Empire of Excitement

      Когда Хаск скинул с себя вязкий сон, то понял, что впервые за долгие годы не хочет подрываться из постели.       Они засиделись с Энджелом до поздней ночи, несмотря на то, что Даст до этого свято уверял его, что сильно устал. Они начали смотреть какой-то банальный, но интересный сериал, жуя при этом те самые эклеры, которые Хаск смог раздобыть за пятнадцать минут с помощью Реджи. Энджи заснул первый, а Оверлорд лишь после того, как убрал за ними и уложил паука поудобнее.       Сейчас Энджел лежал, уткнувшись лицом в грудь Хаска, равномерно посапывая. Помимо одеяла их прикрывало массивное красное крыло, инстинктивно накрывшее их прижатые друг к другу тела. Из-за него Хаску было немного жарковато, хотя это он мог списать на банальное присутствие Энджела рядом.       У Оверлорда закружилась голова, когда на ум пришли воспоминания об их вечернем разговоре, переходящем в какое-то чувственное сумасшествие. Он помнил каждое движение гибкого тела Даста над ним, а также скольжение его умелого языка во рту, и ему вмиг стало ещë жарче. Гемблеру хотелось вновь повторить это, чтобы сойти с ума от головокружения и дурмана по имени Энджел Даст. Он помнил чувства от каждого прикосновения тонких пальцев, в особенности тех, что проходили чуть ниже живота, вышибая остатки ясности из головы. Игры Энджела затягивали и интриговали, и Оверлорд окончательно убедился, что попал в ловушку этих розовых глаз, выпутаться из которой не хочет.       Хаскер убрал крыло, чтобы не сгореть от жара, а потом залип на спящего Энджела, что вновь окутал его своими паучьими лапками без возможности вырваться. Демон понимал, что ему нужно встать, но совершенно не хотел этого делать, поэтому он просто молча рассматривал Даста, перебирая пальцами спутанные пряди его белых волос.       В какой-то момент Энджи приоткрыл глаза и слегка отшатнулся, видимо, с непривычки, а после вновь прильнул головой к груди Хаска. Оверлорд развернулся на спину, легко улыбаясь. — Доброе утро, Энджел. — Доброе, который час? Разве ты не должен сейчас заниматься какой-то унылой, но важной хернëй? — сонно пробурчал актёр, отходя ото сна. — Должен, но Казино без меня не развалится, — пародируя давнюю реплику Даста, ответил он. — Наконец-то ты это понял, — потягиваясь, пробубнил Энджел. — Моë влияние где-то идëт тебе на пользу. Глядишь, к обеду порно начнëшь смотреть. — Мне порнухи в диалогах с тобой хватает. — Считай их пробниками перед знакомством с этим шедевральным жанром, — сказал грешник. — Ну, знаешь, чтобы твоë старомодное сердечко не отказало от культурного шока. — Если бы такое было возможно, то я бы упал замертво ещë при нашей первой встрече.       Энджел тихо захихикал, а после сел на кровать, потягиваясь всем телом. Хаск вновь невольно засмотрелся на взъерошенного и заспанного Даста, но теперь он не собирался осекать себя. Теперь Энджи не был для него запретным плодом, но от того не переставал быть таким сладким.       Комната была погружена в полумрак, но кошачьи глаза замечательно видели абсолютно всё, включая багровые отметины на светлой шее Даста. Хаск снова завис, вспоминая, как прошлым вечером оставлял их, и поэтому не заметил, как паук проследил за его взглядом и широко улыбнулся. — Мне тоже нравится. Жаль, что долго не продержатся на коже. Хотя, — Энджи развернулся к Хаску, а после быстрым движением навис над ним таким образом, что Оверлорду пришлось задрать голову наверх, чтобы поймать его игривый взгляд, — это ведь не страшно? Ещë поставишь, даже сейчас.       Хаскер усмехнулся, а потом встал, на миг оказываясь лицом к лицу с Энджелом. Он легко поцеловал Даста и после поднялся с кровати. — Ну вот, ты всë-таки убегаешь, — заныл актёр. — Я не навсегда, нужно дать пару поручений Реджи, — оправдался гемблер, ища в шкафу рубашку. — Тебе вчера Черри писала что-то про Наггетса, ты спал уже. — Лазил в моëм телефоне, котик? — Конечно, мне же так не хватает фотографий членов, которые тебе всякие извращенцы присылают, — закатил глаза Оверлорд, застëгивая рубашку. — Я просто увидел во всплывающих. Посмотри.       Энджел вздохнул и полез в телефон. Тут же его расслабленное выражение лица стало напряжëнным, и руки Хаска застыли на пуговицах рубашки. — Вот блять, — безэмоционально сказал Даст. — Что уже случилось за ночь? — вымученно выдал Хаскер, перебирая в голове сотни неприятных вариантов. — С Наггетсом всë отлично, просто Черри не могла разобраться с какой-то неважной хуйнëй, — Энджел посредственно махнул рукой. — Проехали. Мне Вал написал.       Как только Хаск услышал это имя, руки напряглись настолько, что одна пуговица со звоном упала на пол. Актёр проследил за траекторией еë падения, а после выставил перед собой руки. — Остынь, всë нормально. Он написал, что на этих выходных не получается выбраться куда-то, и выйдет только на следующих, — пояснил Энджел. — Вот блять. — В какой-то мере, хотя это не так плохо. Есть свои плюсы: Дороти не будет спешить с этой наркоштукой, я и ты морально подготовимся, а также ещë раз десять обговорим план. Дороти-то наверняка похожее проворачивала много раз. Ну, я так думаю, — пояснил паук, и Хаск выдохнул, снимая испорченную рубашку.       Энджел жадно ловил каждое его движение, при этом каждый раз отводя взгляд, когда кот обращал взор в его сторону. Это забавляло Оверлорда, ведь смущение Даста - одна из редчайших вещей Ада, принадлежащая только ему.       Хаскер молча переоделся и подошëл к Энджи. Он взял его за руки и заглянул в глаза. — Всë точно нормально? Тебе придëтся поработать на него ещë какое-то время и... — обеспокоенно начал гемблер, но тут же его прервал палец у самых губ. — Что бы я не сказал сейчас, ты не будешь убеждëн, но поверь: я наконец вижу свет в конце туннеля, обещанным всем нам ещë при жизни, и я буду пробираться к нему через кровь и плоть, что, в целом, и является моей работой. Так что успокойся. Неделей больше, неделей меньше - нет разницы, — мягко проговорил Энджел, гладя большим пальцем щëку Хаска. — Хорошо. Если это не проблема, то ладно, — сказал Оверлорд, всë ещë чувствуя какой-то дискомфорт. — Я пойду, не скучай.       Энджел нехотя убрал руки и проводил Хаска взглядом до самой двери.       