Противостояние

Утро приветствовало меня легким мурчанием Чимина.  Он стоял возле зеркала, в одном лишь полотенце, скептически оглядывая собственные волосы. По всей видимости настроение бога было самым что ни наесть приподнятым. Он что-то напевал себе под нос, соблазнительно двигая бедрами в такт.  — А ну-ка ещё разочек — тихо пробурчала я из под одеяла, желая ещё раз насладиться манящими движениями. — И почему ты даже утром такой красивый?  — Я теперь человек, — продолжая мурлыкать Чимин медленно приближался к кровати — а это значит, что больше мне не удастся вкусить золотых яблок. Моя кожа будет неустанно стареть, покрываться морщинами и мне следует более тщательно следить за собой, чтобы мое золотце не нашла себе кого-нибудь попривлекательней и помоложе.  Забравшись в кровать, Чимин поглаживал меня по спине, осторожно покрывая лицо своими поцелуями. Конечно же я не могла не упрекнуть его в этих абсурдных мыслях. Разве хоть один мужчина на Яву может сравниться с ним? Во всей Прави и Нави не найдется никого, кто в моих глазах мог бы превзойти любимого.  — А как ты думаешь, какими мы будем в старости? — задумчиво спросила я, утыкаясь носом в голый торс. В этом вопросе он не был со мной честен. Во всяком случае до конца. С улыбкой на лице Чимин утверждал, что мы будем прекрасными пенсионерами, которые и в восемьдесят держат друг друга за руки, а  во время семейных застолий неустанно рассказывают внукам историю своей любви.  Но я видела тихую грусть в его глазах. Разумеется ему было тяжело принять тот факт, что однажды он постареет. Его тело уже не будет таким сильным, разум не будет таким светлым, кожа потеряет свою упругость и эластичность, а кости будет выкручивать при каждой смене погоды. Видела я и ту борьбу внутри него, что он вел с собственными мысля. Уверена он убеждал сам себя в том, что все это стоит того, чтобы мы могли быть вместе, что я не подведу его и что теперь он может быть по-настоящему счастлив.  — Только не умирай пожалуйста первой. — шире улыбаясь неожиданно заявил Чимин — Я без тебя не хочу.  — Как бы то ни было, мы встретимся вновь — тихо прошептала я. — Тогда нам надо быть хорошими детишками, чтобы мы могли однажды встретиться в Ирие.  — Чиминаа! — я надула губы с обидой всматриваясь в мужчину — Утро, а мы с тобой о смерти говорим!  У нас впереди еще столько всего. Теперь я так четко это себе представляю. Вижу, как встречаю его с работы, босоногой бегая по его квартире. Вижу, как мы вместе ужинаем, делясь событиями текущего дня. Вижу, как просыпаемся вместе и суетливо собираемся на работу. Что там говорить, теперь уже я вижу и нашу свадьбу. Вижу, как отец ведет меня к алтарю. На мне белое платье, словно у принцессы. Вижу, как от счастья плачут мама и сестра. Вижу его. Прекрасен, как никогда, в лучах света Гелиоса, в окружении белоснежных цветов. На нем черный костюм, рядом стоит Дэгон и я даже вижу его взгляд, то, как он смотрит на меня. С неприкрытым восхищением, осознавая то, как счастлив сейчас. А мне страшно. Я боюсь, что от этого счастья вот-вот остановиться сердце или произойдет нечто, что вмиг разобьет его. — Идём прогуляемся, золотце? Локи я нигде не нашел, потому давай просто осмотримся, пока ждём его?  Нет, все же если мы поженимся, то мое сердце точно остановится. Если сейчас я задыхаюсь от собственной любви к нему, то что будет дальше? Вот так просто, болтая с ним, пока собираюсь, просто идя по цветущим садам Асгарда за руку, просто мимолетно касаясь его губ, я испуганно замираю от мысли: «Законно ли вообще любить так сильно?». Нормально ли это или это помешательство? А самое главное: как не задушить его своей любовью? Как поддерживать в нем то переполняющее счастье?   