Такие люди, как я, ломают красивые вещи

— Я должен был предупредить тебя раньше. Прости, Чимин, — извиняется Сокджин, как только возвращается к своему столу. После того, как Чонгук вышел из туалета, Чимину потребовалось несколько минут, чтобы сориентироваться. Он знает, что то, что произошло в туалете, было неуместно на рабочем месте, но Чимин, кажется, теряет самообладание в присутствии альфы. И, как и при их первой встрече, он не смог сохранить бдительность. Его волчья страсть к альфе становится очень неприятной. Но за одно он благодарен - к нему вернулся его запах. В сердце Чимина поселилось определенное волнение. Он не совсем понимает, почему его обонятельные железы снова начали функционировать, и ему все равно. Он просто примет это как должное, не задумываясь об этом.  Чонгук учуял его очень тщательно, но обонятельные железы Чимина, должно быть, перенапряглись после долгого бездействия, потому что его запах быстро пересилил запах Чонгука. — Это не твоя вина. Я не должен был ничего делать, не спросив тебя сначала. — ответил Чимин. Он заметил, как ноздри Сокджина раздулись, и понял, что, должно быть, впервые чувствует запах Чимина. Однако он никак это не прокомментировал, и Чимин был благодарен ему за это. — Тем не менее, я приношу извинения за поведение Джей Кея. Его вспыльчивость всегда была проблемой. — Не нужно. Он... э–э–э... уже извинился, — сказал Чимин, избегая смотреть ему в глаза. Брови Сокджина взлетели на лоб.  — Что он сделал? — потрясенно спросил он. — Он извинился за свое поведение, — Чимин был немного смущен реакцией Джина. — О, — Альфа продолжает быстро моргать, нахмурив брови. — Это... впервые, — добавляет он себе под нос. После нескольких мгновений молчания Сокджин пытается изобразить на своем лице шок. — Я должен спросить Чимина, пожалуйста, не пойми меня неправильно, но… это была твоя идея сделать все это? — осторожно спрашивает Джин. Чимин вспоминает весь инцидент и то, как он сюда попал. Это первый момент, когда ему приходится по-настоящему задуматься об этом, и становится совершенно ясно, что Мона его подставила. С какой целью, он не знает. Он решает быть честным. — Я поспрашивал людей о том, что нравится и что не нравится боссу. Я просто хотел сделать что-нибудь приятное, чтобы он чувствовал себя комфортно в моем присутствии. Кто-то сказал мне, что ему нравится, когда на его столе все аккуратно прибрано... и что ему нравятся белые розы. Я подумал... — Чимин чувствует себя наивным из-за того, что купился на что-то подобное. Сокджин глубоко вздохнул и плюхнулся на свой стул. — Чимин... тому, кто дал тебе эту информацию, нельзя доверять, потому что это то, что больше всего не нравится Джей Кею. Он даже не разрешает мне прикасаться к своим файлам, ему нравится делать это самому. А цветы... — он делает паузу. — Я не могу сказать тебе причину, но белые розы для Чонгука как спусковой крючок, он ненавидит их больше всего. Чимину ужасно неприятно это слышать. Он причинил Чонгуку боль, сам того не осознавая, и его вспышка гнева внезапно обретает смысл.  — Я понятия не имел, — его голос едва слышен. — Ты можешь сказать мне, кто это был? Чимин раздумывает, не ответить ли ему. Доносительство на своих коллег не приветствуется. Но опять же, человек, о котором идет речь, не проявил к нему никакой вежливости. — Это была Мона, — честно отвечает он.  Джин снова вздыхает. — Теперь все понятно. — Что ты имеешь в виду? — Она одержима Чонгуком. Она работает у него уже давно, и он уважает ее как профессионала, потому что она хорошо выполняет свою работу, но она восприняла это как проявление интереса.  Джей Кей слишком рассеянн, чтобы заметить это, но мы все это видим. Она также рекомендовала свою двоюродную сестру-бету на твою должность. Я уверен, ей не нравится, что омега так тесно сотрудничает с Джей Кеем. — Чимин не уверен, как реагировать на все это. — Вероятно, она сделала это в надежде, что тебя уволят. — Сокджин трет глаза, он выглядит усталым. - Кем она себя возомнила? Реджиной Джордж? — усмехается Чимин. Это заставляет Сокджина расхохотаться. Внезапно он громко смеется, ударяя кулаком по столу. Его смех напоминает Чимину о дворниках за работой. Он тоже начинает смеяться. *** Тэхен на седьмом небе от счастья, что наконец-то смог почувствовать запах Чимина. Он практически прилип к телу своего лучшего