Казино было ещë закрыто. В главном зале сновал туда-сюда персонал, убирая остатки веселья за гостями. Однако те, кто был свободен, собрались за столом у самой стены и что-то обсуждали, попивая кофе или алкоголь. Хаску нравилось то, как его люди привязаны друг другу. Конечно, между ними случались конфликты, но, как правило, они быстро разрешались, а позже забывались. Работники постоянно после смены собирались вместе и обсуждали то рабочие будни со странными и пафосными клиентами, то новости или планы на выходные. Нередко среди них он замечал и Энджела, живо влившегося в коллектив. Хаска тоже часто звали присоединиться к их посиделкам, но он соглашался редко, ссылаясь на загруженность, хотя, на самом деле, просто не хотел портить идиллию присутствием начальника.       И вот сейчас он разглядел за одним из диванов у стены группу бездельников, что громко смеялись и обсуждали что-то. Работающие официанты и уборщики носились с подносами и вениками, параллельно бросая завистливые взгляды на тех, кто уже отработал смену и сейчас уходил на выходной. Оверлорд наблюдал за тем, как крупье Себастьян показывал Дороти карточный фокус, которому пару лет назад его обучил Хаск и усмехнулся. Среди них также сидел и замученный Реджи, слушающий какую-то очередную историю гиперактивной официантки Кэнди, и Оверлорд направился к нему. — Доброе утро, босс, — в один голос сказали все присутствующие, кроме Дороти. Она отказалась вытаскивать бутылку с ромом изо рта и просто кивнула. — Доброе, — кивнул он всем, после чего повернулся к Реджи. — Пошли, надо обсудить кое-что.       Реджи издал протяжный вздох и протиснулся через Кэнди к Хаску. Они отошли к барной стойке, за которой работал сменщик Дороти. — Херово выглядишь, — начал Хаскер, наблюдая за зевающим Реджи. — Я знаю. Ночь была сложной. Клиенты повздорили, и мы с Дороти и охранниками разнимали их, — пояснил Реджи, заказывая кофе. Как понял гемблер, далеко не первую чашку. — Она не выглядит такой замученной, как ты. — Она до этого не работала несколько недель без выходных, без капли алкоголя или нормального сна, — устало сказал работник с нотками осуждения, и Хаск почувствовал вину за то, что так сильно загружает управляющего.       Реджи умер в молодом возрасте, и Оверлорд искренне не понимал, как он успел так нагрешить, чтобы оказаться в Аду. Но несмотря на это, ментально он походил на ровесника Хаска. Его адская форма была более чем человечна, за исключением лишней пары красных глаз и рогов. Он пробыл в Аду достаточное количество времени, чтобы свыкнуться со своей работой в Казино, и он исправно это демонстрировал уже много лет. Однако нагрузка, возложенная на него, была особенно велика, а на выходные он уходил крайне редко, основываясь на то, что: "Дисциплина и так хромает, а без меня эти кретины разнесут Казино лучше экзорцистов!".       Размышляя об этом, Хаск не спешил озвучивать свою просьбу о предупреждении и организации бдительности персонала в день игры с Валентино. Что-то ему подсказывало, что свою любимую игрушку он не отдаст без боя. — Так о чём вы хотели поговорить? — вдруг вырвал его из задумчивости Реджи. — Уже ни о чём. Иди на выходной сейчас, а о своей просьбе я сообщу кому-то другому. На следующих выходных ты тоже свободен. В этой авантюре ты учавствовать не будешь, — сказал Хаск, и Реджи нахмурился. — Что за авантюра? И просьба? И до следующих выходных я уже точно отдохну нормально, — не унимался управляющий, и демон вымученно вздохнул. — Да что ж вы все такие трудоголики-то... — Что? — Ничего, это приказ. Выйдешь на работу - оштрафую. Сам же возмущался, что устал, а сейчас выпендриваешься, — сказал Хаскер, удивляясь такой тенденции среди своих подчинëнных. — Ты меня понял? — Да, босс, — смиренно ответил Реджи. — Отлично. Свободен, — выдохнул облегчëнно Хаск.       Реджи отправился на этаж для персонала, на ходу развязывая свой галстук. Хаск остался у бара, в ожидании виски со льдом. Вдруг кто-то со стуком подлетел ко стойке, сбивая по пути стул. — Ещë раз здравствуйте, — прощебетала Дороти. — Ага. Ты такая весëлая, словно, чисто теоретически, с утра пораньше украла из бара бутылку дешëвого рома. Но это лишь предположение, — с сарказмом сказал Хаск, без капли раздражения в голосе. — Чертовски верное! Только с оговоркой, — девушка протянула бармену помятую купюру и повернулся к Хаскеру. — Не украла, а забыла заплатить. Уж извините.       Хаск усмехнулся. Дороти была на редкость весëлая, хотя таковой за пределами барной стойки представала не часто. Сейчас она стояла перед ним не в рабочей форме, а белой укороченной кофте и сиреневых джинсах, и Оверлорд отчаянно пытался вспомнить, когда видел еë не в рубашке и жилете бармена, а чëм-то другом. Он так и не смог вспомнить — А настроение у меня хорошее не из-за алкоголя, хотя он тоже косвенно на него повлиял. Но не суть, — начала Дороти. — Просто один мой друг скоро перестанет быть собственностью психопата, а мой босс перестанет отнекиваться, что тот ему небезразличен. — Тебе-то что от этого? — смущëнно поинтересовался Хаск, упорно смотря на плавающий лëд в стакане. — Да, собственно, ничего. Просто у некоторых людей есть такая штука, как сердце. У вас еë нет, но, — работница хихикнула и ткнула пальцем в грудь босса, и тот отшатнулся, — это лишь потому, что еë украл наш общий паукообразный товарищ. Моë же сердце просто разрывается от счастья за вас.       Энтузиазм Дороти, всë-таки отдающий лëгким запахом рома, немного смутил Хаска, но он всем видом постарался показать обратное. Хотя это заведомо плохая идея - даже будучи пьяной, барменша видит людей насквозь. — Что ж, спасибо. Почему бы тебе тогда своей жизнью не заняться, Дороти? — А зачем? — усмехнулась та. — Тут и так всë вполне интересно. Вот смотрите, — девушка схватила демона за руку и развернула к столу с персоналом. — Вот Кэнди грустит, потому что Реджи ушëл. Кажется, что между ними что-то есть, но нет! Хуйня полная, я давно за ними наблюдаю. Кэнди нравится Себастьян, а общение с Реджи - лишь способ заставить его ревновать. Тупость, конечно, но чего ещë ожидать от Кэнди, так ведь? Реджи же не испытывает ничего к Кэнди, но не хочет еë обидеть, так как она лучшая подруга Шерли, а вот она, соответственно, - его объект симпатии. Сами они, конечно, мне об этом не говорили, но мимика и язык жестов говорят чëтче радио.       Хаскер неудоумëнно смотрел на подчинëнных и Дороти. Ему не были интересны сплетни, и сами они не оказали никакого впечатления. А вот жажда розововолосой докапываться до чужих секретов, при этом делая это незаметно с позиции дружелюбной барменши, неслабо интриговала. Это могло пойти им на пользу. — Да, интересно, — задумчиво пролепетал он. — Ещë как! И это далеко не все интрижки. Их тут море, поверьте, — ответила она, вновь прикладываясь к бутылке рома. — Слушай, а ты хочешь присутствовать на выигрыше души Энджела? — внезапно спросил Хаск.       