За что мне ты?

Дженни вздохнула, глядя в окно машины и наблюдая за тем, как переливаются деревья, следующие друг за другом. Она была настолько погружена в собственные размышления, что так ни разу и не обратила внимания на взгляд Лисы. Хотя предложение выпить явно было не лишним. Шампанское было бы весьма кстати, даже если это и предложила именно обладательница этих оленьих глаз, поэтому Дженни все же сделала глоток. Манобан была прикована к ней взглядом, изучая её так, будто нужно было запомнить каждую деталь её лица надолго. Делая небольшой глоток игристого на пару с Джису, Лиса краем глаза смотрела на то, как Дженни подносит к губам свой бокал. Закрадывалось чувство, будто Лиса должна была брать с Ким пример, словно эта леди была её противоположностью, словно нельзя не смотреть, особенно, когда Дженни не возражает. Это не смущало и не выглядело так, будто Лиса была готова пускать слюни. Нет, вовсе нет. Девушка смотрела на Дженни с завистью, хотя на самом деле глубоко внутри таилось сочувствие, а сердце от чего-то колотилось в груди в неровном ритме. Женская, неподдельная зависть, всколыхнувшая сознание Манобан, которой она оправдала свой интерес. Стоило понять их очевидную разницу и осознать её, как тут же переключился тумблер, отвечающий за нотки симпатии Лисы. Выпитое шампанское явно имело свои плюсы, даже если напитка было не слишком много: Манобан почувствовала, как медленно расслабилась, наконец имея возможность разгрузить голову от ненужных, гнетущих мыслей. Она удобнее села в кресло, пока они со старшей Ким обсуждали что-то совершенно будничное. Погода, проезжающие машины, прическа Мина, которая больше походила на горшок. Было сложно не оценить то, как формат беседы становился все более удобным, легким, приятным и ненапряжным. С девушкой было удивительно легко общаться, хотя Дженни все же периодически одаривала их отвлеченным взглядом, который заставлял Манобан сглатывать. — Это общежитие? — Джису развеяла мираж самокопания, щурясь на открывающийся вид высокого здания впереди. Она спросила так, будто знала ответ, но хотела уточнить. Когда они подъехали ещё ближе, собираясь повернуться к лицевой стороне дома, Лиса ответила. — Верно. Здесь и коротаем оставшиеся деньки. — Она произнесла с иронией, веселым голосом, прежде чем улыбнулась. Ее глаза все же встретились со взглядом Дженни, который казался немного шокированным, смущенным, неуместным. Лиса среагировала быстрее, чем сама ожидала. — Мин, останови здесь, не нужно подъезжать ближе. Джису не могла не заметить, как Дженни подмяла нижнюю губу, но не стала акцентировать внимания на этом. Она лишь снова добродушно улыбнулась, а затем забрала из рук Лисы полупустой бокал прежде чем машина остановилась. — Увидимся ещё, Лиса. — Улыбка старшей Ким была милой и спокойной, хотя Манобан точно знала, что её уже явно хотят быстрее выгнать из авто. Она не стала бы спорить, а настроения для игривых шуток не было уже от слова совсем. Лиса открыла дверь, а затем снова посмотрела на обеих Ким с благодарностью. — Удачной вам дороги! И спасибо за то, что не отвезли на могильник. — Ее слова звучали искренне, а как могло быть иначе, когда Дженни смотрела на нее с облегчением и легким румянцем на щеках? Эффект шампанского? Лисе было даже жаль, что их встреча закончилась так быстро, несмотря на то, что причина такой резкой перемены в Ким оставалась интригующей загадкой. Когда Джису попрощалась с ней в ответ, а Дженни проводила лишь взглядом, снова раздался звонок телефона в пальто шатенки, но Манобан успела закрыть дверь, прежде чем на него ответили, так и не заметив нахмуренные брови обеих девушек да раздраженный рык младшей Ким. Лиса сделала глубокий вдох, набирая в легкие воздух после дождя, и отошла с дороги ближе к бордюру, где её встретил знакомый запах мятных сигарет. Розе. Чеён. Ангел недолюбленный, именуемый Розанной Пак. На двадцатом году жизни ей диагностировали рак и заверили, что порхать той осталось меньше года. Чеён не расстроилась этой новостью, смирившись с тем, что умрет молодой и красивой, да приняв свою участь как