Потерянная

      Наскоро собравшись, Элина вышла в главный зал, где собрался уже практически весь храм. В отличии от вчерашнего дня, когда информация туго усваивалась в голове, сейчас она довольно быстро разобралась в ситуации.       В её комнате был наместник. Наместник в одежде садовника. И они с Ами явно были знакомы. Это третий наместник? Или один из этих двоих решил познакомиться заранее? Хотя, судя по их разговору, они явно были знакомы уже довольно давно.       Проворачивая в голове услышанное недавно, Элли вспомнила важную зацепку: тот наместник сказал о том, что Сайлос — лучший воин его храма. Только в одном храме официально существовали воины. Выходит, её догадка о третьем наместнике была не верной, и в её комнату наведался сам Каин. Мысль об этом вызвала судорожный вздох.       Выходит, Сайлос — лучший воин храма Войны. В другое время эта новость вызвала бы у девушки страх, или, как минимум, желание держаться подальше, но глупое сердце решительно протестовало. Он множество раз поддерживал её, и клялся перед наместниками, что никому не говорил об их разговорах, спас её от Дани, сторожил её всю ночь… На лице против воли появилась улыбка. Её сон охранял лучший на свете воин. Кто ещё в этом храме мог похвастать подобным?       С другой стороны, новость о медальоне…       — Ты приревновала. — Ами появилась рядом с девушкой будто из ниоткуда.       — Что?       — Когда несла ту ересь про меня и Сайлоса. — во взгляде сестры отчётливо читалось странное веселье. — Это точно была ревность.       — Вовсе нет! — вспыхнула Элли. — Я просто хотела убедиться…       — Ну да, ну да, конечно я тебе верю, — Ами буквально изливалась сарказмом. — Никакой ревности, разумеется…       — А вы чего так разругались? — перевела тему Элина. — Вас же весь этаж мог услышать!       — Вряд ли. В коридорах такой шум стоял. Пока мы шли к твоей комнате, даже друг друга не слышали. — беззаботно отозвалась Аматея.       Элина едва не уронила челюсть. Да что с ней сегодня? Отец вернулся, храм посетили сразу два наместника, а ей будто и дела до этого нет! К тому же, так легко относиться к секрету, который всё это время хранила, это нормально?       В голове снова возникли подробности недавней ссоры. Погодите-ка…       — И давно ты знакома с наместником Войны? — сузила глаза девушка, перейдя на шёпот.       — Ну… Давненько, да. — нервно улыбнулась Ами.       — Так это к нему ты сбегала в лес? — Элина с трудом сдержала смех, увидев лицо сестры. Ами смотрела на неё так, словно сестра с лёгкостью раскрыла самый хитрый её план.       — Не только. — недовольно пробурчала она.       — Так ты и других наместников тоже…       — Нет. — отрезала девушка. — Я знаю только Каина.       — И давно вы с ним вместе?       — … Что? — Ами уставилась на сестру с искренним непониманием во взгляде.       — Элина! Аматея! — за разговором девушки не заметили, как в зал зашёл Верховный жрец. Мужчина радостно улыбался, знаком подзывая девушек к себе. Краем глаза Элли заметила, как Ами натягивает на лицо улыбку, и последовала её примеру.       За Верховным жрецом в храм зашли наместники. Элина слегка приподняла бровь, заметив Каина. Ранее она видела его совершенно другим, и дело было не только в одежде. Украдкой она взглянула на сестру, но та уже надела на себя маску непонимания происходящего, и широко хлопала глазами, как большая кукла.       Увидев стоящего за наместником Сайлоса, Элли забыла, как дышать. Юноша переоделся в бордовые одежды храма Войны, поверх которых был надет лёгкий доспех. Волосы были аккуратно зачёсаны назад, открывая лицо парня, а его взгляд был устремлён прямо на неё. В его тёмных глазах буквально плескался немой вопрос. О чём он хотел её спросить? Ему было интересно, как она отреагирует?       Элина вздрогнула, почувствовав, как Ами наступила ей на ногу, и встретилась взглядом с отцом, который смотрел на неё с лёгким удивлением. О Боги, он кажется что-то спросил!       — Элина с самого утра готовилась к вашему приезду, отец, — улыбнулась Аматея.       — Да, — поспешно кивнула головой девушка. — Прошу простить, я очень переживаю по поводу сюрприза… — она отвела глаза, изо всех сил молясь Илайн о том, чтобы ей поверили.       — Сюрприз? Ох, дитя, я буду рад любому твоему подарку, нет нужды так переживать! — рассмеялся Верховный жрец. — Прошу вас, это моя старшая дочь, Элина, — повернулся он к наместникам.       — Ох, она и правда милашка! — воскликнула обворожительная девушка с зелёными волосами. — Меня зовут Микаэлла, я наместница Богини Изобилия.       — Каин. Наместник Бога Войны. — коротко поклонился юноша. Элина поклонилась в ответ. Подумать только, и это он каких-то полчаса назад стоял в её комнате в одежде садовника. В тот момент она бы легко перепутала его с любым другим рабочим, но сейчас она буквально всем телом чувствовала странную ауру, окружавшую наместников. Это проявление божественной силы? Но почему тогда у Ами такого нет?       — А это моя младшая дочь — Аматея. — Элли заметила, как улыбка на лице Верховного жреца заметно угасла. Он точно не хотел этого делать. Он бы скорее отрубил себе руку, чем начал знакомить Ами с наместниками.       — Надо же, они обе такие миленькие! Но, как ты себя чувствуешь? Твой отец сказал, что ты больна. — в голосе девушки сквозило искреннее беспокойство.       — Ничего особого, — смущённо отвела глаза Ами. — Просто немного кружится голова, а иногда жутко болит, но когда она так болит, я могу что-то вспомнить, потому я благодарна…       — О ужас! Что за дикость? Быть благодарной за боль? — Микаэлла потянулась к Ами, чтобы взять её руку, но, стоило ей коснуться ладони девушки, как она вздрогнула всем телом. Убрав руку от Аматеи, и внимательно взглянув на неё, Микаэлла на секунду задумалась, после чего резко повернулась к мужчине.       — Прошу прощения, Верховный жрец, — по сравнению с предыдущими чересчур восторженными репликами наместницы, её голос звучал весьма серьёзно. — Мне срочно нужно осмотреть вашу дочь. Где здесь лазарет?       Судя по выражению лица Ами, девушка явно не ожидала такого поворота. Элли перевела взгляд на отца, что застыл каменным изваянием, а после на Каина, что пытался выглядеть удивлённым. А, ну понятно. Отличный спектакль, Ами, было бы прекрасно, если бы ты меня в него посвятила.       — И-извините, госпожа Микаэлла, это немного… — всё же подал голос Верховный жрец.       Элина понимала что помощь её сестре не очень-то нужна, но выглядело всё так, словно Микаэлла и в самом деле почувствовала что-то опасное. И отец был жутко всем этим недоволен. Не напуган, не взволнован за состояние дочери. Элли прекрасно видела, что он чувствует. Что-то идёт не по его плану, и это было единственным, что волновало его сейчас. Почему она раньше этого не замечала? Поджав губы, пытаясь скрыть презрение к человеку, стоящему рядом с ней, девушка тихо вздохнула, собираясь с мыслями.       — Отец, нам лучше согласиться. Может, она на самом деле сможет помочь Ами? К тому же, Микаэлла — наместница. — Элина изо всех сил старалась изобразить искреннее беспокойство за отца.       — Да… Ты права, дитя. — вздохнул Верховный жрец. — Но, я пойду вместе…       — Исключено. — отрезала Микаэлла. — О, Инари, я же не собираюсь пытать вашу дочь! Что за недоверие? Где лекари? Мне нужен лазарет! — девушка легко схватила Аматею за руку, и пошла в сторону собравшихся в кучку лекарей.       — Не стоит так переживать, — лениво заметил Каин. — Микаэлла — лучшая в лекарских делах. Если кто и может помочь ей что-то вспомнить, то это она.       — Я… Искренне на это надеюсь. — вздохнул Верховный жрец, после чего обратился к толпе жрецов, молча наблюдавших за развернувшейся картиной. — Что же, начнём молитву!