Взявшись за руки мы прошлись по дворцу, восхищаясь его красотами. Все в нем было крыто чистым серебром, а самое интересное, что он имел и имя — Валаскьяльв. Здесь же на своем престоле Хлидскьяльв восседает Всеотец. Помимо престола здесь стоят и двенадцать тронов, для мудрых мужей. Сей дворец асы зовут ещё Чертогом Радости.  Каждый чертог в Асгарде имеет имя. Пройдясь по окрестностям мы видели чертог Тора, под названием Бильскирнир. Местные, завидев то, как мы с Чимином разглядываем чертог, шепнули нам, что владения сына Одина, по слухам, насчитывают в себе более пяти сотен покоев. Он в сотни раз больше всех домов. Удалось нам увидеть и чертог, некогда принадлежавший убитому Бальдру. Говорят, что владелец Брейдаблика был настолько прекрасен, что исходило от него сияние. А ресницы бога сравнивали с самым белоснежным цветком. Самым благостным и сладкоречивым был Бальдр, а в его владениях никогда не свершалось злодейств и порока. Но сейчас они будто замерли. Уснули на несколько тысяч лет, погружаясь в мрачный, летаргический сон. Брейдаблик не обветшал, его стены и крыша не прохудились, в нем просто не было жизни. Он мрачно стоял на своих землях, в стойком ожидании своего хозяина. Видели мы и чертог Фрейи. Имя ему Сессрумнир. Наверно достаточно одного взгляда на него, чтобы понять, кому он принадлежит. Под стать своей владелице прекрасен чертог. Его сады изобильнее садов Одина. Всюду благоухающие цветы, деревья с густыми и пышными кронами. Но самым любопытным здесь была колесница, на которой разъезжает богиня. Если Тор впрягал в свою двух козлов, то Фрейя двух кошек. Двух огромных, исполинских кошек, от мурчания которых испуганно сгибались деревья. Но самым необычным зрелищем для меня стал Локи. Мы застали его в тени раскидистого дерева, трепетно ласкающего пышную женщину. Ее блестящие волосы покрывали обнаженные плечи, алые губы приоткрылись в предвкушении, а круглое личико все было покрыто смущенным румянцем, пока Локи оставлял свои мягкие поцелуи на ее ключицах.  — Очуметь! — шокированно прошептала я. Схватив Чимина за руку, я оттащила его к близ стоящему дереву, осторожно выглядывая из-за него.  — Золотце, мы что, серьезно подглядывать будем?! — упер он в меня свой удивленный взгляд. Конечно будем! Могу ли я пропустить такую сцену!? Как бы Чимин не обвинял меня в том, что ас плохо на меня повлиял,  во мне не было желания лицезреть именно интимную сцену. Я хотела узнать этого Локи. Не того проныру и балагура, что представал передо мной ранее, а вот этого трепетного, полного любви и обожания Локи. Он целовал ее так осторожно, словно она была хрустальной вазой, которую он боится надломить одним лишь своим прикосновением. Я бы даже сказала, что он смотрел на нее с каким-то глубоким благоговением. Здесь не было места похоти, разврату или чему-то грязному. Только лишь бескрайняя нежность.  — Что, лапуля — не отрываясь от женщины произнес Локи — осознала чего лишилась?  — Довольна? — нахмурившись пробубнил Чимин — Наподглядывалась?  Оставив на губах возлюбленной прощальный поцелуй, Локи направился к нашему дереву. Я хотела было сбежать от неловкости. Мои ноги метались из стороны в сторону, выписывая круги, пока сапоги аса звучно приминали траву, прокладывая дорожку прямо к нам. — Успокойся. Уже поздно метаться. — Чимин схватил меня за руку, останавливая суетливые ноги. Нечего больше не придумав, я уткнулась лбом в дерево. Врасти в кору — идеальный план маскировки. Во всяком случае именно так рассуждал мой мозг в панике.  