Пантеон

- Сокджин, ты знала, что я одолею его? - девушка с улыбкой окинула его взглядом и повернулась к спасённым шестерым юношам и семерым девушкам. - Спасибо, что спас их, Тесей. - уклончиво ответила красавица и почувствовала тёплое дыхание у своей шеи. - Не охладело ли твоё сердце, когда ты услышала о Миносе? Сокджин с лёгкой неприязнью посмотрел на руку, нашедшую место под его грудью, но его глаза посмотрели вдаль с тёплой надеждой. Дионис был хитёр, хитёр и жесток с сердцем Тесея - даже Бог не знал, чем обернётся отречение дочери критского царя от героя Афин. Но ярость Миноса была куда страшнее игр возлюбленного Сокджина - коварность крылась в его мыслях. - Не говори глупостей, Тесей. Ты - герой наших краёв. - его красивые глаза зачаровали юношу, он наклонился и расцеловал его щёки, пухлые губы, пригладил линию тонкой спины. - Раз так, нам нужно спешить. - Помнишь, что ты обещал отцу? Смени паруса, Тесей. - Успеем.

***

Сокджин со слезами на глазах смотрел в спину Тесея, уплывавшего на корабле. - Не плачь. - лучистые, шальные глаза появились рядом, крепкое тело прижалось рядом. Принцесса слабо улыбнулась и положила голову на чужую грудь, вздыхая. - Ты жесток к нему, Хосок. - она кольнула его, назвав настоящим именем, и подняла мокрые глаза к его лицу. - Ты позволил ему любить меня. - Под крылом Афродиты без любви находиться нельзя. - Ты обманул его. - Где? Разве ты не моя жена? Разве не ты мне обещана богами? Разве не я должен целовать тебя? Разве не я должен любить тебя? Он глупец, герой, не спорю, но глупец. Ему далеко до такой красавицы, как ты. - Хосок, ты погубишь его. - шепчет Сокджин, а когда Бог берёт его за подбородок, поднимая к себе тревожное лицо, он целует его в дрожащие губы. - Нам пора. На пустынном берегу Наксоса растворились два тела, оставив после себя лишь шаги на песке. Появившись меж облаков, Сокджин пугается сладкоголосого пения. Она вцепляется в руку рядом с собой и жмурится от яркого света. Перед ней является Зевс и Гера, а потом и весь Пантеон. Она смотрит на Богов, нимф, поющих о ней, и то, как меняется её облик. Тело покрывается золотом, а невидимые узы с теперь мужем, крепчают. - Так встретим же новую Богиню пути, жену Диониса, мать его скорых детей и возлюбленную дочь мою. - Он смотрел на неё своими голубыми глазами, приглашал в свои объятия, а Гера молчала. Её лицо лишь украшала лёгкая улыбка, но на большее Сокджин не смела рассчитывать.

***

- Ты.. - Прости, даже я не могу влиять на людей так, как это делаешь ты. - Хосок целовал его за ушком, щекотливо облизываясь, пока его жена придерживала свой округлый живот. - Ты мог напомнить ему, ах!.. - она стояла на своём, даже когда его член изредка двигался, тревожа его же детей. Внутри новоиспечённой Богини уже делили место два будущих Царя, и юная Богиня знала, какими будут её непоседыши. - Нет, дорогая, я не смел больше вмешиваться в его разум. - Сокджин очаровательно надулся, пряча своё лицо в плече. Горячие руки легли поверх его ладоней и также приподнимая тяжёлый живот, обласкали туго натянутую кожу. Его бёдра раскачивались также, как раскачивалась налившаяся грудь. Он мягко толкался в него, встречаясь с мягкими ягодицами и хлюпающей киской. Больше Дионис не мог вступать в перепалку с женой, которая что-то лепетала, разочарованная судьбой Тесея. - Ты жесток, Дионис.. - укоризненно прошептала Богиня и её голос задрожал, как и губы, как и слабые бёдра. Хосок вовремя перехватил его и уложил на разворошенное ложе спиной, продолжая лениво трахать расслабленную вагину. Он не отвечал на такое, предпочитая уделять время нежному телу перед собой, до необычайности приятное глазу. - Сокджин, посмотри на меня, дорогая, взгляни же на меня.. - Он склонился над ней, ласково поцеловал и установив зрительный контакт, провёл перед её лицом рукой. - Забудь о Тесее, о Миносе, о Крите. Сокджин вмиг разнежился под ним, улыбнулся и прошёлся руками по полному животу. Дионис опёрся на руку, которую он уложил рядом с головой жены и улыбнулся в ответ. - Расскажи мне, дорогая, что тебя волнует? - Энопион и Стафил.. - Мои дети внутри твоего чудесного чрева? - согласный звук издала его жена и он улыбнулся тому, как чётко заблестели глаза Богини, когда она мягко огладила живот. - Конечно, мои дети..

***

- Гера, я не понимаю.. - она посмотрела на женщину и прижала к себе плачущего младенца. Афродита разочарованно смотрела на Высшую Богиню и успокаивала другого младенца. - Я не прогоняю тебя. Мне лишь неприятно видеть тебя с моими детьми рядом. - величественный голос как неожиданно появился, так и пропал. Сокджин обеспокоенно посмотрела на Афродиту и та вздохнула. - Ты тоже беременна от моего мужа? - пустым голосом сказала Сокджин и недвусмысленно посмотрела на её живот. - Ариадна, я не знаю, как так вышло. Её сладкий голос вдруг показался Сокджин мерзким, ужасным, а то, что она забавлялась с её ребёнком, разбило её сердце. Вдруг она замерла и почувствовала, что за ней следят. Так вот, что ощущает Гера. Она ощущает это каждый раз, как только Зевс смотрит на Богиню, смертную, или нимфу.. - Дионис был с тобой. - Она бы предпочла быть царицей Крита, сводной сестрой мёртвого Минотавра, только бы не слышать подобных слов от себя. Сердце хладеет, когда она вспоминает Эрота, часто бывающего рядом с Афродитой. Такого нежного и маленького Амура, как его прозвали смертные, с луком и стрелами, который резво шутил и летал над головами Богов во время праздников. Он же такой шутник, как её муж. Такой же, такой же. Они действительно похожи. - Аглая, Ефросиния, Трая?... Его дочери? - Не смотри на меня такими глазами. - обеспокоенно защебетала она. - Говори. - Сокджин сама испугалась похожести голоса с Высшей Богиней. - Да, да, они его дочери. И Гименей, и Приап, который сейчас во мне - они его дети. Но сейчас он твой. Я не люблю его более. - А кого ты любишь? - прохладным голосом и ветром обдало Афродиту и она занервничала, смотря на чужого ребёнка. - Ах, зачем тебе знать.. - Чтобы знать, на кого ты размениваешься, дочь титаниды. - грозно сказала из ниоткуда Гера. И Афродита замолкла, как только ей напомнили о её происхождении. - Нет-нет, Ариадна, не злись, я же больше к нему ничего, не чувствую, я же.. Я же знаю, что он принадлежит тебе. - Мало того, что ты знаешь.. И Сокджин забрала младенца из её рук, дунула ей в лицо и как будто Афродита не ведала более, что делает. Плакала она недолго, когда оказалась в одном ложе со смертным, не зная, как опустилась до подобного.