Противостояние

Пока Чимин тащил меня в зал для пиршеств, я размышляла над его словами. Точнее над тем, за что смогла зацепиться. Если про лекаря ему сказала Фрейя, получается они говорили обо мне? Он что-то рассказывал ей? Только что? Жаловался? Или наоборот говорил о том, что любит меня? Или я просто вновь выдаю желаемое за действительное и он просто узнал у нее, когда можно ожидать лекаря? Любопытство распирало меня. Было безумно интересно узнать о чем же они так мило беседовали. Спросить у него? Нет. Не станет рассказывать. Спросить у Фрейи? Только как? Сказать: «Привет, развратная асиня! Давай признавайся о чем разговаривала с этим привлекательным олимпийцем»? А вот интересно, могут ли олимпийцы вступать в союз с асгардцами? Этого же нет в кодексе грехов. Просияв идеей я даже громко ахнула от неожиданности. Что если попроситься в Асгард? Локи же разрешили остаться. Если я стану асиней, то боги не свергнут Чимина и не будут требовать отречения! Тогда мы сможем быть вместе. Далековато конечно, но все лучше, чем ничего. Только вот как теперь к нему подступиться? Как рассказать о своем плане? Что если он окончательно разочаровался во мне?  «…И по всей вероятности не ошибся…» — звучала его фраза в моей голове. Нет, он точно во мне разочарован и вряд ли испытывает все то же, что испытывал раньше. Возможно в его сердце я теперь очередная Психея и он любит не меня, а лишь те чувства, что испытывал когда-то.  — Что ты там вздыхаешь? — спросил Чимин, легко шлепнув меня по заднице — Если удумала что, сразу забудь. — Почему? — спросила я, подготавливая почву для разведки.  — Потому что все твои задумки до добра не доводят.  — И что? — мой внутренний стратег пытался проложить логическую цепочку допроса. — И то, что это может негативно сказаться на твоей будущей жизни.  — И что?  — И то, что я этого не хочу.  — Почему?  Чимин вошел в зал для пира и осторожно поставил меня на пол пристально посмотрев в глаза. Вот сейчас он скажет: « Потому что я люблю тебя и беспокоюсь о твоем благополучии». Но только он открыл рот, как Фрейя, залетая следом подобно бабочке, схватила его за руку и утянула к длинному столу. Усадив Чимина, асиня уселась рядом. Только я собралась сесть к ним, как рядом с моим богом уселась ещё одна прекрасная представительница Асгарда. Злобно поджав губы, я окинула взглядом просторный, заставленный яствами стол и высматривала себе более удачное место для приземления. Все места уже были почти заняты. Асы бурно общались между собой. Кто-то громко хохотал, кто-то пересказывал события сражения, а кто-то делился радостными вестями.  — Идём, лапуля — мягко подхватив меня под локоть сказал появившийся Локи. Мы пробирались через асов к другому концу стола. Я чувствовала на себе пристальный взгляд Чимина, но как только поворачивала на него голову, он его тут же отводил в сторону, делая вид, что внимательно слушает болтовню этих девиц. Только его поза вовсю кричала о том, что разговаривать с ними он не сильно настроен. Скрещенные на груди руки, закинутая нога на ногу, сообщили бы о его закрытости для собеседников, а склоненная на бок голова, давала понять, что ему больше любопытно куда Локи тащит меня. Но это если бы его собеседницы были людьми. Богиням это все ни о чем не говорило.  — Ну-ка, Ньёрд, подвинь свой зад, дай гостье сесть!  Пожилой мужчина, с грустным взглядом, о котором уже приходилось слышать, медленно поднялся и без лишний вопросов уступил мне место. Локи усадил меня между собой и тем самым великаном, что поднял мое расплоставшееся тело у лестницы. — Ничего не болит, маленькая? — поглаживая меня по голове своей огромной рукой спросил ас. — Нога немного побаливает…— застенчиво смотря на аса призналась я. — Фригг! — Грозно стукнул кулаком по столу он — Отчего гостье не пригласили лекаря? Так теперь в Асгарде путников приветствуют?  — Тор, — обратилась она к мужчине — сын мой, лекарь врачует сейчас воинов, что пострадали в Ётунхейме. После он непременно осмотрит Джихё. Услышав имя аса, я тут же обернула на него голову, шокированно всматриваясь в исполина. Рядом со мной сидел сам Тор. Могучий громовержец, сын Одина, сильнейший бог Асгарда. Вот тебе и дряхлый старичок с молотком… — Пусть. — не унимался он — Неужто Эйр не могла осмотреть ее? Врачевательница она или кто?!  — Эйр помимо прочего и валькирия . С остальными она сейчас отбирает падших воинов, чтобы доставить их в Валлгаллу.  Тор ещё долго возмущался тому, что в Асгарде не оставили никого, кто мог бы осмотреть мою несчастную ногу. Я робко постукивала пальцем по огромной руке аса, уверяя, что в порядке. Только он лишь отмахивался от меня, как от мухи, продолжая изливать свое негодование. Так было до тех пор, пока в зал не вошел невысокий старец. Стоило ему только явиться, все смолкли. Вререди зашедшего шли два огромных серых волка, важной походной вышагивая перед мужчиной. Его седые волосы доходили до плеч, а часть бороды была заплетена в косы. Но самым любопытным  была повязка на его правом глазу.  — Это Один — толкнув меня в бок шепнул Локи. — Правда, что он глаз заложил? — с любопытством прошептала я. — Ага!  — подтвердил ас — Под одним из корней Иггдрасиля, что тянется к Ётунхейму, есть источник мудрости. Его охраняет великан Мимир. Один долго упрашивал его дать ему напиться оттуда, но тот не соглашался. Тогда Всеотец и предложил ему такой залог. Теперь он самый мудрый ас. — И ты тут, сын мой — хрипло, с отеческой строгостью произнес Один — Вновь браниться со всеми будешь иль постесняешься гостей?  — Ой…— устало подпер руками голову Локи — даже не начинай, отец! — Конечно не станешь — усмехнулся Один — А то ведь я гостям расскажу откуда Слейпнир мой взялся. По залу разошелся громкий хохот. Локи сердито откинулся на стуле, скрестив руки на груди. — Расскажи! Расскажи, отец! — взмолилась Фрейя.  Просила она Одина, а потряхивала почему-то плечо Чимина, вызывая во мне неумолимое негодование. Все остальные асы принялись упрашивать Одина рассказать эту историю. Но я видела, что Локи все это крайне не приятно. Он отстраненно смотрел в одну точку, стараясь абстрагироваться от происходящего.  — Ну коль просите, я начну, а вы к трапезе приступайте.  В сей же миг залязгали ложки и вилки, зашипело пиво, разливаемое по огромным медным стаканам, под аккомпанемент хриплого голоса Одина. Умирая с голода, я взяла ложку и положила себе в тарелку небольшое количество непонятного блюда, чем-то походящее на овощное рагу. Заметив это, Тор отобрал у меня столовый прибор, зачерпнул ею трижды из общей тарелки и звучно вывалил содержимое на мою, добавляя сверху ещё и огромный кусок какого-то зажаренного мяса на кости. Вдаваться в объяснения о том, что я столько не съем — не стала. Заметив, что Локи не положил себе и кусочка, я наполнила его тарелку, с опаской вслушиваясь в рассказ Одина.  — Тогда война между асами и Ётунами набирала свою разрушительную мощь и мы пришли к выводу, что нужно обнести стеной все, что мы имеем. Но, признаться честно, за времена своей беспечности мы крайне обленились… Тогда асы и решили позвать мастера для постройки стены. Явившись, каменщик заявил, что построит за три полугодия такие прочные стены, что не только от ётунов уберегут, но и от троллей и от горных великанов. Платой же за свою работу он стал выторговывать себе в жены Фрейю, а помимо прочего желал овладеть еще и сыном Асгарда Мани и дочерью Соль. Посовещавшись, асы пообещали мастеру дать все, что он просит, но если к назначенному сроку хоть что-нибудь будет не готово, то не видать ему ничего.  