должное. Девушка была одногруппницей Лисы, а также соседкой по квартире в общаге. Родом из Австралии, обладала пылким, веселым нравом и прелестным акцентом. Терять такое дарование Манобан не хотелось, а когда та собрала манатки и поставила у порога, взяв академ, уже брюнетке пришлось смиряться. Розэ решила умереть в компании Блэкджека и представительниц древнейшей профессии, умотав на родину. Каково же было удивление, когда через год Пак вернулась к Лисе в здравии и со злостью в глазах. Смерть так и не настигла девушку, а врачи сказали, что случившееся — чудесное явление, под кодовым названием: "рассосалось". Вот тогда Манобан и утеряла веру в бога и стала верить в осветленную Чеён. Это ж как нужно обмануть судьбу, не испугавшись и не проронив ни единой слезы, чтобы рак решил уйти с этой небогоугодной плантации в мозге? Академ кончился, и обесцвеченному теперь уже ангелу пришлось заново учиться на третьем курсе вместо четвёртого. Так и получилось: ни смерти в раю, ни подруги рядом. Теперь этот божий промысел стоял у парковки рядом с общежитием и покуривала раковую палочку. Как она сама говорит: "это чтобы вернуть потерянное." Хоть Лиса и глубоко убеждена, что умрет Чеён в сто два года в окружении кошек и лотков с древесным наполнителем. — Лили разъезжает в машине декана? Я полагаю, ты закрыла все свои долги. — Голос блондинки звучал слегка хрипло из-за выкуренной сигареты, но вместе с этим все ещё был полон озорства и легкой насмешки. Она выбросила окурок, а затем слегка приобняла тайку. — Привет, дорогая. Лиса опешила, а её пухлые губы приоткрылись от шока прежде чем она успела в полной мере понять слова Розэ. Обернувшись снова на черный автомобиль, Манобан пыталась придумать слова, которые описали бы её поездку как можно более убедительно и менее вульгарно. — Откуда ты знаешь, что... — Она не успела договорить, потому что машина приблизилась, нагоняя расстояние и останавливаясь недалеко от девушек на парковочном месте. — Я смотрю, тебя ему было явно мало. Кто-то хочет продолжения... Какой бы раздражающей не была речь Чеён, Лиса не стала с ней спорить. Она отстранилась от блондинки и полностью повернулась к машине, предварительно собрав волю в кулак, сама не знала для чего. Розэ же наблюдала за этим с явным огоньком интриги в глазах, для нее всё происходящее начинало казаться все интереснее и интереснее. Из приоткрытой двери показалась каштановая макушка, а затем и маленькое милое личико. Дженни нахмурилась, а затем гордо выпрямила плечи и подняла голову в высокомерной манере, бросив взгляд на блондинистую девушку рядом с Лисой. Вслед за ней вышла и Джису в руках которой, как некстати, был зонт Манобан. — Ты забыла его в салоне. — Подойдя ближе к Лисе и Розэ, Джису протянула зонт его хозяйке а затем улыбнулась. Дженни тоже подошла, но сохранила достаточное расстояние между ними. — Спасибо. — Голос брюнетки звучал неуверенно и вопросительно, когда она приподняла бровь и кратко кивнула в сторону машины. — Собственно... — Меня зовут Чеён, рада познакомиться...? — Блондинка перебила Лису, протягивая руку старшей Ким. Она потянула вопрос, желая услышать имя. Имя, которое будет ещё долго звучать в стенах их общей с Лисой комнаты, чтобы поиздеваться над младшей. — Джису. Ким Джису. — Стоит ли говорить, что она нежно улыбнулась уголком губ, мягко пожимая в ответ руку Розэ? Это ещё больше распалило интерес Чеён, которая знала, что от её подруги было невозможно вытянуть ни слова о поездке, поэтому Пак забрала зонт из рук Ким и продолжила говорить на отстраненные темы, медленно придвигаясь к сути. Интерес Розэ был неутолим, кто бы мог подумать что Лариса Манобан приедет в общежитие в компании неизвестных девушек на машине их декана. В компании девушек, которые выглядели настолько ухоженно и прекрасно, что Чеен не могла сдержать свою улыбку. Лиса вдруг почувствовала странное облегчение от того, что они снова были рядом. С ее плеч неожиданно упал громоздкий камень, а сердце снова быстро забилось. Она перевела взгляд на Дженни, которая скрестила руки на груди, оглядывая здание перед собой, при