Кровавые краски

— Бинго, Джисон-и! — кричит Феликс, поправляя что-то в тетради черной ручкой, зачёркивая и переписывая. — И какую ересь ты придумал на этот раз? — Джисон подходит со спины, и опирается одной рукой на спинку стула, другой держа чашку с кофе, что не даёт закрыть эти чёртовы глаза. — Короче, Хван, убил Енджуна, расчленил его тело, а после– выкинул куда-то ошмётки, а само тело сожрал! — Надо ограничить твой доступ к тик току и домашнему вайфаю... — закатыет глаза. — Не-е-ет! Мне кажется это вполне реально! Он тогда очень странно отреагировал на то что Енджуна разыскивают! — Чел, он тебе помог, ты совсем ебанулся? Может ты опять под спайсом, м? — начал настойчиво заглядывать в глаза. — Я пытаюсь понять, что не так с ним... Уж слишком он подозрительный — твердил своё Феликс. — Чего в нем такого подозрительного? — Джисон был явно озадачен. — Вот чем — на стол вылетел теыон, с открытым объявлением в местных пабликах, что было выложенно месяцы назад, — в тот день, он мне сказал что Енджуна сбила машина, насмерть, зачем ему нужно было врать мне про его смерть? Здесь что-то не так — продолжил Феликс. Джисон аккуратно взял телефон, увеличивая и всматриваясь в фотку на гаджете. Телефон упал опять на стол, а во взгляде Хвоста читалось явное «А-Х-У-Е-Т-Ь». — Вот видишь! — вновь начал Феликс, отводя взгляд вновь к тетради, опять исправляя что-то. И ведь да. Вы не поверите, но Джисон и Феликс помирились! Звучит как какая-то глупая шутка, но это так. После той ночи в доме Хвана, на следующее утро Феликсу написал Сталкер. Писал о том как Джи компасировал ему мозги всю ночь, о том как заебал его со своей тревожностью, и о том как он заебался. Феликс был вахуе, ведь Хвост за него переживал! Это заставило их наконец поговорить, и в итоге разговора, парни решили что не будет таить друг на друга обиду, а просто начнут все с чистого листа.

***

— Куда наша принцесса собирается? — Хван оперелся о дверной косяк, и сложил руки на груди. — Подальше от тебя! — радостно хихикнул Феликс, складывая последнюю футболку в небольшую сумку. — И куда? — вопросительно поднял бровь Артист. — А вот тебя это ебать не должно! — Весело закинув сумку через плечо, Феликс направился к входной двери. Но не тут-то было. Феликс почувствовал характерную боль в запястье, что продирала от кончиков пальцев на ногах, до самой головы. Феликс резко обернулся, посмотреть – что вызвало такое неприятное чувство. Хван намертво держал Феликса, прямо как тот день. По взгляду казалось что тот сейчас убьёт Феликса, либо же закопает заживо на соседнем кладбище. За те пару дней что Феликс жил у Хвана, он отлично запомнил этот взгляд... Взгляд что продирает до самой дрожи, взгляд по которому кажется что ты уже больше не жилец. А самое главное, что этот взгляд был только в определенные случаи. Случаи дикой ревности. Хван буквально мог продавать любого на своем пути, и это до мурашек что бегут от пяток до самых кончиков волос, жутко. Жутко во всей смыслах этого слова. Феликс буквально как жертва, а Хван – хищник, что сейчас набросится на эту жертву и разорвет ее на малейшие части. За все эти дни совместного проживания Феликс отчётливо запомнил именно этот взгляд.

