Руководство по ухаживанию за своим мужем: для чайников / An Idiot's guide to wooing your husband

Гарри снова просыпается от бьющего в глаза солнечного света, но нежная прохладная рука ложится ему на лоб, заслоняя резкий свет и почти убаюкивая его, и он снова засыпает. Он зевает.        — Доброе утро, Гарри, — ласково говорит Драко, свободной рукой убирая с лица Гарри спутанные волосы. — Я так понимаю, сегодня суббота.        Гарри что-то бормочет себе под нос, прижимаясь к теплу тела Драко и упиваясь ощущением покалывания, которое вызывает их прикосновение.        Драко смеется, откидываясь на подушки и кладя голову Гарри себе на грудь.        — Рон может быть здесь в любое время, если Гермиона сдержит свое обещание рассказать ему о нашем нынешнем затруднительном положении, — продолжает Драко.        — О, точно, — Гарри вздыхает, наслаждаясь приятными чувствами, которые он испытывает, и не особенно сейчас желая думать о Роне. — Как давно ты не спишь?        — Не слишком, — пальцы Драко проводят по краю шрама в форме молнии на его голове, и, вероятно, из-за этого волшебного ощущения Гарри наполовину ожидает, что снаружи разразится настоящая молния, несмотря на яркое солнце, согревающее его кожу.        — Что ты собираешься делать сегодня? — спрашивает Гарри, чтобы нарушить красноречивое молчание.        — У меня есть клумба, за которой нужно ухаживать. Я проведу там некоторое время, а потом меня пригласили присоединиться к некоторым эльфам на чай, поскольку вы будете заняты. Я думаю, они переживают за меня.        Гарри улыбается.        — Наверное, правда переживают. Но ты все еще собираешься подойти поздороваться, да? — нерешительно спрашивает он.        — Конечно, — соглашается Драко.        Снова становится тихо, и мысли Гарри блуждают от одной вещи к другой, пока он полностью просыпается.        — Как долго у тебя эта комната? — вдруг спрашивает он.        — Хм? — тихо хмыкает Драко, нежно распутывая растрепанные волосы Гарри.        — Я имею в виду, это та комната, в которой ты вырос? Ты менял комнаты за эти годы?        — Это не спальня моего детства, та была ближе к мастер-спальне, так как мои родители хотели, чтобы я был рядом, когда был маленьким. За время учебы в Хогвартсе я несколько раз переезжал в разные комнаты. Этой я начал пользоваться несколько лет назад, когда мне наскучила старая. Мне нравится иногда что-то менять, а эльфам очень нравится делать косметический ремонт.        В этом есть смысл.        — Значит, ты не сам это обустроил? — спрашивает Гарри.        — Не совсем. Ты, кажется, удивлен, — мягко говорит он.        — Просто… Я имею в виду, это тебе идет, соответствует тому, какой ты сейчас. Цвета, картины и все такое. Эльфы, должно быть, очень хорошо тебя знают, — Гарри пожимает плечами.        — У них было почти тридцать лет, чтобы узнать меня как следует, это не должно шокировать, — говорит Драко. — Но я внес некоторый творческий вклад. Например, потолок. Мне пришлось нанять специалиста, чтобы он зачаровал его для меня.        Гарри, прищурившись, смотрит на заколдованный потолок, который так похож на потолок Большого зала в Хогвартсе.        — По утрам это очень неудобно, — говорит Гарри, затем съеживается, хотя это звучит не так оскорбительно, как могло бы.        К его облегчению, Драко негромко смеется.        — К этому привыкаешь. Обычно я просыпаюсь на животе, так что меня это не слишком беспокоит.        — Неправда, — Гарри поворачивается, чтобы посмотреть на Драко. — Ты всегда лежишь на спине или на боку.        — Я почти всегда просыпаюсь раньше тебя. И если я не лежу на животе, это обычно потому, что меня определенным образом прижали, — говорит он, поддразнивая.        Гарри краснеет.        — Ладно, извини.        — Прозвучало так, будто я жалуюсь? — спрашивает Драко, приподнимая тонкие брови.        Гарри невольно улыбается.        — Полагаю, что нет. Ну что, тогда нам пора вставать?        — Если нужно, — беззаботно говорит Драко, и Гарри ухмыляется, слезая с мужа.             