В помощь каменщик попросил лишь своего коня по имени Свадильфари. По ночам тот конь, на удивление асов, возил необъятные глыбы и работал вдвое больше самого мастера. Дело шло ладно, работа кипела. Поняли асы, что уложится он в указанный срок и придется им исполнять условия договора. С ужасом наблюдали они за возведением стены. Собрали совет и думать стали, как бы платы избежать. Да как тут избежать, покуда клятвы каждый дал? Все тут же принялись Локи винить, ведь это он посоветовал асам позволить каменщику взять в помощники исполинского коня. Насели асы на бога хитрости и велели думать, как из ситуации выкручиваться. Деваться было не куда и пообещал сын Лаувейи все исправить. В тот же вечер, отправился мастер со своим конем за камнями, а навстречу им выбежала красивая кобыла с игривым ржанием. Завидев ее, Свадильфари взбесился, порвал удила и пустился за ней вдогонку. Как бы не пытался каменщик догнать своего коня — все напрасно. Лошади носились по лесу, да миловались, а работа стояла.  Пару дней оставалось у каменщика на то, чтобы закончить начатое. Впал он в неистовую ярость, а асы, испугавшись, тут же позвали Тора, ведь не скреплял договор один лишь он. На момент сделки был сын Одина у темных альвов. Тот час взмыл Мьёльнир в небе и разбил вдребезги череп великана.  — А той самой кобылой! — давясь от смеха продолжил незнакомый мне ас — Был сам Локи! И спустя время он понес!  — Да какого жеребенка он нам явил! — усмехался второй ас — Серой масти, на восьми ногах! Хоть что-то путное от Локи вышло!  Все покатисто смеялись, едва ли не давясь едой. Мы с Чимином хмуро переглянулись, не находя в истории ничего забавного. Ровным счетом как и Локи. Я видела, как под столом, он силой сжимает свои кожаные одежды в кулаке. Моя ладонь легла на его руку, выказывая тем самым поддержку. Локи медленно повернул голову и с удивлением посмотрел на меня. Свободной рукой, он накрыл мою ладонь. Теперь в его глазах читалась бескрайняя благодарность. Мне стало так жаль его, что жажда отстоять аса так и рвалась на ружу. — А мне кажется - это не смешно. — робко пробубнила я. Смех стих. Все застыли в своих исходных позах, уперев в меня свои глаза. — Не знаю как у вас — набравшись храбрости и сильнее сжимая руку Локи продолжала я более твердым голосом —, но у нас, как в яви, так и на Олимпе и в светлом Ирие, подобное посчитали бы подлым. Вы сами наобещали с три короба этому своему каменщику, а потом не знали, как выкрутиться и всё свалили на Локи, сделав его козлом отпущения. Вы уж простите меня, но это не красит вас, как богов. Дали слово, значит извольте его держать! А если понимаете, что не сможете исполнить требуемого, то и не обещайте. А потешаться над тем, что он вам всем помог, пусть даже таким образом - это подло.  В зале воцарилось напряженное молчание. Я перевела взгляд на довольно улыбавшегося Локи, а затем на Чимина. На его лице отображался тихий ужас. Моя голова виновато склонилась. Кажется можно даже было услышать его мысли…Он верно думает, что я вновь не послушалась его. Велел же никуда не встревать, а я…А я решила поучать асов… — Ты плохо знаешь Локи, дитя. — разрядил обстановку своим теплым голосом Один.  — Мне кажется, что  знаю его лучше, чем  вы все вместе взятые. — вновь не сдержалась я — Да, иногда он ведет себя, как этот…козлиный идиот… — Козья морда, лапуля — тактично поправил меня Локи, принимая самый важный вид. — Да, спасибо…Как козья морда! Но задумывались ли вы почему он это делает?  — Ты осмелилась встать на защиту самого хитрого и лукавого бога Асгарда? — насупив брови пробасил Один. Мы с Локи настолько сильно сжимали руки друг-друга, что я своей почти не чувствовала, а Чимин, сидящий на другом конце стола от меня, уже был на низком старте. Его ладони упирались в сидение стула. В любовь секунду он был готов кинуться на выручку. — Я надеюсь ты будешь беречь такого друга, Локи — расплывшись в улыбке произнес Всеотец — В твоих речах есть правда, дитя. Порой мы слишком строги к нему. — А порой не уделяем должных почестей его заслугам — добавила Фригг. Наше трио изумленно переглянулось с трудом веря в происходящее.  — Поведай нам о том, что творится в Мидгарде и что привело вас в Асгард. — бросая своим волкам шматок мяса  попросил Один. Секунду помешкавшись я стала неуверенно рассказывать о своем мире. С каждой минутой мой голос становился все более воодушевленным. Я поведала асам о том, как жили люди раньше, о том, в какой гармонии мы живем сейчас благодаря богам, о том, что наполняет нашу ежедневную рутину, о работе и увлечениях, о кино и музыке…Вспоминая все это я словно забыла, что на родной земле теперь чужачка. Забыла о том, что вернуться туда не могу. Но я так соскучилась…Соскучилась по строгой маме, по добродушному отцу, по надоедливой сестре, по своим безумным подругам, по занятиями, по просмотрам сериалов субботними вечерами, по воскресным вылазкам с Чимином…Мне безумно не хватало своей прежней жизни. А самое страшное, что я больше никогда в нее не вернусь. Никогда не лягу в свою уютную кровать, никогда не выпью холодного американо в любимой кофейне, не съем с сестрой на перегонки острого рамёна, не напишу ни одного реферата и не услышу больше песен любимой группы…Все это теперь чья-то чужая жизнь. Не моя. А что же тогда уготовано мне? Отвечая на многочисленные вопросы асов, я искоса поглядывала на Чимина, вновь мило беседующего с Фрейей и размышляла о том, что видимо он остался где-то там, где-то в кулуарах прошлой жизни.  — Ну а теперь может быть пора танцевать? — воскликнул ас по имени Браги. Именно он был тем самым лучшим поэтом, кому посчастливилось испить поэтический мед — Братья, сестры! Давайте же!  Все оживленно засуетились. Фрейя была первой. Она живо подскочила со стула. Ещё даже музыка не начала играть, а она уже вовсю крутила бедрами возле лица Чимина.  — Как же все таки удивительно подвижны женские бедра…— донесся до меня его восторженный отзыв, адресованный Браги. — Так и будешь сидеть или пустишься в пляс? — склонившись ко мне спросил Локи. — А есть шанс сбежать отсюда в комнату? Или это будет не вежливо? — вопросом на вопрос ответила я, смотря, как Фрейя утаскивает Чимина танцевать. — Все таки решила податься со мной… — Нет же! Просто устала…хочу отдохнуть… — Лапуля, ты отчитала самого Одина, как мальчишку, а теперь спрашиваешь будет ли не вежливым, если пойдешь отдыхать?  Выгнув бровь, Локи схватил меня за руку и незаметно для всех вывел из зала. Поначалу мы шли абсолютно молча. Но стоило только подойти к дверям спальни, Локи крепче сжал мою ладонь и принялся неуклюже благодарить. Он говорил о том,  что я первая, кто словно смог почувствовать его. Признался в том, что всегда чувствовал себя здесь чужим. Он всегда чувствовал, что его истинное происхождение не дает покоя асам. Казалось именно на нем они вымещали всю свою ненависть к ётунам.  — Почему тогда ты продолжаешь быть среди них?  — Больше негде. Мне нигде нет места, лапуля — грустно улыбнулся он и оставил на моей щеке свой холодный поцелуй — Отдыхай. Скажу, чтобы лекаря прислали утром.  На этих словах он развернулся и медленной походкой ушел прочь, пристально смотря себе под ноги. Я же долго смотрела ему вслед прежде чем зайти в спальню.  Удивительно, как мы похожи. И Локи и я были невольниками случая, были отрешены от родного дома и теперь, там мы чужие среди своих. Только вот своими среди чужих нам вряд ли удастся где-то стать. Я не стала бы своей среди альвов и не стану своей среди асов. Получается я так и буду скитаться среди миров, гонимая всеми? Таков теперь мой удел? А если вернуться в явь? Вернусь в узилище и буду там коротать свой век. Буду ли я тогда там своей? Будет ли мне там место? Или же теперь мне место лишь в Велесом царствие? Там, где находят свои вечные муки все богохульники.  