Потерянная

      В покоях Верховного жреца на мгновение повисла напряжённая тишина, что разбилась о лёгкий звук шагов. Парень, вышедший из-за неподвижного тела, бросил оценивающий, почти равнодушный взгляд на присутствующих.       — Ты снова здесь. — неожиданно спокойно сказала Аматея. — Неужели ещё не наигрался?       Каин удивлённо нахмурился, не отрывая глаз от врага. Это провокация. Причём, Ами не настолько глупа, чтобы делать это не намеренно. Что она задумала?       Микаэлла, судя по её лицу, думала о том же. Рафаэль же жадно ловил каждое движение вторженца, словно это был самый важный эксперимент в его жизни.       — Наигрался? — легко ответил Кир. — Увы, Мати, у меня совсем другие игры. Но хотя… если ты хочешь поиграть, я могу принять твоё приглашение. Но только твоё.       Всё произошло слишком быстро, чтобы кто-то успел отреагировать. Стоило парню небрежно взмахнуть рукой, как к наместникам устремились уже знакомые Ами холодные тёмно-синие нити. Они стремились изолировать, связать, обездвижить… Но столкнулись с Законом.       Отскочив от наместников, те в одну секунду обернулись напрямую к своему создателю. Никто не успел даже дёрнуться, прежде чем иллюзорные нити, что должны были связать «лишних игроков», крепко оплели руки и ноги, надёжно пригвоздив к центру комнаты самого Кира.        Парень инстинктивно дёрнулся, пытаясь вырваться из своих же пут, после чего изумлённо взглянул на Аматею. Слова на мгновение застыли на губах, а в глазах застыл не страх, а искреннее удивление.       — Надо же, как мило. Сам пришёл, и сам себя связал. Спасибо за старания. — процедил Каин, доставая меч из ножен. Лязг металла заставил связанного парня моргнуть, сбрасывая оцепенение, но его выцветшие глаза не отрывались от стоящей напротив него девушки.        Ами не выглядела испуганной, или удивлённой. Напротив, в её фиолетовых глазах сверкнул хищный огонёк. Кир сдавленно выдохнул, увидев несвойственное девушке выражение лица.       — Мати… Ты и правда… — договорить он не смог. Аматея резко подалась вперёд, стремительно сократив расстояние между ними, и вперилась в него взглядом. Не дала врагу даже призрачного шанса для того, чтобы придти в себя, и придумать план побега.       — Скажи правду. — голос девушки эхом отразился от стен зала. Рафаэль оторопело вздрогнул, но в его глазах, помимо разгоревшегося азарта исследователя, стоящего на пороге открытия, отразилось невольное восхищение. Каин же почти незаметно поёжился, вспомнив «пытку» Илайн. Судя по взгляду Ами, не терпящему и толики возражения, и по лицу Кира, что начал стремительно бледнеть, девушка не просто его связала, а стремилась выжать из него правду самым болезненным способом. Вероятно, по сравнению с этим, Илайн в своё время не опутала его душу цепью, а лишь нежно погладила.       — Какому богу ты служишь? — спросила Микаэлла. Голос девушки прозвучал оглушительно в наступившей тишине. Каин подавил тихий вздох, и крепче сжал рукоять своего меча. Допрос начался. Наконец-то.       — Байлиан. — едва слышно ответил Кир. Стоило с его губ сорваться этому имени, как парень ещё более удивлённо взглянул на Аматею. В светлых глазах пленника отразилось изумлённое восхищение, будто он оценивал её силы, и был более, чем доволен.       — Отлично, так у нас есть пятое божество… — тихо заметил Рафаэль, уже достав свой блокнот, и делая там пометки. — И что это за божество?        На несколько секунд в кабинете снова повисла тишина, что нарушалась лишь сухими хрипами Кира. Он явно сопротивлялся влиянию. Аматея закусила губу, а костяшки пальцев, сжатые в кулаки, побелели от напряжения.        Рафаэль нетерпеливо переминался с ноги на ногу, наблюдая за каждым движением связанного парня.        — Он не просто сопротивляется. — тихо заметил юноша. — Он изучает механику удерживающей силы…        — Заткнись и не отвлекай её. — процедил Каин сквозь сжатые челюсти. Он тоже понимал, что происходит, но допрос был ещё не окончен.        — Он… Он… — Слова продолжали выходить из горла сухими хрипами, словно их на самом деле выжимали. — Его… Его создал Альвис. Его любимый эксперимент. Его лучшее доказательство…        Все, кроме Аматеи, как по команде перевели взгляд на Рафаэля. Юноша же шокировано уставился на связанного пленника, на секунду забыв о дыхании.        — Ты… лжёшь… — еле слышно сказал он, но в голосе наместника Мудрости сквозила несвойственная ему неуверенность.        