*****

       — В желтой гостиной все накрыто, чай подогревается заклинанием, когда бы Рон ни пришел, — говорит Драко, садясь на скамейку рядом с Гарри. — Ты будешь ждать здесь?        — Я немного нервничаю. Подумал, что глоток свежего воздуха мог бы помочь, — признается Гарри.        Драко придвигается, беря Гарри под руку и слегка наклоняясь к нему сбоку.        — Он твой друг. Если он был готов смотреть смерти в лицо каждый год с одиннадцати лет, чтобы продолжать им быть, я думаю, он найдет в себе силы остаться рядом, когда ты случайно выйдешь замуж за своего бывшего заклятого врага.        Гарри смеется, чувствуя, что его тревога почти полностью рассеивается.        — Ты прав, я не думал об этом с такой точки зрения, — произносит он.        Драко похлопывает его по руке и снова ускользает прочь, чтобы заняться тем, как лежит определенная ветка вьющейся розы на соседней решетке.        — Кроме того, он здесь не для того, чтобы «познакомиться с семьей», он здесь, чтобы проверить тебя, и, если уж на то пошло, проверить, правда ли то, что ему рассказала Гермиона, и, возможно, чтобы проклясть меня. Я сомневаюсь, что он вообще направит на тебя свой гнев.        — Наверное, тебе полезно быть подальше от посторонних глаз, — Гарри морщится.        — Я могу постоять за себя, Гарри. Не волнуйся за меня, — говорит Драко, оглядываясь через плечо.        Мысли Гарри на мгновение отвлекаются, когда солнечный свет отражается от волос Драко, и он сияет, как небесное Существо.        Он резко приходит в себя, осмысливая сказанное Драко.        — Ты бы не… — начинает он, но Драко закатывает глаза.        — Я не собираюсь проклинать твоего лучшего друга, Гарри. Я имел в виду, что неплохо владею невербальными заклинаниями и блокировкой сглаза. По-моему, никому не удавалось поймать меня на удочку с тех пор, как мне исполнилось шестнадцать.        — Ну, и сколько людей пытались это сделать? — с вызовом интересуется Гарри, отчего в серебристых глазах Драко что-то пляшет так, что Гарри на мгновение задумывается, было ли это там вообще.        — Справедливо. Я часто тренируюсь с эльфами, они превосходны в скорости и точности, так что не обижайся на твоего друга, но я вполне уверен в своих способностях. Не стесняйся и сам попробовать, если сомневаешься во мне.        Гарри хочет видеть, как Драко так легко творит магию — сейчас он очень редко ее использует, но, когда он это делает, это всегда точно и эффективно.        — У тебя нет с собой волшебной палочки, — указывает Гарри.        — Эльфы заявили, что то, что у меня есть палочка, это весьма нечестно, поэтому они заставили меня учиться без палочки. На самом деле, я подозреваю, что это было сделано для того, чтобы, если какой-нибудь случайный мальчик-Спаситель пройдет мимо и украдет ее по пути к выходу, я бы справился.        Гарри пару раз удивленно моргает, но не совсем знает, что на это сказать. Драко закатывает глаза.        — Расслабься, Гарри. Если бы я имел что-то против тебя, я бы уже сказал об этом.        — Верно, — безучастно говорит Гарри. Он встает и качает головой. — Я могу колдовать невербально, но по-прежнему в основном пользуюсь палочкой.        Драко пожимает плечами.        — Просто попробуй. Ты был немного занят, сидя без дела и лениво изучая необычную магию, а мне нечем было лучше занять свое время.        Поэтому Гарри быстро посылает несколько жалящих заклинаний в Драко, который безразлично наблюдает за происходящим. Его ловкие, уверенные пальцы смахивают свет, как будто это веточки одуванчика на ветру. У Гарри слегка текут слюнки.        — Ты просто ждал этого, — удается выдавить Гарри, и Драко улыбается.        — Я отвернусь.        Гарри хмурится, когда Драко оборачивается, но молча повторяет действие. И снова Драко либо стряхивает заклинание пальцами, либо легко уходит с его пути.        — Теперь ты просто выпендриваешься, — жалуется Гарри, и Драко смеется, поворачиваясь обратно.        — Конечно. Это уменьшает твои опасения за мое здоровье и безопасность?        Гарри должен признать, что уменьшает.        Драко направляется обратно в дом, когда Гарри предупреждает, что у него розовеет кожа, и Гарри немного погодя следует за ним, гадая, рассказала ли вообще Гермиона Рону.        — Мне послать ему сову? — безучастно спрашивает Гарри, пока Драко аккуратно складывает салфетки и убирает их в ящик.        — Если она рассказала ему, то он придет или попросит тебя встретиться с ним где-нибудь. Если она ему не сказала, то, вероятно, на то есть веская причина — вчерашний неудачный день на работе или плохой ночной сон, — говорит Драко.        Гарри вздыхает, возбужденно дрыгая ногами.        — Не хочешь прогуляться? Выплеснуть немного своей энергии? — спрашивает Драко.        — Я… наверное, да, — соглашается Гарри, соскальзывая с края стола. — Пойдем?        — Конечно.        Драко откладывает в сторону остатки аккуратно выглаженной ткани и бедром закрывает ящик.        — Я могу показать тебе чудесное местечко.        Как оказалось, в «чудесном местечке» Драко тайно держал различных животных — коз, кур и даже пару коров.        — Мне понадобится подробный список всего, что у тебя есть на этой территории, — просит Гарри, когда они приближаются.        — Но тогда будет неинтересно, — дразнит Драко.        Он резко свистит, и из-за кромки деревьев выскакивает огромная золотистая собака.        Гарри восхищенно восклицает.        — У тебя есть собака?!        — Осторожно, Гарри, она не домашняя. Она может укусить, если ты не будешь аккуратен. Она здесь для того, чтобы охранять животных, а не как домашний питомец.        Гарри вряд ли это волнует, поскольку он почти уверен, что между Драко и эльфами у кого-то найдется заклинание исцеления от любого урона, который он может понести.        Когда он гладит ее, все затаенные нервы спадают.        — У нее есть имя?        — Кибела, — ласково говорит Драко, протягивая руку, чтобы собака понюхала.        — Как давно она здесь?        — О, я не знаю. Сколько я себя помню, и даже немного больше. Я не совсем уверен, что это нормальная собака, — легко отвечает Драко.        Гарри закатывает глаза.        — Да, тридцать с лишним лет — это больше, чем продолжительность жизни большинства собак.        Драко собирается сказать что-то еще, когда поблизости раздается треск аппарации и появляется Мимс.        — Мистер Рональд Уизли ждет у главных ворот, господа Драко и Гарри, — говорит она.        — О! — Гарри встает, отряхивая грязь с колен брюк.        — Скажи привратнику, чтобы впустил его, Гарри встретит его у входной двери, — говорит Драко, хватая Гарри за руку и утаскивая его обратно в направлении дома.        Мимс снова исчезает, а Гарри и Драко спешат обратно к двери в сад.        — Пришли одного из эльфов, если я вам понадоблюсь, — говорит Драко, открывая дверь и жестом приглашая Гарри войти.        Он в последний раз сжимает руку Гарри, прежде чем отпустить и уйти с улыбкой.        Гарри быстро пробирается по дому, к настоящему времени выучив самые быстрые способы добраться до комнат, которые он часто посещает.        Рон как раз подходит к входной двери, когда Гарри открывает ее. Он засунул руки в карманы и с любопытством оглядывается по сторонам. Он выглядит… спокойным.        — Привет, Гарри. Хороший дом, — приветливо говорит Рон, когда Гарри впускает его.        — О, э-э, спасибо. Э-э, чаю? –неловко спрашивает Гарри. Он ожидал совсем другого приветствия.        — Да, конечно. Где хорек? Я уверен, он знает, что невежливо не приветствовать кого-то, когда он в гостях, — сухо говорит Рон, и хотя это совсем не звучит враждебно, это все равно выводит Гарри из себя.        — Он работает в саду, подумал, может, ты не захочешь его видеть? — Гарри заканчивает вопросом, но Рон не отвечает.        — Здесь все выглядит по-другому. Двор тоже изменился, но внутри особенно, — замечает Рон, когда они проходят через первый этаж в гостиную.        — Да, он сильно изменился за эти годы. Я имею в виду, внутри. Наверху все пастельное и мягкое, — говорит Гарри.        — Хм, — говорит Рон, как будто это едва ли не самый большой сюрприз за день. Гарри предполагает, что это не так. — Так у тебя все в порядке? Ты счастлив?        Гарри смотрит на своего друга и прищуривается.        — Ты не… Ты сейчас на удивление спокоен.        — Гарри, нужно быть слепым, чтобы не заметить, что мешки у тебя под глазами наконец-то исчезли. Хотя прошло чуть больше недели с тех пор, как ты сюда переехал, — говорит Рон. — Кроме того, Гермиона сказала, что вы неплохо ладите.        — Прости, что не сказали тебе сразу, — вздыхает Гарри.        Он не уверен, что делать с остальной частью заявления Рона.        — Симус рассказал мне об этом на следующий день после того, как все началось, и я тогда был немного раздражен, но… в этом есть смысл, не так ли? Я полагал, ты расскажешь мне все на своих условиях, когда будешь готов.        Гарри может только смотреть на него в замешательстве.        — Прости, в чем смысл?        — Что вы двое после всего, что произошло, никогда не могли оставить друг друга в покое, и теперь вот, застряли друг с другом, — говорит Рон с ухмылкой.        — Только на месяц, — возражает Гарри. — После этого связь перестанет влиять на нас.        — Значит, ты собираешься переехать обратно? Обратно на Гриммо? — спрашивает Рон.        — Я… я не знаю, мы на самом деле не говорили об этом, — Гарри поник. — Мне действительно нравится здесь жить, здесь есть чем заняться. Он держит животных, только сегодня познакомил меня с собакой, которую прятал все это время. Здесь есть озеро.        Брови Рона приподнимаются, когда он слабо улыбается.        — О, озеро. Понятно, — беспечно говорит он.        Они доходят до нужной гостиной, и Гарри жестом предлагает Рону занять то, что он бессознательно назвал гостевым диваном, и садится напротив, где Драко сидел в первый день, когда Гарри был здесь. Забавно быть… хозяином дома?        — Это было здесь до моего прихода? — спрашивает Рон, кивая головой на стол.        — Что, цветы? Нет, Драко все время сажает новые цветы.        — Значит, он приготовил это к моему визиту, — подтверждает Рон, и Гарри хмуро смотрит на своего друга.        — Наверное. А что с ними не так?        — Это обычай чистокровных, даже мои родители так делают. Язык цветов, — Рон наклоняется вперед и поворачивает вазу, рассматривая цветы.        — Да, он так делает, использует их, чтобы что-то сказать. Мне нужна книга, чтобы я мог понять, для чего он дарит мне цветы, он никогда не объясняет, — говорит Гарри. — Ты знаешь, что это значит?        — Я не силен в этом, но, э-э, давай посмотрим. Я думаю, это дубовые листья, они показывают гостеприимство. Мы использовали их на обеденном столе, когда у нас были гости. Бело-розовые, я не помню, для чего они нужны. Кентерберийский колокольчик в знак благодарности, мама иногда посылала их нашим учителям за то, что они терпели нас. А это — голубые гиацинты. Это извинение. Папа дарит их маме всякий раз, когда она узнает об очередном маггловском технологическом проекте.        — А как насчет желтых цветов на чайном подносе? — спрашивает Гарри, указывая на маленькую вазочку между сахаром и сливками.        — Э-э-э… может, это маргаритки? Я не уверен. Хотя желтые маргаритки означают дружбу, так что это возможно. Это в некотором роде мило, что-то утонченное.        Кажется, Рон… впечатлен?        — Похоже, ты впечатлен, — вторит Гарри своим мыслям.        Рон поднимает глаза.        — Да, немного. Я почти ожидал, что он будет сидеть рядом с тобой и сердито смотреть на меня все время, пока я здесь.        — Он больше не сердится, — говорит Гарри.        Рон смеется.        — Вот это удивительно. Теперь ты скажешь мне, что он еще и не язвит.        Гарри закатывает глаза, улыбаясь.        — Ну, вообще-то нет. Тебе стоит поговорить с ним перед отъездом, посмотреть, какой он сейчас, — предлагает Гарри.        Рон пожимает плечами.        — Конечно, я поговорю с ним. Я должен произнести ему обязательную речь типа «обидишь моего брата, и они никогда не найдут твоего тела».        Хотя Рон, угрожающий Драко, неприятен и немного нелеп, в груди Гарри теплеет от того, что Рон так легко берет на себя роль брата по отношению к нему. Может быть, именно поэтому с Джинни все было так не по себе.        — Удачи, — усмехается Гарри. — Я один из лучших авроров, и я не могу наложить на него заклятие, он действительно хорош в их блокировании.        — Ты пытался заколдовать его? — Рон ухмыляется.        — Нет! Нет, я волновался, что ты можешь заколдовать его, а он сказал, что мне не следует волноваться, потому что ни у кого не получалось наложить на него заклинание более десяти лет.        — О, теперь это звучит как вызов, — говорит Рон, на секунду так похожий на Джорджа, что Гарри почти вздрагивает.        — Пожалуйста, не проклинай моего мужа?        Брови Рона приподнимаются, и Гарри чувствует, как у него горят уши.        — Так ты, значит… вошел во вкус? — небрежно спрашивает он, беря с подноса немного печенья.        Гарри внезапно осознает, что, поскольку Драко здесь нет, наливать им чай должен он. Он делает это, пока отвечает.        — Эм. Да, мы… мы согласились оставаться верными друг другу, хотя технически мы оба могли бы жениться на других людях, если бы захотели. Но ни одному из нас на самом деле не нравится мысль о женитьбе на ком-то, когда мы уже женаты друг на друге, так что.        Рон пожимает плечами.        — Думаю, это справедливо. Он тебе нравится таким?        — Я… я не знаю, — признается Гарри, чувствуя, как по всему его телу разливается жар. — Я не очень задумывался над этим. Примерно неделю назад мне даже в голову не приходило, что об этом вообще стоит подумать. Но с ним приятно проводить время, и мне здесь комфортно.        Рон кивает, задумчиво жует и отпивает чай, прежде чем заговорить снова.        — Тогда, может быть, это и не имеет значения, — говорит он.        Гарри качает головой.        — Что? — непонимающе спрашивает он.        — Может быть, это и не имеет значения, — повторяет Рон. — Если вы оба счастливы вот так, будучи… замужем, но на самом деле никак иначе не обозначая свои отношения. Если кто-нибудь спросит, ты можешь сказать, что замужем, а все остальное их не касается.        Гарри откидывается на спинку стула со своей чашкой, размышляя. В этом есть смысл.        — Ты прав, это не имеет значения, — Гарри соглашается. — Как у тебя дела? С детьми все в порядке?        Лицо Рона просияло при упоминании его детей.        — О да, Роза уже начала творить случайную магию. Она продолжает приставать к нам по поводу Хогвартса, и я думаю, Гермиона втайне очень рада, что наконец-то есть с кем поговорить об «Истории Хогвартса».        Гарри улыбается.        — Да, наверное… А Хьюго?        — Он… он собирается стать возмутителем спокойствия, это точно, — Рон тяжело вздыхает. — Я думаю, что он проводит слишком много времени с Джорджем — на данный момент он у него своего рода подмастерье.        Гарри смеется.        — Думаешь, он захочет работать в магазине после окончания учебы?        — Понятия не имею. Впрочем, до этого еще почти десять лет, так что кто знает.        Рон рассказывает Гарри несколько забавных историй о том, что Хьюго представляет угрозу как для Уизли, так и для Грейнджер-Уизли. К концу у Гарри болят щеки от улыбки, и во время паузы он слышит, как закрывается дверь.        — Драко? — кричит Гарри.        Внезапно появляется Мимс.        — Господин Гарри хотел видеть господина Драко? — спрашивает она, глядя на Рона.        — Да, если он свободен. Он уже пил чай?        — Господин Драко выпил с нами чудесного чая в саду, господин Гарри. Господин Драко как раз моет посуду. Мимс предупредит его о вызове.        — Спасибо, Мимс, — Гарри улыбается ей.        Бросив последний взгляд на Рона, она снова исчезает.        — Он пьет чай со своими эльфами? — удивленно спрашивает Рон.        — О да, они его очень любят, — непринужденно отвечает Гарри. — Они часто командуют им, но я думаю, что втайне ему это нравится.        — Хм, — говорит Рон. — Технически они не должны этого делать.        — Они могут, если захотят. Он освободил их всех, и с тех пор прошло десять лет. Они все еще не отказались от обращения «господин» ни к одному из нас, хотя, по крайней мере, обращаются по именам.        Рон качает головой.        — Я думаю, он понравился бы Гермионе намного больше, если бы она знала об этом.        Драко входит в гостиную чуть позже, одетый в свежую одежду. Он выглядит очень опрятно, если не считать легкого загара на щеках и носу.        Гарри решает поискать талисман с защитой от солнца, так как сомневается, что Драко охотно воспользовался бы маггловским солнцезащитным кремом, поскольку он может закупорить поры или что-то в этом роде.        — Добрый день, добро пожаловать в Поместье, Рон, — приветствует он, протягивая руку приближающемуся Рону.        Рон удивляет Гарри, вставая, чтобы пожать ее.        — Малфой. Я слышал, ты перестал быть мерзавцем, — довольно вежливо говорит Рон.        — Я очень на это надеюсь, — Драко говорит с легкой ухмылкой. — С твоей семьей все в порядке?        — Все хорошо, спасибо, — говорит Рон, открывая и закрывая рот, как будто собирался спросить о семье Драко, прежде чем передумать.        Драко садится рядом с Гарри, двигаясь… не скованно, но с гораздо большим самообладанием, чем рядом с Гарри и эльфами. Сдержанно.        — Спасибо за цветы, — вместо этого говорит Рон, указывая на стол. — И за чай.        — Не за что, — говорит Драко, внимательно наблюдая за Роном.        В комнате повисает неловкая, хотя и не неприятная атмосфера, и Гарри лихорадочно соображает, как это прекратить.        — Дочь Рона, Роза, в следующем году поступает в Хогвартс, — резко говорит Гарри, и улыбка Драко смягчается, когда он смотрит на Гарри.        — Как интересно. Полагаю, она познакомилась с Тедди?        — Да, они хорошие друзья, практически кузены, — легко соглашается Рон. — Она очень ревнует, что он уезжает в этом году, и ей приходится ждать.        — Едва ли я могу ее винить. Это очень волнующий возраст для юной ведьмы. Лето перед Хогвартсом, вероятно, было самым счастливым в моей жизни, хотя я подозреваю, что в какой-то момент оно могло быть омрачено, — говорит Драко, и глаза Рона встречаются с глазами Гарри, пока Драко наливает себе чашку чая.        — Но ты уже занимался магией до того, как попал в Хогвартс, — указывает Гарри. — Я имею в виду, помимо случайностей.        — О, конечно, — Драко говорит, деликатно отпивая с ухмылкой на лице. — Тем не менее, это было новое приключение, это всегда весело. И я умирал от желания познакомиться со знаменитым Гарри Поттером, который, как я знал, будет в том же году.        Гарри издает лающий смешок, а Рон фыркает в свой чай.        — И как все прошло? — сухо спрашивает Рон.        Драко хихикает.        — К сожалению, не очень. Хотя, похоже, по итогу все обернулось довольно неплохо, — он пожимает плечами.        Гарри закатывает глаза.        — Надеюсь, я оправдал твои ожидания, — шутит он, и Драко бросает на него веселый взгляд, смягченный нежностью.        — Более чем. Должен признаться, я думал, что ты будешь в Слизерине, и то, как тебя распределили туда, что я считал неправильным факультетом, было настоящим разочарованием — не говоря уже о том факте, что ты возненавидел меня до того, как мы прибыли, даже если это было заслуженно.        — Меня почти распределили в Слизерин. Шляпа хотела отправить меня туда, — признается Гарри.        Рон резко подается вперед.        — Прощу прощения? Почему я раньше об этом не слышал? — спрашивает он.        — Да ладно тебе, Рон… — начинает Гарри.        — Мне плевать, что так было, но почему ты мне не сказал? — спрашивает Рон, отправляя в рот еще одно печенье целиком.        Гарри пожимает плечами.        — Никогда не всплывало? В то время мне было очень неловко из-за этого, я был новичком во всем этом и не хотел, чтобы люди думали, что я злой.        Гарри смотрит на Драко с гримасой, но встречает странное выражение в серебристых глазах.        — Ты в порядке? — спрашивает Гарри.        Драко отводит взгляд от его лица, качая головой.        — Прекрасно, извини. Я просто тоже этого не знал, — говорит он, и его тон возвращается к официальному, сдержанному, каким он был несколько минут назад.        — Эм. Если это тебя утешит, я не ненавидел тебя до того, как мы прибыли. Потребовалось несколько лет, чтобы дойти до этой стадии, — говорит Гарри, надеясь, что это звучит беззаботно и немного растерянно, не зная, как еще отнестись к странной реакции Драко.        — Это небольшое утешение, но спасибо, — Драко говорит ровным голосом, хотя не кажется, что это его расстроило.        Гарри пожимает плечами, наливая себе чай.        Дискомфорт снимается добавлением печенья и рассказом некоторых… более безобидных историй из их дней в Хогвартсе. Слегка загорелое лицо Драко заставляет его выглядеть немного более смущенным, чем он, вероятно, был, но Гарри решает, что он все равно выглядит очень мило. День клонится к закату, бьют часы, и Рон бросает на них взгляд.        — О, Мерлин, неужели уже пора? У Гермионы сегодня вечером дела, мне нужно вернуться домой к детям, — говорит Рон, вставая и хватая свою куртку со спинки дивана.        — Что она задумала? — спрашивает Гарри, когда Драко снова ведет их к входной двери.        — Что-то связанное с Перси. Они немного говорили об этом, но всякий раз, когда Перси в гостях, я просто сразу отключаюсь, — признается Рон.        Гарри смеется.        — Тебя можно понять.        — Рад был снова увидеть тебя, Рон, — говорит Драко, когда они подходят к двери.        Они снова пожимают друг другу руки.        — Я тоже рад был тебя видеть, Малфой. Гарри, проводишь меня?        Как только Гарри и Рон оказываются вне пределов слышимости, Рон бьет Гарри по руке.        — Ай! — жалуется Гарри.        — Ты ему нравишься! — радостно говорит Рон. — О боже, если бы я мог сказать себе одиннадцатилетнему, что ты, в конце концов, понравишься Малфою!        Гарри чувствует, что краснеет до кончиков волос.        — Я предполагаю, что на самом деле это не так, — он пожимает плечами. — Я имею в виду, он чистокровный и большую часть своей жизни предполагал, что его женят по расчету, поэтому, когда это все равно произошло, он решил извлечь из этого максимум пользы.        — Это просто смешно.        — Возможно, но на самом деле он довольно открыт во всем. Он говорит, что это вопрос обязательств, а не эмоций.        — Ну, он все равно всегда был довольно эмоциональным, так что прости меня, если я думаю, что это может быть и то, и другое.        — В любом случае, это не имеет значения, — говорит Гарри. — Мы женаты. Я слышал, мужья часто любят друг друга.        Рон фыркает.        — Я просто рад, что ты счастлив, — говорит Рон, когда они подходят к воротам.        Они оба немного этому не доверяют, поскольку Гарри не знает, расскажет ли это Драко о том, о чем они говорили.        — Спасибо, Рон. Передавай всем от меня привет.        Рон крепко обнимает Гарри. Это немного неожиданно, но не нежелательно. Гарри похлопывает его по спине.        — Я серьезно, приятель. Если он делает тебя счастливым, тогда будь счастлив.