Внезапно шелест травы исчез. Его шагов было не слышно. Но я не рискнула оторвать голову от дерева. Тишина. Лишь удары испуганного сердца звонко отбивали ритм на весь Асгард.  — Бу! — внезапно прозвучало у самого лица.  Прошедшая по руке вибрация дала мне понять, что вздрогнула не только я, но и Чимин тоже. — Лапуля, у тебя эротические фантазии что ли какие? — насмешливо спросил Локи — Хотя…— Боковым зрением я видела, как его взгляд медленно  скользнул по Чимину — Если у вас там все так плохо, как она говорит, то чему удивляться?  — Ничего я такого не говорила! — вспыхнула я, резко отринув от дерева — И  ничего там не плохо! А очень даже хорошо! Так хорошо, что…Что ого! И ого-го!  — И иго-го, я понял — продолжал насмехаться ас. — Нет, я же готов если что оказать гуманитарную помощь сексуально-нуждающимся!  — Локи! — грозно рыкнул Чимин. Сквозь высокую, душистую траву возлюбленный утаскивал меня подальше от наглого аса. Идти было сложно, трава доходила почти до пояса и поднимать высоко ноги приходилось преодолевая боль в ноге, но мое возмущение было превыше этого. — Нет, я не понимаю! — кричала я асу, следующему за нами. — Ты с таким обожанием сейчас целовал эту женщину, а мне свой детородный орган показывал! — сделав самое ехидное лицо я добавила — А она знает?  — Сигюн! — громко крикнул Локи, широко вышагивая за нами. — Да, любовь моя! — отозвалась женщина. — Я этой девице член показывал!  Такое признание огорошило нас с Чимином. Мы застыли на месте, обернув свой головы к Локи. — Хорошо! — как ни в чем ни бывало отозвалась Сигюн — Будь осторожен!  — Люблю тебя! — растянувшись в кривой улыбке ответил ас — Ну чего встали? Топайте, давайте.  Локи подтолкнул меня в спину и обогнав нас, вышел к мощеной дорожке.  — Как так можно?! — пуще прежнего возмущалась я — Как можно говорить, что любишь и что…Ооо! Ты ужасен, Локи!  — Лапуля, не путай секс и любовь.  По стройной формуле Локи секс не всегда равно любовь, а любовь не всегда равно секс. Можно заниматься сексом и не любить, а можно любить, но секс при может быть самый что ни на есть ужасный. Мне же он как раз и предлагал просто секс. Без каких либо обязательств, без каких либо ожиданий.  Как бы я не сокрушалась, считая такую идеологию мерзкой и отвратительной, самым шокирующим было то, что Чимин придерживался примерно той же версии. — Чегоо?! — вытаращила я на него глаза — А как же двести тридцатая  заповедь: « Не возжелают же муж и жена плоти иной, кроме супруга своего»?!  — Ну ее Морана вписывала — пожав плечами шокировал меня Чимин ещё сильнее — Золотце, ты пойми, что любовь - она разная. С самым умным видом Локи усердно поддакивал Чимину, раз за разом отбивая обухом мне  по голове своими словами.  С его точки зрения, секс, как и любовь бывают разные. Есть нечто похожее на удовлетворение физиологических, психологических и моральных  потребностей. В таких случаях люди занимаются сексом ради того, чтобы утолить свое желание, почувствовать себя нужным, сексуальным или же убежать от суровой реальности. Они дарят друг другу любовь в тот момент, когда так отчаянно в этом нуждаются.  А есть тот вид секса, когда влюбленые дарят друг другу совсем иную любовь. Вместе с ним они отдают свою душу, всего себя, вкладывая в каждое свое касание особый трепет, желая слиться с предметом своего воздыхая. В своих рассуждениях мужчины дошли до той точки, когда стали всерьез рассуждать на тему: «А можно ли считать изменой половую связь?». Слушая все это, у меня пропал дар речи. Я даже не знала с чего начать на них кричать. Локи и Чимин сперва стали думать какое точное определение дать слову «измена».  