До этого их план подразумевал еë присутствие только как создателя того наркотика, а подмешать его должен был уже другой бармен. Хаскер не хотел сильно впутывать Дороти в этот план и давать ей слишком сложные задачи, так как желал исключить все риски. Но наблюдательность и эмпатические способности девушки могли помочь предотвратить эти самые риски, если не для Оверлорда с Энджелом, то для персонала точно. — Ну я же и так там присутствую, — недоумевала Дороти. — Я имею в виду, наблюдать за процессом прямо из-за барной стойки? — предложил гемблер. — В смысле, что у нас и так много чего может пойти не по плану, и в этом случае Вал легко может устроить здесь кровавое торжество. Сама такое в его исполнении не раз видела. Если ты будешь следить за игрой со стороны и как-то подмечать опасные действия, то сможешь предупредить персонал, чтобы они успели обезопасить себе. Конечно, это могу сделать и я, но, как ты понимаешь, я и Энджел должны быть максимально не подозрительными в тот вечер. А на тебя никто не подумает, Вал даже внимания на тебя не обратит, и тогда точно от твоих глаз не уйдëт ничего опасного. — Если он решит расстрелять всех вокруг, то я мало чем смогу помочь. — Да, но сможешь подать знак персоналу, чтобы они спрятались. Самим им тоже нужно быть не подозрительными, а значит, если они будут следить за Валом и шарахаться от каждого его действия, то всë кончится не так радужно. Понимаешь? — Понимаю, не тупая. — Ну и отлично. Так ты согласна?       Хаск надеялся, что она согласится, ведь он очень не хотел терять кого-то из своих людей. Этот план был шатким, причëм настолько, что любая неправильно вздëрнутая бровь могла привести к катастрофе. Всë базировалось на чистой вероятности и удаче, что Хаску, несмотря на его любовь к азарту, совершенно не нравилось. На кону стояла душа Энджела, но в эпицентре событий находилась также куча душ Хаска, которые тоже были для него ценны. Если кто-то из них пострадает в тот вечер, то Оверлорд долго будет заниматься самобичеванием за безрассудство и безответственность. Как бы сильно он не поменял свои нравы с появлением Энджела, его всë равно будет терзать острая необходимость быть опорой для персонала, ведь Хаск - их владелец, а значит должен оберегать. — Конечно, вот ничего сделать без меня не можете! Ни выпить, ни душу своей любви выиграть, — улыбнулась Дороти, и Хаск снова слегка засмущался. — Нормально выпить я не могу как раз из-за тебя, что мне вообще не нравится как владельцу Казино и этого самого бара. — Во-первых, это идëт вам на пользу. Во-вторых, это же не навсегда. Научитесь не заливать за воротник до потери сознания, и всë вернëтся на круги своя. — Сама-то когда научишься? — невесело ухмыльнулся гемблер, наблюдая за тем, как та снова наслаждается ромом. — Мне незачем. А вам ещë Энджела счастливым делать, — подмигнула девушка. — Когда ты уже успокоишься... — Когда вы перестанете меня провоцировать, — пожала плечами барменша, оборачиваясь на оклик. Еë звала Кэнди. — Что? — недоумевал Хаск. — Ничего, просто помаду с шеи сотрите и в душ сходите, чтобы не пахнуть духами Энджела, — ответила она и ретировалась в сторону Кэнди.       Хаскер тут же достал телефон и увидел на на шее бледный отпечаток розовой помады. Он выругался, подумав, что всë-таки стоило перед уходом заглянуть в зеркало, что притащил Энджел недавно со словами: "Котик, сражай своей красотой не только меня, но и самого себя!".       Но всë же демон улыбнулся. След милого жеста Энджи и пример внимательности Дороти разожгли в нëм какой-то нездоровый интерес к будущему. Словно всë это время он ходил с цепью на шее, а только сейчас он начал разглядывать ключ, который всегда был у него в руках.       Было любопытно, чем закончится тот вечер и чем обернëтся самая важная игра в его загробной жизни. И если надо будет, он использует весь запас своего демонического таланта побеждать лишь для того, чтобы сберечь нового владельца его чëрствого сердца от безжалостного урода.

***

      Последующие дни тянулись мучительно медленно. Энджела пробирал озноб каждый раз, когда он прокручивал в голове план. Всë время его тревожность выдавала новые негативные исходы, которые не отпускали его до самого вечера. «А вдруг Вал обо всëм догадается?..» «Вдруг везение Хаска даст осечку?..» «Вдруг кто-то сильно пострадает?..»       Он очень переживал за себя и Хаска, а когда узнал о том, что Дороти тоже будет замешана в процессе, то сорвался на Оверлорда с обвинениями. Энджел не хотел подвергать риску кого-то ещë, особенно Дороти. Оттого мгновенно пришëл в бешенство, ожидая от Хаскера того же в ответ. Но даже когда в Оверлорда полетела пудреница Даста, тот не выдал никаких признаков раздражения, а лишь поднял вещицу и обнял Энджела, параллельно успокаивая того объяснениями и ровным хриплым тоном голоса , который паук ну никак не ожидал услышать в ответ на истерику. Потом котообразный предложил вместе поужинать, а Энджи с непривычки не смог вымолвить ни единого слова. Валентино бы давно дал ему за такое по лицу, а не начал успокаивать. Энджелу ещë долго придëтся привыкать к здоровым отношениям.       После этого большая часть сомнений Даста улетучилась, ведь он точно мог положиться на Хаска. Он точно не позволит никому пострадать от Валентино, и уже к утру он будет дышать свободой, а не красным дымом.       Сейчас актер стоял напротив зеркала в студии, подкрашивая губы и пытаясь унять дрожь во всём теле. Злополучная неделя пролетела молниеносно, наполненная постоянной тревогой и милыми вечерами в компании Хаска.       Сутенёр назначил время, когда Энджел должен был спуститься к машине, оттого Даст постоянно косился на часы, чтобы ненароком не опоздать. Всю неделю он вëл себя так прилежно, что Вал непроизвольно щадил его на съëмках, а потом и в гримëрке, отчего грешник чувствовал лишь отвращение.       Оценив в зеркале своë красное бархатное платье, он почему-то задумался о том, по какой причине отошëл от своего привычного розового цвета. Энджел направился вниз, настраивая походку на грацию и поправляя руками складки своего одеяния с декольте. Люди в башне "Ви" прекращали диалоги и оборачивались на стук каблуков Даста, после чего заворожëнно провожали того взглядом. Это верный знак - Энджел выглядит превосходно, и он очень хотел услышать это от Хаска.       