друга, как коала. — Ты так хорошо пахнешь, Мими, — сказал Тэ, потираясь щекой о щеку Чимина. — Спасибо. А теперь, пожалуйста, не мог бы ты меня отпустить? — сказал Чимин с притворным раздражением. Он находит выходки своего лучшего друга милыми. — Нет! — Тэ наотрез отказался, заставив Чимина вздохнуть. Он продолжал смотреть телевизор со взрослым альфой, привязанным к нему, как к младенцу. Чимин не рассказал ему подробностей о том, как к нему вернулся его запах, Тэхен просто предположил, что это произошло естественным образом, и Чимин не стал его поправлять. Честно говоря, он не знает, как объяснить свои отношения с Чонгуком, если их вообще можно так назвать. Часто это кажется запретной тайной, о которой знают только они двое, и Чимин не горит желанием это менять. Однако он рассказал ему о злой девчонке в офисе. Тэ был так зол, что потребовал, чтобы Чимин отвел его завтра к нему в офис, чтобы “преподать сучке урок”. Чимин только рассмеялся. Оглядываясь назад, все это казалось таким мелочным. *** Чимин не видел Чонгука со вчерашнего дня. Он немного нервничает, а еще он хотел еще раз извиниться за цветы. Он перешел черту, сам того не осознавая. Сокджин сообщил, что Чимин должен присоединиться к ним с Чонгуком на сегодняшних встречах, поэтому они перешли в конференц-зал на 7 этаже, чтобы подготовиться. К их удивлению, Чонгук уже был там и читал какие-то документы. Сокджин недоумевает, почему он, как обычно, не зашел сначала к нему в офис, но Чимин думает, что знает почему. Он украдкой бросает на альфу несколько взглядов, чтобы оценить его настроение, тот кажется очень сосредоточенным на своей работе. В своем облегающем темно-синем костюме-тройке он похож на греческого бога. Сегодня половина его волос убрана в конский хвост, что так сильно влияет на Чимина, что он предпочел бы не объяснять. Его омега в восторге при виде альфы. Чимину приходится мысленно схватить своего волка за хвост, чтобы он не набросился на альфу. Контролировать свой запах, однако, стало сложнее, чем он помнит. Он изо всех сил пытается скрыть свое желание, но, похоже, уже слишком поздно, потому что Чонгук внезапно поворачивает голову в его сторону. Сокджин тоже смотрит на него, но Чимин может сфокусироваться только на темных глазах одного из альф. Зрачки Чонгука расширены. Он смотрит на Чимина почти как потерявшийся щенок. Прежде чем Чимин успевает поддаться своему порыву, Сокджин прочищает горло. После этого Чонгук и Чимин избегают смотреть друг другу в глаза, как друг другу, так и Сокджину. Им не придется долго томиться в неловком молчании, так как вскоре в комнату начнут входить люди. Большинство из них альфы. Чимин уже привык работать с таким количеством альф. Но в уравнении есть новый фактор, который ему не приходилось учитывать раньше, и он понимает это, когда все альфы в комнате оборачиваются, чтобы посмотреть на него, явно привлеченные его сладким запахом. Чимин так смущен, что хочет провалиться сквозь землю. К счастью, Чонгук овладел ситуацией и привлек всеобщее внимание к себе. После этого встреча прошла гладко. Чимин обратил внимание на то, как Сокджин справляется с делами. Однако, как только они вернулись к себе, Чонгук позвал Чимину. — Чимин, ко мне в кабинет, сейчас же! Чимин боится нагоняя, который, как он предполагает, его ожидает, но все равно спешит за ним. Как только дверь в его кабинет закрывается, Чонгук бросается на него.   — Как ты мог быть так неосторожен? Зачем ты выставляешь себя на глазах у всех? — он выглядит сердитым, но есть и...беспокойство в его голосе? — Мне жаль. Для меня это тоже в новинку. Я пока не могу контролировать свой запах. Я попробую... — Что значит, это тоже в новинку? — Альфа выглядит искренне озадаченным. Чимин решает рассказать ему правду. Ну, кое-что из этого. — В прошлом году мои обонятельные железы перестали работать из-за... некоторых проблем. — сказал Чимин, избегая зрительного контакта. — Но вчера мой запах вернулся, когда ты... — он не закончил фразу. — Так что сейчас мне трудно это контролировать. Мне просто нужно немного времени, чтобы заново освоить приемы. — Извини, что доставил тебе и всем остальным неудобства. С завтрашнего дня я буду принимать блокаторы, — горячо пообещал он. — Нет! — раздается громкий протест Чонгука. — Ни в коем случае! Я имею в виду, что это вредно для твоего здоровья в долгосрочной