Сошлись на том, что измена — это прежде всего предательство. Духовное, моральное предательство. Когда предаешь чувства, отдавая часть своей души другому человеку.  — Пожалуй даже поцелуй может быть большей изменой, чем некоторые виды секса. — с серьезным видом заключил Чимин. — Ты в своем уме! — взорвалась я, возвращая к себе дар речи. — Значит ты все таки с ней спал! С этой своей разнообразной любовью! Все то, о чем рассуждал Чимин ясно мне дало понять, что он спокойно мог переспать с Психеей, не предавая этому особого значения. Так ещё и не упустил шанса, щелкнуть меня по носу, припоминая поцелуй с Александром. Получается он белый и пушистый, а я зло во плоти?! — Золотце, ты перекручиваешь мои слова. — закатив глаза ответил неверный  — Ничего я не перекручиваю! Значит я, распутная девка, которая была вовлечена в поцелуй, хотя сама того не желала, а у тебя там потребности неудовлетворенные, да?! — А что мешало тебе остановить этот поцелуй?! — неожиданно вскрикнул Чимин. Я остановила шаг, изумленно уставившись на мужчину. Значит все же не простил и всё ещё винит меня в этом. Но есть ли моя вина в случившимся? Возможно я и правда могла остановить Александра? Могла ли? Значит ли все это, что теперь Чимин всегда будет напоминать  мне о случившимся? Что если вообще он специально развил всю эту тему выставляя все таким образом?  — Да пошел ты…— сморщившись процедила я сквозь зубы. — На хер. — шептал мне на ухо Локи. — Да, спасибо. Пошел ты на хер, Пак! — Ууу! — сложив губы в трубочку протянул ас — Как официально!  — Идем, Локи, разговор есть.  — Джихё, постой! — строго выкрикнул Чимин — На хер, Пак. На хер.  Пока Чимин вновь выговаривал Локи за дурное влияние на меня, я желала отвлечься и перейти к более важной теме, а не тратить время на все эти рассуждения об адюльтерах. Я долго размышляла обо всем том, что услышала об Асгардцах. Теперь уже идея их спасения не казалась такой хорошей. Они обросли собственной жадностью, эгоизмом и чувством вседозволенности. Ни раз в их жизнях были случаи, когда стоило бы задуматься, но ничто их не учит.  Несколько раз Зевс практиковал массовые уничижения. Видя, как скатываются люди, погрязая в грехах, он истреблял человеческий род, заменяя их новым. Раньше мне казалось это диким и абсурдным, но теперь уже все казалось иначе. Что если позволить случиться Рагнарёку и отдать Асгард нашим богам? Так они смогут контролировать все девять миров и больше не бояться ничего. Только вот как сказать об этом Локи? А главное стоит ли вообще говорить? Может он сможет разделить со мной эту мысль? Но загвоздка не только в этом. Как уберечь Явь от конца света? Есть ли от него спасение? Что если просто выдвинуть асам свои условия, вынуждая их уйти в небытие взамен спасения? Поселим их на острове героев, забрав Асгард себе.  Все же обсудить следует. Только вот где? Прямо здесь околдовывающий пар Локи будет выглядеть слишком подозрительно.  — Слушай, Локи — осторожно начала я — Мне кажется, что с книгой не получится…Я так посмотрела, подумала…что-то как-то… — Идём. — крепко ухватив меня за руку перебил ас — По пути в Мидгард, зайдём кое-куда. Я понял, что ты хочешь сказать. Простившись со всеми, мы направились в путь. По дороге на Биврёст между нами царило напряженное молчание. Что если я зря ляпнула это? Куда он хочет нас отвести? Что если просто запрет сейчас в какой-нибудь темнице и будет действовать в одиночку. Но эти мысли почему-то не оставались со мной надолго. Отчего то я верила Локи, невзирая на его славу.  