***

24 день по счету как Хван и Феликс не пересекались. У Феликса Даша на легке! Тот как белый, пушистый котенок бугает из угла в угол, и радуется беззаботной жизни студента. Общага сосет хуй. Феликс живёт с Джисоном. С ним (слава тебе, Господи!) Отношения на удивление спокойные, Хан не испытывает к Феликсу никакого романтического желания, не просит вернуть отношения, а что самое главное — не домогается! От Сталкера Ли получает весточку и признаки его жизни (что уже огорчает) конечно же через Джинсона, когда тот с ноги врывается в комнату, крича на всю Ивановскую «Он мне написал «отсоси — потом прост!» представляешь какой козёл, а?!» А Хван... Да кому он нахуй сдался?! Пусть лежит на полу своего вялого гадюшника, и жалуется на свой глупый, недотрах. Феликс этому и рад. Жизнь налаживается! А это самое главное! Не зря мама говорила что «за черной полосой всегда следует белая» и видимо у Феликса наконец настал через белой полосы. По крайней мере настроение было прекрасное до одного момента. Хан Джисон, по совместительству — бывший Феликса, его лучший друг, и его заклятый враг, и вообще шут гороховый! Пропал. Пропал без вести. Буквально испарился. Будто сквозь землю провалился. И не сообщения, не зацепок. Феликс, возвращаясь с шараги, со словами «я сдал, сосать!», а Джисона дома и след простыл. В квартире идеальный порядок, вещи на месте, ничего подозрительного. Феликс уж подумал что тот смотаться к Сталкеру ебаться на ночёвку... Только вот сам Сталкер сказал что его последнее сообщение было «Иду гулять на озеро! Не теряй :3». В тот же вечер, поисковая бригада из Сталкера, Феликса и Драйвера прошертило все озеро вдоль и поперек, но Джисона будто стёрли с лица этой земли. Его нету нигде. В сети парень не появился даже спустя двенадцать часов, в полицию идти бесполезно, три дня не прошло, так что за дело пропавшего без вести, никому не известного и ненужного парня-подростка не будет. Сам найдется, небось убежал на вписку, нанюхался чего-то и валяется где-то. Только вот они знают. Знают что Джисон так не мог. Он не мог уйти куда-то просто так, на это всегда была причина, он бы кого-нибудь но предупредил! Только от Джисона не весточки, не зацепки, не рубца! Ну не мог же Джисон и вправду испарится. Одна зачемпка то должна быть. Хвост не настолько умный чтобы продумать побег настолько хорошо. Да и убегать от чего? Жизнь прекрасна, у него не было заклятых врагов, Рокстар вел себя прилично, они редко ругались, а если и ругались то лись на тему «Хан Джисон, ты какого зуя кружку не помыл, еблан?!». С чего бы ему резко сбегать? Самое странное, что после пропажи Джисона, из сети резко пропал Хван. Сталкер говорил, что те месяцы тот написавал ему, да и Сталкер был не против общения, только вот слишком резко оно прекратилось... Феликс вновь у берега озера... Такое красивое место, рядом стоит такой прекрасный и скорее всего многолетний дуб, что бросает свои листья прямо на водную гладь, разбрасывая их то тут то там. Феликс ходит около местных домов, то и дело стуча в колитки и спрашивая у выходящих постирать на источник шума хозяев, не видели ли он парнишку. Все как один отвечали что нет и никогда не видели такого в их округах. Лишь одна, довольно пожилая женщина, сказала что ошивался в тот день одни парень около озера, в серой худи, хмурый и сутулый, с русыми волосами, и милыми щёчками. Бинго! Это точно Джисон, с милыми щечкам в округи лишь он один. — Извените, но вы не видели куда он ушел потом? — немного дрожащим тоном спросил Феликс, смотря в глаза женщине, что тепло улыбалась и внимательно слушала юношу. Феликс нервно перебирал свои же пальцы, что тряслись как осиновый лист и на ветру, выжидая ответа от женщины, что резко задумалась. — Потом к нему подошёл парань в вроде красной такой атласовой рубашке, и брюках черных, с черными волосами. — после раздумий выдала женщина, и вновь улыбнулась. — А лицо? Лицо вы видели? — с надеждой в голосе спрашивал Феликс. Одна зацепка но уже есть! Его увел какой-то парень, осталось выяснить лишь кто... — Спасибо вам огромное, вы нам очень помогли! — Феликс попытался радостно улыбнулся, и скорее всего эта была более жалкая чем радостная улыбка. — Ой да не за что, Я тут единственная которая хоть немного следит за порядком — ульбнулась в ответ женщина. Феликс от безысходности решил ещё раз прогуляться до этого злощавого озера, будто бы наделся найти хоть что-нибудь ещё, кроем слов одной единственной пожилой женщины... Выйдя на этот берег, оставляя следы по мокрому песку, что находился рядом с водой, Феликс принялся взглядом провожать, прекрасный малиновый закат, что манил своими красками, словно художник что рассказывает новую и новую каплю краски на палитру, чтобы смешать новые цвета и принятия водить ими по холсту. Это место было похоже на Джисона, от него веяло Джисоном, любое воспоминание из этого мета было связанно с Джисоном, слово он и был этим местом, и сейчас наблюдал за Феликсом. Холодный ветер протирал до дрожи, и Феликс по сильнее спрятав в один единственный карман мягкой, флтсовой худи руки, принялся уже было уходить. Но не тут то было. На закате, что провожал солнце, рядом со свежими следами Феликса, лежал браслет. Красивый, с переплетением красных и белых бусин, где по середине, английсJisungкими буквами в виде бусин было написано «Jisung», увидев это, у Феликса глаза сразу по пять копеек. Парень в спешке ищет телефон по карманами джинс, и когда наконец находит заветный гаджет, сразу же начинает искать в книге контактов нужный номер. — Чан! Бери Сталкера, и тащите свои задницы на озеро! Срочно! — кричит Феликс, в попыхал подбирая браслет. Этот браслет Феликс сделал Джисону ещё в 7 классе, когда перевелся в класс Хвоста. Тот сразу сдружился с ним, и начал поддерживать, и даже защищать от местных задир класса, по этому Феликс в символ благодарности среде ему этот браслетик.