Я долго ещё размышляла о ниспосланной мне судьбе, закутавшись в холодное шелковое одеяло. К тому моменту, как я стала думать о том, насколько устала думать, в спальню, подобно весеннему ветру, ворвалась Фрейя. Но вошла она не одна, а в компании измученного возрастного аса, гордо заявив, что привела мне лекаря.  Мужчина лишь едва склонил голову в знак приветствия и уверенно шагнул ко мне, выпутывая из оделяла. Шершавые руки раздвигали края раны, надавливали на нее, вызывая во мне новый прилив жара. — Скажи мне, мидгардка… — заговорщицким тоном начала богиня Пока я кривилась, она выпытывала отчего же пришедший со мной красавец никак не соблазняется. Она использовала все свои чары и уловки, да только тому все ни по чем.  Внутри царили противоречивые чувства. С одной стороны я радовалась, что Чимин не поддался на ее чары, а с другой стороны меня злило, что перепробовав всех мужчин Асгарда, Фрейя взялась за гостя. Так и хотелось схватить ее за кудрявую башку и повырывать оттуда все волосы. Но вместо этого, я искренне ответила, что понятия не имею, как соблазнить Чимина. К тому же намеренно я этого никогда не делала. Мне всегда казалось, что в его вкусе страстные, пылкие женщины. Возможно что-то вроде госпожи Ро. Но по всей видимости я ошибалась, да и Чимин никогда не делился со мной своими любовными похождениями. Тут мне даже стало интересно почему. Я неоднократно рассказывала ему о своих новых влюбленностях, а он и словом не обмолвился. Наверно сложно ему было смотреть на то, как я томно вздыхаю по очередному юноше, тогда как он сам уже осознал собственные чувства ко мне.  — Золотце! — запыхавшись ворвался в комнату Чимин.  К тому времени я уже готова была от боли лезть на стену. Пока этот чудо лекарь не стал меня лечить, рана так сильно не болела. Он продолжал ковырять ее так, что мне казалось, все мышцы и сухожилия вот-вот вывернут наизнанку.  — Обязательно так сильно давить? — возмутился Чимин усаживаясь со мной рядом — Ей же больно!  Мучитель поднял на меня свой полный безразличия взгляд и тяжело вздохнул.  — Мидгардцы такие нежные. Нужно занести снадобье как можно глубже в рану. Отчитав лекаря, Чимин уложил мою голову себе на колени. Руками я из последних сил цеплялась за его штаны. — Потерпи, золотце. — нежные руки успокаивающе гладили меня по голове — Ещё чуть-чуть…Что же ты не сказала мне, что не хорошо себя чувствуешь?  — Я просто устала…— едва ли не срываясь на плач лепетал мой голос. — Устала, девочка моя… — Эх, а говорила не знаешь…— с  укором произнесла Фрейя. Чимин с немым вопросом в глазах посмотрел на Фрейю, но та не стала вдаваться в подробности и объяснять смысл своих слов.  В это время лекарь-мучитель накладывал какую-то жгучую мазь прямо на рану. Удержаться от вскрикивания было невозможно. Казалось мазь прожигает до самых костей.  На мои стоны прибежал даже Локи, интересуюсь девчонку ли лекарь здесь латает или мучает рожающую кошку.  Врачевателя тоже можно понять. Только что он спасал жизни крепким, могущественным воинам, а теперь перед ним лежит хрупкое тельце, едва ли способное выдержать даже жжение мази.  К счастью мои мучения длились не долго. Жжение быстро прекратилось и мне пророчили скорейшее выздоровление. Все покинули спальню, кроме него. Чимин остался со мной, укладывая на подушку, словно маленькую.  — Ступай — повернувшись к нему спиной велела я — Ты так хорошо веселился.  В голове мелькали картинки с его улыбающимся лицом. Он смеялся, выслушивая шутки Фрейи, задорно отплясывал пока Локи уводил меня из зала. Да что там говорить, он восхищался бедрами этой богини! Моими он никогда не восхищался.  — Прости меня…— тихо пробурчала я тут же меняя свое настроение — Ты просил сидеть ровно, но не получилось. Сердишься наверно?  — Я горжусь тобой, золотце — неожиданно признался он, обнимая меня сзади — Ты встала на защиту того, кто был уязвим, не побоясь навлечь беду на свою голову.  — Ты что, пьяный? — с подозрением нахмурившись обернулась я к нему лицом.  — У тебя ноздри раздуваются, когда ты сердишься — усмехнувшись заявил Чимин.  — А у тебя глаз не видно, когда ты пьяный.  — Винопитие - ничто иное, как способ усердного сопротивления безрадостным мыслям. — его тихий шепот ласкал слух. — Опять твой Гиппократ? — дрожащим голосом спросила я. Он был так близко ко мне. Так страстно хотелось его поцеловать… Но стоило ли?  — Пак Чимин, золотце. Он ответил на мой главный вопрос. Стоит. Мягкие губы накрыли мои нежным поцелуем. Из груди вырвался непроизвольный стон удовольствия. Эти губы способны довести меня до сумасшествия, подтолкнуть на преступление. Я с упоением зарывалась пальцами в его мягких волосах. — Ты всегда краснеешь от поцелуя или только со мной? — расплываясь в улыбке спросил Чимин.  — А ты когда занимаешься любовью со всеми закусываешь нижнюю губу или со только мной?  — Я так делаю? — удивленно склонил голову он — Вот так?  Как же соблазнительно он это делает. Невозможно устоять. Порой даже кажется странным, как можно вот так вот просто пройти мимо него и не возжелать коснуться этих пухлых губ. От выпитого медового пива они стали еще слаще. Не отказывая себе в удовольствие, я смаковала это поцелуй, делая его не торопливым, вкладывая в него всю свою нежность, которую хотела подарить лишь ему.  — Ты все ещё меня любишь? — робко краснея я решилась напрямую задать волнующий меня вопрос. — А что, ты уже спланировала свадьбу с Локи, чтобы остаться жить в Асгарде?  Наверно нет ничего более ужасного, чем на вопрос «А любишь ли ты меня?» получить ответ «А что?». Поджав губы, я неловко отвернула лицо.  — Золотце, я тебя больше жизни люблю — потянув меня к себе за подбородок обмолвился он — Потому свадьбу твою с Локи придется отменять.  — Чиминаа! — капризно протестовала я — Ну причём здесь свадьба?! — Не знаю, может быть у тебя теперь хобби такое. — Нет же! Точнее не совсем…Частично ты был прав… — Золотце… — Да погоди ты рычать!  Воодушевившись, я уселась на его бедра, уперев ладони в грудь и выложила, как на духу все свои планы по спасению нашего совместного будущего. Чимин смотрел на меня словно на ребенка, рассказывающем о своих фантастических планах, которым не суждено сбыться. Его губы подрагивали в легкой улыбке, в то время, как глаза с умилением следили за моим воодушевлением. Нежной рукой Чимин гладил мое раненое бедро, забирая всю ноющую боль.  — Ой…— растерявшись воскликнула я, чувствуя, как подо мной твердеет его плоть.  — Ой? Ты когда усаживалась на что-то другое рассчитывала?  Он вновь сделал это. Вновь закусил губу и мягко потянул меня к себе. — Красота ты моя золотая…Не нужно ничего изобретать. Мы и так будем безмерно счастливы там, где нам самое место.  — Неужели! — восторженно воскликнула я — Неужто Дике с Фемидой смилостивились?! Или Чонгук их уболтал?! — Золоце, я… Договорить Чимину помешали крики, доносящееся из-за окна. Переглянувшись, мы синхронно вскочили с кровати и бросились к балкону. Прямо по парку шел отряд, грозно надвигающийся к дворцу. Среди темноты я пыталась разглядеть хоть одно знакомое лицо. Каково же было мое удивление, когда в его главе я узнала Эйкина.  — Ну что, одевайся, жених пришел. — нахмурив брови пробубнил Чимин разворачиваясь к выходу.  — Ты куда? — испугано вскрикнула я. — Пойду и дальше играть роль злого дракона, укравшего принцессу у прекрасного принца. А ты сиди здесь и не высовывайся. Поняла?  Я испугано закивала головой. Оставив мне свой быстрый поцелуй, Чимин выбежал из спальни и скрылся в коридоре.  — Запахлоо праздничкоооом — на распев протянул довольный Локи, проходящий мимо моей распахнутой двери в припрыжку. Я металась от двери к балкону с ужасом наблюдая за тем, как асы грозно выстраиваются в ряд пред альвами. Неужели из-за нас развяжется война между асами и альвами?