***

      — О Инари, надеюсь, ты этого не видишь. — ворчала Микаэлла, осматривая лазарет. Ами удивлённо взглянула на девушку, что проходила вдоль шатких коек с таким видом, будто каждая из них представляла опасность, но воздержалась от замечаний.       Лазарет был одним из немногих мест в храме, которое Верховный жрец ещё не «украсил», но если библиотека и жилой корпус и без нагромождений роскоши выглядели хорошо, то лазарету явно требовался ремонт. Облупившаяся краска на стенах, старые койки, покосившаяся полка на стеллаже с лекарствами… Хорошо, что лекари хотя бы поддерживали чистоту в помещении.       Аматея стыдливо поджала губы. Не в таких условиях она хотела познакомиться с наместницей Изобилия, но пути назад уже не было.       — Ладно, в конце концов, мы собрались здесь не для этого. — заключила Микаэлла, присаживаясь на старенький стул. — Итак, у нас очень мало времени, очень много тем для обсуждения, и, лично у меня, очень много вопросов, но начать следует с традиций.       Ами нахмурилась. Какие ещё традиции? Не успела она открыть рот для вопроса, как девушка внезапно вскочила со стула, и бросилась обниматься.       — Рада нашей встрече, моя новая сестра! Рада приветствовать наместницу Справедливости! — Аматея безуспешно пыталась вырваться из неожиданно цепкой хватки Микаэллы. — Ты не представляешь, как я рада тому, что ты девушка, серьёзно, я думала сойду с ума от скуки с этими мужланами! — Всё же разжала крепкие объятия девушка.       — Т-традиции… соблюдены? — пыталась отдышаться Ами.       — Более чем, — удовлетворенно кивнула наместница Изобилия. — Рафи во время этой традиции и пяти секунд не выстоял, а Каин чуть не сломал мне руку! — с притворной жалостью сказала она.       Ами слабо улыбнулась, представив себе маленького наместника Войны, с искренним непониманием смотрящего на задыхающуюся от радости девушку, тянущую к нему свои руки.       — Итак, с традициями покончено, теперь можем и о делах поговорить! — лучезарно улыбнулась девушка. — На собрании Рафи сказал нам о существовании пятого наместника…       — Да, Каин уже всё объяснил. — неприязненно поджала губы Ами. — Если дело в этом, то я думаю, мне есть, что рассказать.       Ветер яростно бил в окна храма, будто пытаясь достучаться до девушки, что взволнованно мерила шагами комнату. Отец решил поменять их местами… Нет! Он просто решил убить Элину! И ради чего? Выиграть немного времени? На что? Нужно было действовать, и прямо сейчас, но в голову, как назло, не приходила ни одна толковая мысль.       Лежащее на кровати платье для церемонии нервировало ещё больше. Оно должно быть не здесь, не у неё! Весь этот план — просто абсурд!       Внезапно девушка остановилась, выцепив из мешанины мыслей идею. На план она было ещё не похожа, но вполне могла им стать, если немного над ней подумать.       Они не смогут провести церемонию, если главное действующее лицо будет отсутствовать. Почему ей раньше не пришла в голову эта простая мысль? Впервые за этот вечер лицо Ами озарила улыбка.       Дверь её комнаты оказалась заперта, но это не вызвало даже недоумения. Она бы удивилась больше, если бы Руфус и правда поверил, что она будет сидеть тихо в ожидании церемонии. Открыв окно, Ами легко запрыгнула на подоконник, и шагнула за оконную раму. Вместе с ней на землю опустились первые капли дождя.       Девушка уже почти покинула территорию храма, приблизившись к лесу, когда услышала позади себя незнакомый, насмешливый голос:       — Если собралась сбежать, почему бы не пойти со мной?       Ами резко развернулась. Темнота скрывала облик человека, стоящего в десяти шагах от неё, но дурное предчувствие тонкими лапками оплело её душу. Опасность. От незнакомца веяло опасностью.       Человек тем временем сделал пару шагов вперёд, по направлению к застывшей девушке. Аматея сделала два шага назад, не собираясь сокращать расстояние между ними.       — Боишься? Не знал, что наместник этого храма такая трусишка. Хотя… Догадаться стоило. — в голосе парня чётко слышалось веселье. Он играет с ней?       — Я не понимаю, о чём вы…       — Ой, да всё ты понимаешь. — незнакомец сделал ещё пару шагов вперёд, и прыснул со смеху, когда Ами, шагнув назад, упёрлась в ствол дерева. — Попалась, Мати.       Кто?       — Вы меня с кем-то путаете! — мысли путались, мешая придумать хотя бы какой-то план действий. Ами впервые за свою жизнь была настолько растеряна.       — Да-да, конечно путаю. — юноша приблизился к замершей девушке, дав возможность увидеть его лицо. Она могла поклясться, что уже где-то видела этого парня. На вид где-то двадцать лет, острые скулы, прямой нос, чёткая линия подбородка… Но глаза, будто выцветшие под гнётом времени, казалось смотрели прямиком ей в душу. И этот взгляд не предвещал ничего хорошего.       