Каин поджал губы. В данном состоянии ложь была бы невозможна. Ами держала его достаточно крепко, чтобы тот не мог даже помыслить о том, чтобы обмануть. Заметив мелкие бисеринки пота, выступившие на лбу Аматеи, он вновь повернулся к Киру, но не успел задать вопрос.        — Зачем тебе душа Руфуса? — опередила его Микаэлла. Девушка говорила быстро: она тоже заметила состояние наместницы Справедливости.        На побледневшем, исказившемся в муке лице вдруг проступила тень улыбки. Ами сжала зубы, пытаясь подавить порыв ударить его. Улыбается? Он сейчас улыбается?!        — Душа… Не нужна. И ему тоже. Это… суд. Он сделал… достаточно… Микаэлла поджала губы. Рафаэль был прав, когда говорил о словах Кира. Даже в момент допроса, находясь в путах своих собственных сил, и сил Аматеи, каждое его слово било точно в цель. На мгновение девушка задалась вопросом, выдержала бы она сама беседу с таким человеком.        — Ты смеешь судить в храме Илайн? Возомнил себя высшей Справедливостью? — прошипела Ами. На секунду в её глазах вспыхнул гнев, перебивший своей мощью даже её собственную силу. И этой секунды оказалось достаточно.        Нити вокруг Кира пропали в одно мгновение. Без звука, без лишнего движения, словно их никогда и не существовало. В эту же секунду Каин взмахнул мечом, но он прошёл сквозь тело врага, как сквозь воздух. Иллюзия. Но когда…       Парень же победно улыбнулся, не обратив никакого внимания на пролетевшее сквозь него острие меча, и театрально поклонился наместникам.       — Ты наконец-то начала учиться, Мати. Спасибо за чудесное представление. Я в предвкушении следующего.        Иллюзия исчезла в воздухе за пару мгновений, оставив после себя звенящую, напряжённую тишину. Её нарушало лишь хриплое дыхание Аматеи, и едва слышный шепот Рафаэля, что-то царапающего в своём блокноте. Ами медленно села на колени, зажмурив глаза, и обессиленно ударила кулаком по полу. Каин выругался, и цепким взглядом обвёл кабинет, от тела Руфуса до теней от занавесок, пытаясь найти следы противника. Рука всё ещё отчаянно сжимала меч, но здравый смысл твердил, что врага здесь уже нет.        Микаэлла пришла в себя первой. Подойдя к притихшей Аматее, она опустилась к ней, и нежно погладила её по плечу.        — Сбежал… Он сбежал… — едва слышно шептала она. Наместница Изобилия мягко взяла её ладонь в свои.        — Да, он сбежал. — тихо сказала она. — Но ты смогла связать его и допросить. И перед тем, как сбежать, он дал ответы, которые мы бы не смогли добыть другими способами.        — Информация получена, потерь нет. — кивнул Каин, убирая меч в ножны. — Нет смысла корить себя за такой блестящий допрос. К тому же… ловушка сработала безупречно. Без чьей-либо помощи. — тихо добавил он, слегка поморщившись.        — Но… Из-за меня…       — Аматея, дорогуша, если бы не ты, мы бы вообще не провели этот допрос. — всплеснула руками Микаэлла. — Ни одна из моих лиан не заставила бы его откровенничать, а Каин… — девушка смерила его оценивающим взглядом. — Вряд ли там бы вообще дошло до разговора.       — На следующем допросе я буду отрезать от него конечности за подобные ответы, идёт? — устало отозвался Каин. Ами невесело усмехнулась, но поднялась на ноги.        В этот момент солнечный луч, пробравшийся из окна, упал на место, где ещё недавно был Кир, и отразился от предмета, сиротливо лежащем на пушистом ковре. Блик мгновенно привлёк внимание Рафаэля. Рассеянный, безучастный взгляд синих глаз вмиг сфокусировался, стоило парню приглядеться.        — Медальон… — едва слышно сказал Рафаэль. Все повернулись к ещё сильнее побелевшему юноше, что неотрывно смотрел на будто специально подсвеченный артефакт.        Слова были не нужны. Ни у кого не было сомнений: это не потеря, не случайность. Это послание.        — Нет. — мгновенно отозвалась Ами. — Это ловушка. Он не мог просто его выронить, или…        — Да, это ловушка, — кивнул Рафаэль. — Но… также это единственный способ узнать, что же он так хочет показать. И кто-то должен быть тем идиотом, что полезет в самое пекло за ответами. К тому же, я единственный здесь знаю, как с ним обращаться…        Каин молча встал между ним и медальоном.       — Нет. — отрывисто бросил он. — Артефакт никто не тронет. По крайней мере, пока не узнаем, что это за ловушка…       — И как мы это узнаем, просто смотря на него? — Рафаэль даже не скрывал дрожь в руках. — Будем предполагать, строить гипотезы, просчитывать риски? Сколько мы будем этим заниматься? Сколько времени потеряем?       — Явно меньше, чем потеряла я, пока сидела без памяти. Из-за этого же медальона. — процедила Ами, подходя к медальону с другой стороны.       