит так хорошо. Или, может, ты хочешь, чтобы я начала ублажать мужчин? - сухо спрашиваешь ты. - Не глупи. Я буду отправлять тебе деньги. - Ты предлагаешь обеспечивать меня, даже если я уеду из штата, и мы никогда не увидим друг друга? - спрашиваешь ты, уже более озадаченно и скептично. - Кто сказал, что не увидим? Я буду навещать тебя. - Леви, если ты не собираешься жениться на мне, перестань опекать меня. - Хорошо. - …Что? - ты поворачиваешься к нему с ошеломленным выражением. - Я женюсь на тебе. - Ты совсем рехнулся уже? - шипишь ты, шокированная. - Я уже сказал тебе. Ты отдала себя мне. Я никогда тебя не отпущу. Ты моя женщина, так что, это логично, если я женюсь на тебе. - спокойно говорит Леви, ведя машину. - С чего ты вдруг так жаждешь остепениться со мной? Тебя это не интересовало, когда ты считал меня парнем, - подмечаешь ты, игнорируя как твое лицо краснеет. Почему-то от этого более неловко, чем то, что ты сейчас делала на заднем сидении. - Разве я мог жениться на тебе, когда считал тебя парнем? - Хватит этой чуши, ты относился ко мне как к куску дерьма. - Только потому что это тебя так сильно заводило, - подкалывает в ответ Леви. - Тебе просто нужно было разрядиться, - отвечаешь ты. - Однако, я не спал ни с кем другим, - спорит он с тобой, - Не знал, что ты хотела полуночных серенад и цветов. Я мужик, и мне это не нужно, поэтому я предположил, что и тебе так же. - Нет, твой подход изменился. Ты никогда не любил Исаака, однако, ты стремишься угодить Джесси. - Кто сказал, что я не любил Исаака? - Ты серьезно сейчас? Ты, очевидно, не любил меня как парня, - вздыхаешь ты. - Если ты намекаешь на тот факт, что я думал, что у тебя член между ног, и это заставляло меня колебаться, то да. Это незаконно, и мафия не стерпит такие извращения. Но это не значит, что у меня не было к тебе чувств. Ты не до конца убеждена в его словах, но опускаешь эту тему. Через две недели все закончится, поэтому, говорит Леви правду или нет, не имеет значения. Он останавливается у твоего мотеля. - Я прошу тебя в последний раз. Уезжай из Висконсина, выйди за меня замуж и позволь тебя обеспечивать, - пытается он в последний раз. Знал бы он, что он не первый, обратившийся к тебе с таким предложением. И как в случае с Майком, твой ответ не меняется. - Увидимся на работе в понедельник, Капо, - говоришь ему. Ты получше заворачиваешься в его пиджак и выходишь из машины. Он отпускает тебя, ты чувствуешь его глаза на себе, пока не скрываешься за дверьми мотеля.