Машина Валентино уже ждала его на улице. Энджел открыл дверь, натягивая улыбку, но она тут же пропала с его лица, стоило ему заглянуть внутрь. «Ëбаный пиздец...» — Привет, Энджел! Давно не видели. Скучал? — Да пиздец как, Рик, — сквозь сжатые зубы проговорил Даст, закипая изнутри.       Он прошёл в салон и сел рядом с Валом, тут же ощущая на своей талии его руку. Очень странно, что несмотря на наличие крупных когтей, хватка Хаска всегда казалась максимально нежной, в то время как человекоподобные руки Валентино, ощущались какими-то острыми и неприятными.       В скопе с нахождением в салоне Рика, Энджел чувствовал себя словно в клетке с двумя сутенëрами и своими коллегами, жмущимися к хозяину. Красный дым оседал в лëгких острой пылью, и паук хотел поскорее добраться в Казино, в котором пахло лишь алкоголем и азартом. — А, собственно, почему Рик едет с нами? — прошептал Энджел на ухо Валентино, и тот лениво повернулся. — Потому что я так решил, — прошептал он в ответ, чтобы Рик не услышал. — Он не был приглашён на мероприятие, и я как друг заглаживаю свою вину. Это проблема, Энджи? — Н-нет , что ты. Мне просто интересно, — промямлил Энджел, и моль отвернулась.       Валентино явно пиздел, и Даст это понимал. Он действительно не пригласил Рика, только снял его работниц, ведь тот не подходил под статус привилегированного демона, а был лишь обычным сутенëром, что просто разделял извращенческие взгляды на жизнь с Валом. Боссу было абсолютно плевать на чьи-то чувства, даже друзей, а значит дело в другом. Поразмыслив над этим, Энджела озарило понимание, и он выругался себе под нос. Он проболтался, что Рик - бывший друг Хаска, и Вал решил уцепиться за это, чтобы, видимо, увеличить свои шансы на победу. Рик же явно знает больше Энджела и, в случае чего, сможет дать подсказку или намекнуть, каким образом стоит действовать Валу ради выигрыша. Один хер Рик не понимает этого, или игнорирует правду, но ситуация от этого выходит не менее дерьмовой.       Энджел чувствовал, как горит его лицо, но старался не подавать виду. План начинал трещать от появления нового звена, и что-то Дасту подсказывало, что Рик не будет сидеть и просто наблюдать за происходящим. Энджи потянулся за телефоном, чтобы написать Хаску, но Вал схватил того за подбородок и повернул к себе. — Что за манеры? Будешь в телефоне сидеть, пока наш спутник скучает? — Мне ему тут стриптиз станцевать, чтобы развлечь? — съязвил Энджел. — Это крайние меры. Просто сиди красиво.       Рик сидел напротив в окружении трёх девушек. Каждая почти раздета, и каждая исправно смотрит в пол, а одна даже очень явственно трясëтся, вечно поправляя зелëную чëлку, спадающую на один глаз. Энджелу стало их жалко, но ничем он помочь не мог. Один утопающий другого не спасëт, только воду взбаламутит. — Как жаль, что у тебя не получилось на прошлых выходных, Рик, — внезапно начал Вал, и актёр вздрогнул. — Надеюсь, ты утряс все сложности со своими людьми. — Это не заняло много времени. Правда ведь, Лу? — Рик повернулся к той самой съëжившейся проститутке с изумрудно-зелëными волосами, и та быстро закивала. — Ну и хорошо. Иначе следующий раз твоя пиздëнка получит посильнее. — Можешь следующий раз мне отдать на перевоспитание. Всего одни жëсткие съëмки, и они ходят как шëлковые. Энджел в курсе, — с широкой улыбкой сказал сутенёр, и Лу испуганно вытаращила глаз. — Да, ты прав.       Дальше Даст ехал с испорченным настроением, слушая разговоры сутенëров. Он несколько раз пытался залезть в телефон, но каждый раз ловил на себе угрожающий взгляд Вала и бросал эту затею.       Они подъехали к Казино довольно быстро, и Энджелу стало немного легче от вида знакомого фасада. Пройдя внутрь, он бросил взгляд на балкон второго этажа. Паук сразу же поймал янтарный блеск в полумраке, который говорил о непонимании. Хаск, видимо, увидел Рика. Даст незаметно пожал плечами, и Оверлорд скрылся в темноте.       Со стороны барной стойки послышался звон стекла. Дороти разбила бокал и сейчас стояла, замерев, наблюдая за своим прошлым боссом. Грешнику это не нравилось. Очень не нравилось. — Валентино, как приятно тебя видеть! — послышался голос Хаска, и Энджел постарался скрыть радость.       Рик недовольно выгнул бровь, понимая, что Оверлорд откровенно пиздит, а Вал улыбнулся Хаску. — Хаскер, взаимно. Прекрасно выглядишь, — неуместный комплимент Валентино сквозил желчью, но Хаскер через силу улыбнулся.       Энджи слишком сильно любил нутро владельца Казино, чтобы заострять внимание на следы усталости на его лице от постоянной работы и их ночных посиделок. Разумеется, Вал не знает об этом и наверняка думает, что причина тому алкоголь и личные проблемы, а не то, что Хаск пытается без продыху угодить Дасту, при этом руля Казино. Когда Энджел освободиться, он, разумеется, это исправит, и Оверлорд перестанет так уставать. Он сделает для этого всë возможное. — Давай без лести. Сыграем? — сразу предложил демон в своей манере. — Ну а для чего я здесь, по-твоему? — ответил Вал. — Замечательно, тебя проводят за стол, — кивнул Хаскео, а потом перевëл взгляд на Энджела, пытаясь наполнить его максимальным безразличием. — И сопроводителя своего не забудь. Вдруг среди эскорта Рик затеряется. — Оу, я возьму попить и подойду, — быстро сказал Энджел, и Вал пожал плечами, давая молчаливое согласие.       Даст подошëл к стойке и повернулся к сверлящим друг друга взглядом Оверлорду и Рику. До этого сутенëр беспрерывно пялился на Дороти так, словно она была его самым ненавистным человеком в жизни, и Даста это напрягало. — О, Рик, ты тоже здесь. Извини, не заметил тебя на фоне Вала. Опять с окружением сливаешься, — съязвил Хаскер. — Смешно, Хаск. Чувство юмора ещë не пропил, только достоинство. — Не тебе мне говорить про достоинство. Долго ещë задницу будешь подлизывать Валу? — Да ты... — Рик, разве тебя Валентино не ждëт? — вклинился Энджт, чтобы предотвратить перепалку. — Без шлюхи разберусь! — не унимался Рик, и Даст заметил, как загорелись ненавистью янтарные глаза. — Да ради Христа, только сцен не устраивай, — спокойно сказал Энджел, забирая свой коктейль "пьяная вишня". — Вал действительно нас ждëт, так что пойдëмте.       