перспективе, — рассуждал Чонгук немного неуверенно. — Послушай меня, — сказал он, придвигаясь ближе к Чимину с серьезным выражением лица, — Ты больше не будешь посещать собрания, пока не научишься контролировать свой запах. Когда мы в офисе, держись поближе ко мне. Я попрошу кого-нибудь подготовить для тебя стол здесь, ты будешь работать в моем кабинете. — Но я не хочу доставлять тебе неудобства, — запротестовал Чимин. — Чимин, — это все, что сказал альфа. Выражение его лица ясно давало понять, что это не подлежит обсуждению, поэтому Чимин просто кивнул. *** Глаза Сокджина, казалось, вот-вот выскочат из орбит, когда Чонгук попросил его организовать переезд Чимина. — Я так растерян, — вот и все, что он сказал, плюхнувшись на диван. — Почему? — Ну, для начала, почему ты вдруг не против, чтобы кто-то работал в твоем офисе. Ты редко позволяешь мне работать здесь. — Я просто пытаюсь держать его подальше, чтобы другие сотрудники не чувствовали себя некомфортно, — рассуждал Чонгук. — А ты не будешь?  — Я справлюсь с этим. — И это не имеет никакого отношения к твоему интересу к омеге… — Хен… Меня не интересует никакая омега. Ты же знаешь меня! — Ладно! — Джин не смог скрыть веселья ни на лице, ни в тоне. — Я не слепой, Чонгук, я тоже заметил сексуальное напряжение между вами. — Хен! Это не так! Он женат! — Чонгук шокирован. — Откуда ты это знаешь? Я ничего не видел в его личном деле. Чонгук задается вопросом, не пора ли рассказать ему правду. — Скажем так, я встречался с ним раньше. Сокджин заерзал на краешке стула. — Что ты имеешь в виду? — Мы ненадолго пересеклись примерно год назад. Я мало что о нем знаю, но знаю, что тогда он собирался жениться. Сокджин понимает, что больше информации он не получит. Он хмыкает. — Это объясняет... некоторые вещи, — говорит он скорее самому себе. — Ты уверен, что он женат? В его досье об этом не упоминалось. Чонгук удивлен. — Правда? — Да. Но кто знает, я имею в виду, что упоминать о своем семейном положении необязательно. — Да, — голос Чонгука звучит немного удрученно. Он знает, что не имеет права так себя чувствовать, но пытается убедить своего волка. Этот идиот зациклился на Омеге. С тех пор как он вчера почувствовал запах Омеги, его волк стал беспокойным, требуя, чтобы он снова был рядом с ним.  Его волк чуть не взбесился, когда те альфы на собрании начали пялиться на Чимина. Ему захотелось вырвать каждому из них глаза. Инстинкт подсказывал ему схватить омегу и вдохнуть его запах, чтобы все знали, кому он принадлежит. Это так неправильно.  Чимин не принадлежит ему. Когда омега рассказал ему о том, почему он не может контролировать свой запах, Чонгук был ошеломлен. У него было так много вопросов, что это за "причины", которые заставили его прекратить выделять феромоны? Это была болезнь? Он был ранен? Должно быть, это было серьезно. Мысль о страданиях Чимина вызвала неприятное чувство в груди. Когда омега предложил использовать блокаторы, Чонгук потерял самообладание. Это правда, что он не хочет, чтобы другие альфы чувствовали его запах, но он не может представить, что снова не почувствует Чимина. Он этого не вынесет. Да, он не может быть с Чимином, но он все равно хочет защитить его. Вот почему он предложил такое соглашение. Сокджин говорит ему, что он устроит так, чтобы Чимин переехал туда завтра, и Чонгук благодарит его. Затем Джин предлагает уйти сегодня пораньше, чтобы пропустить по стаканчику. Ему пришлось разыграть карту “Я скоро уйду”, и Чонгук уступил. — Ты же знаешь, что просто переходишь в другой отдел, верно? Это не значит, что мы больше не увидимся, — сказал Чонгук, когда они спускались на лифте. — Да. Но это уже не будет так, как раньше, и ты это знаешь. Чонгук вздохнул. Он не ошибался. Как только они вышли через вращающиеся двери на улицу, их обдало легким ветерком, и Чонгук почувствовал запах жасмина и утренней росы. Он резко повернул голову в сторону источника звука и увидел, что тот идет чуть в стороне от них и останавливается на обочине перед машиной. Дверь со стороны водителя открылась, и из нее вышел красивый альфа. В следующее мгновение Чимин бросается в объятия альфы, крепко обнимая его, и они приветствуют друг друга широкими улыбками. Чонгук понимает, что слишком сильно сжимает челюсти, когда Сокджин говорит. — Я думаю, ты был прав. Это, должно быть, его муж.