Рафаэль удивлённо моргнул, взглянув на девушку из-за плеча Каина, после чего тяжело вздохнул, и сделал шаг в сторону, прислонив руку ко лбу.       — Рафи, мы все на взводе. — подошла к нему Микаэлла, и аккуратно погладила его по плечу. — Но, мы что-нибудь придумаем. Не обязательно так рисковать…       Юноша не отреагировал. Казалось, он и вовсе её не услышал. Спустя несколько секунд он убрал руку, и тихо сжал её в кулак.       — Придумаем. — тихо повторил он. — Конечно. Пока я придумывал, что делать с реликвиями, из них успели сделать… Это. — парень бросил сожалеющий взгляд на медальон. — Раньше это были реликвии, на которые смотрят с благоговением. Сейчас мы смотрим на него со страхом. Что ещё он успеет сделать, пока мы что-то придумываем?       — Рафи, это… — Микаэлла поджала губы, не в силах сказать «опасно». Ами отвела взгляд.       — Может, он и пользовался твоими реликвиями, но нужна ему была я. — тихо проронила она. — И он не успокоится, пока не покажет мне то, что собирался. Тогда… весной. Он ведь того и хотел. Показать мне что-то. А я лишь понадеялась на то, что память потеряю не только я. Глупо. Безумно глупо. — сказала девушка, смотря на Каина.       — Радует, что ты это понимаешь. — проворчал он, скрестив руки, но его взгляд беспрестанно искал те самые оттенки очередной безумной идеи в её глазах, надеясь их не найти.       — Да, но… Рафаэль ведь прав. — вздохнула Ами. — Он не успокоится. Если мы уничтожим этот медальон, он просто возьмёт другой. И пока мы думаем… Это ведь шаг назад. Разве нет?       — Нет. — мгновенно отозвался Каин. — Это не «шаг назад», это здравый смысл. Ты уже один раз потеряла память из-за него…       — Потому что тогда я его сломала! — не выдержала Ами. — И тогда я была одна! А сейчас…       — А сейчас мы вместе. — закончила за неё Микаэлла. Она уже не держалась за плечо Рафаэля, и осматривала медальон с сомнением, но в её глазах не было такой категоричности, как у Каина, или отчаяния Рафаэля. — Нет смысла жертвовать кем-то одним. Кто бы это ни был. Но, мы можем перевернуть его игру.       — Перевернуть? — с сомнением спросил Каин.       — Именно. Вероятнее всего он этого и ожидал. — сложила руки Микаэлла. — Что мы начнём спорить, ругаться, а кто-то один, и скорее всего Аматея, пойдёт наперекор всему. Но одиночке не понять разум команды. — хищно улыбнулась она.       — Бред. — машинально бросил Каин, но уже без былой уверенности. — Таким образом мы все окажемся в его игре.       — Маловероятно. — тихо отозвался Рафаэль. — Чтобы провернуть подобную операцию, ему бы потребовалось гораздо больше энергии, чем вмещает в себя этот артефакт. План Микаэллы вполне жизнеспособен. Что бы там ни было, распределение энергии на четырёх операторов вместо одного значительно снижает нагрузку на разум.       Каин молча смотрел на них. На плескающуюся в фиалковых глазах Аматеи решительность, на мягкую уверенность, которой дышала Микаэлла, на Рафаэля, что уже рассчитывал вероятности этого безумного плана.       Он ненавидел эту логику, что вела их прямиком в бездну. Он ненавидел всю эту ситуацию. Но ещё больше он ненавидел мысль, что если он откажется, они шагнут в эту бездну без него.       — Ладно. — сказал он, будто само это слово было ему неприятно. — Но при одном условии. Контакт должен быть не только с медальоном, но и друг с другом. Чтобы в случае чего, кто-то мог вытащить другого.        Все разом выдохнули, только в этот момент осознав, что не дышали.        — Тогда… — начал Рафаэль, но вздрогнул, когда Каин взял его за шиворот. — Д-да, я понял. Физический контакт. Звучит разумно. — юноша взглянул на стоящую рядом Микаэллу, будто спрашивая у неё разрешения, после чего неловко обхватил её предплечье. Девушка лишь улыбнулась ему, неожиданно сильно вцепившись в плечо Ами. Она, в свою очередь, взяла Каина за запястье.       В наступившей тишине казалось были слышны биения сердец всех четверых.       — Насчёт три. — хрипло сказал Каин, не отрывая глаз от медальона.       — Один… — Рафаэль напряжённо сглотнул, крепче сжав предплечье Микаэллы.       — Два… — Ами выставила вперед свободную руку. Поверх неё почти сразу легли ещё три ладони. На мгновение девушка допустила мимолётную улыбку. Она была права. В этот раз она не одна.       — Три. — уже знакомый холод медальона заставил Аматею резко зажмуриться. Ощущение тёплых ладоней поверх её руки пропало, но она чувствовала хватку Микаэллы на своём плече. А в следующее мгновение исчезло абсолютно всё.