Я не засомневалась в нем, даже когда увидела место, куда он привел нас. По своей мрачности оно не уступало Нави. Радужный мост ослеплял своим светом, в этой кромешной темноте. Только Биврёст растворился, словно мираж, я словно ослепла. Не видно ни зги. Но вскоре к мраку удалось привыкнуть и я разглядела окрестности. Без сомнений это было царствие дочери Локи. Здесь не было солнца, лишь зеленоватые полосы света, отдаленно напоминавшие северное сияние. Острые пики скал тянулись к нему, словно желая вобрать в себя хоть каплю света.  Прямо перед нами возвышались внушительные решетчатые ворота. Локи что-то нашептывал им, низко согнувшись к замку. Казалось он говорит с самой сталью и она слушает его, потрескивая, как на морозе.  — Что ж, добро пожаловать в Хель — радушно улыбнулся Локи, медленно открывая калитку.  Только я собиралась сделать шаг, как Чимин преградил мне путь. — Зачем мы здесь? — не скрывая подозрения спросил он — Врата мир мертвых везде едины - переступишь их, назад дороги нет.  Тяжело вздохнув, Локи шагнул через калитку, одаривая Чимина колючим взглядом, а затем спокойно шагнул назад. Так ас ходил туда обратно, то в припрыжку на одной ноге, то держась за забор, то кокетливо из-за него выглядывая, пока меня не начало укачивать от его перемещений. Вымученно закатив глаза, я сделала шаг к воротам, пока Чимин вновь не ухватился за мою руку.  — Это может быть опасно.  — Ой! У тебя там ещё одна подружка есть. Запасная. Та, с который ты другой любовью занимаешься — едко проворчала я, одергивая свою руку и делая широкий шаг к Локи.  — Золотце, ну хватит! Не было у нас ничего. — Дааа? — наигранно протянула я — А что так? Нужды пока не было?  — Нет! В отличие от вашей нужды с Александром! Я бы и продолжила эти препирательства, но окружающая атмосфера не позволила. Было безумно страшно. Холодок пробегал по коже при виде этих больших селений, что расположились у подножия горы, на которой стоял готический замок. Здесь, в низине, слонялись тени. Во всяком случае в темноте я не смогла разобрать, имеют ли они плоть. Просто черные силуэты, едва переставляющие свои ноги. Если проводить аналогию с нашими преисподней и навью, то все же можно заключить, что это всего лишь бесплотные души, что попали к здешней владелице после кончины. Только вот у нас все несколько иначе. Наши души в преисподней и Нави подвергаются пыткам, страдания, в наказания за грехи, совершенные при жизни. Здесь же они словно жили обычной жизнью. Вот одна тень тащит ведра с водой, вот другая что-то кует, третья размеренно гуляет по пустоши. Будто бы обычные люди, чья жизнь кипит не днем, а ночью, которая прячет их лица от любопытных глаз.  — Добро пожаловать в Мокрую Морось. — торжественно объявил Локи, указывая рукой на замок.  Лучше названия придумать было нельзя. Если можно было бы описать местный «климат», то мокрая морось — то что надо. Она наполняли изнутри легкие, обжигала их собой. Пока мы с Чимином неуютно ежились, Локи уверено шел размашистой походкой. То и дело от него можно было услышать: «Привет, Ори!»; «Как жизнь, Гандальв?»; «О, Нюард! Давно не виделись!». Тени что-то нечленораздельно бурчали ему в ответ, явно не разделяя его позитива. Повсюду стоял металический скрежет, вынуждающий нас неприязненно морщиться.  — Что это за звук? — вжимая голову в плечи спросил Чимин. — А, это доченька кушает. Истощением по Голоду скребет.  — Это как? — ничего не поняла я Истощение — нож Хель, а голод — блюдо с которого она ест. — Эй! — громко крикнул Локи, пока мы вышагивали по хлипкому навесному мосту — Соня! Лежебока! А ну уберите-ка Напасть!  Только успел ас это прокричать, как у самого порога замка рухнула решетка и тут же к ней бросились женская и мужская тень.  