Рик быстро развернулся и со своими работницами направился к Валу. Светловолосый спрыгнул со стула и поравнялся с Хаском. — Прекрасно выглядишь, — тихо сказал тот. — Спасибо, и ты, — почему-то засмущался Даст. — Тут говорят про обратное, — усмехнулся демон. — Не слушай долбаëбов, я в красивых мужчинах толк знаю, — подмигнул актёр. — Я в курсе. Как настрой? — Честно говоря, волнительно очень. Рик не к месту вообще, — признался Даст. — Всë будет нормально. Рик не тот, ради кого стоит трепать себе нервы, поверь. — Верю и повинуюсь, — высматривая стол, за которым примостились сутенëры, усмехнулся Даст, а после повернулся к Хаску. — Ты же понимаешь, что если всë получится, то ночью тебя ожидает приз?       Хаск вздрогнул и повернулся к светловолосому, пытаясь заприметить на его лице признаки шутки, но Энджел говорил серьёзно. — Энджел, ты... — И так долго заставляю тебя ждать, — прервал его Энджел. — Не отнекивайся, а просто прими тот факт, что рано или поздно мы переспим. И этот момент приближается, котëнок.       Хаскер смотрел на него, казалось, не дыша, и Энджел умилился такой реакции. До этого они не говорили об этом, а сейчас паук хотел успокоиться, чтобы не думать о возможных неудачах. — Энджел, я должен быть сейчас максимально сосредоточен, а ты... очень не вовремя.       Энджи засмеялся и направился к Валу с Риком, оставляя Хаска наедине с горячими мыслями.       Актёр подошëл раньше Оверлорда, сажаясь на колени к Валу и подбирая более красивую позу. Отсюда хорошо был виден бар и Дороти, что постоянно бросала взгляды в их сторону. — Может, сначала выпьем? — предложил Хаскер. — Ну давай, — согласилась моль, а Рик просто угрюмо кивнул.       К ним тут же подскочила Кэнди и выслушала, что они хотят, после чего поскакала к бару. Энджелу из-за её дëрганности всегда казалось, что официантку постоянно кусают пчëлы. Хотя, возможно в данном случае, это была нервозность.       Игра началась спустя примерно пятнадцать минут. Наркотик Дороти по началу не дал никакого эффекта, но спустя какое-то время Энджел начал чувствовать, что рука Вала сжимает его талию не так крепко. Он пил постепенно, растягивая удовольствие, а также отпустив пару комплиментов бармену, на которые Рик презрительно фыркнул.       Дороти несколько раз ловила взгляд паука, контролируя ситуацию, и готовая в любой момент достать припрятанный за стойкой пистолет.       Даст ничего не понимал в азартных играх, несмотря на все усилия Хаска и крупье в объяснениях, но даже своим непрофессиональным взглядом он замечал, кто в выигрыше. Энджел внимательно следил за руками Хаска, понимая, что пока тот на них смотрит, их значение меняется каким-то загадочным образом. Вал проигрывал и был очень этим недоволен, поэтому Хаскер иногда поддавался ему, не жалея ничтожных для его капитала сумм. Но, даже учитывая подтасовку, Валентино спустя пару часов остался ни с чем, однако сдаваться не собирался. Его рука на талии совсем обмякла, а речь местами становилась нечёткой. — Дай шанс отыграться, Хаскер, — сказал он после очередного проигрыша. — Как пожелаешь, только ставочку сделай. Или нечем? — издевался над ним Хаск, не спеша скуривая сигарету. — Сука, — лишь сказал сутенёр, делая крупный глоток. — Ну, вообще, если действительно нечем, то у меня есть для тебя предложение, — аккуратно начал Оверлорд, и Энджел заëрзал от нетерпения.       Они переходят ключевому действию их плана. — Довольно маленькая для Оверлорда ставка, и я возвращаю тебе в три раза больше. Как тебе? — Что за ставка?       Хаскер улыбнулся и показал пальцем на Энджела. Даст показушно занервничал, а Валентино оскалился. — Душа Энджела? — чересчур громко сказал Вал, а после постарался подумать. Наркотик Дороти путал мысли, оттого его попытки размышлять логически были невероятно жалкими. — По рукам!       Энджел отыгрывал роль испуганного мальчишки, в то время как сам был готов танцевать на этом самом столе. Самая сложная часть плана выполнена. Дело за малым - выиграть Валентино. — Вал, ты уверен? Он же приносит такой доход, — начал Рик и словил презрительный взгляд Хаска. — Не мешай, Рик, — кинул сутенёр и попытался настроиться на игру.       Хаскеп привстал и аккуратно взял Энджела за руку, усаживая того между между собой и Валом, что в тот момент было невероятно символично. — Играем, — сказал он после и протянул руку Валу.       Сделка между двумя Оверлордами нерушима, на что бы ни была. Пожимая руку в ответ, Валентино обязывает себя беспрекословно отдать Даста в случае проигрыша, даже если он передумает. Ради других ставок Хаск так не заморачивался, и это могло бы напрячь Вала, не будь у него сейчас такое податливое сознание. А вот Рик сделался каким-то бледным.       Над столом переплелись красно-розовая и золотая вспышки, означая заключение сделки. Энджел почувствовал, что у него пересохло во рту настолько, что баров всех заведений Ада не хватит, чтобы это исправить. На этот раз паук следил за игрой как сумасшедший. Он пытался вспомнить всë, что слышал от крупье, но ничего не получалось. Хаскер выглядел напряжëнным, словно он поставил свою душу на кон. Валентино же смотрелся так, словно знал, что выиграет, оттого широкая улыбка не покидала его лица. Хотя, вероятно, это эффект наркотика.       Рик так же жадно поглощал каждое действие владельца Казино, пытаясь выявить хоть какие-то признаки шулерства, хотя вся эта игра была одним большим обманом. Наступил момент вскрываться, и у Даста замерло сердце, стоило ему увидеть дьявольскую улыбку на лице Вала, когда тот посмотрел в свои карты. На лице Хаска же не дëрнулся ни один мускул. — Вскрываемся, Хаскер.       Вал показал свои карты, и Энджел судорожно пытался вспомнить, что они означают. Тут же он услышал шëпот Рика, подсказывающий ему : "Каре".       Даст боязливо взглянул на Хаскера, который всë также безэмоционально держал руку на своих картах. — Сильная комбинация, — тихо сказал он, и Вал улыбнулся ещë шире. — Я знаю, а ты чем похвастаешься?       Глаза гемблера сверкнули золотом, и Энджел сразу понял, что это означало. Оверлорд показал карты, после чего откинулся на спинку стула, залпом опустошая стакан.       Сутенёр уставился в карты, смотря на них немигающим взглядом. Рик также застыл, а актёр положил руку себе на горло, отчего-то чувствуя на нëм прохладу. Словно горячая цепь спала с неё. — Флэш рояль, — пояснил Хаск, и Энджи закашлялся. — Энджел теперь мой, Вал.       Валентино поднял искрящиеся гневом глаза, и Даст краем глаза заметил, как Дороти что-то быстро говорит Кэнди. Видимо, она предугадала начало чего-то кровавого. — Я не отдам Энджела, — лишь сказала моль, и вокруг него начал сгущаться красный дым. — Отдашь, куда ты денешься, — усмехнулся Хаск, рассматривая Энджела, словно в первый раз.       