До Аматеи мгновенно дошло осознание. Это он. Тот самый Кир, о котором ей столько раз говорил отец. Тот, из-за которого она столько лет пряталась в тени храма, выдавая себя за обычную девочку. Тот, что пришёл по её душу.       — Ну что ты так боишься, Мати? Тебе ведь не впервой умирать, разве нет? — игриво улыбнулся Кир. — Зато, все твои «родные» будут живы. Это благородная жертва, знаешь ли… Или они не так говорили… — вдруг задумался парень.       Он не в себе. И он безумно опасен. Ами напряжённо сглотнула. В голове бешено бился вопрос о том, что делать, но ответа всё ещё не было.       — Я не понимаю.       — Хватит уже играть в дурочку. Самой не надоело? — из тона парня пропала былая игривость. — Раз уж ты так любишь игры, могу предложить тебе одну. Я спокойно ухожу, делая вид, что не видел тебя, и забираю с собой ту девчонку, что Руфус собрался мне отдать. Для обряда она, конечно, не подойдёт, но кто сказал, что от неё вовсе не будет толку? — Ами побледнела, увидев недвусмысленную улыбку Кира. — Либо, ты спокойно уходишь со мной, и мы оба никогда сюда не возвращаемся. Слышишь, Мати? Я тоже никогда не вернусь на эти земли. Очень выгодная сделка, не думаешь?       Нельзя молчать.       Нужно тянуть время.       — Почему именно я? Почему именно с нашим храмом?       — Ну наконец-то, хоть какие-то признаки жизни. — закатил глаза Кир. — Изобилие и Война конечно помогали, весьма активно, но, на Мудрости всё началось, а на Справедливости закончилось. Я хочу пойти обратным путём. Перемешать все карты, так сказать. — юноша хрипло засмеялся. — Но, чтобы всё закончить, нужно восстановить справедливость, и здесь мне нужна ты, Мати. Без тебя никак. Так что…       — Что за Мати? — перебила его Ами.       — Ах, да. Ты же не помнишь. — широко улыбнулся Кир. — Ничего страшного, здесь я могу тебе помочь. Прощальный подарок, так сказать. — с этими словами парень достал из кармана медальон. Точную копию того, что носил на своей шее Верховный жрец.       — Не волнуйся ты так. — расслаблено протянул парень, будто планировал поговорить о погоде. — Он свяжет наши воспоминания, и ты увидишь истину, а не то, что рассказывают в книжках по истории.       — Отец говорил про него… — Ами не отрывала взгляда от медальона, словно он мог дать ей подсказку. — Он говорил другое. Что он стирает память…       — А? Ну, это правда. Любая игрушка может навредить, если использовать её не по назначению. — легко отозвался юноша. — Но, не переживай, я не собираюсь его разбивать. В конце концов, мне моя память пока нужна.       Ами вздрогнула всем телом, и резко выдохнула. Медальон и правда дал ей подсказку. Но времени на обдумывание плана не было. Один шанс. Если у неё получится, никем не нужно будет жертвовать.       — Что я должна сделать? — упавшим голосом проронила девушка.       — Ну вот, так бы сразу! — оживился Кир. — Ничего сложного, просто возьми его в руки.       Ами протянула ладонь, молясь на то, что парень, увлёкшийся распутыванием узелка на цепочке медальона, не заметит, как вторая её рука скользнула в карман, в поисках подходящего оружия. Ключ от библиотеки. Подойдёт.       На мгновение в голову девушки закралось сомнение. Если разбить медальон в момент, когда Кир свяжет их воспоминания, то, она ведь тоже может лишиться памяти… Нет. Нельзя колебаться. Если это — цена за жизнь дорогих ей людей, она готова заплатить.       — Готово! — радостно улыбнулся парень, кладя в её протянутую ладонь артефакт. — А теперь, закрой глаза, и ни о чём не думай.       Ами послушно закрыла глаза, и вздрогнула, почувствовав прикосновение холодной руки к тыльной стороне ладони. Всё в порядке. Она сможет. Она справится. Все её безумные идеи завершались успехом. Нужно лишь подгадать момент…       Приоткрыв один глаз, девушка увидела, что Кир тоже закрыл глаза. Сейчас. Сжав ключ в руке, Ами размахнулась как раз в тот момент, когда медальон начал сиять.       — О Боги… — тихо произнесла Микаэлла. — Так ты правда ничего не помнила?       — Да, — вздохнула Ами. — Но, насколько я понимаю, он тоже лишился памяти. Возможно поэтому начал так бросаться своими медальонами.       — Это может иметь смысл. — кивнула девушка, встав со стула. — Это просто… В голове не укладывается… Ты ведь могла отдать ему ту жрицу!       — Зачем? — удивлённо уставилась на неё Ами.       — Как зачем? Выждать время, подготовиться, связаться с нами…       Девушка грустно улыбнулась, отведя глаза.       — Элина слишком дорога мне, чтобы рисковать её жизнью. К тому же, я не хочу никем жертвовать. Я знаю, что ошиблась, и целый месяц ходила по храму как сломанная кукла, но…       Договорить ей не дали крепкие объятия.       — Ты спасла близкого человека. Это не может быть ошибкой. — тихо сказала Микаэлла. — Ты так отважно держалась всё это время! Уж поверь, я знаю, какого это — горько улыбнулась она, и разжала руки. — Так, о делах мы поговорили, а теперь рассказывай, что там у вас с Каином!