Глава 1
15 апреля 2024 г., 12:00
Гарри делает глубокий вдох.
Он будет вести себя профессионально и вежливо, но не дружелюбно. Он здесь только для того, чтобы выполнить свою работу.
Его стук эхом разносится по просторному вестибюлю Поместья. Он заставляет себя спокойно держать руки сцепленными перед собой. Профессионально.
Дверь открывается, и за ней появляется единственный житель большого поместья.
— Конечно, они послали тебя, — его бровь легко дергается, на лице выражение раздраженного веселья.
— Ты все еще высокомерный придурок? — Гарри огрызается, прежде чем успевает остановиться.
Блондин криво улыбается, открывая дверь шире.
— Надеюсь, что нет. Я просто удивлен, хотя, полагаю, мне действительно не стоит удивляться. Пожалуйста, проходи. Я ценю, что ты приехал, — говорит он, жестом приглашая Гарри войти.
Малфой попросил аврора приехать в Поместье, чтобы осмотреть множество Темных Артефактов, которые все еще хранились в его доме. Министерство немедленно выдвинуло Гарри добровольцем, сказав ему, что он лучше всего подходит для этой работы. Гарри совсем так не думает.
Гарри следует за ним в светлый, открытый вестибюль, чувствуя при этом худший вид дежавю. Даже без гнетущей темной магии, в нем все еще ощущается атмосфера богатого человека.
Малфой вызывает домового эльфа в платье с оборками, что-то тихо говорит ей, а затем возвращает свое внимание к Гарри.
— Как я уже сказал Министерству, я не хочу иметь ничего общего с артефактами, которые все еще находятся в доме. В идеале, все они могут быть изъяты и либо уничтожены, либо надежно спрятаны в другом месте.
Кажется, его не интересуют светские беседы, и Гарри это ценит.
— Хорошо. Я первый, кто пришел, будут еще разрушители проклятий, архивариусы и еще несколько человек после моей первой оценки. Я здесь, чтобы составить краткую опись всего, — он говорит коротко, но не грубо.
Каким бы очаровательным и сердечным Малфой сейчас ни притворялся, Гарри на это не купится.
— Я так и подумал. Через час Пеппи принесет нам чай в гостиную. Я покажу тебе хранилище, — Малфой поворачивает к огромной главной лестнице, и Гарри следует за ним на несколько шагов позади.
Теперь, когда его жизни не угрожает непосредственная опасность, Гарри может спокойно осмотреть поместье и посудить о его упадке. Малфой ведет его вверх по нескольким лестницам, каждая из которых более узкая, чем предыдущая. Свет проникает через открытые двери каждой комнаты на их пути, и Гарри видит множество гостиных, несколько спален и кабинет, в котором разбросано несколько дюжин чайных чашек.
Он понимает, что это, должно быть, комната, где появились такие произведения, как «Учитель зелий», «Колдун и его Сова», и «17-летний Пожиратель смерти». Первые два были дурацкими детскими приключенческими романами Малфоя, опубликованными в течение десяти лет после войны. Последним было короткое произведение, в котором он написал о влиянии семей чистокровных волшебников, внушающих своим детям чушь о чистоте крови.
Гарри не читал ничего из этого, в отличие, конечно, от Гермионы, которая сделала это из чистого любопытства, и она сказала, что он, кажется, полностью перерос то ужасное отношение, которое у него было в школе. Гарри это не особенно волнует, хотя, как он полагает, приятно, что ему и другим аврорам не приходится все время гоняться за Малфоем.
Несмотря на это, Малфой показал сегодня, что он в основном такой же, каким был в школе, за исключением нескольких отличий.
Теперь его волосы выглядят мягкими, а не гладко зачесанными назад, как это было большую часть школы. Он одет так же шикарно, но в нем нет той резкости, которая была, когда Гарри видел его в последний раз. Глубокие тени под его глазами тоже не кажутся такими темными, как раньше. Он также ведет себя с большим изяществом и большей уверенностью.
Но на самом деле он в основном такой же.
— Только ты шляешься по этому месту? — спрашивает Гарри, когда неловкое молчание затягивается.
К его удивлению, Малфой издает тихий смешок.
— Только я. Ну, я и все эльфы, но они так усердно работают, поддерживая это место в рабочем состоянии, что я редко вижу их, если не позову, — говорит он.
Снова становится тихо. Он открывает лестницу для прислуги, включает свет над ними, чтобы разогнать чернильную тьму. Гарри дрожит. На чердаке царит такое же ощущение, как и в доме, когда Гарри привезли сюда во время войны.