Вал резко потянулся к стакану, сжимая обивку дивана настолько, что его когти прошли сквозь неë.       Внезапно, нарушенная координация дала о себе знать и стакан оказался первëрнутым. Маленькая лужа янтарного цвета растеклась на столе для покера, и Рик тут же подался вперëд, отодвигая рукой Валентино. Его кожа стала темнеть, а глаза наполняться негодованием. Даст обратил свой взор на лужу и заметил фиолетовые брызги шампанского, что, как он понял, было исключительным признаком создательницы сие шедевра. Те же брызги он заметил вокруг взрывающихся игральных костей и только сейчас понял, что означает выражение лица Рика. — Ты нас наебать решил? — заорал Рик. — Ты думаешь, я не узнаю почерк своей бывшей сотрудницы?! Дороти подмешала наркоту Валу, так ведь?       Энджел вжался в спинку стула, чувствуя ледяной страх. Непроизвольно он придвинулся к Хаску, и это не ушло от взгляда Вала. — Ты с ним заодно? — прямо задал вопрос Валентино, и актёр оцепенел от страха. — Какая нахуй разница, если он теперь мой? — вклинился кот, после чего прошёл к Энджи сзади и положил руку на плечо. — Так это правда?! — заорал Валентино, оскалившись. — Конечно, Вал, — подтвердил Рик, не сводя взгляда с Дороти. — Я эту суку три года назад проиграл. У меня на её наркоту нюх. Это она всë!       Рик указал пальцем на Дороти, что замерла за стойкой, со страхом глядя в их сторону. С громким рыком Валентино достал пистолет и направил в сторону бара. — Нет! — успел крикнуть Энджел, подскакивая, но его движения сковали руки Хаска.       Послышался выстрел. За ними крики гостей и персонала, что тут же начали прятаться. Паук начал вырываться, но Оверлорд крепко держал его.       Валентино направил пистолет на них двоих, и только тогда Хаск отбросил Даста в сторону, одновременно уворачиваясь от пули. Пока Энджел бежал к стойке, он краем глаза заметил, как сцепились Хаск и Валентино, и очень понадеялся, что тот выживет в схватке с его уже бывшим боссом.       Даст ловко перепрыгнул через стойку, тут же падая на пол и закрывая рот рукой. Дороти истекала кровью, держась за пулевое ранение где-то в груди. Еë глаза были слегка приоткрыты и, заметив Энджела, она слабо улыбнулась, тут же морщась от боли. — Блять! Блять! Блять! — Энджел схватился за голову, бегая руками по окровавленному телу подруги. — Держись, Дороти! Мы всë исправим.       Энджи почувствовал влагу у глаз, понимая, что скорее всего лжëт, ведь пули у Вала из ангельской стали лучшего качества. Даст вытер слëзы, беря в руки лицо Дороти. — Дороти, ты меня слышишь? Ответь, пожалуйста! — кричал грешник, казалось, перебивая всеобщий гомон в Казино. — Дороти, пожалуйста... — Энджел, — прохрипела девушка, кладя холодные руки поверх рук Энджела. Еë яркие фиолетовые глаза помутнели от слабости. Даст зашëлся в рыданиях, параллельно пытаясь как можно нежнее приподнять девушку. — Мы всë исправим, Д-дороти, слышишь? Сейчас найдëм того, кто поможет. У Хаска тут персонал всех мастей и профессий.       Актёр привстал, аккуратно выглядывая из-за стойки, но тут же почувствовал слабую хватку на своей руке. — Не оставляй меня, Энджел. Прошу.       Энджи застыл, чувствуя ментальную пулю в груди. Слëзы остановились, а за место них снова пришли воспоминания о Молли. Разгорячëнное сознание рисовало лицо сестры вместо лица Дороти, и паукообразный начал задыхаться. Он снова прильнул к девушке, сжимая еë ладонь крепче. — Я здесь, я рядом. Я тебя не брошу, — дрожащим голосом проговорил Энджел.       Дороти находилась в сознании, пока Даст отчаянно пытался придумать, что делать дальше. Он отчëтливо слышал звуки борьбы Вала и Хаска, и Энджел очень хотел помочь, но сейчас мог лишь беспомощно плакать и думать о имеющихся вариантах действий.       Он ненавидел себя за бездействие, поэтому попытался оценить серьëзность раны, аккуратно ощупывая еë дрожащими пальцами. Тут же они наткнулись на что-то твëрдое, и он с тяжестью на сердце достал из-под блузки тот кулон из рубеллита. Сейчас он был окрашен в красный, и Энджел не смог сдержать громкого всхлипа. — Труп решил обчистить? — послышалось у стойки.       Энджел поднял голову, и тут же горечь сменилась жгучей ненавистью. Он резким рывком поднялся и врезал Рику по лицу, наслаждаясь звуком хруста челюсти. — Ай, блять! — Это из-за тебя всë! — закричал актёр, хватая пистолет из-за барной стойки. — Ты дал наводку Валу! — Не вини меня в вашем проëбе, шалава! — выплюнул Рик, и светловолосый снял пистолет с предохранителя.       Он собирался нажать курок, но не успел. На шее сомкнулась дымчатая цепь и дëрнула Энджела в сторону Вала, но почти мгновенно растворилась в воздухе. На Валентино же тут же набросился Хаск, параллельно вытирающий кровь из носа.       Энджел больше не принадлежит Валу, и его дым для него больше не окова, а лëгкий жгучий туман. Однако даже слабого рывка вперëд хватило, чтобы пистолет выскользнул из рук Даста и полетел на пол. К ногам одной из работниц Рика, что ошивалась рядом. — Не вышло, паучок? — усмехнулся Рик, победно улыбаясь, после чего повернулся к этой работнице. — Лу, дорогая, отдай пистолет.       Но Лу стояла не шевелясь. У неё был всего один глаз, а на месте второго виднелся огромный уродливый шрам, словно его выжгли оттуда раскалëнной арматурой. Она смотрела на Рика с едким отвращением, крутя в руке пистолет. — Лу? — позвал Рик.       Лу молча глядела то на Рика, то на сверкающий пистолет. В голове у Энджела зашумело от нервов и страха, а ноги сделались ватными. Он начал ощущать, как на его талии сковались объятия смерти, которую так долго ему удавалось дурить.       Лу в последний раз оглядела Рика, после чего выставила вперед руку с пистолетом и положила палец на курок. — Как же я давно об этом мечтала, — лишь сказала она, после чего Рик упал на пол с простреленной головой.       Даст стоял с открытым ртом, наблюдая за этой картиной. Лу услышала звук выстрела Вала и побежала за барную стойку. Даст пригнулся, пытаясь понять, что сейчас произошло. — Срань Господня, — увидев Дороти, сказала Лу. — Бедняжка. — Ты можешь еë отнести на этаж для персонала, пожалуйста? — умоляюще попросил актёр, хватая Лу за плечи. — Я сейчас буду занят другими делами.       Проститутка ошарашенно смотрела на него, но с большим понимаем происходящего в глазах, чем у Энджела. Словно она была солдатом, для которого подобное - обычная пьяная потасовка, не более. Если она работала на Рика давно, то такое вполне обосновано, учитывая еë боевой шрам на глазу. — Да, конечно, — просто сказала она, нежно поднимая кровоточащую Дороти. — А где мне еë там оставить? — Найди Реджи, и постарайтесь сделать так, чтобы она выжила. Я заплачу тебе, если это даст мотивации, — быстро проговорил Даст. — Посмотрим. Так, найти Реджи, — туманно сказал Лу, выходя из-за стойки.       