этом слегка нахмурив лоб. Брюнетка тяжело вздохнула, а затем сделала шаг навстречу к девушке. Не получив никакой реакции на свое действие, Манобан встала по правое плечо от шатенки и также подняла голову, смотря на общежитие. — Знаешь, я тоже думаю, что дизайн этого не богоугодного дома слишком пестрый. — Услышав вопросительное фыркание, она опустила глаза на девушку, что была ниже её почти на голову. Лиса хмыкнула и продолжила, пока не услышала недовольный цык. — Вот если бы оно было все в черном, как ты... — Бестолочь. — Дженни закатила глаза и ущипнула перегородку своего носа, демонстративно показывая свое недовольство. Однако оскорбление вовсе не обидело Лису и она произнесла задумчиво: — ...не понимаю, что дочь декана нашла восхитительного в общежитии. — Она изучающе посмотрела на Дженни, которая казалась обескураженной. Она смотрела на нее из-под ресниц своими кошачьими, карими глазами, в которых читался шок, недоверие, озорство и вместе с этим интерес. Дженни от чего-то снова улыбнулась, а потом плавным движением вытянула из кармана куртки Лисы пачку сигарет, при этом их зрительный контакт не обрывался, значит, Дженни изначально знала, что они там. — Почему ты решила, что дочь я, а не Джису? — Сжимая сигарету между губ, Дженни произнесла с легкой улыбкой, а затем щелкнула пальцами, показывая брюнетке, что ей нужно прикурить. Манобан снова усмехнулась, на секунду потеряв дар речи. Она смотрела в эти глаза внимательно, сканируя её настроение. Что-было не так и дело вовсе не в наглости девушки, а в чем-то другом, что-то не давало ей покоя. Лиса вытащила зажигалку и поднесла её к сигарете в губах Дженни, прежде чем подожгла её конец. — Потому что ты вызвала этот катафалк. — Лиса говорила весьма игриво, слегка сощурившись от дыма, когда Дженни выдохнула. Однако, она не сделала шаг в сторону, вместо этого, Лиса сделала небольшой шаг навстречу, продолжая смотреть в глаза Дженни, которые искрились уверенностью. — А ещё... Именно ты похожа на маленькую избалованную кошку, а не Джису. Дженни дернула бровью и убрала сигарету в сторону, чтобы смотреть на лицо Лисы без помехи в виде дыма. Она аккуратно положила оставшуюся пачку сигарет в карман её куртки, а затем подняла руку к лицу девушки, осматривая красные следы на ее щеках, которые остались после их прошлой встречи. — Я учусь в магистратуре. Тружусь на благо нашего с тобой прекрасного вуза и своего диплома. — Нежно постукивая кончикам пальца по красным отметинам на подбородке Лисы, Дженни продолжила. — Что бы ты ни успела себе придумать, это никак не влияет на мои усилия в нашей коммунистической богадельне. Лиса кивнула, понимая смысл слов Дженни, но вместе с этим её нутро было категорически против. Она не хотела её понимать, она не хотела проявлять к ней сочувствие или искренность. Манобан хотела именно сейчас презирать Дженни, что-то ей доказать, что-то сказать, что-то сделать, дабы не чувствовать нарочитую дрожь в животе от их контакта. — Ты... — Дженни Ким! — За их спинами раздался довольный, уверенный мужской бас, принадлежащий никому иному, как тому самому декану. Взрослый мужчина, возрастом около пятидесяти лет вышел из парадного входа в общежитие вместе с комендантом. — Не знал, что вы курите. Он направился навстречу к Лисе и Дженни, улыбнувшись от чего-то мерзкой, притворной ухмылкой. Манобан от одного вида этого мужчины передернуло, а челюсть сжалась, когда ей пришлось кивнуть ему в знак уважения. Комендант общежития также не внушала приятного отношения к ней. Это была женщина, которая не брезговала заглядывать в комнаты студентов в семь утра, пока все еще спят, и устраивать "концерты" по поводу пыли или разбросанных вещей. Лиса невольно закатила глаза и отстранилась от шатенки. — Бросьте, разве я похожа на зависимого человека? Это лишь попытка пресечь курение у молодого поколения. — Когда Лиса обернулась на легкий, сладкий голос Дженни, то увидела широкую улыбку на её лице. Она сделала еще шаг в сторону от Ким, хоть и продолжила смотреть на её лицо. Столь необычное, резкое перевоплощение в настоящую