***

—Что по дедлайнам? — Прошла ГРЁБАННАЯ неделя, а наше расследование на счёт пропажи Джисона не сдвинулось с мертвой точки не на шаг! — ходил по комнате Феликс, из угла в угол. — Может мне попросить отца? У него есть какие-то связи в полиции, может они смогут что-то найти? — Чонин почесал затылок, раздумывая над чем-то. — Не-е-ет... Нинни, ты ведь знаешь как работает наша полиция, она только за подачки и пончик в шоколадной глазури поездят по району с мигалками, и хуй нам! — заныл Сталкер. — Кто у нас есть высокий, с темными волосами, и с красной атласной рубашкой в гардеробе... — Феликс озадаченно почесал подбородок.

***

Мычание. Не приятное, агрессивное, громкое мычание. — Сука, ты можешь не орать?! — Хван схватил того за волосы, аккуратно кладя кисти в воду, что уже сквозь и плошь пропиталась красным цветом. — Я пытаюсь тебя написать! — тот резко дёрнул в сторону из-за чего из шеи несчастного парня вырвался характерный хруст. Хван схватив с пола одноразовый скальпель, что пал в неравном бою, сделал ещё один порез, из которого сразу же, как следы за лезвием начали выступать небольшие капельки крови, что скатывались по коже и падали на белый и чистый диван. Хван, взяв кисточку и повозив ею на порезе, вновь вернулся к холсту, одной рукой возя кисточнокой по холсту, а другой держа за запястье бедного парня, чья рука истекала кровью из многих порезов, и невероятно треслась словно осиновый лист на ветру, в морозлую погоду. Из-за того что другая рука держала дрожащее запястье, та рука что водила кисточкой по холсту то и дело промахиваясь мимо линий, что до безумия раздражало Хвана. — Ты у нас отстаешь в развитии, или просто забывчивый?!? — вновь начал повышать голос Хван, — Я тебе сказал, не м-е-ш-а-т-ь мне!!! — вновь истерический крик. Парень был до жути на пуган, рот был перевязан тряпкой, на глазах были большие капли слёз, что текли ручьем из глаз, словно кристаллы переливаясь на тусклом свету и отдавая блики. — Хах, неужели тебе страшно, Джисон-и?