Энджел проводил еë взглядом, слишком поздно осознавая, что пистолет остался у неë. Он начал бегать глазами по стойке, ища какое-нибудь оружие, но заплаканные глаза выдавали мутную картину, и паук почти сдался, как вдруг под салфетками заметил свечение. Он сунул туда рука, случайно порезав ладонь. Даст достал тот самый нож из ангельской стали, что ему отдала Черри. Он оставил его у стойки и думал, что предмет теперь утерян, но, видимо, кто-то из барменов решил его сохранить здесь.       Энджи сжал рукоять ножа, вставая на ноги. Его всего трясло от страха, ненависти и холода, что образовывались внутри, когда разум начинало жечь желание убить. Жажда мести и крови за все годы издевательств и ранение подруги. У этого ножа было всего одно предназначение: убить Валентино, ведь теперь Энджел не боялся его.       Вал заставил Даста снова почувствовать тоску по сестре, пока еë копия истекает кровью по его вине. Сейчас он пытается убить его любимого человека, до этого постоянно угрожая это сделать с самим Энджелом, когда тот не слушался.       Даст вышел из-за стойки, наблюдая за их жестокой битвой. Валентино стрелял по Хаску, пока тот с кошачьей грацией уворачивался, параллельно забрасывая того своими картами. Их битва озарялась вспышками разных цветов, сливающихся и наслаивающихся друг на друга, и у Энджела тут же заболели глаза.       Вдруг взгляд сутенёра упал на бывшего подчинённого, и тот хищно улыбнулся. — Энджел, уходи отсюда! — крикнул Хаск, после чего Валентино ударил его в живот.       Оверлорд сбил пару стульев и ударился об стену, задыхаясь. Энджел воспользовался моментом торжества Вала и кинулся на него. Валентино, не ожидающий подвоха, оступился и упал на пол вместе с Дастом. Дальше грешник уворачивался от смазанных наркотиком ударов Вала, иногда нанося свои и пытаясь подобрать момент, чтобы использоваться ножом. — Ты мне надоел! — крикнула моль, хватая Энджела за горло и сжимая настолько, что перед глазами стали плясать чëрные пятна. — Отпусти меня, уëбок, — прохрипел Энджел и поймал улыбку Валентино.       Тот прильнул к уху Даста, сжимая талию настолько, что платье затрещало по швам, а сам Энджел вскрикнул. — Разве будет тебя любить кто-то так же сильно, как папочка? — послышалось не у уха, а в голове Энджела, и он попытался выгнать Вала из головы. — Ты не нужен Хаску. И никому, кроме меня. Твой талантливый ротик знаменит на весь Круг Гордыни, и ты думаешь, что Хаску нужен ты, а не он? Ты не настолько глуп, Энджи. Ты - ничто, и не достоин ничего, что не связано с долбëжкой тебя во все щели на камеру.       Голос отзывался в голове сладким хором, переплетëнным с его собственным голосом. Он манил и казался правдой, но Энджел даже слушать этого не хотел. — Нет! Это не так! — сказал паук, ударяя Вала по лицу. — Я больше не твоя собственность, и твои слова больше не влияют на меня, Вал!       Лицо Валентино исказилось гневом. Он вырвал нож из руки Энджел и занëс его над головой. Даст почувствовал ком страха во рту, испуганно озираясь по сторонам. — Тогда ты нахуй не нужен, — процедил Вал и нанëс удар, однако Энджел не почувствовал боль. А лишь щекотание перьев у своего носа.       Тут же он услышал крик Вала и звериный рык Хаска. Даст приподнялся на локтях, хватаясь за сердце, подмечая свечение ножа в крыле Хаска, из которого он и торчал.       Внезапно воздух вокруг затрещал и засверкал. Глаза Энджела словно заволокла масляная пелена, и он теперь видел всë в оранжевых оттенках. Карты в руке Хаска светились огнём, а глаза и вовсе целиком горели золотом, что разливалось тонкой струëй по всему лицу Оверлорда. Его когти словно стали острее и массивнее любого ножа, как и клыки. Он держал Вала за горло, и, несмотря на свой низкий рост, выглядел он массивнее бывшего босса Даста в сотню раз. — Не смей больше его трогать, — сказал Хаскер не своим голосом. Он словно был искажëн десятком других голосов и сплетëн в один, отдающимся вибрацией в стенах и ушах.       Вот так выглядела высшая степень раздражения Хаска и его полная демоническая форма с расправленными крыльями, светящимися глазами и нечеловеческой силой. Оверлорд с силой бросил Вала в стену, и тот с криком упал на пол рядом с разбитыми очками.       Хаск повернулся к Энджелу, вновь принимая свой привычный вид. Он быстро подошëл к нему, поднимая на ноги и осматривая. — Ты в порядке? — спросил мягко он, откашлявшись.       Энджел порывисто обнял Хаска, сжимая того всеми парами рук. — Нет... Нет. Дороти, она... — Всë будет хорошо, Энджел, — поглаживая того по спине, ответил гемблер. — Мы придумаем, как еë спасти. А сейчас нам нужно кое-что доделать.       Хаскер выпустил Энджела и подошëл к Валу, рывком поднимая того на ноги и прижимая к стене. Руки Валентино ослабленно висели вдоль туловища, меховой воротник был запачкан кровью, а тело изрезано картами Хаска. Сейчас он был беспомощен и податлив. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? — спросил Хаск у Энджела. «Убей его. Разорви на куски. И сделай это медленно, чтобы он сам видел, как превращается в кучку паршивого мяса», — сразу пронеслось в голове Энджела, но он прервал этот поток мыслей.       Нет, не из жалости. Еë в Дасте к Валу не было никогда, а простая логика. Смерть Валентино прибавит им очень много проблем, с которыми справляться придëтся Хаску. Другие члены "Ви" Не оставят безнаказанными убийц их товарища, и каким бы могущественным не был его любимый Оверлорд, дуэт мстящих Вокса и Вельветт будет сильнее. Они не дадут им спокойно наслаждаться друг другом, пока кто-нибудь из нанятых по их души киллеров не выполнит свою работу.       Но и Вал их просто так не оставит. Порноактëров в Аду много, пусть и не таких горячих, как Энджел, но никто ещë так сильно не принижал достоинства Вала, как Даст. Он не оставит его в покое. Как только Энджел выйдет из Казино, ему в висок прилетит пуля, то же самое с Хаском.       Энджела озарила идея. — Сделка, — сказал паук, и Хаск недоумëнно выгнул бровь. — Сделка? На что же? — На нашу безопасность, — пояснил Энджи. — Он нас не оставит в покое, это же очевидно. А если мы от него избавимся, то испытаем на себе гнев Вельветт и Вокса, что тоже не фонтан. Заключим сделку на его душу, что если он, или его люди, или люди других членов "Ви", или люди нанятые с улицы - ну, то есть все, кто может быть задействован, - притронутся к тебе или ко мне, то ты получишь себе новую жалкую душонку.       