куколку, милая, нежная, ласковая. Волнистые волосы, гордый стан, нежная улыбка и глаза... Нет, неправда... Глаза Дженни были... пустыми. Снова. Тот же взгляд в пустоту, как это было в машине. Лисе от чего-то резко захотелось взять Дженни за руку, чтобы увидеть хотя бы огонек раздражения в этих кошачьих глазах. Она была обязана почувствовать от нее хоть что-то, хоть что-то похожее на то, что было на остановке или при выходе из машины. Лиса, сама того не понимая, взмолилась и это отразилось на её лице. — Лалиса Манобан. — Слегка пренебрежительный тон декана вынудил ее снова повернуться к нему и снова кивнуть. Он обладал пренеприятнейшей манерой общения, словно наполняя каждое свое слово излишней фамильярностью. — Ваша кафедра вами недовольна... А в следующем году такими темпами общежитие вам не светит. Вот и зачем ему нужно было об этом напоминать? Как будто Лиса сама об этом не догадывается. Ещё и при Дженни, при постороннем человеке. Это ведь...посторонний человек? Дженни подняла взгляд на Лису, глядя на то, как глаза той наполняются поволокой раздражения и гнева по отношению к мужчине. Она буквально стала синоним "холодной ярости", которая разливалась в венах тайки. Дженни не смогла сдержать ликование, прежде чем снова плавно подняла руку, кладя её на плечо Манобан. — Лалиса не похожа на человека, который стал бы пренебрегать подобным, мистер Чвон. — Дженни произнесла снова мягко и уверенно, слегка поглаживая большим пальцем острое плечо Лисы. — Не стоит на нее сейчас давить, вы портите настрой для дальнейших достижений. Почему когда Дженни произнесла полностью её имя, Манобан почувствовала укол вины и легкой боли? Почему ощущение руки на её плече было таким успокаивающим и Лиса мгновенно расслабилась, словно вовсе не было всякой неприязни? Почему её приструнили, как хорошего пса и ей это так сильно нравилось? Она посмотрела на Дженни с некой опаской, как если бы это было критически важным в данный момент, что Лиса могла просто лопнуть от вопросов и эмоций. Как если бы она попала в странный капкан. — Мистер Чвон, добрый день. — Джису так же подошла ближе и поприветствовала мужчину, уважительно кивнув головой. — Рада вас видеть... Эти двое продолжили говорить на отвлеченные темы, но Лиса уже не слушала, она чувствовала, как теплота на её плече пропала, когда Дженни убрала руку. — Давай с тобой дружить? — Неожиданно произнесла брюнетка, смотря в кошачьи глаза Ким. Она сглотнула, а потом продолжила, отстранившись от декана и его противной пары. Дружить с дочерью человека, который имеет прямое отношение к её дальнейшей учебе – великолепная идея. — Я понимаю, наше общение не заладилось, но я думаю... — Ох, мы однозначно друг другу понадобимся, ЛаЛалиса. — Дженни перебила Лису, нахально улыбнувшись и говоря так, словно тоже раздумывала именно над этим. — Ты найдешь меня в университете завтра в деканате. Мы все обсудим. — Во скольк-о..? Однако, Манобан не успела договорить. После своих слов Дженни резво взяла Джису под руку, уводя её обратно в машину, вместе с ними направился и мистер Чвон. Мужчина сел на переднее пассажирское сидение, а обе Ким на те же места, что и раньше. Лиса внимательно наблюдала за ними, крутя в голове множество разных мыслей. Она искренне не понимала, как она может понадобиться Дженни? Если в ситуации с Манобан все предельно ясно – выгода. Такая мелочная, простая, очевидная вещь, которую явно поняла Дженни, то вот в ситуации с той... — Я так понимаю, с деканом ты не спишь. — Чеён произнесла даже с некой досадой, скрещивая руки на груди и глядя на отъезжающий "катафалк". Сочетание подобных слов в одном предложении вынудило тайку скорчиться от отвращения. По ее спине пробежались мурашки, а глаза расширились. Уставившись в лицо разочарованной Пак, она произнесла: — Бестолочь... — Лиса закатила глаза и взяла Розэ за руку, чтобы увести ее с улицы обратно в общежитие. А что не менее важно – как можно быстрее скрыться из вида коменданта, которая, на счастье, ругала каких-то парней, которые плохо поставили машину. — Зато ты нашла себе его телохранительниц! Во всем свои плюсы!