Письма о человеке

Его встретили лишь грязные луговые травы. А что ещё ожидать от осени? Сентябрь давно остался позади, а далеко не первые холода заставили облачиться в тулуп. Первый снег… Давно же он здесь не был. Время будто застыло в этих краях. Всё те же яблони заднего двора, всё то же поле. Когда-то оно заросло невысокими сосенками, но, не успели те ещё раскинуть свои мягкие зелёные лапы, как их срубили нерадивые приезжие. Срубили и всё по-старому. И дорога всё та же и старый дуб. Всё то же, но что-то не так. Пусто. Когда деревья были большими, солнце ярче, а река шире, жил он в этих местах. И вот, вернувшись годы спустя, был рад снова вдохнуть свежий прохладный воздух. Пахнет он елями и сгнившими яблоками. Ничего не меняется. Спустя годы его здесь всё ещё ждут. Если его ждут, то чего он так боится? Его любят и примут. Всегда. Здесь он дома. Лишь подойдя к старому покосившемуся крыльцу, Семён Петрович будто очнулся. Оставив в прихожей свои пожитки, наспех прикрыв калитку, зашагал он по полузаросшей тропе в сторону реки. Каждый новый шаг давался ему всё труднее. Чем ближе была река, тем более неуверенной становилась его походка. Когда он оказался на берегу, от армейской выправки не осталось и следа. Ссутулившийся седой человек рухнул. Резко встряхнув головой, будто отгоняя сомнения, Семён заговорил. - Здравствуй, Пашка. Много же воды утекло… - он замолчал. Тихо. Лишь ветер шуршит сухими травами. – Знаешь, Пашка, а я то не унываю. Вот, как ты говорил не унывать, так я и не унываю. Веришь мне, Пашка? Падал первый снег, а на берегу Десны рыдал навзрыд человек, прильнув холодной земле, будто пытаясь согреть её собой.