Усталые глаза Вала тут же распахнулись, и он начал пытаться вырваться, но тут же бы прижат к стене ещë сильнее. — Ты уверен? — спросил Хаскер. — Ты хочешь оставить его безнаказанным? Он же так сильно над тобой издевался. — Я прежде всего хочу нормальной жизни с тобой, а месть - это уже вторично.       Котообразный вздохнул и устало прикрыл глаза, взвешивая решение. После нескольких секунд размышлений он кивнул. — Хорошо. Значит, сделка. — Я не соглашался на такое, — прохрипел Вал. — Тебе же хуже, моль, — прошипел Хаск, вновь принимая полную демоническую форму. — Энджел тебя пощадил, но я - нет. Ты замочил двух моих охранников и ранил барменшу, это значит, что, следуя моим принципам, я имею право убить тебя. Так что ты выберешь: простую сделку или второе свидание со смертью? — Да пошëл ты, — небрежно плюнул Валентино, и Хаск улыбнулся. — Я и забыл, что садисты слов не понимают.       Дальше Энджел жалел, что у него нет тут попкорна. Хаск вновь принялся избивать Вала, причëм с таким фанатизмом, что Даст чувствовал всë на себе. Валентино был весь в крови и ссадинах, а Энджи смеялся, глядя в его наполненные страхом глаза. Сутенёр боялся Хаска, который был в полном подчинение у Даста. Стоило Энджелу передумать, как тот тут же пустит пулю в лоб потенциальной жертве, оттого Энджел чувствовал себя почти могущественным.       Когда Вал начал плеваться кровью, он выставил перед собой руки. — Всë! Я согласен на с-сделку, — тихо проговорил он, утирая кровь с лица. — Молодец, — улыбнулся Хаск, выпуская Вала и вытирая руки.       После актёр будто наблюдал волшебное шоу. Снова сделка между двумя Оверлордами, озарëнная ярким светом и миганием в воздухе. Вал нехотя пожал руку Хаску, а Даст облегчëнно выдохнул. Валентино не настолько глупый, чтобы лишаться своей души ради какой-то мести, и послать кого-то другого он тоже не сможет, а, значит, сейчас Энджел надеялся видеть его в последний раз. Ему нравилась мысль о том, что он запомнит бывшего босса окровавленным и жалким, коим представал перед ним сам грешник последние годы. — Теперь проваливай отсюда. После тебя здесь неделю убираться придëтся. Думаю, не стоит говорить, что на моей территории тебе не рады, — крикнул Хаскер, и Вал, выругавшись, поковылял к выходу.       Когда он ушëл, на Даста снова навалилось всë произошедшее за вечер, и тот задрожал от переизбытка чувств. Он ощущал облегчение, вместе с ним и тревогу, и не знал, кому дать бразды правления над головой. — Тише, Энджел, — начал Хаск, — выйдем на балкон? Свежим воздухом подышим и всё обсудим.       Энджи закивал, и они отправились на балкон. По пути он встречал растерянные взгляды гостей и персонала. Этот вечер Казино забудет не скоро. Редко когда Оверлорды заходятся в битве за душу, причëм публично.       Паукообразный облокотился на перила, запуская пальцы в волосы и оттягивая их силой. Слëзы не покидали его глаз, и он не знал, как их остановить. — Хаск, Дороти... Он еë подстрелил, — всë же выдал Даст и почувствовал руку на спине. — Успокойся, мы всë решим. Она жива была? — тихо спросил гемблер, разворачивая Энджела к себе. — Да, но вся в крови... — Ну вот. Я сделаю всë возможное, чтобы она поправилась, Энджел. Попробую прошвырнуться по своим связям.       Энджел невесело засмеялся, тут же начиная задыхаться от слëз. — Шутишь? Тебя все ненавидят, а после этого шоу с Валом, вероятно, будут ещë больше опасаться.       Хаск покачал головой, стирая у паука с щëк слëзы. — Во-первых, не все, а большинство. А во-вторых, это большинство ничто, если у тебя в приятелях Кармилла Кармайн - специалист по ангельскому окружение. — Она сможет помочь? — с надеждой начал Энджи. — Думаю, что да. Я всë узнаю. Она должна располагать информацией, как ангельское оружие воздействует на грешников и есть ли шансы как-то выжить после такого ранения, — сказал Хаскер, и Энджел выдохнул. — Это ты убил Рика? — Нет, его сотрудница. Лу, кажется. У неë пистолет оказался, и она им воспользовалась, как хотела.       Оверлорд хрипло рассмеялся, и Даст удивился такой реакции. — Говорил же я ему, запугивание душ к добру не приведëт. Вот наглядный пример выбивания уважения силой. — А ведь правда...       Хаск относился к своим людям без жестокости и постоянной демонстрации силы, оттого они его не боялись и исполняли приказы без сопротивления, почти по собственному желанию. Рик следовал такому же принципу, как и Вал, и напоролся на плоды собственного отношения. — Это, конечно, всë невероятно интересно, но у нас есть ещё одно дело, — сказал кот и вытянул руку.       Над его ладонью образовался знакомый Энджелу контракт, который он так ненавидел. Хаск пробежался по нему глазами, цепляясь за подпись, а после... Злополучный контракт растворился в воздухе, превращаясь в малиновую пыль. Даст словно вмиг стал легче воздуха и почувствовал такое спокойствие, что не передать словами. — Энтони, — лишь сказал Хаск. — Чëрт, я хотел представиться сам, — нервно усмехнулся Даст. — Не имеет значения, — махнул рукой демон, после чего обнял Энджела. То есть, Энтони, — Красивое имя. — Спасибо, — промямлил паук и обнял Оверлорда в ответ.       Их губы слились в сладком поцелуе, и Энджел вновь заплакал, но теперь уже от положительных эмоций. Он ощутил на своей спине мягкие перья и понял, что Хаск скрыл их от окружающих своими крыльями. Свет Ангельского Посольства просачивался сквозь перья, озаряя лицо Оверлорда светло-золотым блеском, коим, по рассказам, был облицован сам Рай. Это очень подходило Хаску - личному ангелу Энджела.       Прохладный воздух остужал разгорячëнное лицо, пока актёр сминал в руках волосы Хаска и прижимал его к себе. Потом его охватило желание заглянуть в глаза Оверлорду, и он прервал поцелуй, открывая глаза. Боковым зрением он увидел красное пятно и слипшиеся от крови перья, после чего слегка отстранился. — Блять, твои крылья... Ты сможешь летать после такого? — обеспокоенно начал Энджел, аккуратно прикасаясь к месту ранения кончиками пальцев. — Зачем? — Хаскее махнул рукой и вновь прижал Даста к себе. — Я уже на седьмом небе от счастья.       Вечер был прохладным с примесью разделëнного на них двоих жара. Лëгкие горели от нежных прикосновений Хаска и слегка побаливали с непривычки - наконец Энтони стал дышать после воскрешения.