Как оказалось, Напасть призвана преграждать путь к дворцу властительницы, а Соня и Лежебока ее верные слуги. Внутри замка было так же темно, как и за его пределами. Ни единой свечи не горело здесь. Но пожалуй это было и кстати. То, что царило внутри явно не вызвало бы во мне восхищения, а лишь наоборот поселило ещё больший ужас. Очертания зловещих скульптур, висящих на стенах говорили сами за себя.  — Ты по что мне смертных припер! — раздался скрипучий крик, заполняющий собой все пространство — Вонь стоит невыносимая!  Мы ещё даже не успели войти в зал, как наш дух уже учуяла Хель. Я осторожно поводила носом возле плеч, проверяя на наличие запаха, но так ничего и не почувствовала. Обернув голову на Чимина я поняла, что он делает все то же самое.  — Ты как с отцом разговариваешь? — театрально возмутился Локи уверенно проходя в зал — Ну что за дети нынче пошли? — адресовал он вопрос нам. Стоило нам зайти, как взору открылось ужасная картина. За столом ссутулившись сидела огромных размеров женщина. Одна ее половина была синяя, словно у тех покойников, что я видела на фото в полицейском участке, а вторая половина больше походила на освежеванное мясо. Свирепый взгляд прожигал нас насквозь. Страшный образ Хель мы смогли рассмотреть благодаря спутнику, что сидел по правую руку от нее. Сомнений не было — это был Бальдр. Легенды о его красоте и исходящем свете оказались вовсе не легендами. Он действительно был бел, подобно ландышу. Крепкие мышцы проступали через тонкие одежды, а голубые глаза были безжизненно-пустыми. Только лишь завидя Локи они вспыхнули огнём ненависти, а сильные руки сжались в кулаки.  Меня пробирала крупная дрожь. Возможно от холода, а может быть от страха. А возможно от всего разом. Мягко скользнув по моей руке, Чимин осторожно двигал меня назад, закрывая своей спиной.  — Вели девке перестать бояться — гаркнула Хель — Так ещё сильнее воняет!  Украдкой поглядывая на Локи, я открывала для себя его новое амплуа строгого отца. Его лицо было непроницаемым, брови чуть сошлись у переносицы, но тем не менее, в глазах читалась любовь к этому ужасному созданию. Какой бы Хель не была, он любил ее родительской любовью и глядя на нее не видел всего того кошмара, что видели мы. В его глазах она была маленькой девчушкой, которую обидели, которую отвергли только лишь из-за того, что своим видом внушает страх. Теперь и я видела ее его глазами. Разве это не отвратительно судить по внешности? Чем тогда я лучше этих надменных асгардцев? Хель такая же, как и ее отец — отвергнутая и уязвленная.  Проникнувшись к ней сочувствием, я выглянула из-за Чимина и твердой походкой направилась к столу, усаживаясь рядом. — Рада познакомиться, Хель. Мое имя Пан Джихё — одна моя рука приветливо протягивалась к женщине, а второй я приглашала Чимина сесть рядом.  Хель и Бальдр изумленно таращили на меня свои глаза, пока Локи довольно улыбался. Чимин же кажется вовсе не дышал, медленно опускаясь на рядом стоящий стул. Не взирая на все опасения, Хель настороженно протянула мне свою холодную, костлявую руку. — Обидой пахнешь — поводя вокруг меня носом заключила властительница — И злостью. Второе только тебе чуждо. То отца моего вина. Иная ты, не озлобленная.  Я опустила взгляд, словно это должно было помешать ей читать меня насквозь.  — А вот он ярится, как бог. И ярость его тихая, сдержанная. Самая опасная.  Я резко обернула голову к Чимину. Значит он злится на меня? Именно злится? Действительно винит в произошедшем? Его челюсть плотно сжималась, словно он хотел действительно излить злость, но держался до последнего.  — Достаточно психотерапии. Давайте к делу. — Пробасил он вовсе не своим голосом. Скрипучий смех Хель наполнил зал своими раскатами. Но как-только Локи объявил причину нашего визита, она тут же посерьезнела, велев Бальдру ступать к себе. — Я вас изначально немного обманул — обратился он к нам, провожая взглядом Бальдра. — Кто бы сомневался — усмехнувшись ответил Чимин. — Я хочу не предотвратить Рагнарёк, а свершить его.  Локи долго терпел  издевательства над собой и своими детьми, но лишь последний прецедент наполнил чашу терпения до краев. В его голове не укладывалось то, как асы могли прийти к нему за помощью после того, как убили двух его сыновей таким варварским способом.  Выслушав просьбу Локи решил, что отправится за книгой, но использует ее в своих целях. Вместе с дочерью он совершит возмездие не оставляя асам и единой надежды на спасение.  Согласно пророчеству волки пожрут то солнце и луну, что светят над Асгардом, вырвутся плененные сыновья Локи, небо обрушится на Мидгард, сыны Муспельхейма поскачут по Биврёсту, разрушая его под собой и встретятся все на поле, что зовется Вигрид. И Локи будет там, а с ним Хель со своими спутниками. Вместе с инеистыми великанами пойдут они против асов. Тогда протрубит Хеймдалль в свой рог Гьяллархорн.  — Если в пророчестве сказано, что ты и Хель пойдете войной на асов, то с чего вдруг они отправили тебя за книгой? — задумавшись спросила я. — Потому что согласно пророчеству я и сам погибну от руки Хеймдалля. После Рагнарёка из моря поднимется Новая Земля, а выживут лишь сыновья Тора Моди и Магни, а так же Видар и Вали . Из Хель вернутся братья Бальдр и Хёд и все вместе поселятся они в чертоге, что зовется Гимле. Мне все было ясно. Уверено хлопнув ладонью по столу, я заявила, что мы должны не воровать книгу глубины, а убедить богов присоединиться к войне против асов. Пусть Асгард падет и нашим олимпийцам не светит, но они могут захватить тот самый Гимле и возвести на месте Асгарда новый Олимп или Ирий. — А послом и правителем станешь ты, Локи. Окружишь себя детьми и будете мудро править в мире и согласии с верховными богами. Три пары глаз ошарашенно уставились на меня, пока я была тверда, как кремень. — Лапуль, ты хочешь бросить силы ваших верховных богов, чтобы мне трон отвоевать?  — В первую очередь я хочу уберечь Явь и распростереть мудрость наших богов за имеющиеся пределы. Пусть некоторые их решения странны и абсурдны, но они значительно достойнее асов. Асы погрязли в пирах, своей жадности и лени, в то время, как наши боги неустанно трудятся не только себе во благо. Ну а тебе, трон полагается в качестве моральной компенсации.  — Мне кажется это слишком радикально… — сомневаясь заключил Чимин.  — То есть тупо, да? — ехидно переспросила я — Так и скажи прямо: Джихё, ты тупая! — Ты опять переворачиваешь мои слова! — вспыхнул Чимин — Просто мне кажется, что прежде асы никак не вмешивались в нашу жизнь и ничем ей не мешали! К чему тогда эта казнь? Пусть они и дальше делают, что заблагорассудится. — Дааа?? — иронично воскликнула я — А  что если после избежание Рагнарёка они позарятся и на Явь? Так же, как и позарились на золото ванов? Что тогда? А у них на руках будет наша книга! Многое ли боги смогут без книги?! — Да! Многое! Мы титанов победили не имея книги глубины и Зевса с трона свергли тоже без книги! Возьми себя в руки, Джихё! Посмотри, что с тобой стало! Ты даже не пытаешься бороться с собственной злостью! А что будет, когда Локи придет к власти над тем, что останется от Асгарда? Что будет с людьми? Возвращение к железному веку? Этого ты хочешь?  — Пошел ты! — рассерженно крикнула я вскакивая из-за стола  — На хер…— Заговорщицки прикрывая рот шепнул Локи — Помню я!