Все было покрыто пылью. Здесь находилась пара предметов мебели или более крупных артефактов, покрытых белыми простынями с толстым слоем пыли поверх них.
Малфой оглядывается вместе с Гарри, рассеянно закатывая рукава. Гарри ловит себя на том, что ищет заметно отсутствующую Темную Метку. Малфой ловит его на этом.
— Она все еще там. Не волнуйся, это навсегда.
— Почему я ее не вижу? — спрашивает Гарри.
Малфой касается кончиком палочки своего предплечья, и Метка появляется в поле зрения.
— Маскирующие чары. Мне не нравится смотреть на нее, — говорит он, и Метка снова исчезает.
— Почему потребовалось десять лет, чтобы ты вдруг решил передать все Министерству? — звучит обвиняюще, но Малфой, кажется, не оскорблен.
— Что ж, аврор Поттер, официальный ответ таков: я нашел эту комнату всего месяц назад. Но, между нами, Гарри, прошло немного больше времени. Мне удобно упоминать об этом только сейчас, учитывая, что срок моего условно-досрочного освобождения истек в прошлом году. Я бы сел в тюрьму за сознательное владение всем этим во время моего условно-досрочного освобождения.
— Условно-досрочное? Я думал, тебя помиловали? — похоже, Гарри больше заинтересован в унылой жизни Малфоя, чем хотел.
— Так и было. Но как отмеченный Пожиратель смерти, условием моего помилования был восьмилетний испытательный срок, в течение которого Министерство могло проверить меня в любое время, чтобы убедиться, что я не замышлял ничего… гнусного.
— Ты был несовершеннолетним, — подмечает Гарри. — Когда ты получил Метку. Я помню это. Тебе было шестнадцать.
— Ты прав. Начнем? — говорит Малфой, поворачиваясь лицом к Гарри, и взмахивает рукой, чтобы осветить комнату.
Давнишняя темная магия кажется не такой уж страшной, когда комната хорошо освещена.
Золото, серебро и стекло сияют, какими бы пыльными они ни были. Здесь много темного дерева, фарфора и мрамора, а также материалов, с которыми Гарри не знаком.
— Тебе нужно во всем этом разобраться?
Малфой снова взмахивает рукой, и белая простыня слетает с большого, тяжелого на вид стола. По обе стороны от него стоят простые деревянные стулья.
— Почти во всем. Я предполагаю, что это займет не один день. Это заслуживает твоего одобрения? — нахально спрашивает он, когда Гарри не отвечает.
— Не совсем от меня зависит, не так ли? — бормочет Гарри, переворачивая первый предмет, чтобы начать оценивать.
Малфой наколдовывает перо и немного пергамента.
Работать вот так с Малфоем на удивление легко. Он вежлив и продуктивен, записывает детали по мере того, как Гарри их произносит, и добавляет любую дополнительную информацию, которая может быть у него по объекту.
Пеппи зовет их пить чай, и Гарри обнаруживает, что сидит напротив Малфоя, наблюдая, как тот наливает им по чашке.
— Так скажи мне, Гарри. Как у тебя дела с тех пор, как мы разговаривали в последний раз?
— Ты имеешь в виду битву за Хогвартс? Достаточно неплохо. В последнее время меня пока не убивали, — отвечает Гарри.
Малфоя, похоже, это не беспокоит.
— Тебе нравится быть аврором? Я слышал от твоих коллег замечательные отзывы о твоем послужном списке, — говорит он.
Гарри косится на него, но Малфой кажется искренним. Это странно.
— Я неплохо справляюсь, — говорит он. — Делаю то, что должно. Преступления всегда происходят, так что…
— После всего случившегося тебе, конечно, полагается передышка, но я понимаю, что безделье может быть довольно скучным занятием.
Гарри наклоняется вперед и упирается локтями в колени.
— Что ты делаешь? Почему ты такой… почему ты такой милый? Прекрати. Это неестественно.
Малфой смеется, и это приводит его в бешенство.
— Ты хочешь, чтобы я был груб?
— Я хочу, чтобы ты был искренним. Никакой этой фальшивой вежливой аристократической чуши.
— Это не фальшивка. Я не сказал ничего такого, чего не имел в виду. Прошло десятилетие, Гарри. Люди меняются, — говорит Малфой, деликатно потягивая чай.
Гарри не отвечает, делает глоток своего чая и тихо ругается, когда тот обжигает ему язык. Малфоя это забавляет, но он это не комментирует.
